Горячая погоня. [Книга 3]

Глава 1. Рик.

Слава богу, наступила пятница. Я жонглировал ключами от машины, кофе на вынос и портфелем, сумел нажать кнопку замка, а затем направился к входной двери полицейского участка Чико. Как детектив отдела по расследованию убийств, я не всегда получал выходные, но предстоящие выходные выглядели многообещающими. У меня не было никаких срочных дел, и я планировал максимально использовать это время. В субботу я собирался походить по барам в Сакраменто и завести знакомство – я слишком долго не удовлетворял эту потребность. В воскресенье я планировал провести день в поместье Канали. Отличная еда и время с семьёй – именно то, что прописал врач. А самое лучшее – я смогу выбраться из полицейского участка на целых два дня, два! Раньше я любил это место, но потом мой новый напарник переселился за соседний стол и сделал всё чертовски неловким. Кстати, о неловкости. Я остановился перед входной дверью и вздохнул. Я не хотел смотреть, но я был бы плохим детективом, если бы отказался наблюдать за тем, что происходило прямо у меня под носом. Поэтому я обошёл здание сбоку и направился к большой парковке сзади. В дальнем конце парковки, у мусорных контейнеров и деревьев, стояла машина. И там, спрятанная за мусорными контейнерами, стояла белая Camry. Я остановился в нескольких метрах от неё и уставился на это авто. Да, Джон Ривера, мой новый напарник, сидел на заднем сиденье Camry. Я видел его тёмную копну волос, склонившуюся к окну, и кусочек синего спального мешка. Чёрт возьми. Третья ночь подряд, и только Бог знает, сколько ещё прошло, прежде чем я заметил его, когда однажды утром случайно вышел к мусорному контейнеру, чтобы выбросить из машины вонючую коробку из-под пиццы. Мне было не до того, почему Ривера – который, может, и был молод, но проработал в полиции Чико шесть лет и был чертовски недавно повышен детективом убойного отдела – спал в своей машине. Куда, чёрт возьми, он девал свою зарплату? Отправлял сиротам? Да, конечно. Скорее всего, он отдавал её какому-нибудь ростовщику или наркоторговцу. Джон Ривера работал в отделе по борьбе с пороками, прежде чем месяц назад перешёл в отдел по расследованию убийств. Он работал под прикрытием. Он идеально подходил для этой работы, поскольку был молод, носил длинные волосы и имел подтянутое телосложение с татуировками. На самом деле, когда я впервые увидел этого парня, он стоял в коридоре нашего полицейского участка, одетый в потрёпанные камуфляжные штаны, рваную чёрную майку без рукавов, байкерские ботинки и цепи. Признаюсь, я посмотрел на него дважды. Потом посмотрел ещё раз. У него были большие выразительные тёмные глаза, густые тёмные волосы и лицо, которое было одновременно суровым и красивым. В этом наряде он выглядел как дикий кот – дикий и изящный, с характерным выражением лица. Это было сексуально. Потом я узнал, что он не был подозреваемым или свидетелем, приведённым на допрос. Нет, он был полицейским, и всё. Я не заводил отношений с коллегами. Никогда, никогда, никогда. Главное правило номер один. И, конечно, позже я узнал, что Ривера был геем, одним из наших открытых ЛГБТ-офицеров. Замечательно. Но по крайней мере я мог его избегать, поскольку он работал в другом отделе. А потом они, чёрт возьми, назначили его мне после того, как мой напарник, Рой Каллахан, ушёл на пенсию. – Теперь твоя очередь обучать нового детектива, – сказал мне шеф Уильямс. – Будь командным игроком. Дай Ривере шанс. Кто-то наверху хорошо посмеялся над моей забавой. В любом случае, это был бы не первый случай, когда полицейский из отдела по борьбе с пороками слишком увяз в отношениях с плохими парнями и вернулся с улиц с неприятными обязательствами. Была ли это причина, по которой Ривера ушёл из отдела по борьбе с пороками? Возможно. Какими бы ни были причины, по которым Ривера оказался бездомным, я следил за ним. О да, следил. Я вернулся в участок, чтобы начать свой чёртов день. Я был по колено в электронных письмах, когда зазвонил мой мобильный телефон. Я взглянул на него, не намереваясь брать трубку. Но на экране было имя Донни Канали. Я ответил. – Привет, Донни. В чём дело? — Привет, дядя Рики. – он звучал запыхавшимся. –  Э-э... Я хотел спросить, можно ли нам поговорить? – Да? Конечно. Давай. – Не по телефону. Я откинулся на спинку стула, почувствовав первые признаки беспокойства. – Я могу заехать к тебе сегодня вечером, если хочешь. – Нет. Я имею в виду... ты сейчас на станции Чико? – Да. – Я могу заехать? Я как раз ухожу с работы, так что могу быть там через двадцать минут. Я не хочу разговаривать при Майке или папе. – Я буду здесь. Заезжай. – Спасибо. До скорого. – он повесил трубку. Я бросил телефон обратно на стол, теперь уже очень заинтригованный. Что, чёрт возьми, Донни мог сказать мне, чего он не мог сказать при своём отце –  моем брате Анджело – или при Майке, моем племяннике и брате Донни? Донни недавно признался, что он бисексуал, и Энджи это не понравилось. Но если он хотел поговорить со мной об этом, то Донни не должно было быть проблемой говорить при Майке, потому что Майк был геем. Возможно, Майк попал в беду и не хотел, чтобы семья об этом узнала, поэтому Донни хотел обсудить это со мной в тайне. Или сам Донни. Но не было смысла строить догадки. Он скоро появится, а у меня на столе лежало десять дел, которые требовали моего внимания. Я только что вернулся, налив себе вторую чашку кофе, когда увидел, как Донни направляется ко мне через открытое офисное пространство. Я помахал ему рукой, вернувшись на своё место с ворчливым звуком. – Хочешь кофе? – спросил я его. – Нет. После этого я пойду домой спать.  – покачал он головой. – Сейчас 9 утра, – я посмотрел на его футболку Cal Fire и спортивные штаны. Он выглядел так, будто только что вышел из душа. – Ты только что закончил ночную смену, да? – Да. Тяжёлая была. – кивнул он. – Присядь. Я пододвинул ближайший стул для посетителей и поставил его рядом со своим столом. Донни почти упал на него, потирая лицо. Как и все мы, Каналисы, Донни был красивым парнем с густыми тёмными волосами. Он был крупным и мускулистым, отчасти благодаря хорошей кухне Люсиль, отчасти благодаря занятиям тяжёлой атлетикой, которые пожарные проводили в части, и отчасти благодаря переноске шлангов, топоров и тонн снаряжения во время работы. Его большие бицепсы выпирали. Мне было четырнадцать, когда родился Донни, поэтому для меня он всегда был ребёнком, но впервые он выглядел измождённым и измученным. – В чем дело? – тихо спросил я. Глаза Донни были мрачными: – Сегодня утром погиб пожарный. – Чёрт. Мне очень жаль. – я наклонился вперёд и погладил его по руке. Он нахмурился: – Слушай, у тебя есть какое-нибудь влияние на коронера? Потому что... я не знаю. Я внимательно изучал его лицо: – Расскажи мне, что произошло. Он вздохнул. – Это был парень по имени Лиам Грин. Он был нашим новым пожарным. И я должен был быть с ним. Если бы я был с ним, я бы позаботился о том, чтобы он выбрался. Но они отговорили меня. А я должен был послать их к чёрту. Если бы я это сделал, Лиам был бы сейчас жив. Я знаю, что был бы. Руки Донни дрожали, а глаза наполнились слезами. Я достаточно долго проработал полицейским, чтобы распознать шок, который наступает после жестокого несчастного случая. Я пододвинул к себе блокнот и ручку и заговорил самым успокаивающим голосом: – Эй. Всё в порядке. Сделай глубокий вдох, не торопись и начни с самого начала. Ты сможешь? – Мне записать это? – раздался голос Риверы позади меня. Я обернулся и увидел, как он подходит в помятой белой рубашке с пуговицами, зелёном галстуке и темно-синих брюках. Его волосы были влажными, как будто он только что помылся в ванной. Я внутренне вздохнул: – Я сам разберусь, – сказал я сухо. Ривера проигнорировал меня, возясь со своим телефоном. Он подтянул к себе офисный стул на колесиках – да, его стол был так близко – сел и положил телефон на стол, чтобы записать разговор. – Здравствуйте. Я детектив Джон Ривера. – он протянул руку Донни. Я стиснул зубы. – Вам не нужно здесь находиться. Это мой племянник, Донни Канали. – Вы новый напарник? Приятно познакомиться. – Донни встал и пожал Ривере руку. Ривера был высоким, но рядом с массивным Донни выглядел легковесом. Ривера посмотрел на меня и Донни и улыбнулся: – Теперь я вижу. Определённо родственники. – Да, ну, это семья. Так что..., – намекнул я снова. – Время идёт? – спросил Ривера, подняв брови. Я знал, что это была насмешка над тем, что он считал моей придирчивостью. Я посмотрел на него с угрозой. – Ну, дело не в семье, – уклонился Донни. – Я не против, если ваш напарник будет слушать. Может быть... Не знаю. Я надеюсь, что вы, ребята, сможете это проверить. – Отлично. – Ривера сел и заговорил по телефону. – Интервью с Донни Канали, 2 октября 2023 года. Я провёл рукой по лицу. Ривера не мог проваляться в своей машине ещё двадцать минут? Мне очень хотелось послать его к чёрту, но он был моим напарником, хотел я этого или нет. – Ладно. Донни, начинай. Донни глубоко вздохнул: – Сегодня утром пожарный Лиам Грин погиб при тушении пожара в северной части Чико. Мы эвакуировали большой жилой дом, и он отстал от двух парней из своей команды, и... и он не вышел. – он с трудом сглотнул. – Я должен был быть в его команде, но другой парень, Джорди, хотел, чтобы я поменялся местами с Уоллисом, поэтому я пошёл с Майком. Я уже собирался попросить его говорить помедленнее и пояснить, когда Ривера заговорил. – Если это было здесь, в Чико, то к этому времени уже должен быть отчёт. Он подъехал к своему столу и начал копаться в ноутбуке. Клянусь, поколение Риверы считало, что все ответы можно найти на экране компьютера. Меня обучал Рой, полицейский старой закалки. Он всегда говорил, что в реальном мире ты упускаешь все улики, если твои глаза постоянно прикованы к телефону. И он был прав. Я повернулся к Донни: – Что говорит начальник вашего участка? Они рассматривают это как случайную смерть? Донни выглядел несчастным: – Да. И, знаете, не очень-то круто обвинять членов своей команды в... в.... – Халатности? Донни бросил на меня умоляющий взгляд: – Я не знаю, дядя Рики. Поэтому я и пришёл к тебе. Ты можешь выяснить наверняка, правда? Расследуй это, ладно? – Отчёт довольно однозначен, – объявил Ривера, не отрываясь от экрана. – Говорится, что один пожарный погиб при исполнении служебных обязанностей. Но я знаю одного из полицейских, который был на месте происшествия. Я быстро ему позвоню. – он пошарил по карманам в поисках телефона, а потом понял, что тот всё ещё лежит на моем столе и записывает разговор. Он подошёл, выглядя смущённым. – Я на минутку остановлю запись. Я полагаю, ты возьмёшь показания, если они понадобятся? Я уставился на него без выражения. С ухмылкой, которую я был готов принять за насмешку, Ривера взял свой телефон, вышел из комнаты и начал набирать номер. Я вытер лицо. Боже мой. – Он кажется милым, – сказал Донни. Я хотел сказать: «Он бесполезен. И он мне надоедает. И он – искушение, которое я не хочу, чтобы сидело рядом со мной и дышало мне в спину весь день». Но я не мог сказать это вслух. Не на работе. – Ты говоришь, что нехорошо обвинять других пожарных. А что, по-твоему, они сделали? Объясни мне, Донни. Только между нами, не для протокола. Донни снова опустил голову на руки, локти на мой стол. – Я не знаю! Но что-то не так. Лиам в последнее время ведёт себя странно. Отдаляется от людей на станции, опускает голову, выглядит расстроенным. А потом Джорди и Уоллис объединились, чтобы я не пошёл с Лиамом сегодня утром. Сначала я подумал, что они просто не хотят, чтобы я был рядом из-за... из-за того, что я бисексуал. Но теперь... Блин, я не знаю, что я говорю. Просто я чувствую это всем своим существом. – он понизил голос до шёпота. – Смерть Лиама не была несчастным случаем. Я потеребил висок: – Мне жаль, что ты потерял друга. И я понимаю, что ты чувствуешь себя ответственным. Но здесь нет ничего, на чём можно было бы основываться, Донни. – Но... Ривера вернулся и встал рядом с моим столом, скрестив руки: – Ладно, я поговорил с Джимом... офицером Бэнксом. Он был на месте пожара сегодня утром. Он говорит, что смерть Лиама Грина была случайной, он погиб при исполнении служебных обязанностей. Департамент не будет этим заниматься. Его тон был деловым, но когда он увидел лицо Донни, он смягчился: – Мне очень жаль. Донни сжал кулаки, и его лицо покраснело. – Это не был несчастный случай! – несколько голов повернулись в нашу сторону, услышав его гневные слова. Он наклонился над столом и схватил меня за руку. – Пожалуйста, дядя Рики. Не мог бы ты хотя бы... я не знаю... пойти посмотреть на тело? Поговорить с судмедэкспертом или кем-нибудь ещё? Пожалуйста. Я сочувствовал ему. Правда. И я хотел бы помочь. Но он не понимал, как устроены дела в отделе по расследованию убийств. Если смерть была признана несчастным случаем, то дело не возбуждалось. А если дела не было, я не мог тратить на него своё время. И кроме предчувствия Донни, не было ничего, что могло бы послужить основанием для расследования. Я уже собирался мягко отказать ему, когда Ривера заговорил: – Да, конечно. Мы можем поговорить с судмедэкспертом. С удовольствием. – он улыбнулся Донни, чтобы его успокоить. – Уверен, Рик сделал бы всё для семьи. И иди в жопу, Джон Ривера.