Напарники

Здание Национальной разведывательной организации (НРО) под Анкарой было безликой бетонной гробницей, скрывающей за своими стенами бурлящие страсти, опасные тайны и ледяные амбиции. В одном из его кабинетов, больше похожем на клетку, Серкан Болат, лучший оперативник отдела «Дельта», с силой швырнул папку на стол. — Это чёрная метка, — его голос, низкий и насквозь пропитанный цинизмом, резал тишину. — Мне подсовывают щенка, да ещё и суку. Они с ума сошли. Его начальник, ветеран с лицом, изборождённым шрамами, не моргнув глазом, поправил очки. — Каплан ушёл. У него сдали нервы после последней миссии. Ты остался один. Эда Йылдыз — не щенок. Она лучший выпускник академии за последнее десятилетие. Свободно говорит на трех языках, мастер рукопашного боя и криптографии. Её результаты — — Я видел её «результаты», — перебил Серкан, язвительно усмехнувшись. Он взял со стола тонкое досье, где на фотографии смотрела на него поразительной красоты девушка. Карие глаза, тёмные волосы, ниспадающие на плечи, идеальные черты лица. — Она выглядит как модель с обложки, которую отправили на съёмки, а не в засаду. Скажи честно, с кем ей пришлось переспать, чтобы получить это назначение? Со всем комитетом? Или, может, она чья-то любовница? — Болат! — начальник ударил кулаком по столу. — Ещё одно подобное замечание, и ты отправишься в архив сортировать отчёты за 70-е. Она твой новый напарник. Точка. Она ждёт в зале для брифингов. И запомни: твоя миссия — сломать её, если она слаба. Но если она выдержит, ты будешь с ней работать. Как профессионал. Серкан закурил, игнорируя запрет, и вышел, не сказав больше ни слова. Дым стелился за ним, как шлейф раздражения. В стерильно-холодном зале для брифингов, залитом светом, Эда Йылдыз стояла у окна, созерцая внутренний двор. Её поза была спокойной и уверенной. На ней был простой, но безупречно сидящий костюм, который лишь подчёркивал изгибы её фигуры — те самые изгибы, что сводили с ума мужчин в академии и которые она научилась использовать как оружие куда более тонкое, чем пистолет. Она знала, что её ждёт. Знакомство с легендой отдела, человеком-мифом Серканом Болатом. И она знала, что он её не примет. Дверь с силой распахнулась. — Ну, покажи-ка себя, «лучший выпускник». Эда медленно обернулась. Её глаза встретились с его взглядом — колючим, насмешливым, изучающим. Серкан не спеша обошёл её кругом, его взгляд скользил по ней, как будто он оценивал товар, а не коллегу. — Меня зовут Эда Йылдыз. Рада работать с вами, агент Болат. — О, она ещё и вежливая, — он усмехнулся, остановившись прямо перед ней. — Давай без церемоний, Йылдыз. Вот как будут работать наши отношения. Ты — мои глаза и уши. Ты — тот, кто носит сумки, заряжает оружие и сидит на связи. Ты выполняешь приказы. Без вопросов. Без рассуждений. Поняла? Эда не отвела взгляда. В её карих глазах вспыхнул холодный огонь. — В протоколе НРО о партнёрстве чётко прописано равенство оперативников при выполнении миссии. Я здесь не для того, чтобы носить ваши сумки. Серкан наклонился ближе, так близко, что она почувствовала запах табака и его одеколона. — А для чего ты здесь? Для «работы»? — Он сделал ударение на слове, придав ему грязноватый оттенок. — Уверен, у тебя есть особые таланты для… улаживания дел. Может, тебе стоит продемонстрировать их мне? Один на один. Чтобы я понял твою реальную ценность. Его слова висели в воздухе, тяжёлые и пошлые. Эда чувствовала, как по спине пробегает волна гнева, но её лицо осталось каменным. — Мои таланты включают в себя владение крав-мага на уровне инструктора и умение взламывать зашифрованные серверы за три минуты. Если вам нужно что-то из этого, я к вашим услугам. Если нет, — она сделала шаг вперёд, сократив дистанцию до минимума, её голос стал тихим и острым, как лезвие, — то советую вам сосредоточиться на нашем первом задании. Если, конечно, вы ещё помните, как работать в поле без вашего бывшего напарника, который, как я слышала, выгорел из-за того, что слишком много таскал за вас каштаны из огня. Она видела, как в его глазах вспыхнула ярость. На секунду. Затем его губы растянулись в опасной, недоброй улыбке. — О, так у нас тут не только красивая картинка, но и острый язычок. Это интересно. Хорошо, «партнёр». Поехали. У нас есть работа. Посмотрим, как долго ты продержишься, прежде чем побежишь плакать или захочешь обменять свои «таланты» на поблажки. Он резко развернулся и направился к выходу. Эда, собрав всю свою волю в кулак, последовала за ним. Её ум уже анализировал его слабые места: высокомерие, сексизм, возможно, скрытую неуверенность после ухода старого партнёра. Она была готова к этой войне. В машине, мчавшейся по ночной Анкаре, царило ледяное молчание. Серкан наконец нарушил его, не глядя на неё. — Первое задание. Слежка за торговцем оружием. Он встречается с информатором в клубе «Кобра». Твоя роль — приманка. Надень что-нибудь… подходящее. Чтобы он обратил на тебя внимание. Остальное я беру на себя. Эда посмотрела на него. — «Подходящее»? У вас есть предпочтения в одежде для приманок, агент Болат? Или вы сами подберете мне платье, чтобы убедиться, что вырез будет достаточно глубоким? Серкан резко притормозил, повернулся к ней. Его глаза в свете фонарей горели. — Ты думаешь, это игра? Там, в клубе, люди, которые разрывают таких, как ты, на части, даже не заметив. Твоя красота — единственное, что у тебя есть в этом деле. Или ты считаешь, что твой диплом с отличием остановит пулю? — Нет, — холодно ответила Эда. — Но мой диплом, как и мои навыки, помогут завершить миссию без ненужных компромиссов. Я буду приманкой. Но я буду контролировать ситуацию. А вы —прикрывайте меня. Если, конечно, вы не слишком заняты оценкой моего декольте. Они снова замерли в тишине, битва, растянувшаяся между ними, была почти осязаемой. Серкан вцепился в руль и стиснул зубы. — Ладно, красавица. Посмотрим, что ты умеешь. Но если ты хоть на секунду подведешь меня, я лично сдам тебя в отдел кадров как непригодную. И поверь, после этого тебя вышвырнут отсюда так быстро, что ты забудешь, как выглядит эта организация. Машина снова рванула вперёд. Эда смотрела в тёмное стекло, где отражалось её решительное лицо.

***

Клуб «Кобра» был адом, заключенным в оболочку из стробоскопов и давящего баса. Воздух гудел от смеси пота, дорогого парфюма и чего-то незаконного. Именно здесь, среди танцующей в трансе толпы, должен был пройти обмен. Эда вышла из уборной, и Серкан, прислонившийся к стене в тени, на мгновение потерял дар речи. Она была в платье — простом, черном, облегающем, которое оставляло мало для воображения. Но дело было не в наряде. Дело было в её глазах. В них не было ни тени смущения, нервозности или кокетства. Только чистый, ледяной анализ. Она сканировала зал, как машина: выходы, персонал, потенциальные угрозы. Её красота была не приманкой, а камуфляжем, идеальным прикрытием для острого ума, работающего на пределе. — Ну что, готова «контролировать ситуацию»? — процедил Серкан, подходя ближе. Его раздражало её спокойствие. Он привык видеть страх в глазах новичков, даже маскируемый бравадой. Здесь же не было ничего. Пустота, направленная на цель. — Цель только что вошла, — её голос был едва слышен под музыку, но абсолютно ровен. — В двух часах, у бара, в сером пиджаке. Его охрана: трое, расставлены треугольником. Информатор ещё не появился. Я займу позицию у высокого столика слева. У вас будет угол обзора на всю зону обмена. — Ты забыла часть, где ты его отвлекаешь, — язвительно заметил Серкан, нарочито скользнув взглядом по её фигуре. Эда наконец посмотрела прямо на него. В её карих глазах отражались вспышки света, но не было ни искры эмоции. — Он обратит внимание. Этого будет достаточно. Если он подойдет, я справлюсь. Если нет, вы делаете свою работу. — Она повернулась, чтобы уйти. — Эй! — он схватил её за запястье. Кожа под его пальцами была прохладной, пульс — ровным и медленным. Как у спящего. Это бесило его ещё больше. — Если что-то пойдет не так, я не буду рисковать своей шкурой, чтобы вытащить тебя. Ты поняла? Тебя либо застрелят, либо утащат в подсобку. И то, и другое будет для тебя концом. Эда спокойно высвободила руку, как будто отстраняя назойливую ветку. — Агент Болат, ваша задача — обеспечить успех миссии и сбор информации. Моя безопасность дело десятое. Если потребуется, я стану расходным материалом. Не тратьте ресурсы на сантименты. Она растворилась в толпе, двигаясь с грацией и целеустремленностью хищницы. Серкан сжал зубы. «Расходный материал». Так о себе не говорили даже самые отчаянные головорезы. У каждого был инстинкт самосохранения. Каждый цеплялся за жизнь. Даже он. Он наблюдал, как она заняла позицию, заказала воду и, казалось, просто наслаждалась видом. Но Серкан, опытный охотник, видел мельчайшие детали: как её глаза каждые три секунды скользили по определенной траектории, как палец её левой руки слегка постукивал по стеклу, отсчитывая время, как её поза, кажущаяся расслабленной, на самом деле позволяла мгновенно рвануть в любую сторону. Цель заметила её. Как и предсказывала Эда. Торговец оружием, тучный мужчина с жадными глазами, отделился от своей охраны и направился к её столику. Серкан почувствовал знакомое напряжение, адреналин, готовность вмешаться. Но он сдержался. Посмотрим. Диалог был коротким. Серкан читал по губам: банальные предложения выпить, наглый комплимент. Эда улыбнулась — холодной, вежливой улыбкой, не достигающей глаз, и что-то ответила. Её тело говорило на языке полного безразличия, но торговцу, видимо, это показалось игрой. Он стал настойчивее. Положил руку ей на плечо. В тот момент, когда пальцы мужчины коснулись её кожи, Серкан увидел, как тело Эды не сжалось от отвращения, не отпрянуло. Она просто повернула голову и посмотрела ему прямо в глаза. И в этом взгляде было что-то такое, что заставило даже этого отморозка на мгновение замереть. Это не был вызов. Это была констатация факта: «Ты — помеха. Убери руку, или я тебя устраню». Холодный расчет, без тени страха за себя. Мужчина убрал руку, пробормотал что-то и отошёл, явно смущённый и раздражённый. В этот момент из толпы вынырнул щуплый человечек — информатор. Обмен должен был произойти сейчас. Но что-то пошло не так. Охранники торговца заметили информатора. Раздался крик. Один из охранников полез за оружием. — Черт! — выругался Серкан, уже двигаясь, чтобы перехватить. И тогда он увидел, как действует Эда. Она не бросилась на пол. Не закричала. Она опрокинула свой столик, создав шум и падающее стекло — тактическая помеха. Затем, словно рассчитав траекторию пули, которая ещё не была выпущена, она сделала два быстрых шага не в укрытие, а в сторону охраны, прямо в слепую зону ближайшего громилы. Её движение было не импульсивным, а геометрически точным. Она ударила его ребром ладони по шее, не пытаясь убить, а просто выводя из строя на критические секунды, и выхватила у него пистолет. Второй охранник развернулся в её сторону. Серкан уже целился в него, но Эда была ближе. — Эда, вниз! — рявкнул он. Она не послушалась. Вместо этого она выстрелила. Один раз. В коленную чашечку второго охранника. Крики, паника. Третий охранник и торговец, сбитые с толку её немыслимыми, бесстрашными действиями, метнулись к черному выходу, уводя с собой информатора. — Они уходят! — крикнула Эда Серкану, её голос все так же ровный, даже без одышки. Она рванула за ними, не оглядываясь на раненых, не думая о том, что ей могут выстрелить в спину. Серкан, обезвредив того, кто ещё пытался подняться, бросился за ней, его ярость смешивалась с чем-то, отдаленно напоминающим шок. Она преследовала вооруженных людей, не имея страха. Как будто её собственная жизнь была просто цифрой в задаче, которую она решала прямо сейчас. В тёмном переулке за клубом они настигли их. Эда, использовав мусорный контейнер как трамплин, сбила с ног третьего охранника, а Серкан скрутил торговца. Информатор замер в ужасе. Внезапно из тени выскочил ещё один человек, которого они пропустили — молодой, с диким взглядом и ножом. Он рванулся не к Серкану, а к Эде, которая стояла ближе. — Эда! — закричал Серкан, пытаясь выхватить оружие, но его руки были заняты. Эда увидела нож. Она увидела траекторию. Она рассчитала. Уклониться было можно, но тогда лезвие попало бы в информатора позади неё, уничтожив цель миссии. Её лицо не исказилось от ужаса. Оно стало сосредоточенным, как у шахматиста, делающего решающий ход. Она не отпрыгнула. Она шагнула навстречу атаке, подставив под удар предплечье — наименее опасную область, — и в тот же миг её свободная рука, сложенная в кастет, со всей силы ударила нападавшего в висок. Раздался глухой стук. Мужчина рухнул. Нож скользнул по её руке, оставив глубокий, кровоточащий порез. В наступившей тишине слышалось только тяжёлое дыхание Серкана. Эда посмотрела на свою рану, как на досадную техническую неполадку, затем зажала рану и всё тем же безэмоциональным тоном она сказала: — Цель захвачена. Угрозы нейтрализованы. Нужно вызывать группу зачистки. У информатора, полагаю, в левом внутреннем кармане куртки находится флешка с данными. Серкан подошел к ней, всё ещё не в силах скрыть потрясение. Кровь стекала по её руке, но её лицо было бледным от потери крови, а не от страха. — Ты… ты могла уклониться, — хрипло сказал он. — Ты видела, что он целился. Зачем ты подставилась? Эда встретила его взгляд. В её глубоких карих глазах он наконец увидел не пустоту, а нечто более пугающее — абсолютную, непоколебимую преданность миссии, стоящую выше боли, выше страха, выше самой жизни. — Задача была защитить информатора и данные. Информатор был под угрозой. Я устранила угрозу с минимальными потерями для миссии. Моя рука — приемлемая плата, — она посмотрела на неё. — Теперь, агент Болат, может, вы поможете мне доставить цель на базу, пока я не потеряла сознание от кровопотери? Холодный расчет подсказывает, что это снизит наши шансы на успешное завершение операции. Она сделала шаг, и её ноги подкосились. Серкан, на автомате, подхватил её. Он чувствовал лёгкость её тела и стальную силу воли, исходившую от неё. Впервые за много лет он был не просто раздражён. Он был потрясён до глубины души. Это была не просто упрямая девчонка. Это был идеальный, бесстрашный и смертельно опасный инструмент. И ему предстояло быть её напарником. Мысль одновременно бесила и завораживала его.