Без рамок

Дождь лупил по лобовому стеклу так, что «дворники» не справлялись. Дорога в дачный поселок превратилась в грязевую реку, и Александр Руднев в очередной раз пожалел, что они поехали на его служебном седане, а не взяли УАЗик у ребят из хозяйственного отдела. Рита ехала и вспоминала их последнюю тренировку в спортзале. После того поцелуя и пощёчины они работали вместе уже полгода. Напряжение никуда не делось, просто спрессовалось в ехидную вежливость и редкие подколы, как сейчас. Слишком хорошо они знали друг друга. — Я же говорил, — процедил Руднев сквозь зубы, пытаясь вырулить из особо глубокой колеи. — Надо было брать УАЗик. — Ты всегда говоришь, Руднев, — Рита Власова даже не оторвалась от телефона. Девушка безуспешно пыталась поймать сеть. — Твоя суперсила — говорить «я же говорил» постфактум. — Моя суперсила — терпеть тебя столько лет. — О, терпила из СК. Звучит как название нового сериала. Саша хмыкнул, но ответить не успел — машину дернуло, мотор жалобно зарычал и заглох. Попытки завестись ни к чему не привели — колеса окончательно зарылись в грязь. — Приплыли, — констатировал он, откидываясь на спинку сиденья. Рита выглянула в окно. В серой пелене дождя угадывались силуэты дачных домов. До ближайшего было метров двести. — Далеко твои знакомые убойщики живут? — Ковалевы говорили, что их дача третья от поворота. Синий забор, вроде. — Значит, идем пешком, — Рита уже натягивала капюшон куртки. — Чего расселся, товарищ майор? На руках понесешь? — Тебя? С удовольствием, — Саша выбрался под ливень, и его оптимизма хватило ровно до момента, когда вода хлынула за шиворот. — Твою ж… — Словарный запас майора впечатляет, — Рита обогнала его, ловко перепрыгивая лужи. — Догоняй, раз такой резвый! Через десять минут, промокшие до нитки, они стояли на крыльце дома с синим забором. Саша нажал звонок — тишина. Еще раз — ноль реакции. — Тут никого, — констатировала Рита, заглядывая в темное окно. — Не может быть, они же сказали… Саша достал телефон, чтобы найти семейку предприимчивых следователей, но заметил заметил смс, пришедшую час назад, когда связь еще ловила: «Санек, мы срочно в Вороновск уехали, труп там какой-то. Ключи в синем резиновом сапоге, располагайтесь. Извините, что оставили вас без шикарного ужина. Коваль». — Читай, — он протянул телефон Рите. Та прочитала, хмыкнула и полезла в обувницу. Металлический лязг — и ключи у нее в руке. — Ну что, Руднев, — она повертела связку на пальце. — Добро пожаловать в нашу резиденцию. Говорят, убойщики живут весело. Внутри дом оказался уютным. Пахло деревом и чем-то пряным. На кухне красовалась огромная барная стойка из массива дерева, позади нее полка уставленная бутылками. — Ничего себе запасы, — присвистнул Саша, стягивая мокрую куртку. — Коваль, я смотрю, не дурак выпить. — Следователь убойного отдела, — Рита уже хозяйничала, зажигая газ в плите и ставя чайник. — Без этого никак. Ты иди камин растопи, а я пока разберусь. А то замерзнешь — потом ищи майора в сугробе. — В сугробе? На дворе сентябрь, Власова. — В луже тогда, — поправилась она, не оборачиваясь. — Иди уже, не стой столбом. Саша аккуратно развесил мокрую одежду и переоделся в хозяйские найденные спортивные вещи. В голове была каша. Слишком много всего за день: вызов в область, размытая дорога, застрявшая машина, пустой дом, и Рита… Когда он вышел, переодетый в найденные в шкафу спортивные штаны и футболку, Рита уже накрывала на стол. — Коваль с женой продукты оставили, — сообщила она. — Говорят, только вчера закупились. Так что у нас есть устрицы, паста, специи всякие… О, а это что? Она вытащила из шкафчика красивую бутылку. — Что это? — Саша подошел ближе. — Ром. Побудем сегодня пиратами, а? — Власова, мы на задании. — Руднев, мы в жопе мира, связи нет, дороги размыло, машина утонула, — Рита обернулась и посмотрела на него с тем самым выражением, которое он знал слишком хорошо. — Какое задание? Участковый сам до нас не доберется, мы до него — тоже. Предлагаю скоротать вечер с пользой. — С пользой? — Ну, гастрономической, — она усмехнулась. — Ты же у нас любитель готовить? Вот и готовь. А я буду дегустировать. Ещё и продукты могут пропасть. Саша сдался. Через час на низком журнальном столике перед камином красовались устрицы под острым перечным соусом, паста с мускатным орехом и сливками, а также две рюмки с аккуратно налитым пиратским напитком. — За удачное завершение командировки, — Рита подняла стопку. — Которая еще не началась. — За то, чтобы не утонуть, — ответил Саша, чокаясь. Алкоголь обжег горло и теплом разлился по телу. Устрицы таяли на языке, оставляя послевкусие моря и перца. Рита сидела напротив, подобрав ноги, в хозяйском свитере, который был ей велик и сползал с плеча, открывая полоску ключицы. — Вкусно, — сказала Рита, чувствуя, как внутри разгорается странный жар. — У тебя талант, Руднев. Мог бы шеф-поваром работать, а не преступников ловить. Мускат чувствуется и перец губы щиплет. Рита взяла устрицу, отправила в рот. Цинк ударил по рецепторам. Острота перца обожгла губы. Она запила ромом, совсем не замечая крепость напитка. Из-под тишка посмотрела на Руднева. Тот смотрел, как она ест. Их взгляды встретились, и оба отвели глаза в сторону. — С непривычки, — Саша ответил и обновил их стопки пиратским напитком. Ром расширил сосуды и сделал кожу чувствительной. Рита, передавая ему хлеб, случайно коснулась его пальцев. Искра пролетела между ними? Или просто показалось? Она отдернула руку. — Ты напряжена. Все в порядке? — заметил мужчина. — Я в доме с майором Рудневым, отрезанная от мира, пью ром и ем устрицы. Есть от чего напрячься, согласись. — отшутилась она, но шутка прозвучала слишком нервно. Вторую стопку они пили молча. Третью — уже закусывая шоколадом. В голове приятно шумело, барьеры рушились один за другим. Власова встала, чтобы подбросить дров. А взгляд Руднева сам по себе скользил по изгибу ее спины, который выглядывал из-под свитера. — Ты пялишься. — сказала Власова, не оборачиваясь. — Любуюсь, — поправил он. Рита обернулась, и в ее взгляде мелькнуло что-то… новое. Или старое. То, что было между ними всегда и что они упорно игнорировали. Она подошла и снова налила им ещё в рюмки напитка. — С вас тост, товарищ майор. — констатировала Рита. — За пиратов, — криво усмехнулся Александр, сотрясая стоком воздух. — За то, чтобы нас не смыло. — дополнила Рита, и их взгляды снова встретились. Теперь она не отвела глаза. Алкоголь убрал скованность, растворил профессиональные границы. Саша сел ближе. Рите стало жарко. — Чтобы снять напряжение, — вдруг сказала Рита, глядя на него в упор. — Знаешь, есть старый проверенный способ. Руднев замер. Её слова, её взгляд, её близость — всё это било по голове сильнее рома. — Какой? — спросил он, и его голос сел. — Самый эффективный. — сказала Рита, усмехнувшись. Она видела, как он колеблется. Как борется с собой. Но афродизиаки Ковалёвых из ужина уже сделали своё дело: цинк, мускат, перец, шоколад и ром смешались в жгучий микс в его крови. А её откровенный флирт стал последней каплей. — Рит… — Что, Саш? — Так что? Будешь дальше делать вид, что ничего не происходит? Или… Она не договорила. Потому что Саша схватил ее за шею и оказался с ней лицом к лицу. Алкоголь шумел в крови, специи жгли губы, а ее запах — пряный, женский, сводящий с ума — добивал окончательно. — Ты хоть понимаешь, что делаешь? — спросил он, глядя в ее глаза. — А ты? — выдохнула она. И это был ответ. Саша не помнил, кто сделал первый шаг. Помнил только, что через секунду он уже целовал ее — жадно, нетерпеливо, прижимая к себе так, что она охнула. Рита отвечала с той же страстью, впиваясь пальцами в его плечи, царапая спину через футболку. — Саша, — выдохнула она в его губы. — Саша, я… Он не дал ей договорить. Просто подхватил под бедра и понес к кровати. В голове шумело так, что мысли путались, но одно было ясно — он хочет ее. Сейчас. Здесь. Несмотря ни на что. Дальше был жгучий коктейль из ощущений. Ее кожа под его пальцами, ее дыхание, срывающийся на стоны, ее ноги, обхватившие его талию. И самое главное, как Рита выгибалась навстречу, прикусывая губу, чтобы не кричать слишком громко в пустом доме. Он взял ее жадно, и она отвечала тем же. Алкоголь и специи сделали свое дело тормоза следователей отказали напрочь. Руднев плохо соображал, что делает, повинуясь только желанию, которое копилось годами. Последнее, что он помнил перед тем, как провалиться в сон — как Рита впилась ногтями ему в спину в самый последний момент и выгнулась под его телом.

***

Утро ворвалось в комнату беспощадно. Майор открыл глаза и зажмурился — голова раскалывалась, во рту было сухо. Он повернул голову и замер. Рядом, уткнувшись носом ему в плечо, спала Рита. Растрепанная, с припухшими губами, без следа макияжа. Одеяло сползло и открыло ключицу, на которой был засос. Руднев смотрел на нее и пытался собрать воспоминания в единую картину. Камин. Ром. Ее взгляд. И потом… потом все как в тумане. Яркими вспышками: ее кожа, ее шепот, ее стоны. Слишком много, чтобы это было сном. Рита поежилась, что-то пробормотала и еле открыла глаза. Несколько секунд она смотрела в потолок, потом перевела взгляд на Сашу, потом вниз, под одеяло, потом снова на Сашу. Выражение ее лица менялось медленно, как в замедленной съемке: непонимание, осознание и едва заметная растерянность. — Мы… — начала она хрипло. — Похоже на то, — закончил за нее Саша. — Я… — Рита села в кровати, прижимая одеяло к груди. — Я ничего не помню. Совсем. Руднев посмотрел на нее. Врала она плохо — он слишком хорошо знал этот взгляд. Власова точно сейчас вспомнила обрывками предыдущую ночь. Но всё-таки решил подыграть. — Я тоже, — сказал Александр. — Последнее, что помню — этот дурацкий ром. — Ковалёвский. — кивнула Рита. — Ага. Они помолчали. Тишина в пустом доме давила на уши. Рита сидела, кутаясь в одеяло, и смотрела куда-то в стену. Саша смотрел на нее и понимал, что хочет, чтобы это повторилось. Прямо сейчас. Но мозг, уже начавший приходить в себя после вчерашнего, вопил об осторожности. — Ну, — сказал он, откашлявшись. — Хотя бы напряжение сняли. — Сняли, — кивнула Рита. — Рабочее. — Экстремальные условия. — Пустой дом. — Никого вокруг. Они посмотрели друг на друга. На лице Власовой проявилась усмешка. — Коваль не должен узнать, — сказала Маргарита. — Не узнает, — пообещал Александр. — Никто не узнает. — Ещё бы. — Рита решительно отбросила одеяло и встала, на ходу подбирая с пола его футболку. — Ты бы сразу испепелила взглядом лишь из-за намека постороннего. — Саша смотрел, как она натягивает футболку, и в голове пронеслась мысль, что эта футболка на ней смотрится лучше, чем на нем. Рита кивнула в ответ, поймала его взгляд и прищурилась. — Руднев, ты чего? — Ничего, — быстро ответил он. — Просто… голова болит. — Врешь, — сказала она, но без прежней уверенности. — Ладно, пошли искать кофе. Она вышла. Саша откинулся на подушку и уставился в потолок. В голове крутилась одна мысль: «Это всё химия. Специи. Алкоголь. Обстановка. И ничего больше». Но где-то глубоко внутри он знал, что врет себе. И хочет, чтобы они ещё раз застряли на какой-нибудь даче.