День святого Валентина

В торговом центре играла джазовая музыка из дрожащих колонок, подвешенных под стеклянным потолком. С потолка же свисали длинные мигающие гирлянды с диодами в виде сердечек, казалось, кого-то вырвало химозно-розовой, лично оскорбившей Айзаву мишурой. - Эй-эй! Выгляди живым! - Хизаши толкнул Шоту в бок, заставив того флегматично оступиться и чуть не встретиться лицом с полом. - У тебя лицо дохлого суслика! - Откуда ты вообще знаешь... забудь. - пробормотал Шота, опуская голову, словно желая спрятать лицо в своем ленточном шарфе. За руку с Айзавой шла Эри, напевая себе под нос какую-то песенку из мультфильма. На ее голове красовались нелепые заколки с единорогами, которые, по словам Хизаши, были неотразимыми и готовы были вызвать сердечный приступ от своей милоты. Шота не сопротивлялся, видя лучезарную улыбку девочки, ее горящие глаза и слыша радостное щебетание. - Папа, куда мы идем? - она посмотрела на Айзаву с невинным удивлением. Редко они втроем так долго гуляли, учитывая постоянную работу родителей. - Увидишь. - голос Шоты невольно смягчился, он крепче сжал руку девочки и даже едва заметно выпрямил свою сутулую спину. Пока Хизаши что-то активно рассказывал девочке, жестикулируя так, что почти ударил по лицу нескольких прохожих,  они втроем подошли к кафе. Вход был почти лишен украшений, контрастируя с остальными помпезно украшенными бутиками, лишь одинокие бабочки из цветного картона были приклеены к стеклянным дверям. У входа их поприветствовали и проводили в дальний угол. Столик оказался прямо рядом с аквариумом, и Эри тут же прижалась к нему носом, восхищенно вздыхая. - Шота! Я всегда знал, что ты в душе огромный романтик! Сделал такое ради меня... - Хизаши шмыгнул носом и театрально расплакался, его оранжевые очки сползли на кончик носа, когда он тут же сел на диван и начал рассматривать меню. - Заткнись... я делаю это ради Эри. - в шарф пробормотал Айзава, отодвигая себе стул. Легкий румянец, задевший кончики его ушей, доказал обратное. Но Хизаши ничего не сказал, продолжая листать меню. Айзава тем временем потрепал Эри по волосам, стараясь не сместить заколки, хотя очень хотелось, и пододвинул к ней детское меню с нарисованными на нем мультяшными котами. Нахмурившись, Шота прожигал взглядом одного особо крупного приторно-белого кота с розовым бантиком, пока Эри не схватила его за руку, отвлекая от гляделок. - Пап, а можно мне окономияки? Пожалуйста... - она сделала тот самый щенячий взгляд, которому определенно точно научилась у Хизаши, заставив Айзаву бросить на посвистывающего и невинно рассматривающего картинки в меню партнера ненавистный взгляд. - Можно, принцесса... - наконец выдохнул Шота так, словно на его плечи свалилась вся тяжесть грешного мира. Хизаши громко позвал официанта и тут же начал перечислять то, что планировал заказать: - Я буду темпуру, цукимоно, жареную курицу, такояки... - возбужденно тыкал он в яркие изображение. На тихий протест Айзавы «ты не съешь...» он маниакально улыбнулся и продолжил диктовать свой заказ растерянному официанту. После восторженной тирады Шота промямлил заказ для себя и Эри и посмотрел на Ямаду нечитаемым взглядом. - Ты меня разоришь... - пробормотал через несколько секунд Шота. - Да ладно тебе, жмот, надо пользоваться тем, что мой очаровательный ворчливый муж наконец меня куда-то пригласил! - промурлыкал Хизаши, разглядывая узор на графине с водой, который официант поставил им на стол и тут же улизнул, боясь получить гневный взгляд от печально известного Сотриголовы. - Мы не женаты. - мертвым голосом напомнил Айзава, его глаз дернулся. - Правда? - ужаснулся Мик и схватился за сердце, затем посмотрел на свою руку и заскулил, не обнаружив кольца. - Ты жесток... - Почему папа плачет? - тут же взволнованно спросила Эри, отвлекаясь от рыбок и дергая Шоту за рукав. Ее большие красные глаза наполнились влагой. Шота устало вздохнул, пнул Хизаши под столом и погладил девочку по голове. - Все в порядке, принцесса, твой папа просто шутит. - прошептал он и криво улыбнулся, выглядя нелепо. Но все же Эри снова просияла и пискнула, затем снова отвлеклась на рыбок, болтая ножками в пушистых белых сапожках. Почувствовав предупреждающий взгляд от Айзавы, Хизаши невинно подмигнул ему. - Знаешь, я думал, четырнадцатого февраля ты хотя бы постараешься не выглядеть так, словно готов убить каждого. - протяжно заскулил Хизаши, снимая свои очки и откладывая их на стол. Зеленые с гипнотической спиралью глаза заставили сердце Айзавы снова пропустить удар, а самого Айзаву - цокнуть языком. -Это просто чушь для смазливых парочек, ты итак знаешь, что я тебя люблю. - голос Шоты дрогнул, пытаясь быть сухим и терпя сокрушительное поражение. Рука Хизаши с тонкими длинными пальцами, словно паук, скользнула к ладони Шоты, сжимая ее. На лице Ямады расплылась довольная улыбка. - О, я точно это знаю. - дразняще прошептал он и с преувеличенным энтузиазмом чмокнул костяшки руки Айзавы. Шота крякнул и вздрогнул, его глаза прищурились, по шее пополз румянец. Но он не отстранился, даже слегка сжал руку Мика. Официант принес тарелки, постепенно стол наполнился блюдами, а Хизаши заслужил насмешливый и недоверчивый взгляд от Шоты. Эри же, не обращая внимания ни на что больше, начала есть окономияки, сервированный в виде милого кролика. Мысленно Айзава отметил старание повара и сделал в памяти заметку о том, что нужно будет оставить приличные чаевые. - Ты бы хоть руки вымыл... - заметил Шота, протирая свои руки спиртовой салфеткой, которые всегда носил с собой. Но Хизаши не слышал его, жадно поглощая еду. Иногда Шоте казалось, что в его партнере скрывается черная дыра, учитывая скорость, с которой исчезали продукты и то, что Мик оставался поразительно худощавым. Но, хмыкнув и выбросив из головы все лишнее, Шота начал есть, внимательно следя за тем, чтобы Эри не уронила еду себе на платьице. Стол быстро опустел. Хизаши откинулся на спинку дивана, громко зевая и блаженно улыбаясь, словно впервые поел после нескольких дней голода, хотя Шота отчетливо помнил, как перед прогулкой Мик уплетал курицу карри прямо из сковороды. - Все в порядке? - поинтересовался Ямада у Айзавы, разглядывая его уже почти не хмурое лицо.  Шота вздохнул и покачал головой, уголки его губ дрогнули, когда он бросил взгляд на Эри, отмечая то, как она тяжело дышала после плотного приема пищи. - Все нормально, - Шота помедлил, спрятал лицо в шарфе и добавил, - все прекрасно. Такое тихое признание заставило Хизаши просиять и оживиться, он почти урчал от кипящей в нем энергии. Шота жестом подозвал официанта и, уже в голове подсчитав стоимость ужина, оставил несколько купюр изумленному юноше, неловко держащему и не успевшему подать чек. Тут же парень покраснел, заметив приличные чаевые и вежливо поклонился, уходя. Хизаши приподнял бровь, молчаливо дразня Айзаву. - Главное, что вы довольны. - пробормотал Шота и встал. Хизаши тут же подхватил взвизгнувшую от неожиданности Эри на руки и посадил себе на плечи. - Осторожно... - инстинктивно прошептал Айзава, затем выдохнул и покачал головой. Они вышли из кафе, медленно торговый центр уже засыпал, музыка перестала играть, люди попадались редко, единичные бутики уже выключали свет и закрывались. Что-то пробормотав и оставив Хизаши с Эри около фонтана, Айзава исчез. - Эй, как тебе сегодняшний вечер, мой маленький слушатель? - радостно спросил Ямада у девочки и опустил ее на пол, давая подбежать к бортику фонтана и коснуться подсвеченной в розовый воды. - Очень вкусный! И Мирио подарил мне бумажную розочку! И Хитоши дал мне заплести ему пальмочку! А еще Хитоши по секрету сказал мне, что пошел на свидание с Момо! Он просил вам не говорить, - с детской непосредственностью рассказывала Эри, подпрыгивая на носочках и радостно смеясь. - И он даже не сказал нам? - Хизаши уже почти разразился обиженной тирадой, но появился Айзава, держа в руках картонную коробку с карамельным яблоком. Тут же Эри забыла про жалобы Хизаши и восхищенно вздохнула. - Это тебе, проблемный ребенок, не откусывай большие куски, - пробормотал Айзава, протягивая девочке сладость, пока она скакала вокруг и пыталась обнять его. - Спасибо, папа! Лицо Айзавы смягчилось, и он ласково подтолкнул девочку в плечо, направляя к выходу из торгового центра. Заметив отсутствие партнера, Шота с тяжелым вздохом повернулся и встретился с обиженным лицом Хизаши. - А мне? - заскулил тот. - ...по губе, - прошипел Айзава так, чтобы Эри не услышала. Но девочка, поглощенная сладостью, не слышала ничего вокруг, в том числе и родителей. - Ты же знаешь, я с радостью... - начал Хизаши, но был прерван щелчком по лбу от Айзавы. Возмущенно захрипев, он потер ушибленное место и надул губы, но тут же разразился громким хохотом, заставив вздрогнуть нескольких несчастных продавцов. Уже дома Эри, которая по дороге то и дело зевала и натыкалась на ноги Айзавы, сразу же легла спать. В квартире стало тихо, но не менее уютно. Айзава устроился на диване, закрыв глаза и расслабившись. Где-то на кухне гремел тарелками Хизаши, за окном слабо свистел ветер, гудел обогреватель, нагревая воздух в комнате до почти тропического климата, который так обожал Ямада. Открылась входная дверь, послышался шорох, словно кто-то хотел незаметно проникнуть. Один глаз Айзавы приоткрылся, он усмехнулся и пробормотал: «Стоять». Фигура в коридоре ругнулась и споткнулась о небрежно брошенные сапоги Хизаши. Из тени вышел смущенный Шинсо. Он почесал шею и отвел взгляд. - Да, пап? - лениво протянул Хитоши, переминаясь с ноги на ногу. На нем был нелепый костюм из черных выглаженных брюк, заправленной фиолетовой рубашки и черного криво завязанного галстука. - Утром расскажешь, как все прошло. Сейчас отдохни. Если голоден, на кухне Хизаши, просто укради у него что-нибудь. - снисходительно пробормотал Шота, качая головой и дразняще улыбаясь. Поспешив ретироваться, Шинсо выскользнул из гостиной. Тут же в комнату вошел удивленный Ямада, хлопая глазами и немо открывая рот. В его руках была миска с рисом, щедро политым острым соусом. - Он... Шота! Хизаши тут же бросился на колени рядом с диваном, заговорщически улыбаясь и понижая голос до шепота. - Ты видел? У него помада на шее! - хихикал Ямада, продолжая поглощать рис. - Он уже взрослый... просто поговорим с ним про безопасность завтра. Дай ему отдохнуть. - фыркнул Айзава и перевернулся на другой бок, лицом к спинке дивана и спиной к Мику. Тарелка звонко была поставлена на пол и Хизаши скользнул  на диван рядом, ерзая и обнимая Шоту за талию, прижимая к себе и не обращая внимания на слабые протесты, словно ворчливого кота. - О, наш мистер Ворчун смягчается... это возраст берет свое или ты всегда был таким мягкотелым? - тихо дразнил Ямада, поднимая руку к спутавшимся после долгого дня волосам Айзавы и мечтательно перебирая их, заставляя Шоту задрожать и недовольно булькнуть что-то, крайне похожее на «дурак». Но Хизаши не отстранился, лишь сильнее прижался к теплой спине Шоты, он несколько секунд не двигался, затем чмокнул Айзаву в плечо. - Я тебя люблю. - торжественно провозгласил Ямада, но тут же его помпезность смягчилась, когда он увидел, что Айзава начал засыпать. Тогда Хизаши ногой подцепил одеяло и натянул на них двоих. - И я тебя.