Я ошибался

      Сообщение было коротким.       Хичоль перечитал его третий раз и понял, что зацепило не содержание.       Сегодня не выйдет. Перенесём.       Без смайлов.       Без пояснений.       Не извиняясь.       Он отложил телефон, потом взял снова — чисто машинально, как проверяют карман с ключами. Ничего не изменилось. То же предложение. Та же точка в конце.       Нормальное сообщение.       Абсолютно.       И всё же внутри что-то сдвинулось — не резко, а неприятно точно, как если бы кто-то подправил фокус, и картинка стала чересчур чёткой.       Хичоль знал Кю слишком давно, чтобы не чувствовать ритм.       И слишком хорошо, чтобы не заметить, когда этот ритм меняется.       Он не стал отвечать сразу.       Это было важно.       Через десять минут телефон снова загорелся.       Не срочно. Просто предупреждаю.       Вот теперь стало ясно, что его задело.       Кю контролировал ситуацию.       Заранее.       Без попытки сгладить.       Хичоль усмехнулся и набрал ответ — нейтральный, почти ленивый.       Ок.       Отправил и тут же пожалел. Не потому что сказал не то — наоборот, слишком то. Слишком быстро согласился с тем, что его не касается.       Он поймал себя на странной мысли: если бы это был кто угодно другой, он бы даже не заметил.       Но Кю в последнее время был… нет, не «другим».       Собранным он был всегда.       Сдержанным — тоже.       Просто теперь между его действиями появилась пауза. Как будто он проверял себя перед каждым шагом.       Хичоль откинулся на спинку стула и закрыл глаза.       Он не собирался лезть. Не собирался спрашивать. Он вообще ничего не собирался. Но мысль уже оформилась — чёткая, удобная, слишком логичная, чтобы её игнорировать.       Значит, вот так.       Он открыл глаза и снова посмотрел на экран.       Сообщение никуда не делось.       И впервые за долгое время Хичоль подумал не о том, что происходит, а о том, что от него скрывают — намеренно.