Звёзды за облаками.

Удивительно, она ни разу не заплакала. Ни вытаскивая из плаща занозы, ни после того как села на место Хэйдзо. Во время работы в комиссии Тэнрё, он нередко разговаривал с жертвами угроз. Женщины всегда плакали, мужчины злились и нервничали, поводом для начала истерики, скандала, могло стать что угодно, упавший стаканчик кофе в таких ситуациях мог привести к драке. Фурина на вид привыкла выдерживать удары судьбы, её лицо осталось спокойным, капли стекающие по щекам — остались дождевыми. Можно только завидовать такому спокойствию. Хэйдзо же напротив ходил по комнате, бормотал, чесался, фыркал, хмыкал, цокал языком, щурился, чтобы не упустить ни единой детали. Три конверта. Внутри письма. Конверты сделаны вручную: синяя бумага, покрыты нарисованными от руки звёздами и месяцами, есть парочка милых рожиц мелюзин. На каждом стоит дата — самая поздняя шесть месяцев назад, самая ранняя — два месяца. Хэйдзо повернулся к Фурине, и та опередила его вопрос, ответив: — Я просматриваю почту каждый день — это всё... — После этого вы решили пойти в ко мне? — Всё верно. — Даже глазом не дрогнула. Непоследовательный всё же призрак. Хэйдзо вернулся к изучению. Кроме даты на них стояли адреса получателя и отправителя. Везде они идентичны: дом проспект Истины, дом 9, там живёт Фурина, рядом подпись "Сестрёнке" и другой, очень странный: "Переулок Мелюзины, дом 8". — Вы знаете этот адрес? — В этот раз он решил не поворачивать голову, чтобы успеть спросить. — Нет. Нет, я не знаю. Я... Я побоялась ехать туда лично, а попросить кого-то я... Я не могла, так что я посмотрела в интернете... Там ничего нет, кроме почтового ящика. — Надеяться, что преступник оставит к себе прямой адрес глупо, но ведь обидно. Хэйдзо вздохнул. В отличие от красивых букв на конвертах, выведенных от руки, письма были напечатанв, самым простым шрифтом. Хэйдзо с ним хорошо знаком — постоянно заполнял таким рапорты. Бумага тоже не выделялась, легко поверить , что она украдена из офиса предприимчивым сотрудником, только такое вряд-ли мог написать простой офисный работник: "дорогая сестрёнка! я рада, что у тебя всё в порядке в твоей жизни! я счастлива читать о твоих новых концертах, счастлива видеть твоих фанатов, счастлива читать хвалебные отзывы о тебе, о твоём творчестве, о том как оно вдохновляет! ты знаешь на что оно вдохновляет меня? на то чтобы убить тебя. на то чтобы переломать твои ноги и руки. на то чтобы вырвать твои глаза и зубы. ободрать твои прекрасные волосы. повесить тебя на столбе и сжечь. оторвать твою голову и пришить к ногам. я ненавижу тебя. ненавижу. ненавижу. ненавижу." Текст был одинаковым во всех трёх письмах. Дочитав, Хэйдзо поднял голову. Он читал памфлеты и похуже, но родственники обычно более милы друг с другом. Хотя письма от мертвецов попались ему впервые. — Сначала, когда пришло первое письмо, — Голос Фурины вернул Хэйдзо в реальность, немного даже напугал. — Я и не заметила. Вы должны понимать, мне приходит много писем. Потом, через два месяца пришло второе... Знаете, я бы и его не заметила, но... Но увидела знакомые рисунки. Мы любили рисовать мелюзин в детстве. И когда я прочла... — Слёз не было, Фурина просто устало склонилась над столом, прикрыв глаза руками — Я не могу поверить что это она... Это невозможно... Она бы никогда такое... — Вряд-ли это призрак вашей сестры. — Не зная как успокоить Фурину, детектив подошёл к столу и положил руку на её плечо — Знаете, письма пишут люди, мёртвым они без надобности. А если человек написал что-то, значит его можно найти! Оставьте это мне и я разыщу того, кто выдаёт себя за Фокалорс! — Упоминать имя погибшей сестры серьёзная ошибка, лицо Фурины дёрнулось, но потом она улыбнулась. — Спасибо... Спасибо вам огромное... — Встав, она протянула руку. Это первое рукопожатие за долгое время, после которого ему не хотелось вытереть руку об одежду. Наоборот, хотелось её не пачкать, держать в чистоте всю оставшуюся жизнь. Этому не суждено было сбыться. Стоило Фурине закрыть за собой дверь, Хэйдзо потянулся вниз, к ящикам стола, забирая оттуда всё необходимое. Из-за небольшого шока, детектив совсем позабыл заключить контракт и попросить аванс, или хотя бы взять номер для обратной связи, к тому же Фурина забрала с собой конверты. Детектив решил что и так справится. Если даже призрак смог с ней связаться, то и он сможет. Дверь не запирал — всё равно её можно открыть с одного толчка, только свет выключил, молясь чтобы лампочка не взорвалась. Платить за интернет он себе позволить не мог, так что разбираться где находится загадочный почтовый ящик пришлось по старинке — с помощью миниатюрной карты города, она идеально складывалась в карман плаща и справочника автобусов, который он за время жизни тут выучил наизусть. Впридачу несколько месяцев назад приобрёл безлимитный проездной, чтобы пересекать весь город было дешевле. Перед выходом со склада Хэйдзо не удержался и посмотрел в зеркало, висевшее на пустом пункте пропуска. Серую, от пыли, рубашку, коричневую штаны, коричневую шляпу, коричневый плащ, ботинки коричневого цвета и галстук красного, всё надо было менять. Были бы деньги. Три автобуса спустя, промокший Хэйдзо был рядом с нужным адресом. Переулок Мелюзины, дом 8. Место действительно не примечательное: узкая щель между рядами невысоких пятиэтажек с редкими деревьями, узкой проезжей частью в одну полосу и ещё более узким тротуаром по обе стороны. Ни скамеек, ни урн, судя по запаху местные выбрасывали мусор в чёрные тени арок, служившими проездами во дворы. В центре переулка, на одном из домов, висел злосчастный почтовый ящик компании "Мелюзины Экспресс". Письмо с мелюзиной отправленное при помощи Мелюзины с переулка Мелюзины. Блестяще. Осталось только понять, кто такие мелюзины. Хэйдзо до сих пор не преуспел с этим. Подойдя ближе, он достал блокнот и начал быстро записывать, стараясь прятать записи от дождя. "Ящик", "Переулок", "Экспресс", после последнего слова Хэйдзо понял бессмысленность своих действий и спрятал книжицу обратно. Это ему ничего не даст. Сам ящик совершенно обычный, немного ржавый, с щелью посередине, кто угодно мог подойти, закинуть туда письмо и уйти, а вокруг ни единой камеры, на них у Хэйдзо особый нюх. Преступник продумал как остаться незамеченным. — Вы что-то потеряли? — Сзади, перекрывая дождь, послышался хрипловатый голос. Повернувшись, Хэйдзо увидел мужчину. Он курил и судя по голосу этим делом увлекался. На нём кроме плаща — обязательного элемента одежды любого жителя Фонтейна, была длинная широкополая шляпа, из-за которой лица почти не видно, и вылизаные до блеска ботинки. Всё чёрное, даже слишком из-за дождя. — Простите? — Хэйдзо смутно подозревая, кто стоит перед ним, всё равно решил продолжить общение. — Вы довольно внимательно тут всё осматриваете, мне стало любопытно — вы что-то потеряли? — — Нет, простите за беспокойство, нет, я ничего не потерял, я просто осматривал район. — Детектив уже давно не замечал за собой насколько он внимательно исследует места преступлений и что это так заметно со стороны. — Район? — Да. Смотрю просто вокруг. — Хотите купить здесь квартирку? — Эм, нет... Нет, не очень если честно, тут узковато на мой вкус. — Это правда. По утрам здесь не разъедешься. Но тогда зачем? — Я журналист. — Журналист? — Да, да, журналист. Аратаки Итто, журналист, занимаюсь урбанистикой. — Как же много этот тип задаёт вопросов. — Чем? — Наукой о городах. Вот, веду заметки. — Заметки? О городах? — Всё так. — У вас интересное имя — вы не местный? — Нет, я из Инадзумы. — Да-да, я слышу, есть в вашей речи такие боевые нотки. — Спасибо. — Их послушать, могло показаться, что это обычная болтовня ни о чём, но Хэйдзо, даже не видя глаз собеседника, чувствовал его напряжение. Повисло недолгое молчание. Мужчина прокашлялся и продолжил: — Так... А зачем вам нужен этот ящик? — Ящик? — Хэйдзо повернулся так, будто видит этот ящик впервые в жизни. — Да, ящик. Этот почтовый ящик. Зачем он вам? — О, ничего такого, я просто хотел написать другу. — Другу? — Да. — Он тоже журналист? — Да. Тоже урбанист. — Как его зовут? — Простите? — Друга. Вашего друга, коллегу, как его зовут? — Извините, он не любит, когда я называю его имя, он довольно скрытый человек. — Снова молчание, оно получилось чуть дольше и чуть напряжённее. — Вот как? И всё же он журналист. — Он работает под псевдонимом. — Псевдонимом? Интересно. — Теперь этот тип наконец поднял голову и Хэйдзо мог рассмотреть лицо собеседника. Суровое, через бровь и нос шли большие шрамы, губа разбита, толстый подбородок, даже в шляпе было видно, что он лысый. Хотя это скорее догадка Хэйдзо. Такая внешность встречалась только у двух типов людей: ветеранов пошедших в полицию или бандитов, обычно тоже ветеранов. Судя по тому как мужчина стоял, чуть сгорбленно, давно забыл про любую муштру, он был не из полиции. Блестяще. — Так... Вы хотите написать ему письмо? — Снова повторил он. — Да... Да всё верно, поделиться заметками. — Поделиться заметками? Понятно, понятно. Знаете, вам лучше не пользоваться этим ящиком. — Правда? — Правда. — Почему? — Он... Он плохо доставляет в последнее время. — Это очень неприятно. В таком случае я найду другой ящик. — Хэйдзо попытался уйти, но мужчина перегородил ему дорогу, он довольно крупный, на голову выше детектива и сильно шире его. — Не спешите, господин журналист. Я помогу вам найти другой. — Всё это время незнакомец не вынимал руки из карманов плаща, зажимая сигарету одними зубами. Хэйдзо и так знал, что тот держит. В одном был пистолет. В другом — телефон с быстрым набором, ведь мужчина не двинул ни единым мускулом. Через минуту к центру переулка подъехала чёрная машина. Низкая посадка, тёмные окна, изнутри вылезло двое парней помоложе, тоже довольно крупные. Одетые прямо как собеседник Хэйдзо, только без шляп, их головы мокли под дождём, зато с волосами. Оба подошли к ним, встав позади мужчины. Теперь детектива буравили три суровых взгляда. Взглянув на машину, Хэйдзо сглотнул. — Может... Может отвезёте меня к рабочему ящику? — Он посмотрел на бандитов, которые своих грозных намерений уже и не пытались скрыть. — Разумеется. — Главный среди них кивнул и парни, подхватив детектива, потащили его в машину, Хэйдзо не сопротивлялся. Он мог бы попробовать. Бывший сотрудник комиссии, детектив, как-никак. Но не стал, покорно позволяя впихнуть себя в машину. Ему нужны были зацепки, нужны были улики, нужны были следы. Призраки не оставляют следов. А вот бандиты очень даже.