Милые радости - пошлые странности

      В гостиной царила тишина, и лишь едва уловимый треск дерева в камине нарушал ее. Глядя на огонь, Жохань старался ни о чем не думать. Ни о предстоящем совете директоров в компании, ни о поездке старшего сына заграницу, ни о предстоящей свадьбе младшего ребенка. Сюй и Чао уже взрослые. Наверное - даже слишком.       Входная дверь дома закрылась с тихим щелчком. Вэнь поправил плед на плечах и повернулся к источнику звука.       Цижэнь всегда приходил тихо. Он не заявлял о своем присутствии с порога, но все равно наполнял дом каким-то уютом, просто пересекая порог.       - А ты сегодня поздно, - Жохань отвернулся к огню. - Я уже успел подумать, что ты решил завести новую семью.       - В таком случае, им бы очень не повезло, - спокойно ответил Лань, снимая пальто. - Мой муж отказывается делить меня с другими.       Вэнь Жохань тихо рассмеялся и встал с дивана. Плед остался на его плечах, и мужчина закутался в него чуть сильнее:       - У Чао истерика из-за того, что он не дозвонился до тебя пару часов назад. А я говорил тебе не соглашаться на его уговоры.       - И ты знаешь, что я не могу ему отказать, - Цижэнь подошел к супругу и поцеловал его в кончик носа. - Осталось подождать месяц, - он погладил Жоханя по плечу. - Свадьба состоится, торт будет съеден, а остальное - проблемы того видеооператора, которого я уже нашел.       - С Сюем было проще, - Вэнь обнял мужа, укрыв своим пледом еще и его. - Заявил, что женится и через неделю уже улетал в свое странное брачное путешествие. Да простят меня те пингвины, что он мой сын.       - Зато - Антарктика, - улыбнулся Цижэнь, устроив руки на чужой талии. - Может, нам тоже следовало бы съездить куда-то?       - Только если там будет плюс двадцать пять в тени, - Жохань оставил нежный поцелуй на щеке мужа и отстранился. - Но сейчас все-таки холодно. Предлагаю согреться вином. Будешь?       Лань снял очки и поправил немного растрепанную челку.       - Разве не я должен тебя греть? - Цижэнь подошел к столику у камина и положил дизайнерские очки на него. - Приглушенный свет, огонь в камине - все намекает на приятный вечер.       Жохань повернулся к мужу и расплылся в довольной улыбке. Он склонил голову немного на бок и уточнил:       - Ты забыл, сколько мне лет? Я почти дед, между прочим, - Вэнь хмыкнул и отвернулся. - Я устрою нам ужин в кровати.       Он почти ушел, но следующая фраза Цижэня заставила его остановиться:       - Нам было по шестнадцать, когда мы познакомились. В двадцать мы уже были женаты. С тех пор прошло еще двадцать семь лет. Но, знаешь, - Лань снова подошел к мужу, чтобы коснуться его руки с обручальным кольцом. - Сколько бы лет нам не было, для меня ты всегда прекрасен.       - Даже когда причитаю из-за седых волос?       - Особенно - в такие моменты, - заверил Цижэнь и поцеловал тыльную сторону ладони мужа. - Иди ко мне, - он притянул Жоханя к себе и снова обнял. - Наш брак - это лучшее, что могло случиться со мной.       - Уговорил, - шепнул Вэнь и потянулся за поцелуем.       Нежные касания постепенно переросли в нечто большее. Распаляющаяся страсть захватила обоих.       Плед упал на пол, когда Жохань закинул руки на плечи супруга, наслаждаясь долгим поцелуем. Цижэнь скользнул пальцами под вязаный свитер мужа и аккуратно провел по спине, останавливаясь на пояснице.       Вэнь разорвал поцелуй первым. Он медленно выдохнул и посмотрел прямо в глаза своего обожаемого мужа:       - Хочу.       Вместо ответа Цижэнь потянул супруга обратно к камину.       Диван был достаточно широким, чтобы удобно устроиться на нем. Они выбирали его вместе. Тогда Жохань в шутку сказал, что на таком диване непременно нужно потрахаться - так сказать, поверить мебель на прочность. И они проверяли. Не раз и не два.       - Напомни мне отдать тебе подарок после, - говорит Цижэнь, нависая над супругом на вытянутых руках.       Жохань хитро усмехнулся и прищурился:       - О, не только я готовился к этому дню?       - Нет, - ответил Лань и расслабил свой галстук. - Но мне не нужна конкретная дата, чтобы дарить тебе что-то.       - Но ты даришь.       - Да.       Цижэнь наклонился и поцеловал супруга снова. На этот раз - более жадно.       Жохань стянул со своего мужчины галстук, а после - и пиджак.       - А-Жэнь, останешься в рубашке. Я мог бы быть со своим секретарем в этот вечер, - игриво произнес Вэнь, отбрасывая снятую вещь в сторону.       - Отклонено, - Цижэнь поцеловал чужую шею, несильно прикусывая рядом с ухом. - В этот вечер я тебя обслуживаю.       Вэнь шумно выдохнул и приподнялся, позволив снять с себя свитер. И как только доступа к телу стало больше, Жохань сразу же почувствовал поцелуи на своих ключицах и груди.       За столько лет они уже досконально изучили друг друга, но каждый раз, когда они отдавались страсти, был как первый. Хотелось заново открывать новые грани друг друга, приносить удовольствие и заставлять стонать от наслаждения.       Цижэнь никогда не спешил - ни в жизни, ни в постели. Он всегда был собранным, размеренным и вместе с тем - решительным. Это сводило пылкого и неудержимого Жоханя с ума.       Но у всего были свои грани.       - А-Жэнь, а помнишь наш первый раз в машине? - Вэнь зарылся пальцами в волосы мужа и прогнулся, когда поцелуи снова перешли на его грудь. - Ты... М... Был таким...       - А-Хань, - перебил его Лань, отрываясь от своего занятия. - Не в этот раз. Без провокаций.       - Я? Да никогда, - наигранно возмутился Вэнь.       Цижэнь не поверил. Жохань всегда добивался своего, какими бы странными не были его цели. И отсутствие белья под домашними штанами лишь подтвердило убеждения Цижэня.       - Ну и ну, - Лань повел ладонью по внутренней стороне бедра мужа. - В твои годы уже пора научиться носить трусы.       - Зачем? - все так же наигранно удивляется Вэнь. - Ты все равно их с меня снимешь.       - Негодник.       Это стало словно последней каплей. Да, им уже не по двадцать, далеко не по двадцать. Но годы, которые они провели вместе, лишь добавили страсти в отношения, а не потушили ее. Жохань точно знал, как возбудить своего мужа сильнее, а Цижэнь каждый раз позволял делать это, хоть и знал все уловки.       Цижэнь сам потянулся к подушке, под которой Жохань все приготовил для встречи мужа, а Вэнь сделал еще более удивленное лицо, словно не понимал, откуда тут взялись смазка и презервативы.       Движения были привычными, медленными, наполненными заботой. Но от этого не менее возбуждающими.       Принимая в себя пальцы супруга, Жохань тихо простонал и прошептал:       - Да как ты это делаешь? Всегда так... Я не могу...       - Я люблю тебя.       Прозвучало словно ответ на любые вопросы. Жохань посмотрел на Цижэня с таким обожанием, словно тот - весь его мир.       Вэнь повернулся так, чтобы уйти от пальцев внутри. Он быстро сел, но только для того, чтобы повалить супруга на диван. Цижэнь не имел ничего против. Наоборот - расстегнул пояс на штанах и помог мужу справиться с пуговицей и ширинкой.       Не только Жохань умеет получать желаемое. А распалить желание в таком страстном любовнике никогда не было проблемой.       Цижэнь не церемонился, когда вернул два пальца в жар желанного тела. Жохань прикусил губу и простонал, насаживаясь на пальцы. Вэнь наклонился, чтобы снова целовать мужа, принимая его заботу в виде этой подготовки. Давление было привычным, ощутимым, желанным.       Жохань стонал в поцелуй, словно умоляя быть скорее. Он двигал бедрами, наслаждаясь проникновением, которое было только началом этого акта любви.       Оторвавшись от губ мужа, Вэнь облизал свои.       Несколько мгновений они смотрели в глаза друг другу. Цижэнь поднес упаковку презерватива к губам супруга. Жохань прикусил край. Лань дернул рукой в сторону.       Аккуратно убрав пальцы из горячего тела, Цижэнь погладил смазанную растянутую дырочку, чувствуя, как муж дрожит от этого прикосновения.       Жохань поцеловал снова. На этот раз - прикусывая чужие губы. Но он замер, когда почувствовал, как руки Цижэня ложатся на его бедра. Вэнь медленно выдохнул и опустился на член. И лишь приняв возбуждение любимого полностью, Жохань отстранился, чтобы насадиться до основания.       - Ах... М... Ты такой большой, - на выдохе шепчет Вэнь, прикрывая глаза.       Устроив руки на бедрах мужа, Цижэнь лишь аккуратно гладил, не настаивая на скорейших действиях. Сейчас вся власть у Жоханя. И тот этот понимал.       Первые несколько толчков были неспешными. Вэнь немного приподнимался и медленно опускался обратно, глотая воздух и постанывая.       Но темп нарастал. Стоны становились громче, а шлепки - отчетливее. Жохань отклонился немного назад и развел ноги пошире, давая супругу наслаждаться видом.       - Давай так.       Цижэнь помог устроиться, придержав Жоханя за бедра, пока тот менял положение ног, перемещаясь с колен на корточки. Одной рукой Вэнь придерживался за спинку дивана, а второй опирался на ногу супруга. Эта поза была максимально откровенной и до безумия возбуждающей.       Лань придерживал мужа, чтобы тот в порыве страсти не соскользнул с дивана. И Жохань просто... Чувствовал это. Он доверял своему мужу, поэтому просто отдался процессу, наслаждаясь не просто сексом или страстью. А любовью. Которая долгие годы лишь крепла.

***

      Выйдя из ванной, Цижэнь сразу же оценил старания мужа.       - Секс и ужин в постели, - констатировал факты Лань. - Кажется, что такое было на Валентинов день пять лет назад.       - Тебе не кажется, - улыбнулся Жохань разливая вино по бокалам. - Иногда полезно вспомнить былое.       Цижэнь присел на край кровати и провел ладонью по обнаженной щиколотке супруга:       - На первый год отношений, на вторую годовщину свадьбы, на...       - А-Жэнь, - перебил Жохань и протянул мужу его бокал. - Прекрати.       Лань принял напиток и подсел ближе:       - Тогда давай вспомним, как ты упал с кровати, когда впервые был в той позе.       - Эй, - рассмеялся Вэнь. - Только не это. Но тот секс на полу все компенсировал.       - Тот синяк проходил неделю.       - Ну все, - Жохань подался вперед и поцеловал мужа в уголок губ. - Твой милый неловкий а-Хань уже смутился.       Цижэнь тихо хмыкнул, но с его лица не сходила нежная улыбка. Он потянулся к прикроватной тумбочке, чтобы вытащить из ящика небольшую коробочку.       - А-Хань, - Лань сел ровнее. - У меня не хватит памяти, чтобы вспомнить каждый раз, когда ты так встречал меня. Но я точно помню наш первый День влюбленных. Тогда я не мог подарить тебе что-то стоящее. И ты сказал, что тебе ничего не нужно, но если я очень хочу, то могу сделать это потом. Хоть на тридцатый совместный праздник.       На этот раз Жохань действительно удивился. Это было так давно...       Цижэнь продолжил эту ностальгию:       - Помнишь, о чем ты мечтал тогда?       Вэнь посмотрел на бокал в свой руке:       - Помимо тебя, - он замолчал, слегка нахмурившись. - Даже не помню. Но ты точно запомнил, поэтому, - Жохань посмотрел на коробочку, на Цижэня, а потом - в стену напротив, вспоминая. - А, точно, - он щелкнул пальцами. - Я хотел, чтобы мы поженились.       Лань смеется:       - Нет. Не совсем. Когда тебе было шестнадцать, - он протянул руку и погладил мочку чужого уха. - Ты говорил, что хочешь много сережек. Ты еще часто со своим отцом из-за этого ссорился.       - А, это, - Жохань даже рукой махнул. - Глупости. Я уже почти дед, какие?..       - Мне нравился твой пирсинг. Проколы еще остались, поэтому, - Цижэнь подвинул коробочку к мужу. - Меняй хоть каждый день. А если захочешь новые - просто скажи.       Жохань глянул на коробочку. Это... Не просто подарок. А память. О бунтовской молодости, о подростковой страсти, о сомнениях, о непонимании, о той части их истории, которая почти забылась. Но Цижэнь помнил. Каждый момент, когда Жохань говорил "потом" или "не важно". И даже такие глупости, как эти сережки.       - С Днем всех влюбленных, а-Хань, - Цижэнь коснулся своим бокалом другого.       Жохань кивнул и с улыбкой ответил:       - И тебя, мой любимый муж.