Le sentier de l'oubli

— Войдите, — донесся монотонный голос Доктора. Его тон, лишенный красок, идеально соответствовал его тяжелому, беспристрастному нраву. Он сидел за массивным рабочим столом, скрестив руки на груди, и пристально наблюдал за каждым движением вошедшей. Лили, верная своей привычке, подошла к смотровому столу и опустилась на него, выпрямив спину по-солдатски ровно. Лицо её оставалось непроницаемой маской: ни единого проблеска чувств, лишь абсолютное, почти пугающее спокойствие, которое легко можно было принять за ледяное безразличие. — Доброе утро, — наконец соизволила произнести она. — Доброе утро, Лили, — ответил Дотторе, явно удовлетворенный её дисциплиной. — Отчет за утро. — Я подала завтрак новой подопытной. Как вы и приказали, Микаэль добавил в еду снотворное. Когда я забирала поднос, объект уже находился в состоянии глубокого сна, — монотонно отрапортовала горничная, сохраняя неподвижность статуи. — Отлично. Что-нибудь еще? — уточнил Предвестник. — Нет, Ваше Превосходительство, — последовал сухой ответ. — Тогда приступим к делу. Ты знаешь, что требуется, — мужчина поднялся со своего места. Он подошел к тумбочке, где на заранее подготовленном подносе поблескивали хирургические инструменты и шприц с неизвестным препаратом. Рядом лежал странный предмет — небольшое металлическое кольцо, назначение которого было понятно лишь самому Доктору. Взяв его, он приблизился к Лили и положил инструмент на край стола. Тем временем девушка, не меняясь в лице, начала подготовку. Разделась полностью по пояс, и привычным движением сняла пластырь из-под ключицы, обнажая крошечный след от предыдущего укола. В её действиях не было ни тени смущения или робости — лишь холодная исполнительность, граничащая с полной отрешенностью от собственного тела. Дотторе одобрительно кивнул и натянул стерильные перчатки. Наполнив шприц раствором из пробирки, он тщательно продезинфицировал кожу и ввел иглу. Лили даже не вздрогнула, словно сталь пронзила не живую плоть, а бездушный манекен. Закрепив новый пластырь на месте прокола, Доктор окинул её оценивающим взглядом с головы до пят. — Будь с нашей новой гостьей немного мягче. Нам нужно, чтобы она начала тебе доверять. — Будет сделано, — отозвалась Лили, на мгновение прикрыв глаза. — Теперь ты готова к основной фазе эксперимента. Ложись на живот, головой вниз. Используй специальную подушку. И помни: не двигайся, что бы ни случилось. Лили беспрекословно выполнила приказ, вытянувшись на столе, словно струна, натянутая до предела. Доктор собрал волосы девушки в аккуратный пучок, чтобы они не мешали работе, и зафиксировал их простой заколкой — из тех дешевых безделушек, что продавались на каждом углу в Фонтейне. Обыденность этой вещи резко контрастировала с тем, что должно было произойти. Тщательно продезинфицировав участок на её шее, он взял скальпель. Короткий, точный надрез длиной около двух сантиметров рассек кожу. Лили не издала ни звука, оставаясь такой же неподвижной, как стол под ней. — Как самочувствие? — с легким любопытством осведомился мужчина. — В норме, — коротко отозвалась Лили, чей голос даже не дрогнул. — Отлично. Дотторе взял тот самый округлый предмет и аккуратно поместил его в разрез, располагая строго горизонтально. Раздался негромкий щелчок — Доктор нажал на крошечную, уже окрасившуюся в алое кнопку. Инструмент зафиксировался прямо вокруг позвоночника. Тело Лили непроизвольно выгнулось, по нему прошла короткая, резкая судорога боли. — Вот так. Ты отлично справилась, — произнес он успокаивающим тоном, в котором, впрочем, не было ни капли искреннего сочувствия. Лишь удовлетворение творца своим изобретением. — Остались только швы. В течение нескольких минут он закрыл рану двумя безупречными стежками. В тишине лаборатории внезапно раздался стук. — Войдите! — почти радостно отозвался Дотторе, накладывая стерильную повязку на ее шею. В дверях показался Микаэль. Его лицо, как обычно, напоминало каменную маску. — Ты как раз вовремя. Закончил с бумагами? — поинтересовался Предвестник. — Да, Ваше Превосходительство, — молодой человек коротко кивнул. — Хорошо. Подойди ближе, — Доктор принялся убирать инструменты на тумбочку. — Лили, сядь. Девушка беспрекословно приняла сидячее положение, вернувшись к своей привычной, безупречно ровной осанке. — Готов лицезреть результат моего нового исследования? — в голосе Доктора зазвучала неприкрытая гордость. Микаэль молча кивнул, не сводя глаз с Лили и не зная, чего ожидать от этого эксперимента. — Тогда слушай внимательно. Перед процедурой я ввел ей сыворотку, корректирующую мировосприятие. А затем отдал приказ изменить линию поведения с нашей новенькой. Смотри… — Дотторе повернулся к Лили. — Представь, что я — Катрин, и ты подаешь мне завтрак. Лили улыбнулась. Её улыбка выглядела пугающе искренней, а голос зазвучал мягко, почти ласково: — Доброе утро! Я принесла вам завтрак. Надеюсь, он придется вам по вкусу. Дотторе и Микаэль наблюдали за этим преображением. Лицо горничной, еще минуту назад бывшее каменным, теперь светилось радушием. — Плачь! — резко скомандовал Предвестник. В то же мгновение губы девушки задрожали. В глазах скопилась влага, и через секунду по щекам покатились тяжелые слезы. Её взгляд наполнился такой глубокой, беспросветной печалью, будто у неё только что отняли всё самое дорогое. Она рыдала без видимой причины, просто подчиняясь приказу. Микаэль замер, пораженный увиденным. — Это… это ваше устройство вытворяет с ней такое? — Именно! — самодовольно подтвердил Доктор. — А теперь — плачь от радости! Лили тут же зашлась в звонком, мелодичном смехе, хотя из её глаз всё так же ручьем лились слезы. Этот диссонанс между счастливым смехом и плачем выглядел противоестественно, вызывая инстинктивный дискомфорт. — А теперь — спокойствие, — заключил Предвестник. Эмоции на лице Лили мгновенно испарились, вернув ей прежний отрешенный вид. — Поразительно… Но зачем всё это? — тихо спросил Микаэль. — Как это «зачем»? Наши подопытные могут быть наивны, но они не глупцы. Чтобы они сотрудничали, нужно установить с ними доверительный контакт. С этим инструментом я могу дистанционно управлять своими людьми, заставляя их манипулировать объектами так, как мне угодно. Не могу же я являться к каждому лично, — объяснил Доктор. — Но это еще не всё. Полюбуйся. Дотторе молча посмотрел на Лили. В тишине лаборатории прошла минута, после чего девушка заговорила — сухо, технично, словно зачитывала инструкцию: — Устройство подключается напрямую к спинному мозгу и мгновенно выстраивает связи по всему телу. Это дает возможность контролировать не только спектр чувств, как делает сыворотка, но и мысли, действия и даже физиологические реакции. Доктор перевел взгляд на Микаэля. В его глазах блеснул опасный огонек. — Так что, если хочешь оставаться хозяином самому себе, выполняй свою работу хорошо. Понятно? — Да, Ваше Превосходительство! — быстро ответил молодой человек, не в силах скрыть нервную дрожь. — Отлично. Микаэль, подготовь инструменты для эксперимента в тридцать седьмой лаборатории. А ты, Лили, возвращайся к своим прямым обязанностям горничной. — Слушаюсь, — в унисон ответили они. Микаэль поспешно покинул помещение. Лили, сохраняя всё то же бесстрастие, оделась и тоже вышла. Дотторе, явно удовлетворенный триумфом своей инженерной и медицинской мысли, сел за стол. Перо заскрипело по бумаге, занося в журнал детали того, как просто человеческая воля приносится в жертву науке.