Хаос в моей родословной

      На поверхности беспроглядной реки стояла тишина. Вода не колыхалась от беспорядков пресноводных жителей, пузыри воздуха не поднимались чтобы лопнуть. Это была ночная идиллия, безлунное небо, влажная земля и кора древесных растений после дождя.       Для любого поэта такая атмосфера улицы запала бы ему в душу. Безлюдно, спокойно, как всегда, когда проходит природное ненастье.       Любитель вечерней ходьбы прогулочным шагом прошёлся бы по пустому шоссе, осмотрелся по сторонам, как капают капли с хвойных деревьев. Заметил бы, что его кеды для сухой погоды успели промокнуть. Но всё-таки дошёл бы до моста Виккери, чтобы кинуть оттуда монетку или может быть банально поразмыслить о своей жизни, облокотившись грудью на перила.       Это был идеальный сценарий для обыденных дней. Если бы сейчас какой-то прохожий и вышел на прогулку, то он бы наткнулся на обстоятельства, что в одном месте у начала проезда отсутствовало само ограждение. На том участке моста сейчас была целая дыра, будто конструкцию протаранило чем-то, причем больших габаритов.       И ведь верно, на дне находилась машина, зарегистрированная на имя Грейсона Гилберта. Свидетель смог бы увидеть свет фар от машины из-под мутной воды, пока двигатель отрабатывал свои последние минуты. Спустившись к берегу, то обнаружил бы девушку без сознания, которую по документам можно опознать, как Елену Гилберт.       Может быть, обладая незаметным присутствием, ему удалось застать тогда и вампира, что единственный увидел эту трагедию целиком и полностью. Как тот постарался примчаться на проишествие и спасти семью. И, сохранив жизнь лишь только одной, он добропорядочным и благородным способом вызвал анонимно скорую помощь, сообщив об случившейся аварии.       Конечно, если бы такой счастливчик смог лицезреть столь быстрое и ловкое сверхъестественное существо, про которых в городе было столько мифов, он бы вряд ли пережил ещё одно.       На заднем сидении машины, что осела глубоко на голом каменистым дне, произошло движение. Словно чувствуя момент, когда вокруг никого не будет и все лишние свидетели скроются, тело уже, как несколько минут мертвой девушки, открыло глаза.       Неестественно зелёный оттенок подобно светличкам сиял под водой, когда потустороннее существо осваивалось и с холодным равнодушием осматривало затопленную машину. Можно было заметить, что оно реагировало неспешно, словно переполненные жидкостью лёгкие, остановка сердца, не мешали пребывать ему в этом теле.       Увидев мёртвых людей впереди, насмешливая ухмылка извратила лицо девушки. Алекс Соммерс, а это именно её сейчас использовали, как пустой сосуд, сама на себя теперь была не похожа.       Смертельно бледная кожа, чуть отёкшее тело из-за пребывания в воде, болезненные, красноватые синяки под глазами. Но самое главное это взгляд. Хищный, безжалостный, расчётливый. Всё в нём, помимо паранормального свечения, кричало об опасности.       Чужая смерть оставляла создание равнодушным за исключением глумления от сентиментальной горечи мёртвых, что осталась в салоне и её вкус можно было прочувствовать на языке. Не такой приятный, как то, что они испытывали продолжительное время.       Однако хорошее расположение существа пропало, когда его резко переклинило в бездушный вид. Словно, заметив отсутствие важного кусочка десерта, в следующий момент лицо Алекс становится чудовищным.       Её кожа не подвергается какой-то жуткой деформации, новые части тела или дополнительные глаза не выросли. Но для бездыханного тела им не надо агрессивно дышать, чтобы мышцы сократились. Ярость читалась на этом лице, глаза горели от непростительной злости, также осознавая внезапную неудачу в долго запланированном сценарии. То, что было ему нужно.. Этого здесь не было.       У потустороннего духа выработалась чудесная выдержка, чтобы он продолжил двигаться дальше, хоть обнаруженная вещь сильно вывела его из себя.       Переходя к действиям, он смотрит с холодным ожиданием на окно, что разбивается спустя секунду, будто от удара кулака. Ремень расстёгивается следом, наконец освобождая тело. Существо действовало спланировано, покидая машину так, что для людей это не вызвало бы никаких подозрений.       Каждый ход был продуман. Как девушка выбралась из машины, где её потом смогут найти, что именно ему следует оставить, а что излечить.       Тому без проблем и лишних усилий удалось вынурнуть из воды. Даже больше. Это человеческое тело смогло легко встать на колыхающуюся гладь, будто оно стояло на обычном песке. Мертвое тело Алекс со стороны выглядело, как чудо. Жаль, но природа сущности в ней была далека от понятия божества.       Оно задействовало мышцы ротовой полости девушки, открывая губы, после чего вода стала покидать внутренние органы. Очистив от большинства излишков, тот намеренно не тронул остатки для убедительности. Следующим на очереди было сердце. Оно снова забилось, начиная разгонять по телу кровь, а неподвижная грудная клетка стала подниматься.       Все органы что были мертвы, заново начинали работать и выполнять свои функции. Даже нервные окончания обновились. Не осталось ни одной системы в теле, которую оно могло бы пропустить.       Когда процесс завершился, существо обратило внимание на валяющуюся фигуру на берегу. Другая выжившая девушка. Это напомнило ему про изначальные ожидания от пробуждения в этом месте. И как кто-то его опередил. — Как милосердно.. - грубый, металлический голос процедил с уст Алекс от его лица, обращаясь в пустоту. — Подарил этой душе быструю смерть, вместо уготованных страданий. Не очень справедливо для нашей. - слова были похожи на царапания когтей по бетону.       Его взгляд смотрел куда-то глубже видимых для глаз людьми пейзажей, проходя сквозь эту недоступную прозрачную завесу. О, он всегда мог узнать знакомый смрад присутствие другого существа, которое сегодня решило вмешаться в его дела.       У всего была цена. Неудивительно, когда в его адаптирущейся голове появилась новая идея, подходящая к новым обстоятельствам. — Может мне тогда убить вот эту девчонку? - существо оскалилось, начиная двигаться к берегу, где валялся дубликат на отражение чужой души. Да, оно чувствовало сверхъестественное происхождение у человека.       Для пассажира в теле Алекс ещё одна смерть ничего не меняла. У него не было причин заботиться о других, следить за судьбами и ключевыми событиями мира. В конце концов не было ничего сложного обратно вернуть ту в машину.       Он почти взял девушку за ногу и потянул обратно в реку. Как говорится: «счастливые истории не создаёт случай». — Стой! - конечно другой мужчина вмешивается, наконец раскрывая своё присутствие для него.       Тот выглядел отвратительно хорошо, как и всегда. Чёрный кафтан, эти ухоженная щетина и волосы, в прекрасном виде сапоги. Одетый даже лучше чем при жизни. Иными словами вызывал у него тошноту своим присутствием.       Его твёрдый и авторитарный голос настроен был заставить не трогать кого-то ещё, когда сегодня итак сделано и потрачено слишком много. — Боли уже достаточно. — ЕЁ НИКОГДА НЕ ДОСТАТОЧНО! - крик побеспокоил водную гладь вокруг, неся в себе слишком много веса.       В претензии конечно же находилось разочарование, когда вместо сложного страха, ужаса от неизбежной смерти, боли от недостатка воздуха и попадания воды, паники, желания выжить; в этом теле было ничего! Лишь быстрая смерть! Словно ему надо было просто сцепить зубы и проигнорировать эту самодеятельную щедрость!       Эмоции на лице Алекс выглядели бешеными, пока сдерживаемая ярость сильнее пробиралась наружу. Его взгляд с отвращением, словно пожирал мужчину перед собой. Они не были смертными и всё же, старая ненависть никогда не могла закончиться.       Дух мужчины со сложными эмоциями, но никак не отторжением, смотрел на того, кто скрывался в чужом теле. — Мне пришлось принять меры. - он действительно старается сгладить их конфликт, потому что цель была абсолютно общей. — Фрагменты памяти стали переходить раньше, включая то, что должно было произойти. Девушка бы всё сорвала.       Он объясняет очевидное с каким-то тонким покровительством. Как взрослые порой разговаривают с кем-то младше, так и более олицетворенный и независящий от тела дух себя вёл с ним.       За такое он получил соответствующее отношение. — Плевать! - существо прорычало, чуть ли не выплевывая это, а глаза загорелись чуть ярче. — Пусть был бы хаос, это всё равно ничего бы не изменило! А теперь мы снова будем слабы!       В этом обвинении была опасная уязвимость. Они оба знали, как это важно для выживания, а теперь из-за другого сил у этого сосуда не будет. Он потратил всё до этой точки и больше ничего не мог. Это мучило его от ярости. Слишком много лет они ждали.       Между двумя очень старыми духами затянулось молчаливая битва взглядов. — Мне не жаль. - другой в кафтане прямо ответил.       Да, он всё знал, даже больше. Он был ответственным за многое последовавшее в их долгом пути. И также видел, что тёмная природа духа никогда сможет перечеркнуть прошлое и принять его снова. — Ты сам виноват. - в конце концов тот решает быть бескомпромиссным, оправдывая себя. — Я бы не влез, если ты специально не дал увидеть девушке смерть своей семьи. - мужчина сразу понял, что за этим мог стоять только он. — Естественного ужаса было бы достаточно для тебя.       Он не просчитал. Этого хватило, чтобы тело вновь пришло к жизни, а внутренние органы восстановились. Даже оставались какие-то остатки. — Не говори что нам достаточно! - чужой расчёт существа в теле девушки только сильнее злил.       Мужчина не был ими, он никогда в полной мере не смог бы понять их потребности. Никогда не ощутить всю глубину естества, что они не выбирали. Он не рождался с этим.       Конечно его выводило, что одна девушка умерла болезненно, а другая даже не мучалась по-настоящему. — Она никто по сравнению с нами! - существо выражало отвращение к мёртвой душе, что получила от духа покровительственно отношение. Более благоприятный исход. Конечно, он знал почему именно тот так сделал. — И как всегда мы страдаем больше, ведь ты опять так решил!       В эту ночь упомянулось то, что не забылось даже за десять тысяч лет. — Рагнос.. - мужчина был ошеломлён, впервые за столько времени невольно называя существо его настоящим именем. — Сгинь с моих глаз. - непреклонное рычание выходит с его уст.       Он больше не хотел того видеть, испытывая лишь отвращение ко всему их прошлому. Его свет в глазах потух, казалось, больше не заглядывая за другую сторону. Осталась только реальность для человеческих глаз.       С презрением провожая взглядом бессознательную фигуру, ведь он бы её убил, если бы девчонка слышала этот разговор, он пошёл обратно по воде. Его слух уже уловил приближение машин и людей.       Добравшись до камней, выбрав более видную точку и близкую к местонахождению машины, совсем неосторожно, даже слишком намеренно, он заставляет это тело упасть на них. Болезненно и больно, совсем не заботливо, но реалистично. Это оставит ссадины и порезы.       Его стоит благодарить за все эти приложенные усилия для убедительной легенды. Он слишком старается для этого хвоста.

***

             Милая белая беседка с плетёной изгородью и кустовыми цветами закрывала сидящих внутри людей от солнца. Хотя всё же его лучи пробирались через щели шириной в пять миллиметров и падали на хрустальную посуду. Садовые стулья и столик, вокруг которого собрались дамы на чаепитие, радовали глаз своей стилистикой прованса.       Да, Саша Алекс присутствовала на своём третьем чаепитии с одинокими домохозяйками, что жили за углом их улицы. Эти дамы входили в самый актуальный канал сплетен из действующих в Мистик Фоллс. Ничто и никто не проходит мимо их глаз и ушей, поэтому это была идеальная компания для аудирования по английской речи. И самое главное никаких технических помех.       Саша Алекс считала эту компанию для себя идеальной. Они всегда пекли разные пироги к обеденному чаепитию; яблочный, черничный, тыквенный, даже из ирисок. Приятные дома, эстетически красивые клумбы, спокойные и непринужденные посиделки и разговоры. Иными словами стереотипные картинки из фильмов.       Самое главное, что стоит отметить, они совершенно уверено считали, что Саша Алекс ничего не понимает. — Господи, неужели у них дома нечего поесть? Она может теперь и лошадь съест? - Миссис МакКласки, 59 лет; прямолинейная, её язык любви - грубый жаргон. Не оценила постепенное уменьшение еды за столом. — Точно наркотики. - Миссис Купер, 54 года; домовладелица, бывшая жена какого-то мафиози, легкомысленная. Думает, что есть чуйка на такие вещи, постоянно влезая со своей конспирологией. — Ведь поэтому так часто ездиет в клинику Уитмор, где лечат таких! - её шёпот был далеко не такой тижий, как она думала. — Да там родственник её. - Мисс Холливелл, 50 лет; настаивает, что ей 49, тема интереса - только мужчины, неуклюжая. Трижды разведённая, чьей укладке можно позавидовать, после добавила: — Кстати симпатичный, жаль слишком молод.       Пока та сердцеедка задумалась, пожилая женщина, не знающая о существовании программы «Давай поженимся», устремила свой подозрительный взгляд на Алекс. — Одно другому не мешает. Правда же? - миссис Макколл, 61 год; мечтает выдать свою дочь Мелиссу замуж и обзавестись внуками.       После такого очевидного перемывания костей, Саша Алекс подняла своё лицо, на котором сияла обезоруживающая улыбка. Если свет солнца можно было принять за ореол, то та сейчас выглядела, как ангел. Символ невинности и наивности. И ожидаемый ответ не заставил себя ждать. — Да, да. Спасибо, очень вкусно!       Классический кивок головы, кротость, мягкий тон голоса и её плохое американское произношение. Как пластинка, что говорила примитивными фразами. Идеальный рецепт обмана. — Ох, ну разве у неё не очаровательные манеры? - мадам Фелиция, 57 лет; сноб, любит манеры, как в высшем обществе. Кажется она единственная, кто радовался её компании, игнорируя всех остальных. Ну у неё и дом побогаче.       Когда Саша Алекс впервые раз пришла к ним познакомиться, а именно к этой благовоспитанной леди с самым лучшим участком, та сухо заметила, что приходит с пустыми руками плохой тон. Её бесплатно покормили, минут пятнадцать нравоучали об воспитании поколения, а потом наконец та узнала в ней пострадавшую в аварии.       Произошедшее сделало из Алекс кого-то вроде забавного зверька. Все слышали о Гилбертах, а она можно сказать поймала волну этого хайпа. Плюс новость об языковом ограничений делали её единственной необычной здесь.       Когда Алекс стала наконец выходить в социум почти каждый встречный хотел с ней заговорить, чтобы услышать изменения. Типичное желание людей косвенно почувствовать себя частью громких событий, как будто быть свидетелем этого лично чем-то поможет.       Она в целом не возражала пока что. Это было утомительно, немного раздражающе, когда соседи не очень деликатно просили её что-то сказать на русском или же тысячу раз уточняли понимает ли их. Но это была практика. И может через год Саша Алекс будет лучше разговаривать и понимать носителей языка.       Её стали приглашать на эти посиделки не потому что пожилым леди было жалко бедную девочку. Им хотелось придать особенности своим собраниям в лице её приглашенной фигуры. Это также делало беседы забавными, когда Саша Алекс отвечала однословными предложениями. «Какого это тонуть под водой?» «Больно». «Что-то особенное помнишь с того вечера?» «Тесно». «Мокро». «Страшно». И так далее.       Это были типичные беседы. Даже бесполезные в какой-то степени, ведь она просто ела и слушала чужую болтовню. Но Саша Алекс дала Джереми слово жить, а социум был важной частью этого. К тому же в еде заключался ещё один позитивный момент. Эти женщины из-за возраста готовили очень низкокалорийную еду.       До этого ей не сильно бросалось в глаза, насколько рацион здесь в Америке отличается. Но в одной из поездок с Дженной в Costco, её сильно поразили объёмы продаваемой пищи оптом. А тот чертов вкусный хот-дог, что уже одним собой является половиной суточной нормы калорий? И чем больше она смотрела на цифры в составе, тем её животу было плохо.       Слишком много масла, слишком много сахара, слишком сытно, слишком большая порция. Её организм не был готов к такому. В больнице еда и то лучше представлялась, как сбалансированное питание.       Если бы Саша знала, что однажды придёт день, когда она будет обращать внимание на то, что ест, может быть она лучше ценила свою родную кухню. Да, Дженна что-то готовила, но на самом деле это просто были полуфабрикаты или же курица, иногда рыба. Вот и повод бояться за свой холестерин появился.       Наверное она была немного лицемером, что с удовольствием тратила свой час среди тех, кто сплетничает о ней прямо в лицо. Но еда на многое закрывала глаза и это можно сказать приносило свою пользу. Женщинам что-то вроде эксклюзива от неё, ей же питание, практике и внедрение в социум.       Так появились свои плоды от такого досуга. Однажды утром Соммерс замечает газету, где на обложке была фотография Алекс в окружении тех женщин за чаем. Конечно для местных журналистов других новостей не нашлось кроме как написать пару слов об её выздоровлении и возвращении в общество.       Содержание не сильно волновало ту, про которой шла речь, ведь там в основном всё преувеличивали. Но на стенку у себя в комнате девушка повесила этот выпуск. Не каждый день Саша Алекс видела себя на первой страницы какой-то жёлтой статьи. Может кому-то это будет интересно в будущем, оставила на память так сказать.

***

      После отъезда Джереми в платную лечебницу, где работал какой-то хороший знакомый Грейсона Гилберта в семье пошли первые перемены. Наверное следовало начать новости с Елены.       Девушка восприняла отсутствие брата поводом, чтобы стремиться вернуться к нормальности. Она пишет о своих чувствах в дневнике почти большую часть своего времени, ходит на кладбище к родителям. Иногда Бонни забирает её на своей машине к себе и там проводят вместе время, говоря о чувствах. Вроде как отходит от всего.       Дженна же готовилась к защите диплома, иногда писала эссе для учеников колледжа за деньги в качестве подработки. Она наконец-то закончила разбираться с оформлением документов и разбором бумаг оставленных Мирандой и её мужем. И в целом у неё появилось больше свободного времени на себя, когда не нужно было за всеми следить.       Алекс за это время вроде как дошла до программы английского за восьмой - девятый класс. Она всё ещё с трудом могла разобраться, что иногда пишут прописью, едва ориентировалась в настройках компьютера и с горем читала сложную литературу. (Серьёзно, она ненавидела это все душой. Вокруг везде был этот чертов язык, что уже видеть его не могла).       Обычно с непонятными вещами она шла к Дженне, ведь та непрочь объяснить ей непонятные моменты или устоявшиеся выражения. Идти за помощью к Елене это всё равно, что попросить офисного работника уделить время, у которого итак была запара.       Саше Алекс всё ещё не хватало её родной кухни, привычного языка, многоэтажек, прослеживания культуры в окружении, телевидения. Всё тут было чуждым тому, что она знала. Тут даже история была перемудренная.       У неё не было роскошного выбора, где очнуться. Жизнь вообще давала его ей очень мало.       Она до сих пор встаёт и проверяет контролирует ли себя, ничего не забыла, а теперь к этому ещё добавилось напоминие себе, что её зовут Алекс Соммерс. Чистит зубы - повторяет. Выходит на улицу - говорит про себя, где она живёт.       В принципе, ей было не сложно ориентироваться. У неё была хорошая зрительная память, а потеряться здесь было довольно сложно. Но искушать судьбу не хотелось, поэтому у неё всегда в сумке через плечо лежал англо-русский словарь, блокнот с ручкой для зарисовок или заметок и карта города. Её раскладной телефон мог быть полезен только вбитым там номерам. Саша Алекс скучает по современным технологиям.       Навещать в одиночку своего приобретённого племянника было страшно. Ехать в соседний город своим ходом ещё больше. Но она постепенно привыкла. Люди адаптируются. Но это не меняет само впечатление от жизни в Америке.       Первая поездка в автобусе была большим показателем разницы её привычной жизни и этой. Дженна не всегда могла навещать вместе с ней Джереми, да и она не давала ему таких обещание в отличии от Алекс. Поэтому, узнав как добираться на общественном транспорте, они вдвоем отправились в своеобразную пробную экскурсию.       Саша Алекс была благодарна ей за компанию, ведь иначе самостоятельно разбираясь, что и как, она бы уехала в какие-то дебри, а потом все объявили бы её, как пропавшую.       Это приключение определённо сблизило их друг с другом, подарив те ещё впечатления. Сомнительные кресла, потрепанный внешний вид автобуса. Сами пассажиры напрягали подозрительным внешним видом.       Чувствовалось, что люди в этой стране очень редко пользовались таким транспортом. Неудивительно, что Дженна потом выглядела так, будто её тошнило и в целом это оставило тревожное впечатление. Больше она, кстати, общественные автобусы не выбирала.       Это было её шестое по счёту посещение центра «Единая воля», где лечили от зависимостей. Охрана при входе, обязательная проверка документов, личный пропуск. Много корпусов, отдельные комнаты для посетителей, даже буфет был доступен.       Пациентам здесь было хорошо на её взгляд, тут давали ещё и полдники помимо трехразового питания. Даже можно выйти в сад с фонтаном на территории. И конечно всегда доступен психолог, с которым можно поговорить. Добросовестная работа сотрудников, обследований здоровья.       Дженна действительно выбирала хорошее место для лечения Джереми. Хоть и через знакомства это всё удалось устроить, она бы его не отдала не пойми куда.       Как всегда Алекс приехала не с пустыми руками, а с пиццей и упаковкой маленьких шоколадных яиц от Kinder. Да, привозить еду было можно и она была хорошим инструментом для создания хорошего впечатления. — Ты бы знал, как мне лень было к тебе ехать. - Алекс вместо приветствий, положила коробку на шахматный столик, занимая своё место напротив.       Да, Джереми уже ждал её на выбранном ими столике, когда они осматривались здесь в первые дни визитов. Ему всегда сообщали раньше об посетителе, а только потом говорили Алекс куда идти.       На улице проводить время за разговором было только на пользу, а игра в шашки поддерживала логическое мышление. И в целом им двоим больше нравились открытые пространства после всего этого. — И это говорят тому, по кому скучаешь? - Джереми даже не обиделся, потянув свои ручки прямо к коробке с сырной пиццей. — Скучают по тому кого ждёшь, а ты определённо хотел пиццу. - Алекс невозмутимо отразила его аргумент, откинувшись на спинку стула.       Ей в принципе с утра ничего не хотелось делать, поэтому с чистой совестью она вела себя, как овощь. Конечно это не помешало тоже взять один кусочек. — Может быть в приоритете она на первом месте, но ты её приносишь, а значит такой же важности. - парень пожал плечами.       Алекс невольно стала замечать, что ей нравилось разговаривать с Джереми. Он был умным, таким находчивым подростком. Может в эмоциональном плане более простоват, в отличии от той же своей сестры. — Ты льстец или очень изворотливый засранец. - она в слабой жалобе ответила, расслабляясь на стуле после утомительной поездке в душном транспорте. — Я Гилберт. Одно без другого не может. - Джереми самодовольно сиял, чувствуя себя более уверенно, замечая лёгкую ухмылку Алекс.       Удивительно, но их общение делало его более счастливым и непринуждённым. По идее после потери памяти между ними должна была остаться неловкость, но из всей их оставшейся семья Алекс с самого начала не была закрытой. Она хоть и уходила к себе, эмоционально никогда никого не отталкивала от себя.       Странный парадокс, и всё же Джереми чувствовал себя более комфортно. С Дженной тоже был порядок, но сейчас её заботят навалившиеся дела, чтобы успевать уделять им время.       Конечно подросток, что ощущал себя теперь чуть лучше в отличии от своего старого состояния, не мог не заметить перемены в Алекс. — А вообще почему ты такая вялая? - он прямо спросил, оглядывая её внешний вид. — Ты что заболела?       У неё сейчас были небольшие синяки под глазами и лёгкая бледность. Не очень свежий вид, когда она ещё приехала в каких-то штанах, похожие на паруса, и простой кофте. Даже волосы она не очень то старалась причесать, сделав пучок.       Джереми выбрал момент, чтобы укусить второй кусок пиццы. — Хуже. У меня наконец начались месячные.       Для Алекс это была занятная картина, как парень подавился куском еды от неожиданности и стал кашлять. Конечно, он всё же не умирал и ничего инородного в горле не застряло, но всё равно повеселило. Он прям побелел. — У меня же цикл нарушился после этой аварии. - подперев кулаком щеку, она для большего понимания поясняет.       Хоть ей и прописали пить витамины для восстановления, их отсутствие её не очень беспокоило. Серьёзно, в тот период ей вообще не было дело до этого тела. — Это вроде хорошо, я теперь здорова, но, чёрт возьми, как же было здорово без них эти два месяца. - она вздыхает, немного тоскливо вспоминая свой небольшой отпуск без заботы о том, что творится у неё в штанах. — Теперь у меня болит живот, поясница и хочется много бегать в туалет. — Остановись пожалуйста. - Джереми умоляющими глазами, абсолютно замолк, раскрыв глаза, как у бедного отруганного щенка.       Мило, Алекс толком не упоминала ничего детального, просто делясь своим обычным самочувствием в менструацию. Кстати, она была болезненней из-за долгого отсутствия, но не жаловалась и приехала к нему. — Ой, не кисни, Джереми. - она махнула рукой, не собираясь делать из этого табу, просто потому что с парнем так прямо никто ещё не говорил про месячные. — Тебе напротив стоит больше ознакомиться с этой темой. Ты ведь один среди трёх женщин.       Алекс задорно подвигала бровями, как бы намекая, что с этим ничего не поделаешь. Может быть она немного дразнила его. Но реакция Джереми.. Это было слишком хорошо. — О чём ты? - в голосе парня проскальзывало нервное беспокойство.       Алекс наклонилась к нему, нависая над столом, создавая атмосферу секретности. — Ну полезно знать что тебя ждёт дома, особенно, когда у всех троих цикл выпадет на те же дни. - она объяснила что имела ввиду, красноречиво посматривая на того.       Сама перспектива того, что в один день все женщины в доме будут взвинченные, придирчивые, излишне эмоциональные пугала. Потому что гормоны у всех работают по разному, пожелания и настроение тоже. А месячные это то, что делает реакцию девушек более чувствительной во всех смыслах. И так несколько дней. — Стой! Такое возможно? - Джереми нервно сглотнул, похоже теперь не желая возвращаться домой. Он был слишком молод, чтобы с этим столкнуться. — Да, вполне. - в отличии от него Алекс получала настоящее удовольствие от этого разговора.       Она не врала, что менструация у девушек может подстраиваться под общие дни. У неё так было, не в точь-в-точь, но на несколько дней раньше тёти. Скорее всего это что-то со временём эволюции, когда женщины находились в группе и так было безопаснее выживать.       Однако кое-что в этом разговоре Алекс смущало, думая о том, какая здесь культура и менталитет. — Погоди, разве тут не преподают половое воспитание?       Парень возмущённо открыл рот, догадываясь, что вопрос относился к его базовым знаниям об физиологии. Он не считал себя таким уж невеждой. — Это лишь два урока биологии в начале года! - в свою защиту он будет только учиться в десятом классе, вероятно там рассказывают всё более подробно. Хотя мысль про секс, как об полноценном предмете не могла озадачить. — Зачем кому-то целый год вести это? Что вообще там нового можно узнать?       Технически, в этом был смысл. Самое базовое можно уместить в несколько уроков, а остальные детали об гормонах, от чего появляется возбуждение и способы удовлетворения тоже быстро усваивается. — Ну не знаю. Я вот бы читала постельные сцены в романах, чтобы потом разбирать реалистично это или нет. Или какие-то конфузные случаи из секса. - Алекс действительно задумалась об этом, в какой-то степени даже было любопытно побывать на такой дискуссии.       На её взгляд это было интересно, больше раскрывать эту тему и позволять другим относиться к интиму более естественно и непредвзято. Сейчас для некоторых такие разговоры табу.       Джереми конечно же заметил эти размышления, боясь представить к каким последствиям это может привести. — Не иди в педагогический. - он от лица всех будущих подростков, просил не портить им психику.       Но конечно она не поняла. — Куда? - услышав новое слово, Алекс переспросила про что тот говорит. Такое периодически случалось. — В учителя. - он спокойно повторил, используя простое слово.       Поняв, что тот подшучивает над ней, девушка цокнула языком, доставая с сумки блокнот с ручкой и передавая ему. Уже стало привычным делом просить записать новое слово вместе с транскрипцией, как это произносится. У неё вообще теперь куча записей местного сленга. — Ты больше не будешь пиццу? - вернув блокнот, Гилберт уточнил, заметив, что та стала очень мало съедать. — Если я съем больше, у меня потом будет изжога и тяжесть в животе. Мне углеводов хватит. - Алекс покачала головой, отказываясь от ещё одной порции.       Она не отрицала, что некоторая еда может быть очень вкусной. Тут как-то отыгрывали пищевые добавки, чтобы хотеть съесть ещё. Так работали сами чипсы. Но последующая вялость, желание поспать и потеря аппетита на следующий день были куда неприятнее. Серьёзно, Алекс будто умирала от переизбытка калорий.       Желудок местных конечно привык к такому, но это не совсем случай про неё. Открыв упаковку с конфетками, она положила их на середину стола. — Ну что, вернёмся к нашей игре? - скрестив руки на груди, она подумала о том, что могла бы озвучить.       У них появилось небольшое развлечение, которое помогало им узнать друг друга чуть получше. Каждый по очереди выбирали утверждение, а он в свою очередь должен был решить верно это или нет. При верном ответе человек брал конфетку. Конечно в случае Алекс правила были чуть-чуть скорректированны. — Я никогда бы не поехала спонтанно с другом в другую страну, если бы мне прямо сейчас предложили такой вариант.       Так как у неё была амнезия, Джереми приходилось быть чуть более беспристрастным с предыдущими знаниями о ней. Конечно если он что-то знал, он мог дополнить свой ответ. Но в целом они оба учились заново узнавать друг-друга. — Раньше я бы сказал, что это ложь, но учитывая, как ты неохотно добираешься сюда, отвечаю - верно. - парень усмехнулся, беря конфету. — Это просто логично. Спонтанные решения может и дают хорошие впечатления, но шансов столкнуться с проблемами потом намного больше. Я за безопасные порывы. — О, так теперь твой бунт это выбрать сторону велосипедной дорожки, чем пешеходную зону? - разворачивая обёртку, подросток забавлялся её точкой зрения. — Мой бунт это теперь всё оставшееся время говорить с тобой на русском языке. - она чуть злобно ухмыльнулась, собираясь с удовольствием посмотреть, как тот пытается хоть что-то понять. — Эй! Алекс, ты что опять? - Джереми сдулся, как шарик, осознавая, что он теперь находится в точно таком положении, как девушка ранее. — Ты же знаешь, я ничего не пойму.       Подросток ныл, очевидно пытаясь уговорить её прекратить это. Но Алекс вместо этого просто достала свой англо-русский словарь и положила перед Джереми. Раз уж вокруг неё так мало русскоговорящих, она просто должна сделать так, чтобы в её окружении их стало больше.       Игра ведь становится куда интереснее, когда меняются уровни сложности.

***

      Тук-тук. Аккуратное стучание по лакированному покрытию двери раздаётся по дому следом после звонка.       На улице была чудесная летняя погода, как в настоящую Аризонскую жару, но благо ветер не давал никому перегреться на улице. Девушка в лёгком белом платье со скукой на лице пошла посмотреть кто к ним пришёл. Какое же было удивление у той увидеть за стеклянной дверью саму Алекс Соммерс.       Это действительно был не солнечный удар. Прошло тридцать секунд, а она так и не исчезла с глаз.       Кэролайн поспешила сразу открыть дверь, видя за ней одноклассницу с дружелюбной улыбкой, в руках у которой находился какой-то пирог. — Здравствуй! Меня зовут Алекс Соммерс. Скорее всего ты знаешь меня, но я всё равно ничего не помню и пришла заново познакомиться. - обаятельная и отрепетированная речь покинула её рот, после чего она протягивает своё творение жительнице этого дома. — Я испекла шарлотку, пожалуйста угощайся.       Когда Алекс составляла список, что ей нужно получить первым делом для выживания в этом мире, на первом пункте стояла вербена. Простая травка которая пахнет розой и по каким-то причинам вредна вампирам и спасает от внушения. Как и то, что по лору первородных может убить дуб, а не осина.       Негативный опыт с контролем тела у неё уже был, повторять точно не хотела. Эта жизнь будет просто отвратительная, если хотя бы каким-то навязанным способом Алекс что-то сделает. На её взгляд лучше просто умереть, чем стать марионеткой большей силы.       Может, подобная точка зрения преувеличена из-за трагичного опыта, но что-то подсказывала морально её это добьёт.       У Алекс было время, чтобы поразмышлять, как внушение воздействует на человека. Её вывод сошёлся на том, что вампиры психологически расслабляют мозг человека. Они как-то влияют на уровень адреналина и тестостерона, подавляя сопротивление человека и стремление к вранью. Может те выделяли какой-то запах, подключались к сознанию через взгляд или прикосновение. Но тут явно были химические процессы.       Чисто теоретически можно выработать иммунитет к гипнозу, Алекс знала, что у отца Кэролайн такой навык был. Но нет никакой гарантии, что это получилось бы у неё. Собственно о семье Форбс.       Было вполне ожидаемо, что они по-любому пересеклись бы когда-нибудь и стали взаимодействовать. Алекс решила сама инициировать эту встречу. Ей нужна была вербена, а Форбс семья основателей. И просто судьбою отмечено, что она знала про это. Здесь точно в каком-то виде должно храниться растение.       Сама Кэролайн выглядела симпатичной девушкой, один в один, как показали её в сериале. Она всегда напоминала Алекс лицом породистую кошку, но название самой породы не могла никак вспомнить.       Вообще, если объективно оценивать основных персонажей, они были эстетически красивыми. Даже Елена. Её внешность в какой-то мере типична в стереотипах о слабых девушек с огромными, уязвимыми глазами Бэмби. Но в этом была красота этого времени и его моды.       Их внешность была естественной, прически сохраняли тенденцию стиля нулевых, а одежда была простовата. Алекс не сказала бы, что сама этому соответствовала. Скорее она просто себе ничего не покупала.       Тем временем младшая Форбс находилась в взволнованном состоянии, а мимика отлично передавало удивление. — О боже мой! Алекс, входи! - широко распахнув дверь, та не задумываясь пропускала её внутрь. — Не ожидала тебя увидеть здесь.       Ощутимо, как Кэролайн суетилась, похоже растерявшись из-за такого спонтанного визита. Она вела себя неловко, не зная за что взяться. Сообразив, девушка забирает из её рук выпечку, неся к столу на кухне.       Алекс без особой страсти осматривала интерьер дома. Это та же самая картинка, как из сериала, разве что здесь было больше мелких деталей обычного быта. Просто очередная знакомая локация.       Изначально, в планах было посетить дом Бэннетов, раз уж Елена часто ездила к Бонни. Полезно иметь хорошие связи с ведьмами, особенно когда ты обычный человек в сверхъестественном мире. Алекс собиралась, но передумала, узнав, что бабушка ведьмы сейчас слегка выпивает.       Как будто пока не подходящий момент для визита. Да и, немного было жутко. Шейла опытная ведьма, как ветеран в магии. Она могла сотворить что угодно и никакая травка против неё не спасёт. Соммерс сейчас была не такая смелая, чтобы вливаться в доверие к непредсказуемой ведьме. Проще было сначала позаботиться об более предсказуемой проблеме. — Я слышала слухи, что ты ходишь по домам и вроде как заводишь знакомства, но всё равно было странно об этом думать. - голос Кэролайн вернул её внимание.       Странный момент, какое впечатление производила на окружающих единственная дочка шерифа. Она была слишком энергичной в разговоре, её руки постоянно двигались, как и мимика. В действиях проскальзывала неуклюжесть, но это подавалось так уверенно, что Кэролайн сделала это частью своего очарования.       Конечно вся эта история для неё была странной. — Вернее, я к тому, что ты могла прийти раньше, понимаешь? - она оборачивается, говоря ровно то, о чем думала прямо сейчас. — Мы были вроде как близки и я оставляла несколько электронных писем. Четыре дня назад тоже, писала, но ты так и не отвечала.       Ещё одна особенность блондинки являлось то, как она тараторила, не делая паузу в предложениях. И Алекс пытаясь проследить за словами, совершенно ничего не поняла. — Здорово, Кэролайн, но я сейчас ничего не поняла. - она честно призналась в этом, доставая снова блокнот с ручкой. — Ты быстро говоришь, а я такой новичок в этом. — Оу.. Мне жаль, я не хотела. То есть.. Я постараюсь медленнее. - девушка пообещала, но было видно, что та сама не уверена получится ли проследить за собой. — Всё нормально. Просто говори и пиши это здесь, пожалуйста. - Алекс дала ей на чём писать, сглаживая углы, чтобы та не унывала.       Ей конфликты были не нужны. Когда Кэролайн написала, единственное что удивило в информации, как они вроде как дружили. Хотя наверное знакомые Елены автоматически становятся приятелями остальных. — Не знала, что ты ждёшь от меня ответа. Я пока ко всему этому привыкаю. — Да, это странно наверное.       Между ними установилась тишина. Свободные руки Алекс болтались вдоль тела, пока она посматривала на дом, ища какие-то необычные нычки или растения.       Она вроде как рассталась с прошлым местной Алекс, устроив символичные похороны для семьи. Но с её знакомыми дела обстояли иначе. Но, увы, разбираться в этом её личность в этом не собиралась. — Как Елена? - Кэролайн старалась максимально ненавязчиво и осторожно спросить, чуть медленнее записывая вопрос на блокнот.       Не то, чтобы это было сложно понять, когда девушка будто сникла при мысли об подруге. Алекс не углублялась в чужие отношения, но на её взгляд это было странно, что Кэролайн будто отгородили от их трио. — Я получила от неё ответ, что всё хорошо и ей нужно время, просто.. Мы давно не виделись.       Та действительно скучала. Более того искренне переживала. Для легкомысленной блондинки девушка казалась верным другом. Может у неё и были проблемы, это изначально проскальзывало, но она ценила свои отношения с Бонни и Еленой. — Я сама не очень-то хорошо общаюсь с ней. - Алекс призналась, спрятав руки в задние карманы джинс. — Не принимай это на свой счёт. Это нормально заниматься своей жизнью пока другой человек переосмысливает себя.       В какой-то степени понятны причины избегания своей второй подруги. Форб была активной, по большей части лидером в группе, что демонстрировали все сезоны. Елена сейчас искала грусть и хандру, чтобы потом романтизировать свои отношения со Стефаном.       Так они из общения на ногах, перешли к тому, чтобы сесть за стол, пока девушка поставила чайник. Её комментарий немного расслабил совесть капитана группы чирлидерш.       И куда же без любопытства по поводу происшествия с Алекс. — Как ты выбралась? - в отличии от других желающих получить подробности, её волновала реакция Соммерс. — Я очень рада, что ты в порядке, просто это так жутко. Тебе буквально повезло в тот день. Я читала статьи, что вероятность утопления в машине очень высока, особенно, чтобы удалось разбить стекло.       Кажется, она продолжила говорить что-то про разницу давления, но очевидно Форб немного унесло. Для поверхностного человека такой интерес к деталям очень нетипичен.       Но Алекс просто решила перевести этот разговор в шутку. Отвечать одно и тоже уже надоело. — У меня просто были поплавки в карманах. Вот почему, когда мы были под водой, меня вытянуло наверх.       Кэролайн уставилась на неё, словно пытаясь осмыслить сказанное. Моргнув, избавившись от замешательства, она постаралась усмехнуться, тем временем мысленно решая как относится к такому юмору.       Учитывая, как относилась к травмирующему события Елена, своим поведением подстраивая окружающих к определённым проявлениям внимания, Алекс вела себя иначе. Само собой та не могла проникнуться к событию ненамеренного утопления, когда лично с ней этого не было.       Чуть позже, как раз к чаю, к ним присоединилась Элизабет Форбс. С ней встреча была чуть попроще, как и сама беседа.       Женщина порасспрашивала об её самочувствии, адаптации ко всему. Конечно не прошлось без упоминания инцидента с тем мужчиной. Тот вроде уехал из города и к его личному делу была добавлена статья. Алекс детали не волновали, она просто опять дала слово, что сообщит шерифу, если что-то такое повторится.       Что и ненадолго порадовало её, это чай, который мама Кэролайн заварила для них. Естественно Алекс считала, что в нём была вербена и даже попросила дать ей немного домой, ведь пить из пакетиков совсем другое.       Реальность разрушилась с глотком, когда рот скривило от горечи. Это было поразительно отвратительно на вкус. У неё не было опыта с тем, какой должна быть на вкус вербена. Но что-то подсказывало, что они совершенно не умеют заваривать чай.       Как оказалось, это были листья какого-то тропического растения, а никакая не вербена. Увы, Алекс не могла так прямо спросить про неё и рисковать вызвать подозрения у начальницы полиции города. Ей всё ещё нужно найти защиту от внушения, но пока время до вампиров было.       Провожать из дома вызвалась Кэролайн, когда посиделки закончились и они съели по кусочку шарлотки. К тому же вечером её матери снова надо было выходить на патрулирование.       Алекс заметила между ними недосказанность и какое-то напряжение. Сама девушка не очень то по-доброму говорила про то, как миссис Форбс постоянно пропадает на работе. Понятное дело ей не нравилось отсутствие дома матери. — Знаешь, твоя мама делает большое дело, защищая улицы этого города. - Алекс осторожно заговорила об этом, когда они вышли на крыльцо. — Но думаю, она всё равно устаёт на работе. Ты могла бы приходить к ней в перерывы и вместе обедать. Заодно чаще бы виделись.       Это не было советом, просто вариант, что можно было тем двоим сделать, дабы не портить итак сложные отношения. — Я знаю, что она не будет рада меня видеть. Подумает, что я опять что-то выпрашиваю. - отсутствие энтузиазма в голосе и закатывание глаз показывали, что у девушки не было никаких позитивных ожиданий. — Ну, поначалу это так, но потом ведь привыкнет. Считай, что ослабляешь её бдительность. - казалось, та задумалась насчет этой идеи.       За весь свой визит в гости к Кэролайн, Алекс не могла не заметить определённые симптомы конкретного поведения. Наверное, это не её дело, чтобы спрашивать и лезть к чужому человеку. И всё же может быть её подозрения пошли бы на пользу качеству жизни младшей Форбс. — Прости за вопрос, но ты не думаешь, что может быть у тебя дефицит внимания? - да, она прямо в лоб интересовалась у Кэролайн, думала ли она, что у неё СДВГ.       Неожиданно, девушка схватила её за предплечье, притягивая к себе, параллельно проверяя не услышал ли кто-нибудь. — Тише. - теперь они разговаривали шёпотом, по какой-то причине скрывая тему от других. — Не думала, что ты так сразу заметишь.       Когда они отошли от дома в сторону, Кэролайн отпустила её. Тяжелый вздох раздался до ушей Алекс, пока на её глазах подруга Елены нервно провела руками по лицу. Это.. — Ого. Стой. Так у тебя действительно? - недоумение отразилось в эмоциях Соммерс, у которой в мозгу крутились вовсю винтики. Черт возьми, это было просто предположение, теория! Она не ожидала, что у Кэролайн может быть расстройство. — Я проверялась у психотерапевта, плюс проходила тесты. - опустив руки, Форбс прислонилась к стволу дерева, наклонив в сторону голову. — Сложно не замечать такое. Не хотела, чтобы об этом узнали. — И твоя мама не в курсе? - Алекс нахмурилась, потому что честно говоря это многое меняет, как она относилась к порой очень раздражающему и поверхностному поведению блондинки. — Конечно нет! Она будет винить себя, всё равно продолжать работать, но всё станет намного хуже. - у Кэролайн были понятные страхи, почему это не должно быть известно. — Но разве тебе не должны прописывать какие-то там лекарства для концентрации? — Мама бы узнала. - покупать в аптеке препараты по рецепту не вышло бы. Город маленький, а она дочь шерифа. Это был большой риск попасться. — И я справляюсь, на самом деле всё не так уж плохо. У меня есть способы, чтобы собраться с мыслями.       Картина невероятно менялась. Теперь люди здесь становились слишком очеловеченными, глубокими. Алекс немного пугало это. Видеть другую сторону известной истории. — Прошу, не рассказывай никому. - голубые глаза Кэролайн столкнулись с её зелёными. В них читалась надежда.       Было понятно, что это добавит проблемы в её итак сложную подростковую жизнь. Помимо стремления держать под контролем множество разных факторов, скрывать свою неугомонность за уверенностью, та удерживала крупицы своих отношений с матерью. — Я никому ничего не расскажу. - Алекс поддержала эту просьбу, да и в целом не в её интересах вообще распространяться об этом.       В конце-концов они ведь не друзья, а просто знакомые. — Позанимайся со мной программой по чирлидингу. - взамен хранения чужого секрета, она тоже попросила услугу.       На самом деле Алекс серьёзно планировала этим заниматься. Стать болельщицей, крутить эти помпоны с рюшами. Главное физически это хорошо развивало тело. Ей не помешало до начала учебного года получить уроки от Кэролайн, что этим занималась. — Ох, ты ведь пропустила летний лагерь. - Форбс прикусила губу, благо быстро отреагировав на просьбу. В ней проскальзывала эта лидерская черта. — Хорошо. Я что-то придумаю, но учти, никакого снисхождения. Не надо звонить мне и говорить: «мне сегодня грустно», «пойди на уступки». — Отлично. Это то, что мне нужно. - Алекс была полностью за этот подход, показывая большой палец вверх.       Учитывая, как сейчас сложно найти занятие без смартфона, а сплошные занятия английским и чаептия её доконали, это было то что нужно.       Ей была нужна властная, красивая блондинка с гиперреализацией на контроле с расстройством дефицита внимания и гиперактивности. Она со своим диагнозом просто идеально впишется под чужое командование.