Любовники

                    Сонный мужчина зашел на кухню, потирая глаза, он подошёл ближе, устроив свой подбородок на женском плече. Марина вздрогнула, после чего поинтересовалась: — Выспался? — Вроде да, а ты? — Тоже, — согласилась она, переворачивая очередную порцию оладушек. — Как же вкусно пахнет. — Оладьями? — Тобой, — шумно выдохнул мужчина, развернул её лицом к себе и поцеловал. Она сразу ответила на поцелуй, но спустя время отстранилась, погладив его по щеке, и констатировала: — Такими темпами мы никуда не уедем. — А может, не поедем? — с какой-то долей надежды предложил он. — Брагин, — она произнесла его имя с такой интонацией, давая понять, что варианта не ехать нет. Мужчина шумно выдохнул, после чего мимолётно поцеловал её губы и направился в ванную, услышав вслед: «Олег, побрейся, пожалуйста».       Когда завтрак был съеден, вещи собраны, они выехали, но вскоре вернули на парковку торгового центра, дабы заглянуть в продуктовый.       Стоя на кассе, мужчина открыл рюкзак, дабы найти карту, но вскоре понял, что, скорее всего, забыл её в машине. Он виновато посмотрел на Нарочинскую, но та лишь улыбнулась уголками губ, после чего сама оплатила покупку. Когда продукты были сложены в рюкзак, а мороженое отдано Ване, они направились к выходу. — Марин, я тебе переведу деньги. — Ты серьёзно? — Ну да, — мужчина не понял, почему она так удивилась. — Брагин. Во-первых, мы не в средневековье, и ты не обязан, во-вторых, я достаточно зарабатываю, ну и в-третьих, — она остановилась возле машины и посмотрела ему прямо в глаза, — ты и так очень много делаешь, и я тебе за это благодарна.       Дорога длиной в час с небольшим на удивление прошла незаметно. Свернув к нужному участку, Олег остановил машину, после чего обернулся назад, усмехнулся, увидев спящего Ваню, после чего перевёл взгляд на Марину. — Идем? — Конечно, — он приклеил на лицо улыбку, стараясь скрыть за ней своё волнение, ведь одно это — говорить о встрече, а совершенно другое — быть готовым к ней. — Вань, просыпайся, мы приехали. — Уже? — сонно пробормотал мальчик, пытаясь открыть глаза. — Уже, идеи, бабушка небось заждалась. Вера Петровна ждала их на крыльце. Женщина внимательно оглядела троицу с ног до головы, после чего остановилась на Олеге, изучая его. — Здравствуй, Вера Петровна, — произнес он. — Здравствуйте, здравствуйте, вы чего так долго? — Мам, в пробку попали. — А позвонить, предупредить? Я же волнуюсь, и обед стынет. — она зашла в дом, добавив короткое: — Заходите!       В доме пахло так, что у Олега что-то сжалось в области солнечного сплетения, пахло жареным луком, свежей выпечкой и еще чем-то неуловимо домашним, отчего вдруг кольнуло где-то под ребрами. Он и забыл, когда в последний раз был в таком месте, где пахнет домом, тем самым, которого у него очень давно не было. За столом Вера Петровна развернула бурную деятельность, раскадывая еду по тарелкам, стол ломился от количества и разнообразия блюд, складывалось ощущение, что этого хватит на роту солдат, и ещё останется. — Ешьте, ешьте, чего смотрите. Остынет же. — Мам, мы сами положим. — Сами вы положите, а я потом смотреть буду на пустые тарелки. Олег Михайлович, вы борщ будете? — Спасибо, я.. — Я сама положу. Вы мужчина, вам мясо нужно. Вон какой худой. Марина, он у тебя вообще ест? — Мам! — возмутилась она, после чего истерически рассмеялась, конечно, она не всегда готовила много, но Олег не жаловался и худобой уж точно не славился. — Ем, — спокойно ответил Олег, забирая тарелку. — Спасибо.       Вера Петровна села напротив, подперла щеку рукой, уставилась на него немигающим взглядом. — Чем занимаетесь, Олег Михайлович? — Я заведующий экстренной хирургии. — А семья у вас где? Родители? — Мама, — вмешалась Марина, — давай хоть поедим спокойно. — Я ничего такого не спрашиваю. Просто интересуюсь. — Вера Петровна даже не повернула головы. — Так что, Олег Михайлович? — Родителей нет. Мама умерла пару лет назад, а отца я не помню. Повисла пауза. Ваня перестал жевать, уставился на Олега круглыми глазами. — Как это — не помню? — спросил он. — Вань, — одернула его Марина. — Ничего страшного. — Все в порядке, — Олег пожал плечами. — Так бывает, он просто ушёл. Вера Петровна кашлянула в кулак, отвела взгляд. Помолчала, поковыряла вилкой в тарелке. — А дети? Свои? — Ну мам. — Марин, отстань, я не с претензией, просто понять хочу. Олег отложил ложку, посмотрел на Веру Петровну. — Своих детей нет. Не сложилось. Я не горевал особо, работы хватало. А сейчас, — он кивнул в сторону Вани, который с интересом прислушивался к разговору. Вера Петровна перевела взгляд с Олега на внука, потом на дочь. — Ладно, — сказала она коротко. — Ешьте, давайте.       Пообедав, Олег с Ваней, отправились в гостиную, хотели было прогуляться, но как назло пошёл дождь. — Дядь Олег, а вы в шахматы умеете играть? — Умею. — А научите? Бабушка говорит, что я туплю, а на самом деле она просто жульничает. — Ваня! — донеслось с кухни. — Я все слышу! — Видишь? — шепотом произнёс мальчик. — Она всё слышит. Олег присел на корточки рядом, посмотрел на доску, стоявшую на журнальном столике. — Давай посмотрим, что тут у тебя.       Они просидели за шахматами около часа. Ваня проиграл три партии, но с каждой следующей держался дольше, задавал вопросы. «А почему ты так ходишь? А зачем пешку отдали? А если я сюда пойду?». Олег объяснял терпеливо, спокойно, стараясь научить.

***

      — Ну и чего ты там застыла? — Вера Петровна громыхнула крышкой, убирая кастрюлю в раковину. — Иди сюда, помоги мне. Марина оторвалась от созерцания дверного проема, за которым скрылись Олег с Ваней, и взяла в руки полотенце. — Чем помогать-то? Ты всё уже сама сделала. — Сама, сама. А ты только глазами хлопаешь. — Вера Петровна включила воду, принялась тереть сковородку. — Ну и что ты о нем мне расскажешь? — В смысле? — В прямом. Ты ж с ним живешь уже, не первый день. Марина пожала плечами, принялась вытирать тарелки. — Он хороший. Работает много. К Ване хорошо относится. — Только непонятно, что у него в голове. — А что у него в голове? Работа, я, Ваня. Больше ничего. — Просто так ничего не бывает. — Вера Петровна отложила сковородку, вытерла руки о фартук и развернулась к дочери. — Ты его любишь? Марина замерла с тарелкой в руках. — Мам... — Что «мам»? Я серьезно спрашиваю. Ты от Сергея ушла, с ребёнком к другому мужику переехала. Я ж не глупая, понимаю, что не просто так. Но ты подумала? Ванька как? Он привыкнет? А если у вас не сложится? — Сложится. — Откуда такая уверенность? — Оттуда. — Марина поставила тарелку на стол, посмотрела матери прямо в глаза. — Я столько лет с Сергеем прожила. Думала, привыкну, стерпится, слюбится. Не слюбилось. А тут всё по-другому. Вера Петровна вздохнула, отошла к окну, выглянула на улицу, где дождь уже почти перестал лить, только редкие капли падали с крыши. — Он на тебя так смотрит, — тихо сказала она. — Я таких взглядов давно не видела. Еще при твоем отце так было. Он тоже немногословный был. А глаза — все говорили. — Она помолчала. — Ладно. Дочка. Будем надеяться. А там — жизнь покажет.

***

      Дождь кончился так же внезапно, как начался, выглянуло солнце, а мокрая трава засверкала под его лучами, и Ваня первым заметил перемену. — Дядь Олег, дождь закончился. Пойдем шашлыки жарить. Олег отложил шахматную фигуру, посмотрел в окно. — А мясо уже готово? — Бабушка с утра замариновала. — Ваня вскочил, едва не опрокинув доску. — Пойдем, я покажу, где мангал.       На крыльцо вышли Марина с матерью, неся тазик с мясом и овощами. — Олег Михайлович, вы шашлыки-то хоть жарить умеете? — с прищуром спросила Вера Петровна. — Конечно. — Ну, посмотрим. Ванька, тащи угли! Ваня умчался в сарай и через минуту вернулся с мешком угля, пыхтя и спотыкаясь. — Тяжело же, — Олег подхватил мешок одной рукой. — Давай я. — Я и сам могу. — возмутился Ваня, но мешок отдал. — Я знаю.

***

      Олег ловко переворачивал шампуры, мясо слегка шипело, пахло дымком и чесноком. Ваня стоял рядом, завороженно глядя на огонь. — Дядя Олег, а можно я? — Переворачивать? — Ага. — Давай. — Олег протянул ему шампур, придерживая руку. — Только аккуратно, горячо. Ваня старательно повернул мясо, довольно улыбнулся. — Молодец. Теперь можешь на шашлычника учиться. — А это профессия? — В какой-то степени.

***

       Ужинали на веранде, за длинным деревянным столом. Горел фонарь, пахло вечером, мокрой травой и потухшим костром. Ваня сидел между Олегом и Мариной, уплетал шашлык за обе щеки. — Вкусно? — спросила бабушка. — Очень. — Вот и хорошо. — согласилась она, после чего перевела взгляд на мужчину. — А вы, Олег Михайлович, вино будете? У меня домашнее. — Я за рулем. — А вы не уедете сегодня. Куда на ночь глядя? Оставайтесь. Марина удивленно подняла бровь, но промолчала. — Если не стесним, — спокойно ответил Олег. — Не стесните. Места хватит. — после чего Вера Петровна разлила вино по бокалам. — Давайте, за знакомство.       Поужинав, Ваня ушёл в дом, следом и Вера Петровна, а они остались вдвоем. Вечерняя тишина, стрекотание сверчков, свежий воздух. — Ну что, — Марина повернулась к нему, — кажется, ты прошел проверку? — Вроде того. — Олег откинулся на спинку стула. — Ты правда не против остаться? — Нет. Если ты не против. — Я только за. Он взял её руку, переплетая пальцы. — Слушай, я всё хотел спросить. — Он запнулся. — Ты не жалеешь? Что ушла от него, что сюда со мной приехала, что вообще... — Брагин, — перебила она. — Если ты сейчас спросишь, не жалею ли я, что люблю тебя, я тебя ударю. — Я не про то. — А про что? — Про Ваню. Про то, что ему теперь со мной жить, непросто это. — Олег. — Она повернулась к нему, взяла его лицо в ладони. — Ты единственный, кто вообще об этом думает. Сергей о нем не думал практически никогда. А ты думаешь. И это главное.       Из дома вышла Вера Петровна с чайником и пирогом. — Чай будете? Я там яблочный пирог испекла. — Будем, — ответил Олег, за двоих. Она села за стол, разлила чай по кружкам. — Олег Михайлович, — начала она уже без прежнего напряжения, — а вы в отпуск когда? — В следующем месяце. — И куда? — Пока не думали. Может, вместе, — он кивнул на Марину, — куда-нибудь съездим. — В Сочи? Или за границу? — Не знаем еще. Марина хочет на море. — На море – это хорошо. Ванька ни разу не был. — Обязательно побывает. Вера Петровна помолчала, попивая чай. — А жить вы где будете? У вас квартира? — Да, двушка, пока там. Потом, может, побольше найдем. — Тесновато, наверное? — Нормально. У Вани своя комната, мы в спальне, да и кухня большая. Пока хватает. — Ну, смотрите. — Она отставила кружку. — Я это к чему: если что, всегда помочь могу. И деньгами, и с Ваней посидеть. Вы только не молчите, если что. — Спасибо, — искренне произнес Олег.       Спустя время Вера Петровна ушла в дом, а они остались наедине. Олег на секунду задержался, глядя на темный сад, на звезды, проступившие в небе и вдруг признался. — Знаешь, — тихо сказал он, — я, кажется, начинаю понимать, что такое дом. — И что же? — Там, где ты. И там, где меня ждут