Дракула. Кровь и шёлк

Процветание и порядок Прошло несколько лет. Замок Снагов стал не просто крепостью, а сердцем процветающего государства. Благодаря дипломатическому чутью Елизаветы и её умению договариваться с купцами, Валахия превратилась в торговый мост между Востоком и Западом. Казна полнилась, дороги стали безопасными, а города — богатыми. Влад оставался суровым правителем. Его методы наведения порядка по-прежнему заставляли врагов содрогаться: на границах и торговых путях всё еще можно было встретить страшные назидания для воров и предателей. Но простые люди — крестьяне и ремесленники — боготворили своего князя. Они говорили, что при Цепеше можно оставить золотой кубок у колодца на большой дороге, и через месяц он будет стоять на том же месте. Елизавета же стала душой этого порядка. Она открывала приюты, строила школы при монастырях и всегда находила способ смягчить излишнюю ярость мужа. Народ уважал её не меньше, чем боялся его. Они видели в них идеальное единство: меч и щит, огонь и воду. Сын Дракона Михня превратился в статного юношу, в котором всё больше проглядывала отцовская мощь. Он был первым среди сверстников в скачках и владении саблей, но при этом обладал острым умом матери. Влад часто брал его с собой на объезд земель, обучая искусству управления и стратегии. Александр, чья внешность ни капли не изменилась за эти годы, продолжал оставаться их верной тенью. Он смотрел на повзрослевшего Михню с редким для него удовлетворением — он видел, что вырастил достойного преемника, способного удержать наследие отца. Жизнь в замке Несмотря на наличие дворца в столице, их любимым домом остался Снагов. Здесь, среди озер и лесов, они чувствовали себя в безопасности. Вечерами, когда государственные дела были окончены, семья собиралась в большом зале у камина. Мина, наблюдая за этим изнутри Елизаветы, чувствовала непередаваемое тепло. Это были моменты, когда Влад переставал быть Господарем. Он мог часами слушать, как Михня рассказывает о своих успехах в охоте, или обсуждать с Елизаветой новые книги, присланные из Флоренции. В такие часы его лицо разглаживалось, а в глазах светилась та самая нежность, которую он открывал только им. — Мы создали мир, о котором я не смел и мечтать, — сказал как-то Влад, обнимая жену на балконе под светом ярких звезд. — И всё это благодаря тебе. Если бы не ты, я бы давно сгорел в собственной ненависти. — Мы создали его вместе, — ответила Елизавета, прижимаясь к его плечу. — И пока мы едины, ни одна тень не коснется этих земель. Это было время абсолютного счастья. Казалось, что эта идиллия будет длиться вечно, и никакая сила в мире не сможет разрушить их крепкий союз. Валахия процветала, сын мужал, а любовь Влада и Елизаветы только крепла, превращаясь в нерушимый гранит.