Далеко от дома

Аарон избегал его везде. Не потому что не хотел видеть — наоборот, иногда пальцы тянулись остановить его за рукав, иногда хотелось просто подойти, убедиться, что он настоящий. Но каждый раз внутри поднималась холодная стена. Он не мог. Потому что если это окажется не тот Адам — он сломается. А если всё-таки тот — разочарование будет ещё сильнее. Они ведь стали незнакомцами. Людьми, которые когда-то знали друг друга слишком хорошо, а теперь даже не могли обменяться парой слов. Аарон боялся. Боялся ошибиться. Боялся снова потерять. Адам же, напротив, будто не находил себе места без него. Не навязчиво, не громко — но каждый раз пытался застать его одного. В коридоре, в раздевалке, после тренировки. Он не давил, просто появлялся рядом. Но как назло, Миньярд всегда куда-то спешил. Словно жил в колесе, что крутят хомяки: бежал, пока не свалишься от усталости. Только вот бежал он не к чему-то, а от кого-то. И это «кто-то» снова и снова оказывался Адам. Так продолжалось несколько дней. Пока однажды вечером всё не оборвалось. Аарон выскочил из зала, надеясь проскочить мимо раздевалки, пока остальные заняты. Но за углом он столкнулся с ним. Настолько резко, что едва не врезался плечом. Он поднял глаза — и замер. Адам стоял слишком близко. Слишком реальный. Взгляд, от которого хотелось одновременно отвернуться и вцепиться, чтобы не отпускать. Тишина повисла между ними натянутой струной, которую достаточно задеть пальцем — и всё сорвётся. — Аарон, — тихо сказал он. Ничего больше. Только имя. А Аарон дернулся, будто его обожгло. Сжал зубы, глядя куда угодно, только не в глаза. — Отвали, — бросил он сухо, почти рычанием. Голос сорвался, но он надеялся, что Адам этого не заметил. Он сделал шаг в сторону, но рука легла ему на запястье — крепко, до боли. Адам дернул, втянул его в пустой закуток между спортзалом и лестницей, где не было ни камер, ни чужих глаз. — Хватит бегать, — сказал он, и голос его звучал уже не как у мальчишки из прошлого. Глубже. Тяжелее. — Я не дам тебе снова уйти. Аарон вырвал руку, в груди всё кипело. — Ты охренел? Думаешь, я обязан с тобой разговаривать? После всего? — он говорил слишком быстро, будто боялся остановиться, иначе сломается. — Я тебя не знаю. Адам не моргнул. Только шагнул ближе, так что воздух между ними стал тесным. — Может, я чужой. Но ты всё равно смотришь на меня так, будто ждёшь того пацана. — Его голос был низким, срывающимся. — Скажи честно, Аарон. Ты бы хотел, чтобы я не вернулся? Тишина. Только тяжёлое дыхание. Аарон даже не знал чего он хотел. Обнять его или ударить. Почему так сложно? Аарон сжал кулаки, ногти впились в ладони. — Я хотел, чтобы ты не исчезал, — выдохнул он наконец. — Но это, видимо, слишком дохуя просьба. Адам отвёл взгляд, будто удар пришёлся прямо в грудь. Но не отступил. — Я вернулся, — сказал он тихо. — Даже если тебе этого не нужно.