Горячая погоня. [Книга 3]

Глава 17.

Джон

– Я не думаю, что Ребекка имеет какое-то отношение к убийству Лиама Грина. Рик поднял на меня глаза от тарелки со спагетти и фрикадельками. Его улыбка была такой ласковой, что у меня запылали щеки. – Это твоё внутреннее чутье? – спросил он. – Да. – я укоризненно толкнул его ногой под столом. Он ответил тем же, и по моей ноге пробежала волна тепла. Мне пришло в голову, что мы флиртуем. Я отдёрнул ногу. Чёрт возьми. Я не мог ничего с собой поделать, когда дело касалось Рика. Половину времени я даже не осознавал, что делаю это, пока не делал. Я прочистил горло: – И ещё? Я начинаю думать, что Джорди этого не делал. – О? А утром ты был готов его посадить. – Рик посмотрел на меня с любопытством. – На орудии убийства нет его красной точки. И если он был настолько предусмотрителен, чтобы поменять инструменты перед убийством, то он умный. Но при этом он был настолько глуп, что оставил орудие убийства в своём шкафчике? Это слишком нелогично. – Хорошая мысль. – Рик медленно кивнул. – Так каково твоё логическое заключение? – спросил я. Рик вытер рот салфеткой и сделал глоток вина. Между допросами, изучением улик и предоставлением отчёта начальнику полиции мы работали до позднего вечера. Мы приехали в Резолют в 9 часов вечера, оба умирали от голода. Рик предложил зайти в небольшое кафе на главной улице, где он часто обедал, поскольку оно работало до позднего вечера. Это было милое маленькое заведение с красно-белыми клетчатыми скатертями, свечами, искусственными цветами и меню, написанным мелом на доске. Я заказал курицу с картошкой фри и должен был напоминать себе, чтобы не съесть всё за минуту. Это был первый раз за весь день, когда я смог расслабиться, и мои плечи были напряжены от того, что я так сосредоточился во время допросов. – Ну..., – задумчиво начал Рик. – Мы знаем, что любому из пожарных было бы легко проникнуть в чужой шкафчик и подложить туда орудие убийства. – Верно. – Допустим, что Джорди не убийца, как и Ребекка. Я бы поставил её внизу списка подозреваемых как из-за показаний Брайана о том, кого он видел входящим в левый коридор, так и потому, что, если убийца был достаточно умён, чтобы подменить орудие убийства, маловероятно, что он или она оставили бы орудие Джорди в своём шкафчике. – Верно, – согласился я. – К тому же её допрос был довольно убедительным. Рик кивнул: – Это означает, что убийца сделал несколько подмен. Он положил Life Hammer, который был орудием убийства, в шкафчик Джорди. Он, должно быть, знал, что инструменты Джорди были помечены красной точкой, и не хотел, чтобы его поймали с ним. Поэтому он положил Life Hammer Джорди в шкафчик Ребекки и взял её немеченый. Я медленно кивнул: – Значит, убийца пытался подставить Джорди, а не просто избавиться от орудия убийства. Рик пожал плечами: – Джорди был с Лиамом во время пожара. Логично, что если убийца собирался обвинить кого-то другого, то это был бы Джорди или Уоллис. – Да. А это также означает, что убийца не из тех, кто маркирует свои инструменты, потому что на орудии убийства не было маркировки. – я откусил кусочек курицы и ещё раз обдумал это. – Или, наверное, они могли заранее спланировать убийство и поменять свой Life Hammer с кем-то другим перед пожаром. Рик покачал головой: – Сомневаюсь. Убийца не мог знать, что начальник назначит Лиама в команду с Джорди и Уоллис. Так что подложить орудие убийства Джорди определённо не могло быть заранее спланировано. Не знаю... Мне кажется, что это было скорее спонтанное действие. Был городской пожар – не типичный для Cal Fire – где небольшие команды были сгруппированы относительно близко друг к другу, а дыма было достаточно, чтобы скрыть движения. Убийца, возможно, думал об убийстве Лиама. Но когда возник пожар, это была идеальная возможность, и он решил воспользоваться ею на месте. А потом попытался скрыть следы, подменив инструменты. Эта мысль была тревожной. Я вполне мог представить, как один из этих пожарных решил на месте, что сейчас у него есть шанс, что он должен довести убийство до конца. Ни один из пожарных не выглядел таким, кто мог бы убить раньше. Так что, кто бы это ни был, он, должно быть, был напуган. Отчаянный. Как ужасно. – Если ты прав, убийца не оставляет следов на своих инструментах. Потому что это не было преднамеренным. Я достал телефон и проверил свои записи. – Остаются только Донни, Брайан, Уоллис, Ребекка и сам Лиам. – А что, если убийца использовал собственный молоток Лиама? – задумчиво спросил Рик. – Он был у него на поясе. – Рик улыбнулся. – Добро пожаловать в убойный отдел, парень. – затем он стал серьёзным. – На самом деле, я могу пересчитать по пальцам одной руки количество дел, подобных этому. Редко когда это головоломка. Обычно это просто куча беготни. – Тогда я рад, что мы будем работать над этим делом вместе. Рик отпил глоток вина и посмотрел на меня так, что я не знал, как это интерпретировать. Ну, я знал, как бы я хотел это интерпретировать, но это было бы безумием. – Что? – спросил я, пошевелившись на стуле. – У тебя много энтузиазма, Джон. Должен сказать, это делает работу более интересной. – Правда? – я не смог сдержать широкой улыбки. – Да, правда. – его взгляд скользнул по моему телу, и он вздохнул. – В некотором смысле более интересной. Его слова ударили меня ниже пояса, потому что я точно знал, что он имел в виду. Несмотря на синие яйца. Он отвернулся: – Хочешь десерт? У них есть небольшая тарелка с дегустационным набором мороженого. Что-нибудь, чтобы охладиться, сейчас было бы кстати. – Вы любите мороженое, детектив Канали? – поддразнил я. – Да. Но не говорите Люсиль. Она думает, что я больше люблю её тирамису. – он посмотрел мне в глаза. – Мне нравится, как мороженое тает во рту. Всё моё тело запылало. Чёрт. Вот это таяние. – Чёрт, – пробормотал я. – Прости. Это было неуместно. – он отвернулся. Не неуместно, хотел я сказать. Просто чертовски раздражающе. Только я не доверял себе, чтобы говорить. Мы отказались от мороженого. Думаю, нам обоим нужно было подышать свежим воздухом. Я настоял на том, чтобы заплатить, так как я останавливался в его доме. Когда мы встали, Рик извинился и пошёл в туалет, а я вышел на улицу. Мне нужно было остыть, прежде чем мы дойдём до дома Рика, иначе у меня будут проблемы… Рик Я закончил в туалете и вышел из закусочной на слабо освещённые улицы маленького центра города Резолют. Мои мысли были заняты делом. Использовал ли убийца Лиама собственный Life Hammer? Но подкрасться сзади и ударить по голове – это одно. Если бы убийца схватил что-то с пояса Лиама, тот наверняка почувствовал бы это и обернулся. Я пошёл к своему Dodge Charger, который был припаркован в нескольких метрах от тротуара. Мне понадобилась секунда, чтобы заметить, что Джона в машине не было. – Заткнись, паскуда, и садись в машину! Внутри меня мгновенно вспыхнула ярость. Я понял, что происходит, ещё не глядя, но когда я обернулся и увидел, как Клинт тащит Джона по тротуару, я увидел красный цвет – глубокий, кровавый красный. – Отпусти меня, ублюдок! – Джон сильно оттягивался назад и сгибал колени, сопротивляясь изо всех сил, но Клинт был силен и весил на добрых тридцать фунтов больше. Он держал Джона обеими руками – одной за правый бицепс, а другой сжимая в кулаке его волосы. Джон левой рукой шарил по бокам, пытаясь достать пистолет. Я уже бежал к ним, но знал, что должен вмешаться прямо сейчас. Иначе Джон мог его убить. – Стоп! – крикнул я. Клинт поднял глаза, увидел меня, и его лицо исказилось от ярости – прямо перед тем, как я врезал ему кулаком. Он отскочил назад, отпустив руку Джона, и ударился о капот своего грузовика. Джон упал на тротуар на задницу из-за сильного рывка, с которым он отталкивался. Я перешагнул через него, чтобы встать перед Клинтом. Клинт держался за нос, из которого текла кровь и который, вероятно, был сломан. – Я убью тебя, – сказал он затруднённым голосом. Его глаза говорили, что он серьёзно, как будто он мог в любой момент достать пистолет. Я специально огляделся: – Не здесь, на публичной улице ты этого не сделаешь. И никогда. Знаешь, почему? Клинт только злобно посмотрел на меня, всё его тело было напряжено. – Потому что я знаю все твои грязные секреты. Я знаю, что ты был в отношениях с Джоном и избивал его. Я знаю, что ты украл его деньги. И я знаю, что ты прикарманиваешь конфискованные наркотики, чтобы продать их при первой же возможности. Так что, если ты не хочешь, чтобы об этом узнали все в полиции, ты отстанешь от него. Если ты ещё раз посмотришь на него или на меня, я тут же натравлю на тебя внутреннюю службу. Как ты думаешь, сколько ты продержишься в тюрьме, Клинт? Уверен, у тебя там много друзей, которые будут рады тебя увидеть. Глаза Клинта расширились от удивления, а затем стали осторожными. Он выпрямился, всё ещё держась за окровавленный нос, и угрожающе посмотрел на Джона. – Он тебе всё это рассказал? Он чёртов лжец. – Иди на хрен, ты, огромный манипулятор! – крикнул Джон. Он встал на ноги и шагнул вперёд, сжав кулаки, как будто готов был драться. Я удержал его одной рукой: – Он не врёт, Клинт. Более того, он показал мне доказательства. Фотографии, аудиозаписи. Если мы передадим это дерьмо, тебе конец. Клинт покачал головой, как будто хотел возразить, но ничего не сказал, только бросил на Джона убийственный взгляд. Я заметил в его глазах проблеск сомнения. – И на случай, если ты думаешь о том, чтобы поумничать, – продолжил я, – У меня есть письмо, в котором подробно описано всё, что ты натворил, вместе с доказательствами, собранными Джоном. Так что тебе лучше надеяться, что ни с ним, ни со мной ничего не случится. Потому что, если произойдёт даже небольшая авария, всё это станет достоянием общественности. Я отпустил Клинта и отступил назад. Его белая рубашка была вся в крови из носа. Должен признать, при этом виде я почувствовал искру удовлетворения. – Это шантаж, – прошипел Клинт. – Я могу за это на тебя пожаловаться. Я скрестил руки на груди: – Нет, это шантаж: ты вернёшь деньги, которые взял у Джона. Внеси их обратно на его банковский счёт до утра среды и добавь шестьсот за повреждение его машины. И переведись в другой полицейский участок. Мы дадим тебе время до первого ноября, чтобы уехать. Сделай это, и то, что у нас на тебя есть, останется в тайне. Будь умным, Клинт. Ты ещё можешь спасти остаток своей жизни и карьеру. Клинт ещё мгновение смотрел на меня и Джона с чистой ненавистью, затем повернулся, сел за руль своего грузовика – всё ещё держась за нос – и уехал. Я повернулся к Джону, который стоял на тротуаре и смотрел на меня. – Ты в порядке? – я подошёл к нему. – Этот ублюдок тебя поранил? Я поднял руку, чтобы осторожно дотронуться до него, опасаясь, что Клинт вырвал ему волосы, когда тащил Джона. Я погладил густые пряди и, к счастью, не почувствовал крови. Джон продолжал смотреть на меня с интенсивным выражением лица. – Джон? Ты в порядке? Он взял моё лицо в обе руки и поцеловал меня в губы. Я был так удивлён, что мне понадобилось несколько секунд, чтобы отреагировать. Затем меня пронзило пламя. Это было желание, но больше, чем просто желание. Жар и потребность проникли глубоко в мои кости. Они смешались с защитной реакцией и этими безумными чувствами, которые я испытывал к этому мужчине – к Джону. С звуком, подозрительно похожим на хныканье, я обнял его и прижал к себе, обхватив его за шею. Не знаю, кто первым открыл рот, но в мгновение ока мы целовались страстно, глубоко и неистово. Он сжимал меня, как утопающий, крепко прижимаясь ко мне, и я страдал. Ничто никогда не было так хорошо, так прекрасно, как поцелуй Джона Риверы, как прикосновение его тела и губ к моим. Я хотел держать его вечно, до восхода солнца, до восхода тысячи солнц. Раздался звон, когда открылась дверь закусочной. Мы оба отскочили и уставились друг на друга. Чёрт. Мы стояли на главной улице Резолюта и целовались, как будто устраивали бесплатное секс-шоу. Я улыбнулся, и Джон начал смеяться. – Упс, – сказал он. – Упс, как же, – проворчал я. – Но давай сначала доедем до дома? Мы оба поспешили сесть в машину. Моя эрекция была настолько сильной, что молния на брюках причиняла боль. К счастью, через несколько минут мы уже подъехали к моему дому. Я почувствовал лёгкое беспокойство. Может, Клинт снова наведался в мой дом и на этот раз нанёс ущерб имуществу? Но я не заметил ничего подозрительного, и свет на заднем крыльце не показывал никаких признаков разбитого стекла, взлома или других правонарушений. Слава Богу. Потому что в тот момент у меня на уме было только одно. Затащить Джона в дом и в мою постель. Часть меня всё ещё понимала, что это плохая идея. Но мне было на это плевать….