Мечты лжецов. Часть 1

      Мы возвращались в квартиру Жанны. По дороге половина ребят остались в баре, небольшой компанией мы шли по узкой улице. Жизнь в городе была в самом разгаре, я не привыкла видеть дороги настолько оживлёнными ночью. Обычно в это время я сидела за учёбой или сладко спала. Я слышала, что « Как новый год встретишь - так его и проведёшь». Во мне теплилась надежда, что в этом году буду окружена людьми, с которыми я становлюсь настоящей собой.       Айла держала меня под руку. У неё мёрзли пальцы, так что я одолжила ей перчатки, а сама положила руки в карманы. Впереди колонны шёл Мади. Он походил на маму утку, за которой по одному шагали утята. Я не знала, как начать разговор, и просто сгорала от любопытства. Мне хотелось, чтобы все вокруг вдруг ушли куда-нибудь, а я смогла выпытать из него правду. Я слишком ушла в свои мысли, и могла бы выпилить взглядом в его макушке дырку, если бы продолжала чуть дольше смотреть. Может, он ощутил взгляд, и обернулся, у него от холода покраснели щёки, из-за чего сейчас напоминал снегиря.       Мади спросил, нужно ли кому что из круглосуточного. Ребята остались ждать его у входа, а я проскользнула за ним. — Так что ты хотел сказать? — Напугала!       Он чуть не выронил из рук корзинку для продуктов. Я не отходила от него и молча продолжала на него смотреть. — Не знаю, хочешь ли ты это знать, или нет. Хотел прояснить насчёт прошлого года. — А давай проясним. Давно стоило это сделать! – Слова слетали с языка, я даже сама ощущала, насколько воодушевлённо звучала. Становилось неловко сильно позже, когда я уже замечала смущение на лице Мади. — Я не хотел задеть.       Я посмотрела настолько красноречиво, что Мади пришлось на секунду замолчать. — Я боялся, что ты станешь, как моя мама. Она не знает корейского, не знает многих традиций, и скорее похожа на казашку. Я собирался сказать это раньше, но ты не хотела меня слушать.       Мади оплатил товары за стойкой самообслуживания. Я помогла сложить воду и напитки от похмелья в пакет, он забил ими всю корзинку, и они будто не заканчивались. — И это всё? Я поняла, когда увидела твоих дядю с тётей. — Знаешь, когда я учился в школе, мы с родителями и бабушкой впервые поехали в гости к дяде Славе. Тогда я думал, что, если я тоже окажусь в Корее, то сразу вольюсь, и буду здесь, как рыба в воде. Мне казалось, что, раз у меня есть корейские корни, то я адаптируюсь. Но где-то в глубине души, даже тогда я себе не верил. Я казах до мозга костей, наверное, мой мозг работает совсем иначе. Когда ты так на меня смотришь, я думаю, что лучше бы молчал. — Просто в голове не укладывается, как ты мог перекладывать свой опыт на меня. Я же совсем другой человек, и у нас с тобой совсем разные истории. — Не сказал бы, что «совсем» уж разные. — Да, у нас сложное отношение со своими идентичностями. Но я не думала, что для тебя это всё настолько важно. А между нами просто было глупое недопонимание. — Послушай, дело было не в самом недопонимании. Я завидовал тебе, Дайана. Ты всегда была связана со своей историей, а я в какой-то момент даже не понимал, что из себя представляю. Нет, мне правда стоило просто молчать. Перестань так смотреть! — Прости. Но ты говоришь странные вещи. Логично ведь, что с твоим опытом ты никогда не станешь похож на здешних ребят. У вас совсем разные mindsets. Как по-русски? — Образ мышления. Я тебя понял. — Я так долго считала тебя высокомерным придурком. А ты просто дурачок. — Почему тебе обязательно оскорблять меня? — А как тебя по-другому называть? Из-за тебя обо мне странные вещи говорили, между прочим ты вообще-то виноват! Не надо было приходить со мной на ту приветственную тусовку, я уже тогда чувствовала, что Инжу меня возненавидит. — Прости. Я думал, что если придём вместе, то познакомишься со всеми, заведешь друзей. — Хочешь сказать, что волновался за меня? — Да. Я узнал про Зере. Арсен сказал. Он звонил перед тем, как ты приехала.       Сердце на миг пропустило удар. Я с трудом сглотнула, пытаясь не изменить своего выражения лица. — Разве вы не в ссоре?       Мади почти остановился, и посмотрел на меня. Я не могла понять, что за эмоция застыла на его лице, то ли разочарование, то ли шок. — Ты запомнила... Он тебе всё ещё? — Нет, конечно. Пусть идёт к чёрту. Не хочу о нём вспоминать, и о Зере тоже. Почему вы вообще разговаривали обо мне? Аж мурашки по коже. — А ты не чувствовала, что у тебя уши горят? — Только левое. — Да нет, правое тоже должно было гореть.       Что хорошего они могли обо мне вспоминать? Мади продолжал меня удивлять. У него было довольное выражение лица, будто собирался продолжать разговор, но почему-то он молчал. А раз он молчал, я тоже - мне было нечего говорить.       Хотелось вернуться в общежитие, но вход был уже закрыт, да и в комнате никого не было. Сохи поехала встречать новый год со своим парнем, а ДжиУ пошла гулять с друзьями.       Дорога обратно длилась будто в два раза меньше, я даже не заметила, как мы оказались снова на полу студии Жанны. Настя давала пожелания на грядущий год, а остальные подняли за это бокалы. Мне стало скучно, я положила голову на диван. Из присутствующих в наиболее здравом уме оставался только Мади.       Я долго на него смотрела, не с какой-то целью, просто взгляд зацепился за него. Он сидел на противоположном краю комнаты, вдали от девчонок. Мади смотрел в экран телефона, опираясь на стену. Я заметила, что ни разу не видела, чтобы он выпивал: ни на афтерпати, ни на вечеринке в первый учебный день, и даже сегодня он не сделал ни единого глотка. Вот в моей руке оказалась его полная банка пива, а в голове рисовался план напоить его.       Всем, конечно, моя идея понравилась. Как мог он выйти этим утром (единственный) совсем как огурчик? Если мучился один, то остальные должны были тоже. Первой начала наступление Жанна, затем к нам присоединились и Настя с Айла, а я просто стояла рядом, будто не я первая придумала его споить. — Я не пью! Давайте не будем, — Мади начал оправдываться перед четырьмя поддатыми девушками. — Это новогодняя ночь, как ты можешь быть настолько трезвым? - Настаивала Жанна. — Давай это же всего одна банка!       В итоге у него не было выбора, и он выпил банку почти залпом, пафосно смял в ладони банку. Насколько большую ошибку мы совершили, я осознала, когда было уже слишком поздно. Видимо, даже одной капли алкоголя было достаточно, чтобы у Мади сорвало крышу. Всего пару минут он молчал, но вдруг начал кричать что-то вроде: «Живём только раз! Гулять так гулять!».       Тогда мы подумали, что у него поднялось настроение, и радостно доставали банки одну за другой из холодильника. Мы давали друг другу пожелания, а потом вместе чокались. Настю развезло, и она начала говорить о том, как сильно поменялось её первое впечатление о нас. Она думала, что я была милой девочкой отличницей, а оказалась, по её словам, охотницей. Мади ей казался злым, но был душой компании. Жанну она вообще заклеймила стервой, а она на самом деле была милашкой. Единственная, насчёт кого «ожидание и реальность» совпали, была Айла.       Мади вдруг рассмеялся так сильно, что не мог остановиться. Мы тоже, сами того не осознавая, смеялись. — А Дайана считает меня придурком! И тогда, и сейчас! — Но ты сам в этом виноват! — Я оправдывалась даже скорее не перед ним, а перед девчонками. — Нет. Ты всё время говоришь, что я тебя бешу. — Ни разу не говорила так!       Тут он стал не остановим. Видимо алкоголь сильнее ударил в голову, и он стал быстрее пить до дна. Перепало всем, даже мне, скорее в особенности мне. Он заставлял меня пить почти без перерыва и без закуски, ведь в магазине мы взяли только воду. Девчонки по одной начали засыпать, они старались держаться, но под силой тяжести склоняли головы к полу. Я смотрела на происходящее уже без призмы веселья. Сильно опьянеть мне не удавалось, меня отрезвляло его поведение. Рядом не было никого, кто был в состоянии придержать его в узде.       Вскоре пиво закончилось, и Мади ушёл на кухню. Мы с Жанной проглядели этот момент, а когда я попыталась отобрать у него адскую смесь всего, что было на столе, он попытался меня укусить.       Ещё через десять минут, когда я всё же смогла отобрать выпивку, Мади начал горланить. Сначала он жаловался на меня, что я заставила выпить, а теперь говорю, что «всё закончилось». Потом он ругался на Жанну, что она взяла слишком мало напитков и чипсов. Так он прошёлся по всем участникам посиделок, особенно его «бесила» Инжу и Азамат. На вопрос почему он ответил, что потому что они «обижают Дайану». От подобных его слов я раскраснелась, и просила его прекратить. Мне этого делать не стоило. Ой, как я быстро пожалела. Сначала он надолго засел в ванной, а как вышел, кричал, что я несправедлива к нему, что мне не стоило преувеличивать. Так он разбудил Настю, она пыталась уговорить его лечь спать. Но он ни в какую не хотел принимать хоть сколько нибудь горизонтальное положение. «Я ведь хороший! Почему ты всё время со мной ругаешься?» « Почему ты меня ненавидишь?», « Я так старался, а Дайана меня всё равно терпеть не может».       Кричал он это с такой горечью, что мне самой стало стыдно, что я довела его до такого состояния. Своими воплями он поднял Жанну, которая уснула прямо на полу. Она ладонью закрыла рот Мади, и угрожала ему, потому что если на неё пожалуются соседи, то её выселят, и ему придется самому платить за её аренду. Тогда я немного обрадовалась, думая, что он замолчит. Но он продолжал жаловаться, только уже шепотом. Благо, токсичных одногруппников рядом не было, иначе на следующий день я  бы стала уже человеком с минусовой репутацией.       Я даже не помню, как уснула, кажется, я просто вырубилась от усталости. Помню только, как нам всё таки удалось уложить Мади на диван Жанны. Проснулась я на полу, укрытая курткой Айла. Девочки спали рядом, тоже укрытые куртками. На диване лежала Жанна, а Мади в комнате не было. Сердце на секунду ёкнуло, в панике я проверила в ванной, и нашла его на кухне. Тогда я со вздохом присела рядом. Он пил воду, а когда заметил, что я забежала на кухню, прикрыл лицо ладонью. — Как ты? — Спросила я осторожно. — Стыдно. — Могу понять. Ты помнишь, что было? — Конечно, но лучше бы не помнил. Мне очень стыдно. Извини. — Ну ты был прав. Ты и, правда, не настолько ужасен, как я думала. — Как ты резко переобулась. — После того, как ты тысячу раз сказал, что я несправедлива, сложно было не передумать. Не думала, что тебя это так беспокоит.       Мади собирался ответить, но его перебило урчание моего желудка. Он подал мне напиток, который вчера купил. — Ты как будто заранее знал, что они тебе пригодятся. Ещё так много взял. — Пошли поедим. Они ещё долго спать будут. — Пошли.       В каждом его шаге ощущалась неловкость. Он шёл не как тигр, скорее как робкий котёнок. Мади, как я заметила, старался не смотреть людям в глаза. Но сегодня он даже не сел напротив. Он сидел под боком, и пока мы ели, задевали друг друга локтями. — Ничего страшного не случилось, — Я попыталась смягчить ситуацию. — Я просто не помню, что именно говорил. — Ты не говорил ничего такого, чтобы настолько сильно стыдиться. — Я случайно не упоминал Арсена? — Нет.       Я соврала. Он сказал кое-что о нём. Тогда все уже вырубились, и я была близка к тому, чтобы заснуть, но держалась, чтобы убедиться, что Мади уже не тошнит. Он размеренно дышал, и вдруг сквозь сон пробормотал, что это из-за меня они с Арсеном поссорились.