Отголоски

            Беспокойный сон не дал подругам долго поспать и заставил начать сборы с первыми лучами. Лида старалась не спешить. В путь ей отправляться не хотелось. К тому же чем позже они выдвинутся, тем позже доберутся. В их мире это утверждение работало весьма ответственно — без выходных. А значит, и иметь дело с болотной ведьмой Лиде пришлось бы не так скоро. Вести с ней беседы, разумеется, будет Эри, но Лида отныне всё равно являлась соучастницей — от этого никуда не денешься. — Лидуш, не получится копошиться! — прервала её мысли Эри: кажется, она была готова ещё вчера. — Почему? Я в этом весьма хороша! — Я об этом прекрасно осведомлена… И не раз ждала тебя на морозе! Лида хмыкнула и продолжила вяло складывать вещи в сумку. — Зря жалуешься: маги огня не мёрзнут. — Я из принципа мёрзла! — Видишь? Это всё твои вечные принципы! Я тут совершенно ни при чём. Температура в избе значительно поднялась, хотя огонь в печи давно потух. «Понятно! Будет измором брать: побудешь пару часиков в парилке — и быстрей засобираешься», — подумала Лида, но вслух сказала: — Мне много припасов брать? — Нет, по пути нам встретятся селения. Возьми перекус на пару дней да тёплые вещи. Со всем остальным я справлюсь. Лида кивнула. Как бы ей ни хотелось, но затягивать сборы дальше не получилось. Во-первых, изба уже действительно могла стать хорошей заменой бане — только веников не хватало, а во-вторых, невозможно было медлить, когда за каждым твоим движением так пристально наблюдают. Хотелось кинуть что-нибудь тяжёлое в раздражающего высшего мага! Отправились подруги после обеда, потому что путь стоило начинать сытыми и отдохнувшими. Лида прикоснулась к двери дома и мысленно простилась с ним: «Я вернусь, ты под защитой». Небольшая искорка отделилась от её пальцев и растворилась в дубовой двери. От нападения это не спасёт, но от любопытных глаз и неприятных случайных прохожих — вполне. Лида также оставила послание для гномов: прочесть его они смогут, постучав по двери. Правда, заклинание было простеньким и не разбиралось в магических сущностях, а оценивало тех, кто был бы достоин сообщения, по росту. Поэтому если сюда придёт детёныш или даже вежливый кот, послание появится. Но вроде бы таких существ поблизости не обитало. В записке Лида извинялась, что не выйдет на работу с неделю — мол, заболела, а выхаживает её подруга. Просила не беспокоить и не заходить: нерадивая работница была слишком заразна. Эри всё это время стояла поодаль и смотрела куда-то в сторону, не обращая внимания на Лидины прощания. Эри никогда не была сентиментальна. Переехать? Хоть сегодня! Отдать вещь, что принадлежала её матери? Да, пользуйтесь! Она ни к чему не привязывалась. Порой это заботило Лиду: Эри выглядела как ветер, что постоянно меняет своё направление, и тебе его не поймать, не угнаться за ним. Ведьма давно поняла, что легче всего — просто дождаться его возвращения, хотя сердце часто саднило от одиночества. Не по другим существам, а именно по Эри. — Закончила? Буду создавать мороки. Лида отошла за спину Эри и во второй раз за день почувствовала, как прогрелся воздух вокруг подруги. Эри вытянула вперёд левую руку и подняла её до уровня плеча, ребром ладони разрезала реальность и потёрла друг об друга подушечки указательного и большого пальцев. Огненная вспышка ослепила Лиду, она сильно зажмурилась, пытаясь сохранять размеренное дыхание. Прошла пара минут, прежде чем в носу неприятно защекотало от запаха гари. Лида надеялась, что он выветрится из дома быстро и не осядет на её любимых вещах. — Открывай глаза! Всё готово. Лида послушно последовала словам Эри. В воздухе слегка чувствовалось чужое присутствие: удивительно, что Лида смогла его обнаружить. Мороки, в виде Лиды и Эри, были заперты в избе, тени то и дело мелькали в окне, но разглядеть, что там происходило, было невозможно. Любой, кто решится нагрянуть к Лиде, почувствует, что дом не пустует, и с уверенностью смог бы подтвердить, что там, за дверьми, находились именно подруги. Такое заклинание для Лиды было невозможным, а для Эри — делом пяти минут. — Морок продержится семь дней? Это тебя не измотало? — Обижаешь! У меня хорошая выдержка. Тени, конечно, будут тянуть у меня силы, но не особо. Буду сохранять им жизнь, сколько смогу. Лида понимала: вряд ли это обманет высших магов, но по крайне мере обеспечит им легенду вне зависимости от результата похода. Мол, ничего не знаем, были на своём законном месте, распивали чаи и никого не обижали. Правда, какой от этого будет прок, когда Эри достигнет своей цели… «Нет, не “когдаˮ, а “еслиˮ…» Лида так глубоко погрузилась в раздумья, что не заметила, что Эри пристально рассматривает её. Для похода подруга всё же сняла свою форму высшего мага и надела штаны с рубахой и свитер. Ботинки утащила у Лиды. — Всё равно ты в них в грязи копошишься, их не жалко! Да и разношены они: на мою ногу налезут! В ответ Лида бурчала, что к такому серьёзному походу стоило подготовиться лучше и самой захватить самое необходимое. Но Эри считала, что идти налегке проще, а со всем остальным ей поможет магия. Лида вынырнула из своих мыслей и демонстративно громко хмыкнула. — Выделываешься? — Конечно! Зря я, что ли, свою жизнь посвятила королю и магии? Надо это как-то использовать! — Был ли у тебя выбор… На это Эри уже ничего не ответила. Лида же натянула на себя рубаху, сшитую из нескольких старых, непригодных к носке, и обувь, фасон которой существа явно подсмотрели у людей Завесы. Если Матушка Магия и была против многих вещей из мира людей, то существа находили выходы из данной ситуации. Местные умельцы научились отлично подделывать различные вещи — не все, но за те, на которые хватало мастерства и магии, брали явно дороже, чем сами люди. Эту обувь ведьме в своё время купила бабушка: видимо, в неясном для Лиды порыве. Лида и сама не знала, почему берегла их — надевала лишь пару раз. Но сейчас решила, что для них самое время. — Все амулеты собрала? Лида показала язык: — Все! — Отлично! Самое то тащить в поход твои камни… — Самое то с раненой ногой ходить! — Не знаю, о чём ты. — Конечно, — пробурчала в ответ Лида. Подруги двинулись на север. Лида обернулась, чтобы в последний раз посмотреть на свой дом: «Пускай меня дождутся паутинка стёклышек, добрая печка и тишина. Я обязательно вернусь!» Хоть ведьма и знала, что оглядываться — плохая примета и что тем самым она явно понизила свои шансы на возвращение, но удержаться не смогла. Это был последний оплот, здесь она знала всё вдоль и поперёк, а впереди её ждала неизвестность… — Эри, каков план? Высший маг шла достаточно быстро, но Лида заметила, как Эри едва заметно подтягивает левую ногу, стараясь давать на неё меньше нагрузки. Лида поджала губы. — Сначала заскочим к моему другу. Он должен передать нам оставшуюся информацию по болотной ведьме. Тогда уж точно будет ясно, как её найти. Что ж, ещё один друг Эри! От этой встречи можно было ожидать чего угодно… Лида не особо тянулась к новым знакомствам: по правде сказать, она не жаловала любых существ. — Мне казалось, что у тебя уже всё схвачено. Тебе не кажется, что стоило в самом начале продумать весь план? — Было бы замечательно! Лиде хотелось запустить в Эри амулетом. Её останавливало лишь то, что он мог сломаться. Зачем зря добро переводить? — Так почему ты его не продумала?! — Говорит та, которая о нём и слышать не хотела, пока мы не покинули дом! План есть. Просто… Просто ведьме нужна плата. — На этом строится любое дело. — Я надеялась, что смогу откупиться монетами. — С каких пор ты живёшь на широкую ногу? — Ты думаешь, высшие маги впроголодь живут? — Если доживают до двадцати пяти, то, вполне возможно, и булочку по средам получают! — Лида пожала плечами: работа высших магов была престижной, но за неё они получали не самую приятную оплату, хотя несли большие риски. — Почему по средам? — А по четвергам, что ли, её получать? — И то верно… Мой друг знает, где достать то, чего хочет ведьма. После этого мы отправимся за платой, а потом — уже и к ней. Вот и весь план. — Наверняка есть какие-то подводные камни… — О да! Есть ещё и склизкая противная рыба, которая может в любой момент коснуться наших обнажённых ног! — Эри! Подруга рассмеялась. Двигалась она всё ещё уверенно. Но на сколько её хватит? Никакие костыли и трости она не признавала — говорила, что и сама со всем справится. Но как такая дальняя дорога скажется на её здоровье? И что с ней будет, если магии не станет? Не станет ли хуже? Лиде хотелось верить, что этот поход не разрушит то хрупкое, что обитало в Эри и не показывалось остальным. — Первая ночёвка по традиции в лесу? — Кто ж виноват, что ты живёшь в окружении леса? Забралась в такую глушь… Радуйся, что не в гору идём! — Очень радуюсь! Смотри, как широко улыбаюсь! — Лида скорчила недовольную рожицу, и лицо Эри озарилось улыбкой. — Как сейчас обстоят дела в Звенящем лесу? Давно не поступало обращений. Гномы разобрались? — Дядюшка Эрло сказал, что этим вопросом занялись тролли. Они, кажется, планировали строить там свою деревушку. Что-то про «быть ближе к природе» — точно не знаю. Хрустальных василисков в большинстве своём приучили, но часть леса всё ещё кишит ими, так что нам лучше быть осторожными. — Приучили? Какая интересная животина, оказывается! А какая от неё польза? — Говорят, они нравятся детям. Мол, блестят на солнце, и дети троллей перестают хныкать. Бесплатная нянька! — Вот! А всё, помню, строчили нам обращения: «Избавьте нас от этой напасти!» Видимо, забыли, что для василисков они и сами напасть — пришли на их территорию. Хорошо, что разобрались. Мне же меньше волокиты! — Да тебя с тремя золотыми полосками уже вряд ли на такие глупости отправляют! — Уже не отправляют. Хотя иногда хотелось бы: уж лучше этим заняться, а не… Впрочем, это неважно. Нам надо добраться до леса дотемна, а завтра выдвинемся с первыми лучами солнца и к вечеру доберёмся до Пересечений. — Давно я в этом городе не была… — Ты и у меня в гостях давно не бывала! Хотя до Пересечений ехать-то… На телеге за день можно управиться! — Да как-то надобности не было… — Понимаю: у тебя дома и так достаточно хорошо. — А у тебя? — У меня? Я ведь с другими высшими магами живу. Комната хоть и отдельная, всё остальное — общее. — Как?! Как же отец… — Отец есть отец: вечно занят. — Эри ускорила шаг: тема была однозначна закрыта. Дальнейший путь они проделали в тишине. Лида с непривычки долго жалась в стороне от подруги: живое существо рядом было непривычно. Ладно, ведьма хоть не забыла, как беседы вести — спасибо гномам! А вот существование в непосредственной близости… Тут уже было сложнее. Тем более Эри была как стрела: Лида боялась попасться ей на пути, чтобы та не пронзила её насквозь. Ведьма улыбнулась своим мыслям: насколько бы не по себе ей ни было, здорово слышать рядом шаги подруги. Она так скучала по ней! Лида мельком глянула на Эри. Знакомы они были лет десять и за это время не сильно поменялись, как и их дружба, но общий хаос преследовал их все эти годы, прямо как в день знакомства. Их судьбы пересеклись в отвратительно жарком июле. Бабушка стояла на улице и очень чётко проговаривала каждую свою претензию в сторону маленькой ведьмы. Лида в свои тринадцать лет была уже выше бабушки, но с каждым словом ей казалось, что она уменьшается и её всё сильнее прибивает к земле. Хотелось сбежать, возразить — да хотя бы перестать слушать! Будь она способней, то наколдовала бы себе громкую мелодию, которая перебила бы поток гневных тирад. Но чтобы научиться это делать, ей предстояло ещё два года упрямо корпеть над книгами и постоянно просить помощи Эри, подруга всегда была терпеливым учителем и по возможности таскала учебники из академии и конфеты из дома, чтобы порадовать Лиду. Но сейчас ведьме приходилось в сотый раз выслушивать, насколько бездарно она растрачивала так свою жизнь и что стоило бы хоть чему-то научиться. — Я тебя зачем туда пристроила? Чтобы ты баклуши била да клиентов распугивала? Я за тебя поручилась! Сказала, что ты способная! — Но ты же сама им соврала…— попыталась вставить Лида. Почему её бабушка считала, что может своими словами изменить реальность? Она сказала, что Лида отлично ладит с существами и любит хозяйничать с отварами, но от этого в мире ничего не переменилось — стало лишь одной ложью больше. — Молчи! Молчи! Если иного не умеешь, хотя бы молчи! Как ты умудрилась учинить там такой скандал?! Бабушка неожиданно прервалась. Правда, и Лида ничего не говорила: ей было так велено — она и слушалась. Редкий случай, но всё же возможный. — Отвечай! Лида не стала ёрничать. Вдруг у бабушки наконец-то закончатся силы, и она отпустит её? — Я не специально. Это всё кикимора! Она начала хватать отвар, у неё пальцы длинные и склизкие. А я не могла его отдать: она ещё не оплатила! Хозяин лавки говорил, что кикимора ни разу в срок не платила. Тем более знаешь, зачем ей нужен был отвар? Для смены внешности! Чтобы красотой охмурять мужчин в Завесе! Она же молодых парней за нос водит — там, в человеческом мире. Это же нехорошо! — Не тебе решать, что хорошо, а что плохо. Это не твой товар! Твоё дело — за него деньги брать да потом хозяину отдавать. Надо было кикимору словами остановить! — Да она меня что, слушать стала? Тянет и тянет! А потом её пальцы меня коснулись, я и вскрикнула. Они холодные и противные, будто чуть оттаявший кусок мяса ко мне прикоснулся! Мы и дёрнулись с ней. Склянка разбилась, а кикимора как взвыла! — Это не она взвыла, а отвар! Дурёха ты… — Она тоже взвыла! Хозяин прибежал, и кикимора сразу же выставила меня виноватой! Бабушка вздохнула и начала тереть лицо руками. Она частенько делала так, когда говорила с Лидой: с другими такой привычки не наблюдалось. — Значит, так. Хозяин тебя больше даже уборщицей не возьмёт. За отвар я заплатила. Перед хозяином сама пойдёшь извиняться. Ладно хоть перед кикиморой не надо: та и правда платить не собиралась. Хозяин о потере такого клиента не жалеет. — Ба, что?! Но я же не виновата! Тем более хозяину всё равно! — Репутация его лавки пострадала! Вы там с этой кикиморой такой балаган устроили! Как спорить, так ты первая! Нет бы нормально хоть что-то сделать… Не имеет значения: натворила дел — иди разбирайся. Всё. Пока не извинишься, домой не приходи. Я око поставлю: оно сразу увидит, если ты не выполнила мой наказ! — Но, ба… — Я всё сказала. Ба подошла к двери их белого домика, что-то быстро нашептала, и на стене появился голубой глаз, который горел мягким белым светом. Вот и вся пропускная система! Лёгкое заклинание, которое совсем не требует сил, но требует навыка. Лида мимо него пройти не сможет. Она осталась на улице. Капли пота противно сбегали по спине, а ведьма морщила лоб и кусала губы. Нужно было идти. Пнув ни в чём не повинный камешек, Лида направилась к лавке. «Сейчас я ему всё выскажу! Сам продаёт отвары противные, а я виновата, что он с кикиморы не спрашивает! Ну, поругались мы с ней. Так она же тянула свои лапищи! Почему я-то крайняя?! Не хочу извиняться, не буду! Всё выскажу!» Правда, запал Лиды спешно убавлялся по мере приближения к лавке. Ругаться уже не хотелось: вся злость ушла в землю, осталось лишь что-то едкое и противное внутри. Очень хотелось развернуться и пойти домой, запереться в своей комнате и спрятаться под одеяло, и пусть мир бы сам разбирался бы со своими правилами. Лида явно не могла придерживаться их, хоть и очень хотела. — Дурацкая кикимора! — Почему дурацкая? Лида подпрыгнула на месте: она совсем не почувствовала, как рядом с ней возникла девочка примерно её возраста, одетая в синюю форму академии. С такими лучше не связываться: они себе на уме, да к тому же с детства магически сильны — Лида им не чета. Неизвестно, чего от них ожидать. Ответить им Лида не сможет — разве что найдёт поблизости палку потяжелее. — Просто, — промямлила Лида. Не хватало ей ещё в одни разборки встрять. — Не люблю кикимор, — продолжила девочка с серыми глазами. Она была чуть выше Лиды. — Такое некультурно вслух говорить. — Ты первая назвала её дурацкой! — непринуждённо ответила незнакомка. — Ну, не всех кикимор! — А есть разница? Или ты думаешь, что мы сможем одолеть лишь одну обиженную кикимору, а со всеми нам не совладать? — Ты думаешь, мы можем совладать со всеми? — Хм… — Девочка посмотрела куда-то вдаль, будто что-то прикидывая. — Нет, всех — вряд ли. Мне нужно провести ещё пару лет в академии, чтобы я смогла точно выйти с ними на бой. — Может, и не стоит с ними ссориться? — Я пока и не собиралась. — Я тоже, но… — Что? Расскажешь? И Лида рассказала — просто потому, что её спросили. Просто потому, что тягучее липкое чувство бурлило внутри с необычайной силой и так хотелось с кем-то поделиться, чтобы очиститься, а главное — чтобы её поняли и ей поверили. — Понятно… Теперь надеюсь, мне кикиморы не попадутся. — Ты не продаёшь отвары. И вряд ли в академию они заявятся. — Ну и что? Вот встречусь с ними и как магией их проучу! Что они мне сделают? — Но зачем? — А чтобы повадно не было вредить другим и тебе в том числе! Из-за них ты домой попасть не можешь! — Я просто не очень умелая… — Глупости! В чём-то ты явно умелая! Не все должны быть хороши в продажах! Ты очень не хочешь идти извиняться перед хозяином лавки? — С какой-то необычной для Лиды нежностью спросила девочка. У Лиды теплом налились щёки, и она кивнула в ответ. — Я могу попытаться помочь тебе с глазом. Я, конечно, ещё недостаточно практиковалась со своей магией, но если ты говоришь, что это заклинание простое! — Правда? — Конечно! Пойдём! — И девочка уже была готова пуститься бегом, не зная направления, лишь бы помочь, но Лида удержала её за рукав. — Ещё слишком рано. Бабушка увидит, что ты подозрительно мельтешишь у двери. — Ты права… Попадаться нам не стоит. Тогда, может, у речки посидим? Там должно быть попрохладнее. Уже нет сил терпеть эту жару. А ближе к темноте проберёмся, как ночницы! — Спасибо… — Ты не переживай! Если не получится, то у меня переночуешь! Отца дома не бывает, а мне в академию лишь завтра. После занятий я с тобой схожу извиниться, чтобы этот торговец ещё чего на тебя не повесил! К сожалению, Эри тогда действительно не хватило навыка, а бабушка в отместку за столь невообразимую дерзость наслала на них разъярённых гусей, которые ещё долго гнали девочек в ночи. Но домой в конце концов Лиду всё же пустили. А наутро перед занятиями в академии девочки вместе сходили в лавку, и ведьма извинилась, хотя на протяжении всего разговора Эри была очень сурово насуплена и исподлобья смотрела на хозяина. Потом она объяснила Лиде, что пыталась мысленно внушить ему чувство стыда, но ей магия давалась лучше, когда заклинания произносились вслух. С тех пор они и дружили, а бабушка не раз гоняла их вдвоём по всему городу. Бабушку в их городке знали все. Со временем и о Лиде с Эри также прознали многие существа… Лида улыбнулась воспоминаниям. Удивительно, что за столько лет они с Эри до сих пор не потеряли друг друга! Закатное солнце освещало кромку густого леса. Подруги вряд ли успеют пройти его целиком, но с большей частью управятся уж точно. Спешить они не могли: больная нога Эри вскоре могла дать о себе знать, а Лида, не привыкшая к долгим походам, уже начинала значительно уставать. Время от времени их слепили загадочные блики, которые прорывались сквозь деревья. Подруги переглянулись: видимо, неприрученные хрустальные василиски грелись где-то посреди леса. Большие хрустальные змеи с куриными головами выглядели не то чтобы устрашающими, но достаточно неприятными. К тому же они часто вредили путникам. Однако василиски никого к себе в гости и не приглашали, а значит, приход любых существ считался возмутительным вторжением, поэтому имели полное право плеваться ядом и угрожающе звенеть. Но времени, чтобы обойти лес, у подруг не было, и они решили, что на одну ночь смогут ужиться с опасными созданиями. Войдя в лес, Эри потёрла мизинец о большой палец, и перед ней возникла небольшая огненная сфера, которая осветила дальнейший путь девушек и отогнала назойливых фей. А то повадились бы запутывать волосы и воровать шоколадки, Лида была готова сражаться с колтунами, но не с отсутствием сладкого. Между встречей с василиском и отсутствием шоколада выбор также был очевиден. — Остановимся здесь. Я поставлю защиту, но будем надеяться, что она не пригодится. — Эри положила вещи на землю и начала присматривать место для совершения заклинания. Лес был окутан пряным запахом и тишиной. Лишь редкое шуршание деревьев напоминало, что здесь подруги были явно не одни. — После создания защиты у тебя силы на утро-то останутся? — Лида присела рядом на поваленное бревно и наблюдала за работой высшего мага. — У тебя странные представления о моей выносливости! Я всё же служу королю. У меня бывают потяжелее задания. — Конечно! Знаю, как вы по пабам сидите и своих информаторов-эльфов спаиваете! — Скорее они нас. Ни разу не видела пьяного эльфа! — Так у них выдержка за столько лет! — Да, такого мастерства я вряд ли достигну… — Эри разожгла костёр и начала по земле веткой вычерчивать круг, опоясывая их будущий ночлег. — Эри, а тебе не нужно… В общем, магия… — Нужно, —перебила её Эри холодным тоном, Лида сразу подобрала под себя коленки и спрятала под них ладони. — Я могу в другом месте это сделать. — Нет-нет, лучше держаться вместе. Я… Ничего не скажу. Могу отвернуться! — Мне не мешает твоя компания. Просто… Не думаю, что это будет приятное зрелище для тебя. — Всё в порядке. Я уже… — Лида откашлялась: в горле пересохло. Было так сложно вести этот разговор. Ей казалось, что она непременно произнесёт неправильные слова. — Уже видела, как ты это делаешь. — Хорошо. Как обустроимся, я достану нож. Эри осмотрела очерченный круг и принялась большим пальцем руки проводить по другим пальцам в непонятном для Лиды порядке. Шёпот Эри звучал как шелестящая трава на ветру. Медленно из земли начали подниматься спутанные толстые корни деревьев, образуя в три метра высотой купол, закрывающий их от чужих глаз. Лишь в редкие просветы между ветвями можно было разглядеть, что творилось за границами их стоянки. Эри шумно выдохнула и слегка покачнулась, но смогла устоять на ногах. — Готово! Давай перекусим и будем ложится спать. Если что-то произойдёт, корни мне сообщат. — А разве они не должны быть против нас? Мы в их лесу! Зачем им нас оберегать? — Как-то раз, возвращаясь от тебя, я решила пойти этой дорогой и посадила тут жёлудь. Теперь мы с деревьями — побратимы. — Но это же ничего не значит… — Лиде стало не по себе. Как давно Эри планировала этот поход на самом деле? — Так-то да, но они не выносят, когда им тычут в их гордость. Вот представь: они нам не помогут, а я уже сделала вклад в жизнь леса. Их же осудят и другие деревья за такую неблагодарность! Лесам тяжело выживать, и поэтому такой жест достаточно сильно ценится. — Какая жестокая манипуляция! — Почему же? Мы же не как тролли — не собираемся тут лес вырубать. Всего лишь хотим спокойно переночевать. Можно уж нас и потерпеть! — Надеюсь, ты права, и они не решат нас затащить нас под землю… — Всё в порядке. Мой чуткий слух не даст нас глубоко заволочь. — Твой чуткий слух работает отвратительно, когда ты спишь! В ответ Эри лишь махнула рукой. Лида решила довериться подруге, но на всякий случай разложила пару амулетов у границ корневой полусферы — всяко подспорье. Ужин прошёл в тишине. Чай с чабрецом и булочки, которые Эри принесла с собой из города, напомнили о приятных временах, когда домработница семьи высшего мага баловала девочек и каждые выходные пекла им различные лакомства. Особенно хорошо ей удавался вишнёвый пирог. Лида сразу узнала её стряпню. — Как поживает Эммита? — Хорошо. Отец перестал её сильно нагружать и нанял помощницу. Эммита даже пободрее стала, гоняет совсем ещё юную девчонку и жизни учит, а та слушает во все уши. — Передавай Эммите мой самый тёплый привет! — Ты могла бы и сама ей его передать, если бы приезжала. Лида пожала плечами: в тот город соваться она больше не хотела. Тем более что поймать Эри вне служебных заданий было почти невозможно, а ради других Лида и не стала бы пускаться в такую даль. — Лид, мне необходимо провести обряд… Ведьма вынырнула из своих мыслей и внимательно посмотрела на Эри. Та сгорбилась и растирала ногу. Внутри ведьмы словно натянулись жёсткие струны, есть перехотелось. — Мне отвернуться? Эри усмехнулась и принялась закатывать рукав. Лида почувствовала, как закружилась голова. Всё предплечье высшего мага было испещрено ожогами. Старые рубцы и более светлая кожа чередовались воспалёнными пузырями с жидкостью. И ведьма не была уверена, что все они были только от ритуалов. К концу жизни высших магов большая часть кожи их тела становится нечувствительной из-за ритуалов. Ещё пара лет — и у Эри не останется места без следов её магии. — Ты мне не помешаешь, — отрешённо произнесла Эри и продолжила подготовку. Лида же старалась не подавать виду, как ей плохо: не хотелось, чтобы высшему магу пришлось ещё и за неё переживать в такой момент. — Я понимаю, но тебе может быть некомфортно… — Лид, мне приходится порой проводить ритуал, когда на мне три слоя грязи, а вокруг — не самые приятные товарищи, готовые вонзить в меня свои когти или заклинания. Поверь, в твоей компании мне вполне уютно. — Я могу тебе как-нибудь помочь? Эри мотнула головой и достала из-под ремня короткий нож. На его рукоятке был вкраплён красный камень, а рисунок повторял языки пламени. Серебро уже потемнело от использования. У высших магов крови ножи были другими: лезвие кривое и длинное, никаких украшений. Лида мельком видела такой у возлюбленного Эри, когда тот готовился к заданию. Других высших магов крови Лида не встречала в своей жизни, да и из магов огня была близка только с Эри. Такой нож выдавался единожды — при посвящении высших магов, — и далее всю жизнь его сопровождал. Лиду тогда не пустили на вручение ножа Эри, но вечером того же дня подруга, совсем ничего не боясь и не стесняясь, отдала уверенно руки Лиды свой нож, широко улыбаясь. Ведьма до сих пор помнила то ощущение покалывания, и ей бы не хотелось вновь к нему прикасаться. Тот день стал началом их взрослой жизни. У любой магии была цена. Матушка Магия ничего не запрещала — лишь предупреждала, что всякому придётся что-то отдать взамен. Хочешь оживить мёртвого? Да, пожалуйста! Только именно тебе придётся занять его место. Хочешь влюбить в себя кого-то? Не запрещено! Но больше ты не испытаешь ни одной эмоции — будешь вечно пустующим сосудом. За многие простые заклинания магия забирала физические силы, а порой — и моральные. Из-за более сложных можно было лишиться воспоминаний, эмоций и обещаний. Нарушение договора с Матушкой Магией всегда влекло последствия, с которыми любому здравомыслящему существу не хотелось бы сталкиваться. Лиде в этом плане повезло: из-за малой искры магии, самое страшное, что ей грозило это два дня сна. На большее ведьмины таланты не были способны. Но с высшими магами всё обстояло иначе. Эри нагревала нож над огнём. На это всегда уходило много времени: древнейшая сила Матушки Магии неохотно покидала свой дом, но она должна была стать частью высшего мага. Мир вокруг начинал вибрировать, реальность погружалась в патоку ожидания неизбежного. Можно было лишь сделать шаг навстречу. Эри закрыла глаза и глубоко вдохнула. Лида стиснула зубы. Огонь загорелся на лезвии. Теперь магию можно было принять внутрь. Одним резким движением, всё ещё с закрытыми глазами, Эри отдёрнула руку от огня и приложила горящее лезвие к предплечью. Лида вскрикнула, но удержалась на месте. Искры огня уходили вверх по руке Эри. Шипение сопровождало их в последний путь. Лезвие перестало пылать, и высший маг наконец убрала от себя нож и открыла глаза. Она завалилась на бок, открывая рот в бесшумном крике. Тело Эри содрогалось. На её руке алело новое пятно: оно будет напоминать о себе несколько дней, мучая свою хозяйку. Лида бросилась к подруге и рукой прикрыла ей глаза. Гладя Эри по спине, она без устали шептала: — Сейчас закончится, вот уже. Осталось немного, боль прекратится… Ещё немного, Эри, совсем чуть-чуть. Тело Эри обмякло, и Лида отняла руку от глаз подруги. Они были закрыты: высший маг погрузилась в сон, так и держа в одной руке лезвие. Лида постаралась её уложить поудобнее. Прикасаться к метке было нельзя, а вот нож она завернула в платок и убрала к себе, чтобы не потерять. Укрыв подругу свитером, Лида погладила её по голове. Магия вошла в тело Эри. Она будет жить, какое-то время не ощущая, подкатывающих волн бессилия и тревоги, пока в один день магия не начнёт иссякать и мутить её разум. Тогда ей вновь придётся повторить ритуал, чтобы магия в очередной раз стала её частью и признала Эри достойной. Так Эри жила с восемнадцати лет, и именно из-за этого они отправились в путь. Они шли избавляться от магии Эри. Лида старалась не уснуть. Эри оставила над ними магический купол. Он обещал выстоять — высший маг не стала бы подвергать Лиду опасности, если бы была вероятность, что что-то пойдёт не так. Да, и Лида переживала не из-за василисков, а за подругу. Вдруг той понадобилась бы помощь? Поэтому Лида провела всю ночь, то выныривая из снов, то возвращаясь обратно. Эри же не шевелилась, лишь продолжала слабо и медленно дышать. На рассвете Лида резко пробудилась ото сна, потому что кто-то дотронулся до её волос. — Лидуш, это я. Не пугайся! Давай позавтракаем и будем отправляться. Лида ёжилась ото сна, который манил обратно, неохотно жуя остатки хлеба и сушёного мяса. Она внимательно всматривалась в лицо подруги: к той вернулся румянец, и тело её выглядело не так хрупко, как прежде, будто её очертания стали мягче. Магии нравилось быть частью Эри! — Тебе стоило сделать это у меня дома. Там всё же было безопаснее и уютнее. — Не хочу осквернять твой дом. — Глупости! Как бы ты… — встрепенулась Лида, но высший маг перебила её: — Здесь тоже довольно безопасно, я в более рискованных обстоятельствах проделывала ритуал, так что не большая разницы. — Но ты всю ночь… — Не всю. Да, больше, чем я ожидала, но ничего страшного не случилось. Внутри Лиды начинал закипать огонь, который не имел с магией совсем ничего общего. В свой следующий вопрос ведьма вложила всё то пламя, что успело в ней разразиться. — Ты снова ждала до последнего?! Эри замерла. Её взгляд стал жёстче. Вся её сущность встала на дыбы. Она была готова обороняться и при необходимости напасть, а если сделать одно лишнее движение, то она бросится прямо к чужому горлу, даже не раздумывая. — Я провела ритуал в своё время… Но холодный тон высшего мага не остановил Лиду: она уже ввязалась в этот поход, и ей нечего больше терять. — Когда чуть не падала от бессилия? Когда в твоей голове доброго слова не осталось? Ты же себя изводишь! Ты рассыпаешься в пыль! Как ты до сих пор умудряешься хоть как-то функционировать после ритуала? — Ну спасибо, подруга. — Хватит! Мы обе знаем, что с тобой происходит. Я уже видела это однажды! Почему ты о себе не заботишься?! Не заботишься о своей магии?! — Я не хочу заботиться об этой никчёмной магии! Я хочу от неё избавиться! Хочу вновь быть собой, почувствовать хоть что-то, кроме обжигающих мыслей и сгорающего нутра! Я устала жить с этой ненавистью, которая с каждым днём отрывает от меня куски. Отчаяние прибивает меня к земле и не даёт подняться! Как я встаю по утрам?! Через боль, силу и упрямство. Но у них тоже есть границы! И скоро они сотрутся, а всё это иссякнет. Поэтому я здесь. И я надеялась, что ты будешь со мной. Что ты поймёшь, потому что видела, что делает со мной магия! Но, видимо, я ошибалась. Эри резко встала и принялась потирать мизинцы друг о друга. Купол начал таять. Лида хотела ей возразить, но поняла, что солнце слишком сильно слепит глаза. Лишь прислонив к лицу ладонь, она разглядела этому причину. Купол был снят до середины. Хрустальный василиск решил погреться у их ночлега и обернулся вокруг него своим телом, и вот-вот должен был проснуться и заявить своё возмущение. Ведь негоже будить живое существо без его разрешения, да и с разрешением не стоило. — Эри… — Я знаю! Я думаю. Лида смотрела, как корни медленно прячутся в землю. Теперь над головами путниц высился хрустальный хвост василиска. Лучи проходили сквозь него, и можно было рассмотреть деревья и путь к спасению на другой стороне, но стоило понимать, что большого василиска было бы проблематично обогнать в принципе, хотя если вам нужно было проигрышное пари, то можно было понадеяться на такой план. Но Лиде не хотелось ставить их жизни заведомо на глупость. Хотя, если быть до конца откровенной, она прекрасно понимала, что уже пообещала их жизни той самой болотной ведьме, когда они покинули дом. Не хотелось бы теперь размениваться на мелочи. — Может, огнём? — Мне потребуется слишком много сил на такую махину, он вполне успеет нас съесть, прежде чем почувствует хотя бы малейший дискомфорт. — Тогда усиль наш костёр! — Зачем? Думаешь, перед заварушкой ему надо получше прогреться? — Перенесёшь нас, пока тепло огня продолжит укачивать в сон василиска. Скоро он проснётся, и больше нет купола, который ему был заменой печки. — Я не смогу нас перенести: если за нами погонятся, эту магию отследят. Сама знаешь, как они ревностны к любым перемещениям высших магов относятся. Я должна оставаться до последнего в твоём доме, пускай и в виде морока. Послышался клёкот. Василиск зашевелился. Эри обратила своё внимание на их костёр и постаралась его разжечь посильнее, чтобы местному жителю было комфортно. Вот только ведьмам стало тяжело дышать: глаза слезились и было невыносимо жарко. — Может, тогда поднимешь корни из земли ввысь? Мы по ним переберёмся! — Не успеем! И сама знаешь: за дуб они уже отчитались. Вряд ли этот лес захочет помогать нам ещё раз! — Тогда что делать? У меня не такая выдержка огненной стихии, как у тебя! — Огонь уже перестал быть нашей проблемой, — сурово сказала Эри. — Что ты… И в этот момент Лида заметила, что прозрачный глаз существа открылся и василиск внимательно смотрел на них. Огонь за её спиной поутих. Одна проблема сменилась другой. Девушки стояли неподвижно, ожидая то ли приветствия василиска, то ли его предложений. Кто-то должен был решить, как начнётся их взаимодействие. Обитай здесь любой другой вид василисков, девушки бы уже давно расстались с жизнью: сила этих существ сосредоточена в их глазах. Но бедные хрустальные василиски часто не обладали ни смертоносным взглядом, ни ядовитой кровью — в основном они обходились грубой силой: могли задавить хвостом или броситься на жертву всем телом. Питались они солнечным светом, а агрессивными становились по самым простым причинам: если их макушку закрывали от солнца или не давали погреться у костра — в общем, за малейшие нарушения их покоя. Поэтому-то они и предпочитали не связываться с другими живыми существами. — Может, обмен? — неожиданно выпалила Лида. — Ты в своём уме? Молчи! — Только глянь! — и Лида указала пальцем на хвост существа: около него блестели её амулеты, которые она оставляла для обеспечения ночной охраны. Они были очень хорошего качества: Лида получила их от гномов за верную службу и очень дорожила ими. Так что, может быть, и василиску они бы понравились… Он продолжал смотреть на подруг. Не то чтобы в его взгляде что-то поменялось, но и попыток к силовому решению ситуации василиск не предпринимал. — Смотри на те два аметиста — зелёный и фиолетовый. А агат с хризолитом? Ты же знаешь, что отыскать такие камни непросто? Особенно у тебя здесь, в лесу. С той стороны уже тролли, и вряд ли они будут с тобой о камнях договариваться! А у тебя скоро брачный сезон: сам знаешь, что трудновато будет. Зато другие будут с непримечательными булыжниками, а ты — с разноцветными. Как блистать будешь! Все остальные василиски в восторге от тебя будут! Краем глаза Лида заметила, что Эри смотрит на неё так, будто прощаться с ней уже не будет: если василиск решит показать свою мощь, высший маг и змей с головой петуха явно сойдутся во мнении, что Лида сошла с ума и стоило помочь ей не влачить столь грустное существование. Но, возможно, василиск смотрел совсем иначе на окружающую действительность и умственные способности Лиды. Он медленно начал раскручиваться из клубка, и его клюв стал возвышаться над подругами. Он брал разгон. Эри что-то крикнула Лиде, но та не отводила взгляда от головы василиска. Эри начала произносить заклинание и поочерёдно соединять подушечки пальцев, как Лида вновь заговорила: — Не двигайся! И как только Эри отвлеклась на неё, клюв пришёл в движение. Лида зажмурилась: на неё обрушилась волна воздуха, но почти сразу же отступила, затем ей навстречу пришла ещё одна волна, и всё прекратилось. Лида аккуратно открыла глаза и увидела, что на её руках отражается один маленький солнечный зайчик зелёного цвета. Василиск проглотил её амулеты и теперь отбрасывал разноцветные блики. Но компания других магических существ его всё ещё не прельщала, и он отвернувшись пополз в лес, совсем не обращая внимания на шокированную Эри и вздох облегчения, вырвавшийся у Лиды. Девушки не двигались до момента, пока василиск не скрылся из виду. — Брачный сезон? — наконец нарушила тишину Эри. — Ага! Понадеялась, что даже если не его время, то василиск будет мыслить масштабнее и запасётся на будущее. — А про камни? — Да я увидела несколько тёмных точек на его теле, и подумала, что это неспроста. Вот и решила, что он камнями всякими питается. — Ты меня поражаешь, Лида, — Эри улыбалась. — А ты говорила, что амулеты бесполезны! — За это я готова извиниться. Хорошо, что василиски такие понятливые! — С троллями же они ужились? Язык должны были найти общий. — Я бы с удовольствием послушала, как они его нашли. Но думаю, нам стоит двигаться дальше, пока весь запас твоих амулетов не пришлось истратить на новых знакомых. — Согласна!