Легилименс

Вечер обернулся неприятностями. Метка начала жечь. Волан-де-Морт собирал ближний круг. Я вздохнул, сделал вдох-выдох, очистил разум и направился за пределы Хогвартса, откуда легко и просто можно было аппарировать в поместье Малфоев, где Темный Лорд устроил штаб, чему Малфои были не очень-то рады, но старались этого не показывать. Они и так вышли из доверия у Темного Лорда, особенно после провала Люциуса в Отделе Тайн. Тогда уйти от мракоборцев сумели только Беллатриса и сам Волан-де-Морт. Полагаю, сейчас Люциус даже рад сырой мрачной камере Азкабана. Темный Лорд таких проколов не прощает. Боюсь, нежная натура Люциуса не выдержала бы его пыток… Небо стояло темным, не промелькнуло ни единой звёздочки. Воздух заметно похолодал. Явно приближалась зима. Я наложил на себя согревающие чары и трансгрессировал к воротам Малфой-Мэнора. В огромном, богато обставленном, зале, за длинным столом собрался почти весь Ближний круг — Лестрейнджи, Крэбб, Гойл, Нотт, Яксли, Долохов, Кэрроу и Хвост. В углу злобно шипела Нагайна, свернувшись в кольцо. Да и Волан-де-Морт был в не лучшем расположении духа. Его глаза пылали яростью. Пожиратели старательно отводили взгляд от Темного Лорда, боясь навлечь на себя его гнев. — Здравствуйте, Милорд! — поприветствовал я чокнутого безносого психопата и присел по правую руку от него. — Мы рады видеть тебя, Северус, — Волан-де-Морт практически выплюнул эти слова. — Как поживает Дамблдор? — Дамблдор здоровее всех здоровых, — уверенно соврал я. — Несмотря на возраст, старик прекрасно себя чувствует, поедает лимонные дольки и носится с чертовым Поттером день-деньской. Красные глаза Волан-де-Морта сузились. Он внимательно посмотрел на меня. Другие дрожали от этого пронзительного взгляда, но только не я. Кажется, у меня выработался иммунитет. Я не отводил глаза в сторону, и Темный Лорд мне поверил. — От Дамблдора нужно избавляться, — прошипел Волан-де-Морт. — Старик доставляет слишком много хлопот. Нагайна тем временем поползла по столу, все поспешно убирали руки и отводили взгляд. Нарцисса Малфой шумно выдохнула и тем самым привлекла внимание Темного Лорда. — Нарцисса! Как отвратительно ты воспитала сына! Вот уже полгода от него нет никакого толку. Ему было поручено важное задание, и что мы видим — он пальцем о палец не ударил. Очевидно, что тебя нужно наказать… — М-мой лорд… — жалобно проблеяла Беллатриса, вставая на защиту сестры, чем еще больше разозлила Волан-де-Морта. — Круцио! — прошипел он, наслаждаясь, как темноволосая Пожирательница корчится от боли на полу. Весь Ближний Круг молчал. Никто не хотел оказаться на месте Беллы. Вдоволь наизмывавшись над несчастной, Волан-де-Морт оставил ее в покое. В глубине души я даже позлорадствовал. Белла была прирожденным палачом. Она не ведала ни жалости, ни сострадания. Могла мучить жертву несколько часов, а то и несколько дней подряд. А теперь испытала это на себе. Одно непонятно: за что она любит этого безносого психа? Хотя женскую логику и любовь сложно понять. Ведь Гермиона тоже непонятно за что любит меня… Я постарался не думать о гриффиндорке. Не хватало, чтобы Темный Лорд об этом узнал. До полуночи Властелин наказывал Ближний Круг за невыполненные задания. Свою долю Круциатуса получили все, в том числе и я. В вину мне было поставлено, что я не сойдействую устранению Дамблдора. Через силу, сжав зубы от боли, глубоко ночью я сумел вернуться в Хогвартс. Состояние — хреновей не бывает. Тело ломит, голова гудит. Я хотел спать. До своих покоев добрался с горем пополам. Первым делом откупорил флакон с обезболивающим зельем, махом осушил его и лег спать, не снимая одежды. Но едва прикрыл глаза, затрещал назойливый будильник. Ох, и не поздоровится сегодня гриффиндоруам вкупе со всеми остальными.