After the defeat

***

Вечер девятнадцатого февраля тянулся бесконечно. Илья вернулся в номер, когда соревнования уже закончились, американки завоевали медали и вся сборная гуляла где-то в общем зале, отмечая успех. Ему предлагали пойти, но он отказался, сославшись на усталость. На самом деле ему просто хотелось побыть одному. Он рухнул на диван, закинув ноги на подлокотник, и уставился в потолок. В голове крутились обрывки сегодняшнего дня — прокаты девушек, крики трибун, серая толстовка на соседней трибуне. Но чем дольше он лежал, тем настойчивее пробивалась другая мысль. Восьмое место. Оно всё ещё сидело занозой, но уже не так остро, как в первый день. Тогда, в коридоре, он был готов провалиться сквозь землю. А сейчас... сейчас он вдруг поймал себя на том, что уголки губ сами ползут вверх. Слова Пети. «Ты был красив. До падения. Это никто не отнимет.» Илья закрыл глаза и услышал этот голос снова — тихий, спокойный, с едва заметным акцентом. Странно, но именно эти слова, сказанные чужим человеком в пустом коридоре, значили сейчас больше, чем все соболезнования от своей команды. Потому что Петя не жалел. Он просто сказал правду. Красивую правду. Илья улыбнулся уже открыто, не сдерживаясь. На душе стало легко и тепло, будто внутри зажгли маленький фонарик. — Дурак, — прошептал он сам себе, но в этом слове не было злости. Только удивление — как один случайный человек может так перевернуть всё внутри?

***

Пётр вышел на прогулку, когда солнце уже село, но Милан всё ещё дышал вечерней жизнью. Олимпийская деревня гудела — кто-то праздновал, кто-то собирал вещи, кто-то просто сидел на лавочках, наслаждаясь последними днями. Он любил такие моменты: тишина после шума соревнований, возможность побыть одному, подышать холодным воздухом. Он шёл не спеша, засунув руки в карманы серой толстовки, и думал о всякой ерунде. О том, что завтра надо будет отправить посылку домой, о том, что книга в номере почти дочитана, о том, что Аделия сегодня была счастлива, и это приятно. На мосту через канал он остановился, облокотился на перила и достал телефон. Вид открывался красивый: огни города отражались в тёмной воде, где-то вдали мигала башня. Он поднял телефон, поймал ракурс, чтобы в кадр попал и он сам, и город за спиной. Щелчок — готово. Фото получилось хорошее: волосы растрёпаны ветром, глаза спокойные, на губах лёгкая улыбка. Пётр открыл инстаграм, вставил снимок и задумался над подписью. Палец завис над экраном. А потом он вспомнил старую шутку фанатов. Они вечно писали под его фото что-то вроде: «Петя, ты где? Думаешь над новой стратегией? ". Пётр усмехнулся и набрал: «Гуляю по Милану. Думаю над новой стратегией.» Идеально. Коротко, с самоиронией, и фанаты оценят. Он нажал «опубликовать» и убрал телефон в карман. Прошёл ещё немного, наслаждаясь тишиной. Но через пару минут любопытство всё же взяло верх — он снова достал телефон, чтобы проверить, кто уже лайкнул. Лента новостей пестрела постами спортсменов, но взгляд сам собой зацепился за знакомое лицо. Илья Малинин. Американский фигурист, с которым они пару раз говорили. Пётр открыл его страницу — сам не зная зачем. Просто из вежливого интереса. Последнее фото было выложено несколько дней назад: Илья на льду во время короткой программы, концентрация во взгляде, красивая линия рук, олимпийская куртка накинута на плечи. Хорошее фото. Живое. Пётр посмотрел на него пару секунд, отмечая про себя, как напряжённо Илья смотрит в объектив, как собран — настоящий боец. И нажал «лайк». Просто так. Без задней мысли. Лайк — это не сообщение, не намёк, просто маленький жест поддержки. Спортсмен спортсмену. Он даже не задумался, как это может быть истолковано. Убрал телефон и пошёл дальше, размышляя о том, что завтра надо не забыть купить подарки родным. А где-то в олимпийском номере, на другом конце деревни, Илья всё ещё лежал на диване, когда телефон вдруг тренькнул уведомлением. Он лениво потянулся за ним, глянул на экран — и сердце пропустило удар. petr_gumennyk отметил ваше фото. Он сел рывком, уставившись на уведомление. Пётр лайкнул его фото. То самое, с короткой программой. То, где он ещё верил в медаль. Илья прикусил губу, чувствуя, как щёки снова заливает румянцем. Глупо. Смешно. Всего лишь лайк. Но внутри разлилось то самое тепло, от которого хотелось улыбаться как идиот. — Новая стратегия, значит, — прошептал он, прочитав свежий пост Пети в ленте, и не смог сдержать улыбку. Он не знал, что это значит. Знал только, что этот маленькое красное сердечко сделало его вечер бесконечно лучше.

Илья смотрел на экран и чувствовал, как внутри всё бурлит. Лайк от Петра горел на фотографии маленьким красным сердечком, и это было одновременно прекрасно и мучительно. Он отложил телефон, потом снова взял. Открыл инстаграм, закрыл. Встал с дивана, прошёлся по комнате, снова сел. — Fuck you, — прошептал он, глядя на пост Петра с мостом и подписью про новую стратегию. Фото было красивое. Пётр в своём репертуаре — спокойный, чуть отстранённый, но в глазах какая-то тёплая усталость. Илья увеличил, рассмотрел каждую деталь: растрёпанные ветром волосы, лёгкую улыбку, отражение огней в воде за спиной. Пальцы сами потянулись поставить лайк. Сердечко загорелось красным. Илья замер. Лайк — это ладно, это полбеды. Но комментарий... Писать или нет? Это будет слишком? Покажется странным? Он ведь уже подписан, уже лайкнул пост, уже всячески обозначил своё существование в цифровом пространстве Петра. Может, хватит? Но пальцы уже набирали текст. жду с нетерпением эту стратегию Он нажал «отправить» и зажмурился, будто прыгал с вышки. Готово. Теперь поздно отзывать. Теперь Пётр увидит и поймёт, что Илья следит за ним. Что он ждёт. Чего именно ждёт — Илья и сам не знал, но слово вылетело. Он отбросил телефон на кровать, будто тот был раскалённым, и закрыл лицо руками. — Идиот, — выдохнул он в ладони. — Полный идиот. Но улыбка всё равно расползалась по лицу, и он ничего не мог с этим поделать.

***

Пётр уже возвращался в олимпийскую деревню, когда телефон завибрировал уведомлением. Он достал его на ходу, глянул мельком — инстаграм. Кто-то лайкнул фото, кто-то прокомментировал. Он открыл уведомление, готовясь увидеть очередное «красиво» от подписчиков или «Петя, стратегия это круто» от фанатов. И замер. ilya_malinin_official жду с нетерпением эту стратегию Пётр остановился посреди дорожки, вглядываясь в экран. Илья. Тот самый американский парень, с которым они пару раз говорили. Который сидел раздавленный в коридоре, а потом смотрел на его тренировку из тени. Который сегодня на соревнованиях дёргано отворачивался, когда их взгляды встречались. Пётр чуть нахмурился, перечитывая комментарий. Простой, дружелюбный, с лёгкой иронией. «Жду с нетерпением». Будто им есть, что ждать вместе. Будто они на одной волне. Это было... приятно. Неожиданно, но приятно. Пётр улыбнулся своим мыслям и убрал телефон. Он не ответил. Не потому что игнорировал, а потому что не видел необходимости. Комментарий не требовал ответа, это был просто маленький знак внимания. Он дошёл до номера, разделся, лёг в кровать и заснул с лёгким чувством, что день удался.

***

Утром двадцатого февраля Пётр проснулся от того, что за окном вовсю светило солнце. Он полежал пару минут, глядя в потолок, потом потянулся за телефоном — привычная утренняя рутина. Проверить сообщения, новости, уведомления. Инстаграм горел десятками лайков и комментариев под вчерашним фото. Он пролистал их мельком, отвечая на несколько самых забавных. А потом снова наткнулся на комментарий Ильи. «жду с нетерпением эту стратегию» Пётр улыбнулся, сам не зная почему. Вчера он не придал этому значения, но сегодня, на свежую голову, этот комментарий показался ему милым. Немного неловким, как будто Илья не знал, что написать, но очень хотел сказать хоть что-то. Он зашёл на страницу Ильи. Пролистал ленту — фото с тренировок, с соревнований, пара личных снимков. На одном Илья смеялся в компании других американских фигуристов, расслабленный, открытый, совсем не такой, каким Пётр видел его в том коридоре. На другом — серьёзный, собранный, смотрит в камеру перед выходом на лёд. Пётр задержался на этом фото. Интересный человек. Сложный. Сейчас, судя по всему, запутанный. Он лайкнул ещё пару фотографий — просто так, без задней мысли. В знак того, что заметил. Что ответная вежливость — это нормально. Потом отложил телефон и пошёл умываться. Вода лилась прохладная, приводя мысли в порядок. Петя смотрел на своё отражение в зеркале и думал о том, что сегодня двадцатое. Четыре дня до отъезда. Мало. Но, с другой стороны, достаточно, чтобы ничего не начинать. Потому что начинать что-то сейчас — значит обрекать себя на ненужную сложность. Он вытер лицо полотенцем и твёрдо решил не придавать значения этим маленьким цифровым взаимодействиям. Лайки, комментарии — это просто этикет. Ничего больше. Но когда через час он сидел в столовой с чашкой чая и книгой, его взгляд то и дело возвращался к телефону. И он поймал себя на том, что ждёт уведомления. От кого — он предпочитал не уточнять даже в мыслях.