Горячая погоня. [Книга 3]

Глава 3.   Рик.

Вся эта ситуация была просто отвратительной. И дело было не только в запахе сгоревших обломков и химикатов, который доносился из сгоревшего жилого комплекса, когда мы стояли на тротуаре перед ним и нам сказали убираться прочь. – Вы не можете войти внутрь. Вся конструкция нестабильна. Молодой полицейский Родригес был одним из наших, но я не знал его хорошо. Он выглядел сожалеющим, но в то же время не собирался сдаваться. – Как мы можем проводить расследование, если не можем осмотреть квартиру? – Ривера нахмурился, демонстрируя своё недовольство. – По крайней мере, позвольте нам посмотреть, как близко мы можем подойти. – Видите нижнюю часть лестницы? Полицейский указал на неё. – Вот как далеко вы сможете подойти. Эти лестницы держатся только на мушиной слизи и детской слюне, поэтому вы не сможете по ним пройти. Извините, но я должен не пускать никого внутрь, и точка. Может, вы поговорите с пожарными инспекторами. Они были здесь раньше. – Если они могут войти, почему мы не можем? – спросил Ривера. Он мог быть задиристым маленьким засранцем. – Всё в порядке, – я потянул его за руку. – Давай посмотрим снаружи. Мы обошли весь комплекс, держась на расстоянии. Всё было полностью уничтожено. Половина задней части просто исчезла, остался только чёрный беспорядок, а остальная часть выглядела обожжённой или повреждённой дымом или водой, которую полили пожарные. Ривера продолжал бормотать о том, что хочет попасть внутрь. Мы снова обошли здание и остановились у баскетбольной площадки. – Слушай, мы туда не войдём, так что успокойся, – сказал я. Он посмотрел на меня так, как будто я его чем-то разочаровал и подтвердил, что я козел. – Так тебе на самом деле плевать на это дело. – Это не дело, – сказал я, стараясь сохранять терпение. – Дела – это официальные задания, которые попадают на наш стол. А это просто услуга. И я не говорил, что мне всё равно. Но мне также важно не сломать тебе шею. Что-что? Я чуть не сказал «твою красивую шею»? Это было последнее, что я мог бы сказать. Никогда. К счастью, мой мозг отфильтровал эту фразу в последнюю минуту. Хотя он действительно выглядел особенно привлекательно с его тёмными глазами, из которых, казалось, вырывалось пламя. Боже, помоги мне. Ривера презрительно фыркнул: – Да, конечно. Хорошее оправдание. Как будто тебе не всё равно, что с моей шеей. Похоже, я не слишком скрывал своё недовольство тем, что его назначили моим напарником. По правде говоря, тот факт, что мне не всё равно, что с его шеей, удивил и меня самого, но я честно не хотел, чтобы он пострадал в том здании. – Послушай, это не обычное место преступления. Тело уже перенесли, и большинство улик – если они вообще были – сгорели. Конечно, я всё равно хотел бы сам всё осмотреть, но, вероятно, мы сможем получить нужные ответы от людей, которые извлекли тело. Они знают, был ли Лиам найден под обломками. А если пожарные инспекторы сделали свою работу, у них должны быть фотографии, особенно того места, где погиб пожарный. – Наверное, – неохотно признал Ривера. – Кто мог переместить тело? Пожарные? –  Хороший вопрос. Обычно они вызывают коронера, но если здание было признано небезопасным для входа, возможно, пожарные убрали тело. Ты разговаривал с одним из полицейских сегодня утром. Можем ли мы встретиться с ним? Получить больше информации? – Да, я могу... Ривера внезапно замолчал, и его лицо стало мертвенно бледным. Я повернул голову, чтобы посмотреть, на что он смотрит. Коричневый пикап подъехал к тротуару рядом с тем местом, где мы стояли. Я задался вопросом, кто хочет с нами поговорить, ведь мы не были в форме и официально не занимались этим делом, но потом я почувствовал движение в поле зрения. Я обернулся и увидел, как Ривера с опущенной головой уходит в сторону сгоревшего здания. – Ривера! Эй, Ривера! – из пикапа вышел парень и закричал. Он побежал к нам. Это был Клинт Мейерс, полицейский из отдела по борьбе с пороками. Я знал его, но мы не были друзьями. Он был крупным блондином, лет сорока, с широким лицом и карими глазами, которые всегда казались мне хитроумными или неискренними. Он был из тех, кто говорил слишком громко и слишком много, рассказывал пошлые анекдоты и считал, что мир существует для того, чтобы слушать его голос. Насколько я знал, он был хорошим копом, но не из тех, с кем я хотел бы общаться. Клинт дошёл до тротуара. – Джон! Что за хрень? – он раскинул руки и бросил на меня преувеличенный взгляд, как будто спрашивая: «Что, чёрт возьми, не так с твоим напарником?». Ривера остановился, немного сгорбился, а затем вернулся, сохраняя нейтральное выражение лица. Он подошёл и встал ближе ко мне, чем обычно. – Привет, Клинт, – сказал он, холодно кивнув подбородком. – Привет. У меня есть несколько вопросов по поводу операции в Карлтоне, которые я хочу тебе задать. – Откуда ты узнал, где я? – спросил Ривера, напрягая спину. Клинт преувеличенно пожал плечами: – Я был в этой части города, поэтому решил заглянуть и посмотреть на этот пожар. Крупный, да? Чёрт. Давай я отвезу тебя на станцию, а по дороге ты мне всё расскажешь? Согласен? Он посмотрел то на меня, то на Риверу, жонглируя ключами в руке. Ривера облизнул губы: – Не могу. У нас... назначена встреча с пожарными инспекторами. Через десять минут. На самом деле, нам нужно идти прямо сейчас. Ривера бросил на меня взгляд, который я не мог не понять. Чёрт, у меня было дюжина племянниц и племянников. Я знал, как выглядят умоляющие глаза, когда видел их. – Да. Нам нужно идти, – сказал я. – Извини, Клинт. Глаза Клинта стали жёсткими, когда он посмотрел на Риверу. – То, что ты перевёлся, не значит, что можешь бросить всё как горячую картошку. Есть дела, которые нужно довести до конца. Это твой долг. – Я зайду позже, в участок. – Ривера повернулся и быстрым шагом пошёл к моей машине. Клинт пошёл за ним. Он как-то надулся, и его лицо выглядело угрожающе. Всё это вызывало у меня неприятные ощущения. Я поспешил догнать своего напарника. – Увидимся в участке, – сказал я Клинту, проходя мимо него и бросая на него строгий взгляд. Джон шёл быстро, у него были длинные ноги, поэтому мне приходилось делать большие шаги, чтобы не отставать от него. Мне казалось, что мы пытаемся обогнать бешеную собаку, когда шли к моей машине. Мне не нравилось это ощущение. Я не убегал от кого-либо и не имел понятия, почему я вообще хотел бы это сделать в данном случае. Поэтому я замедлил шаг и позволил Ривере опередить меня. Я проигнорировал его нетерпеливую позу, когда он ждал у машины. Я открыл замок, когда подошёл ближе, и Ривера резко открыл дверь пассажира. К тому времени, как я сел на водительское сиденье, он уже пристегнулся ремнём безопасности. Я не позволял себе оглядываться по дороге, но, пристёгивая ремень, я посмотрел в зеркало заднего вида. Клинт вернулся к своему грузовику и садился в него. Он резко тронулся, явно раздражённый, а затем свернул за угол и исчез. Я повернулся, чтобы посмотреть на Риверу. Его кулаки были сжаты на бёдрах. – Ладно. Что это было? – Ничего. – Да? Не думаю. У тебя проблемы с Клинтом? Ривера посмотрел в окно: – Не беспокойся о нём. Я сам разберусь. Его голос был настолько напряжённым, что я мог бы натянуть его, как струну. «Что с ним случилось?» – Я сказал, не беспокойся об этом. И не притворяйся, что тебе не всё равно. – Ривера повернулся ко мне и бросил на меня отталкивающий взгляд. Я остановился и задумался. В чём могла быть его проблема с Клинтом? Они оба работали в отделе по борьбе с пороками. Должно быть, там что-то произошло. Сделка пошла не так? Или Ривера знал о Клинте что-то, чего Клинт не хотел, чтобы он знал? Поэтому он ушёл из отдела? К сожалению, это казалось вполне вероятным. Что он мог знать? Может, Клинт зашёл слишком далеко с подозреваемым. Или, может, дело было в коррупции. А может, проблема была личной. Я не мог не думать, что это могло быть связано с тем, что Ривера был геем. Это была одна из причин, по которой я держал свою личную жизнь в секрете. Я не хотел иметь дело с личными драмами в полицейском департаменте. Клинт казался человеком, который мог бы создать такие проблемы. – Он тебя преследует? – спросил я тихим голосом. Я знал, что должен заткнуться, но гнев и какая-то защитная реакция овладели мной. Чёрт, я даже не хотел быть напарником Риверы. И я не был его телохранителем – или нянькой. Но я ничего не мог с собой поделать. – Боже, ты что, не понимаешь намёков? Слушай. Это не имеет никакого отношения к работе, ясно? Я хмыкнул. Это означало, что дело было личное. – Значит, он тебя преследует. Это из-за того, что ты гей? Ты с кем-нибудь об этом говорил? – Рик. – Ривера вздохнул в знак поражения. – Просто забудь об этом. Я фыркнул. – Да. Ты, наверное, слышал обо мне, но я не очень хорош в том, чтобы забывать о вещах. Ривера пристально посмотрел на меня, а затем его губы искривились в улыбке. – Я слышал, как люди называют тебя Локджоу. Теперь я понимаю почему. Как насчёт того, чтобы направить это упорство на расследование дела? – Это не дело, – сказал я, запуская машину. – Пока не... – Это официально. Я знаю. Так как мы свяжемся с пожарными инспекторами? Я постучал пальцами по рулю, задумавшись: – Прежде чем обращаться к ним, давай поговорим с тем полицейским, которого ты знаешь, он был на месте происшествия сегодня утром? Ривера кивнул. – Джим Бэнкс. Да, хорошая идея. – он достал телефон и написал сообщение. Ответ пришёл сразу же. Но Ривера на мгновение замялся, просто глядя на свой телефон. – Что? – спросил я. Он убрал телефон: – Ничего. Он на станции. Мы можем поговорить с ним там. Он звучал нормально. Слишком нормально. И это колебание... он не хотел возвращаться на станцию? Из-за Клинта? И почему он спал в своей машине за мусорными контейнерами? Впервые эта мысль меня беспокоила, а не просто раздражала. Я завёл машину: – Знаешь... мы партнёры. Если с тобой что-то не так, я должен об этом знать. Он посмотрел на меня с недоверием: – Во-первых, ты впервые признал, что я твой партнёр. Так что прости, если я не испытываю чувство единения. А во-вторых, почему то, что я твой партнёр, означает, что ты должен знать обо мне всё? – Потому что мы должны прикрывать друг друга. Чёрт, наши жизни зависят друг от друга. И если что-то мешает тебе думать или ставит тебя в уязвимое положение, я должен об этом знать. Он ничего не сказал, только уставился в окно. – Кроме того, партнёры болтают о всякой ерунде. Это их работа, –  добавил я, думая о том, как Рой любил болтать о чём угодно. Я знал о его жене Карен, наверное, больше, чем её собственная семья. – Ну, пожалуй, это нужно заслужить, – тихо сказал Ривера. Что да, то да. Справедливо.