Роза и Скорпион. Что у них общего?

Роза бежала. Бежала, не разбирая дороги и не зная, куда. Только бы спрятаться, скрыться, улизнуть от пожирающих изнутри ужаса, боли и обжигающего ощущения позора. В разодранном на груди и спине алом платье, с ссадиной на под глазом от удара и разбитой губой, с обнаженной грудью и разрезанным лифчиком, всклокоченными волосами, напоминающими лесной пожар. Со взбитым, мятым подолом, который она всё придерживала рукой, как и лохмотья на груди, пока бежала, чтобы окончательно не опозориться перед теми, кому на глаза она попалась… А Скорпиус? Что теперь он скажет? Что с ним вообще будет? Он же остался там, на третьем этаже. Один. Один против троих. Лишь его громовой вопль, в котором одновременно читались ярость, ненависть и поистине звериная боль — не за себя, за неё — продолжал звенеть в ушах… -Рози, беги! Беги, прошу тебя, убегай!.. Роза не обращала внимания на сбившееся дыхание, на слёзы из глаз, затекавшие ей в рот и мешавшие бежать. Животный ужас и инстинкт самосохранения тупо гнали ее вперёд. Тело до сих пор помнило липкие, потные прикосновения рук этих мерзавцев и отзывалось в местах этих прикосновений невыносимым отвращением, таким, словно на грудь, живот и всё то, что ниже пояса, кто-то насыпал раскаленный в жаровне докрасна уголь. Бежать. Бежать и спрятаться. Скорп справится, обязательно справится. Он же такой сильный, такой храбрый… Он одолеет их… Он… Он выживет… Роза с грохотом и шумом влетела в гостиную старост. Там оказались только Дейзи Дурсль и Фрэнк Долгопупс, ещё не успевшие снять с себя бальные костюмы. Увидев ее, Дейзи, облаченная в шикарное чёрно-золотое платье, побледнела и завизжала, а Фрэнк выронил на пол бокал с медовухой. -Рози?! Что случилось?! Что с тобой?! На тебя напали?! — вскричал он. Старый добрый Фрэнк. Всегда надёжный, всегда преданный, всегда готовый защитить и заступиться. Но Роза не нашла в себе слов для ответа. Пошатываясь, она бросилась в ванную комнату, на ходу запирая дверь. -Рози! Рози, постой! Рози, кто это сделал?! Кто?! — заревел Долгопупс-младший, тарабаня в дверь. — Рози, открой! Прошу тебя! Открой! -…прошу тебя, убегай! Слёзы хлынули градом. Роза опустилась на холодный пол, покрытый красивой плиткой под цвет слюды и разрыдалась так, как рыдают девушки, в одночасье познавшие страх, боль и стыд… Скорп был прав. Она вообще оказалась не готова к такому. Ведь ее не просто попытались похитить буквально несколько минут назад, подло, из-за спины выбив в Запретном коридоре палочку, а затем… Её попытались… Господи… Господи… Что теперь скажут мама и папа… А бабушка? Она ведь всё с ног на голову повернёт… А дедушка? Он же этого не переживёт… Да, мы всем миром смогли накопить ему на лекарства, но надолго ли хватит их эффекта?! А Скорпиус? Что теперь скажет он? Меня ведь наверняка видели… Видели, в каком виде я убегаю… Какой позор, Годрик великий… Если Браун меня увидела, она раздует из этого такое… У меня ведь теперь… Какой позор… А если все решат, что это Скорп… Блять, нет! Нет, я всем расскажу, что это не Скорпиус! Всем! Пусть про меня думают что угодно, я не дам вновь вырядить его в верблюда в угоду этим сволочам! Скорп… Мой герой, моя опора, моё счастье… Только бы папа не начал обвинять его, а он ведь начнёт! Начнёт в силу своей эмоциональности и того, что очень меня любит! А мистер Малфой? Ему ведь тоже наверняка достанется! А профессор Макгонагалл? Господи, какой кошмар… Как я могла так… так… Как могли они, эти американские крысы так… Так… Новый поток рыданий… -Роза! Ты слышишь меня? Это я, Фрэнк! Я не причиню тебе дурного! Открой! — Фрэнк еще раз забарабанил в дверь. — Чёрт меня возьми! Алохомора! Дверь распахнулась, гриффиндорец влетел в ванную. Увидев подругу в изорванном платье на полу и в слезах, он побледнел ещё сильнее. -Ро… Роза? Роза, милая, что за… — Фрэнк протянул свои сильные руки и сделал шаг вперед. -Нет! Нет, не трогай меня! — завопила Роза, давясь слезами и резко отшатываясь. — Не подходи! Не надо! -Хорошо, хорошо, я не буду! Но кто? Кто это сделал? Что за ублюдок это сотворил с тобой. Он… Он тебя из… -Нет! — взвизгнула Роза. Это слово причиняло ей страшную боль, словно кто-то всадил ей в живот нож. — Нет, но они пытались! Пытались! А Скорпиус… -А, так Малфой всё же был там?! — вскинулся Фрэнк. — Ничего, родная моя! Ничего! У меня с ним будет короткий разговор, если он хоть каплю в этом замешан! -Не смей, Фрэнк! — Роза внезапно вскочила и крикнула так, что Фрэнк отшатнулся и едва не сел в раковину. — Не смей так говорить про Скорпа! Не смей его трогать! Он спас меня! Спас! Один влетел в этих трех уродов там, на третьем этаже! -Их было трое? -Да! Их было трое! И двое из них… Тут Розу снова задушили рыдания, она осела на пол и принялась безутешно плакать. Фрэнк напрягся так, что превратился в один огромный комок напряжения. -Дейзи! — рявкнул он перепуганной когтевранке. — Присмотри, пожалуйста, за Розой, не подпускай ее к острым предметам и попытайся как-нибудь успокоить! Я скоро вернусь! И как был, в бальном костюме светло-голубого цвета, выскочил в коридор, едва не влетев в… -Профессор Макгонагалл? -Фрэнк? Где Роза? Ты видел её? — на лице директрисы, находящейся в компании Дэвиоса и четырех директоров, читалось волнение, боль и доселе невиданные решимость и готовность к любому действию. -Да, мэм, она в нашей ванной. С ней осталась Дейзи Дурсль. -Что с ней?! Где она?! — с криком пробился через толпу Хьюго в кирпичном смокинге. — Где моя сестрёнка?! Какая мразь посмела с ней это сделать?! -Хьюго, я понимаю твои чувства и боязнь за сестру, но попрошу тебя быть поосторожнее с выражениями, — осадила его Макгонагалл. — Лили, очень тебя прошу, смени Дейзи Дурсль, она нам понадобится. Бледная, дрожащая, но в то же время спокойная и собранная Лили Поттер в черном платье с открытыми плечами проследовала внутрь гостиной старост, а через несколько секунд оттуда вышла Дейзи Дурсль, на которой не было лица. -Роза сообщила вам двоим, где было совершено нападение на неё? — спросила Минерва её и Фрэнка. -Да, профессор. Третий этаж. А еще она сказала, что ее спас Скорпиус Малфой. -Чемпион Хогвартса? — удивлённо и обрадованно воскликнул Дэвиос в белоснежных одеждах. — Я знал, что на этого парня можно положиться! Не зря Кубок выбрал именно его! -Умерьте свой позитив, Тарквин, — проговорил недовольно Альварес, отряхнув рукав цветастого и яркого пиджака. — Сейчас самое важное — узнать, кто тот подонок, что посмел напасть на ученицу? -Подонки, — вновь заговорил Фрэнк. — Роза сообщила нам, что нападавших было трое. -Идемте же скорей на третий этаж! — заторопил всех Сонохара. — Что если чемпион Хогвартса подвергся опасному заклятию, что если он нуждается в нашей помощи? -Tout à fait, — поддержала Жасмин Берзэ, одетая то ли в платье, то ли в пышное, разноцветное облако. — Бедный мальчик, настоящий храбрец! Один против троих, защищая честь девушки! Il n'y a pas encore de chevaliers sur notre terre! -Слушайте, а где Конуэй? — пробормотал Тодорович, добавивший к своему фирменному темно-красному костюму черный плащ с меховым подбоем. — Почему его с нами нет? Я видел его на балу, но потом он куда-то улизнул от меня. -Думаю, это следует спросить у самого Бенджамина, — строго заметила Минерва. — А пока срочно на третий этаж!.. Картина на третьем этаже предстала пугающая. Посреди коридора царил разгром. Рыцарские доспехи, кирпичи и деревянные обломки были разбросаны повсюду, одна из картин валялась прожженная у стены и чадила, давая тусклый свет. В окне зияла огромная дыра, словно ее выбило взрывом, а возле этой дыры валялся и тихо стонал Скорпиус Малфой. Чёрно-белый костюм покрыт пылью, тело исцарапано, голова разбита, бок мокрый от крови, лицо исчерчено мелкими шрамами, правая рука намертво сжала серебряную ручку палочки из чёрного дерева. -Он… Он умер? — вырвалось у Дэвиоса. Минерва Макгонагалл подбежала к своему чемпиону, и тут слизеринец приоткрыл глаза. -Профес…сор… Я… -Тише, Скорпиус, тише. Слава Мерлину, ты жив. Общий вздох облегчения. -Профессор… Что… Что с Розой? Она… Она в безопасности, да? -С ней всё хорошо, целиком и полностью благодаря тебе. Правда, она в страшном шоке и ужасе. Но друзья присмотрят за ней. -Профес…сор… Конуэй… Срочно найдите Конуэя, это его уроды на нее напали, это… Чёртов дромарог, как больно… -Фрэнк, Стефан! — гаркнула старостам Гриффиндора и Пуффендуя Макгонагалл. — Немедленно отведите Скорпиуса в лазарет, ему требуется срочная медицинская помощь! -Профессор, я должен остаться! Я главный свидетель! Макгонагалл склонилась к Малфою и тихо зашептала. -Сейчас твоим словам мало кто поверит, Скорпиус. И словам Розы тоже. Учитывая ее шок и твою рану, а также то, что ты в контрах с чемпионом Ильверморни, а Роза была с ним на балу, все решат, что ты просто хочешь насолить Нейту Огасту. -Но Огаст… Его не было… Его здесь не было… -Фрэнк, Стефан, поторопитесь, пожалуйста. -Давай лапу, Малфой. Долгопупс и Саламандер увели Скорпиуса. -Итак, коллеги, — проговорила Минерва, обращаясь к директорам, — прошу всех вас собрать своих учеников, особенно чемпионов ваших школ. Возможно, что нападение на чемпиона моей школы — только начало. Призываю всех к максимальной осторожности. Также я немедля отправлю письмо в Министерство магии и Мракоборческий центр. Тарквин, могу ли я для этого одолжить вашу сову? -Само собой, Минерва, — закивал Дэвиос. — Я бы сам немедля пошёл и написал эти письма, но, думаю, вы имеете на это больше прав. Да и слог у вас гораздо изящнее моего. -Что за шум посреди ночи?! Перед всеми появился Конуэй — немного помятый, встрёпанный, одетый в поношенный, серый смокинг. Уловив во взглядах коллег откровенную и неприкрытую неприязнь, он виновато пояснил. — Прошу простить, что не подошел вовремя. Дурно себя почувствовал. -У нас произошло чрезвычайное происшествие, Бенджамин, — спокойно и размеренно сказала Макгонагалл. — На одну из учениц моей школы напали и попытались изнасиловать. Чемпион Хогвартса заступился за нее и получил тяжёлую травму. Боюсь, что нам придется обратиться к мракоборцам для того, чтобы они могли провести расследование и найти негодяев. -О, это действительно ужасно, — промычал Конуэй и добавил. — Да, конечно, я не стану возражать против этого. Но хочу, чтобы вы знали — никто из моих учеников не мог этого сделать. Ну, я так считаю. Я готов поручиться за каждого из них, но если всё же окажется, что в этом замешан ильверморниец, то… -То придется вам сушить сухари и делать ноги с турнира, сэр, потому что замешан в этом не то, что ильверморниец, а чемпион вашей школы! Голову дам на отсечение Сектумсемпрой! Громкий возглас Альбуса Поттера потряс всех присутствующих в коридоре. Староста Слизерина, одетый в темно-зеленый костюм и в компании Джарвиса Нотта вел к собравшимся волшебникам какого-то парня в парадном, лимонном смокинге. Тот рвался из цепких рук Джарвиса и переругивался с ним, пока Нотт-младший тащил его за шиворот, тыкая ему палочкой чуть ли не в висок. Левая рука арестованного была в крови. -Альбус? — удивлённо воскликнула Минерва. — Что это? Объяснись. -Конечно, мэм, — Ал резко рванул ворот своего пиджака, поправляя его. — Я застукал чемпиона Ильверморни в Запретной секции нашей библиотеки. Он попытался меня атаковать, и я применил Оглушающие Чары. Джарвиса я встретил в коридоре, он вызвался мне помочь. -А что у него с рукой? -По словам Ала, он уже был с порезом, когда копался в библиотеке, — прорычал Джарвис. — А ну, сволота, покажи нам свое личико! И он рванул арестованного за волосы вниз. -Как вы смеете?! — взвизгнул Конуэй. — Да я вас… Перед всеми открылось белое, как известь, дрожащее и одрябшее лицо Нейта Огаста. Было отчётливо видно — американец пребывает в ужасе… За несколько часов до этого: -Я просто вне себя! Что творится с современными девушками! — хватался за голову Хьюго Уизли перед Лили и Фрэнком, которые пришли на Святочный Бал вместе. — То есть, мне она отказала, а этому кабану — нет?! -Эй, что тут у вас за шум? — при виде Розы в длинном, аккуратном платье цвета киновари с позолотой и искусно заплетенными волосами Фрэнк ухнул, Лили улыбнулась, а Хьюго, пусть и на время, но перестал негодовать. -Ты чудесно выглядишь, — выразил общее мнение Фрэнк. -Спасибо, Фрэнки. Так чего это мой малой тут расшумелся? -Да вот, Оливер Гойл очень сильно уязвил его мужское самолюбие, пригласив Терезу Лансиньяк на бал раньше, — и Лили захихикала. -Чего ты хихикаешь, Лили?! — страдал Хьюго. — Это же ужас! Что у этих француженок в голове?! Он же ей все ноги во время вальса отдавит! Как?! Как и почему?! Никогда не пойму французских девушек, ну, кроме тети Флёр. -Я слышал, что Оливер покорил Терезу своим знанием французского, — рассказал Фрэнк. — Ну немудрено. Гойла-старшего же в качестве наказания депортировали в Квебек в своё время, Оливер там родился и прожил до десяти лет. -А кто-то, кажется, французский учить не захотел, да, Хьюго? — весело спросила Роза. — Вот и кусай себе локти. Хьюго состроил мрачную гримасу. К счастью, тут из толпы показалась его дама, Джемма Патил, племянница Парвати и дочка Падмы, разительно похожая на свою маму. Завидев Уизли-младшего, она сердито утащила его в толпу — видимо, решила не повторять судьбу матери и держать кавалера при себе. -Эй, Роза, а ты с кем решила идти на бал? — осведомилась Лили. — Уж не с Малфоем ли… -Я вас очень прошу, друзья мои сердечные, не произносите в моем присутствии этого имени, у меня сразу портится настроение! Фрэнк удивлённо вытаращил глаза, Лили ошарашенно замолчала. К Розе из толпы ильверморнийцев выскочил Нейт Огаст в черной рубашке и желтом бальном костюме, делавшим его похожим на лимон. На лице — всё та же неприятная покровительственная улыбочка, на носу — небольшая нашлёпка от пластыря. Всё-таки досталось тебе от тех пятиста галлеонов, олень… -Рози, извини, что влез, — замурлыкал он. — Я тебя потерял. Нам ведь выходить одними из первых. Жаль, конечно, что не первыми, но ничего. Не моя ведь вина, что Малфою так откровенно подсудили во втором туре. -Подсудили? — вырвалось у Лили. -Ну да. Керогаз его по всей арене гонял, как зайца, а потом вообще выпнул из арены. Я же со своим драконом справился за десять минут. -Жалко, что тебе Керогаз не выпал, урод генетический. Вот было бы зрелище, — прошипел проходящий мимо Джарвис в черном костюме с рубашкой цвета темной бирюзы. Он держал под руку Марселину Забини, одевшуюся ярко и необычно — платье благородного, бронзового цвета вкупе с сердоликовым ожерельем и прической на африканский манер. Огаст раскрыл было рот, чтобы что-то сказать, но тут на лестнице появился тот, кого он так ненавидел, а подавляющее большинство присутствующих обожали… Скорпиус в вопросе своего бального наряда велосипед изобретать не стал — просто оделся в то, в чем ходил в привычной жизни, только чуть более празднично и статусно. Элегантный чёрный пиджак с белой полосой вдоль воротника, белый жилет с черными узорами и черная рубашка с пуговицами из молочных опалов смотрелись на нем безупречно, а от черных, начищенных до дымного блеска туфель как будто отскакивали блики. Под руку с ним шла Дейзи Дурсль, которая так и светилась от счастья. Ну, или это свою роль сыграло длинное чёрно-золотое платье, в которое она облачилась. Скорп окинул восхищенную им публику глазами, и тут лазоревый и серый взгляды вновь встретились. Встретились так, что не заметил никто. -Всё идет согласно плану, — сказали лазоревые глаза. — Не волнуйся. -Будь очень осторожна, - попросили серые глаза в ответ. — Пожалуйста. -Добрый вечер, мои дорогие друзья! — Тарквин Дэвиос в чистых, ослепительно белых одеждах появился перед дверями в Большой Зал. — Осталось всего несколько минут, прежде чем мы начнем наш Святочный Бал. Прошу чемпионов выстроиться впереди, поскольку именно им выпадет честь открыть наш вечер! Мистер Малфой, вы и ваша очаровательная спутница идете первыми, как чемпион, набравший на данный момент максимальное число баллов в турнирной таблице! Айдзава-сан, вы идете вторым, мистер Фелисберта… -Эй, ты чего такой недовольный? — Дейзи ободряюще ткнула Скорпа кулаком в плечо. — Ты же наш герой! Ты должен собой гордиться! -Честно говоря, у меня с этим турниром все запасы гордости исчерпались года так на три вперёд, — проговорил слизеринец. — Уже надоело такое внимание к моей персоне, веришь, нет? Может, провалить к чертям третий тур, чтобы поменяться с кем-нибудь местами… -Только попробуй! — надула губы Дейзи. — Ты будешь победителем! И точка. Хогвартс так на тебя надеется! Ой, что это? Неужели они позвали «Вампиров из Вустершира»? Как здорово! -Наверняка это отец подсуетился, — Скорп пробормотал это себе под нос и улыбнулся. Он сам обожал эту группу, который год рвущую все чарты и работавшую на стыке двух жанров — диско и рока. -Прошу вас, друзья мои! — провозгласил начало бала Дэвиос. Скорп, держа Дейзи под руку, шагнул в Большой Зал. Чёрт возьми, это стоило того, чтобы ждать почти месяц. Стены покрыты голубой изморозью и увиты плющом, потолок цвета ночного пестрит звёздами и падающим снегом, цветовая гамма из снежно-белого, льдисто-синего и морозно-фиолетового радует глаз. Ледяные скульптуры, чистота, яркий, но не раздражающий свет и свежий, прохладный воздух — что же, убранство и правда шикарное. Чемпионы вышли в центр зала, построившись в шахматном порядке. Естественно, центральное место досталось Скорпу. Краем глаза он окинул своих соперников. Тереза Лансиньяк в роскошнейшем платье холодного, серебристого цвета, расшитого алмазными узорами, счастливо улыбалась и, кажется, подбадривала смущенного Оливера, которому, впрочем, очень шел его широкий костюм кобальтового цвета. Айдзава, сменивший золотой цвет на нежно-персиковый, держал под руку Женевьеву («Дорвалась-таки» — весело подумал Малфой). Фелисберта в шикарном лиловом смокинге что-то весело нашептывал своей партнерше, в которой Скорпиус узнал Кимберли, от чего ему стало еще забавнее. Партнерша степенного Иорданова его привела в ступор — это была Летти Браун в тошнотворном оранжевом платье. А на Огаста и Розу Скорпиус вообще старался не смотреть. Профессор Флитвик — маленький и совсем седенький — взмахнул палочкой и в воздухе раздались звуки множества скрипок. Начали они мечтательно, но после вступления стали звучать громко, мощно, торжественно, и в то же время драматично и животрепещуще. Ладно, с вальсом в этот раз они тоже не прогадали. Он хотя бы не тягомотный… -А-ах! — восторженно выдохнула Дейзи, когда Скорп приподнял ее в воздух. Спокойно, Скорп. Не станут же они сразу творить какую-нибудь грязь. К тому же Джарвис и Марси следят за Огастом. А где же его дружки? Что-то их не видно… Мимо слизеринца прокружились Оливер и Тереза, и, чёрт возьми, Оливер танцевал великолепно — легко, изящно и одновременно мужественно и спокойно, как и всё, что делал в своей жизни. А совсем рядом… На смене партнерш, задуманной по плану, Роза и Скорпиус слегка коснулись друг друга руками. Пустяк, казалось бы, но для них это оказалось сродни электрическому разряду. Такому, что ни он, ни она не заметили, как к чемпионскому вальсу подключились все остальные пары в зале. Мимо протанцевали Витор и Кимберли, потом Невилл Долгопупс и его жена, Ханна Аббот, затем директриса Шармбатона Жасмин Берзэ в объятиях Аристотеля Деверекса, следом Хьюго Уизли и Джемма Патил, которой брат Розы через каждые десять секунд наступал на ногу, далее Кенсэй и Женевьева (японец встретился со слизеринцем глазами и дружелюбно ему подмигнул), после них профессор Макгонагалл в компании невысокого Сонохары, директора Махотокоро… И вот вальс наконец закончился. -О, Мерлин… У меня сердце из груди сейчас выскочит, — горячо выдохнула Дейзи Скорпу прямо в ухо. — Ты танцуешь еще лучше, чем дерёшься с драконами, Скорп. -Учитывая, что Керогаз меня чуть не прикончил, всё равно приму за комплимент, — улыбнулся Скорп настолько искренне, насколько сумел, и снова бросил короткий взгляд на Розу с Огастом. Судя по лицу рыженькой, Огаст танцевал также, как вообще что-то делал на этом турнире. -Слушай, давай немного отдохнем, — попросила Дейзи, вдруг повиснув на шее у Скорпиуса. — Мне надо дух перевести. Ты такой необыкновенный парень… Так, пошло дерьмо по трубам. Не, я могу понять, если какая-то девчонка решит на мне вот так повиснуть — но точно не Дейзи. Даже тот факт, что парни её редко зовут на какие-то подобные мероприятия и то, что я теперь новая звезда, прости Салазар, не заставил бы ее себя так вести. Я слишком хорошо ее знаю… -Спасибо, Дейз, ты тоже крутая, — продолжил натягивать на лицо улыбку Скорпиус. — Пошли к моим. -Пойдём, тигр, я давно хотела познакомиться с вами всеми поближе. Наконец и на меня обратили внимание, Годрик всемогущий… -Ты это о чём? -Да так, сама с собой разговариваю. Скорп и Дейзи проследовали к столу, за которым уже расположились Джарвис, Марси, Оливер и Тереза. Тереза пребывала в восторге. -Я же говорила, Оливье’г! Говорила, что ты прекрасно станцуешь! — восхищалась она. — C'était délicieux! Je suis si fière de toi! -Tu es trop indulgente pour moi, mon bonheur. Без твоих уроков я бы здесь сегодня был хуже взрывопотама в посудной лавке, — скромно ответил на восхищения Гойл-младший. — Да и не так уж хорошо я станцевал… Джарвис хихикнул. Марси глотнула сливочного пива так, что едва не подавилась, и встала. -Пожелайте мне удачи, народ. Я пошла к Тодоровичу, — устало сказала она. -Предупреждаю, если он полезет к тебе в трусы, я его Авадой из любого угла достану, — буркнул ей в ухо Нотт. И в этот самый момент Скорп и Дейзи уселись к ним. Увидев недоумение в глазах когтевранки, он пояснил. — Да мы тут просто пожениться решили после школы. И вот думаем одного будущего ребенка в Дурмстранг отдать. -А что? Хогвартс тебе уже не нравится? — удивилась Дейзи. — Ты что, Нотт? Я-то думала, у нас только Рози перебежчица. -Зачем ты так? — загудел Оливер. — Вы же с ней лучшие подруги, разве нет? -Хороша подруга! — обиженно высказалась Дейзи. — Я всю жизнь в ее тени, вы не замечали? Учёба, парни, внешность… Кстати, вкус у нее в парнях — полное дерьмо. Вы же видели этого Огаста? Ничтожество. Зато меня на бал позвал самый крутой парень Хогвартса и будущий победитель Турнира. Верно, Скорп? Дейзи протянула руку к лицу Скорпа, но тот мягко уложил эту руку на стол. Это откровенно перестаёт мне нравиться. Дейзи может быть оторвой, но точно не такой раздражающей и мерзкой, какой она прямо сейчас является. Её чем-то опоили, либо она под Империусом. И у меня даже есть подозрение насчет того, кто мог это сделать… -Скорп, пойдем потанцуем, — дернула Малфоя за рукав когтевранка. — Я уже отдохнула. И не хочу уступать Рози центр танцпола. Пойдём, а. Не подавай виду, что распознал их замысел, дружище. Играй так, словно ты пришёл сюда отдыхать. -Вперёд, Дейз, — весело сказал Скорпиус. — У меня тоже нет желания отдать Огасту титул короля этой вечеринки. Хотя где такому косолапому придурку его у меня забрать?.. Весь танец с Дейзи Скорп старался почаще и посильнее закручивать когтевранку, не давая ей ни минуты отдыха. Эйфория, радость, лёгкость… Да, это однозначно был Империуc. Причем какой-то сверхмощный, если Дейзи изменилась настолько сильно. Но наконец когтевранка устала и покинула образовавшийся к тому времени круг вокруг их пары. У нее явно кружилась голова. А вот Скорп и не подумал останавливаться, принявшись танцевать так, как в лучшие годы танцевал Том Хиддлстон на шоу Грэма Нортона. Слизеринец учился этому два с половиной года, и теперь плоды его трудов были видны всему Большому Залу, взрывавшемуся овациями и аплодисментами. Адреналин, ударивший в голову, придал Малфою сил, уверенности и желания зажигать. Тем более, что все подозреваемые им потенциальные эпсилоновцы были заняты. Огаст стоял в толпе и смотрел на него с лицом, словно ему птица на голову нагадила, а Фелисберту каким-то очень интересным разговором вовремя отвлекли Айдзава и Джарвис. И завершил свой танцевальный бенефис Скорп эффектным шпагатом посреди круга. Ну что сказать, привлекать к себе внимание и быть в центре порой очень приятно. Только не забывай, зачем ты тут… -И снова ты нарезаешь понты, да, Малфой? — злобно запыхтел Огаст. Все обратили внимание на него, а Скорпиус фыркнул в ответ. -Я учился этому у лучших, Огаст. И мои понты хотя бы подкрепляются делом. -Да что ты говоришь?! — Огаст сделал резкий выпад вперёд, но поскользнулся и упал. Слизеринцы принялись громко гоготать. -Так, народ, чемпиону Ильверморни больше не наливаем, он уже на ногах не держится! — объявил Скорп. — Что такое, Огаст? Топил в алкоголе осознание того, что ты безрукий лошара? -А ты, я вижу, решил, что ты крутой? Скорп встрепенулся. Это сказала Роза. Рыжая вышла в круг, держа в руках снятые с себя туфли красно-золотого цвета. На ее губах играла озорная и уверенная улыбка. -Тебе есть что сказать, Грейнджер-Уизли? — Скорпиус нарочно сделал акцент на двойной фамилии. Роза откинула туфли и сложила руки на груди. -Есть. Я готова выйти и прямо сейчас перетанцевать тебя ко всем гремлинам. На глазах у всех. По залу прокатилось одобрительное гудение. Скорпиус улыбнулся и увидел, что Роза тоже ему улыбается. -У меня один ответ, леди Катастрофа, — слизеринец скинул с себя пиджак и метнул его в руки Оливеру. — Маэстро, ваш лучший танцевальный трек! — крикнул он Расмусу Кройфу, лидеру «Вустерширских Вампиров». Тех долго уговаривать не пришлось… Позже произошедший баттл многие называли «самым ярким и равным противостоянием этого турнира». Что гриффиндорка, что слизеринец — оба отжигали в центре танцпола так, словно это их последний в жизни танец. Если бы пол мог, он бы уже давно дымился под их ногами. И самое главное — многие даже не сразу заметили, как где-то на середине песни баттл вдруг превратился в яркий, энергичный и взрывной совместный танец. А когда заметили — Мерлин, какой же в зале начался шум. Громче зашумели лишь тогда, когда Скорп закончил танец, прокрутив Розу в воздухе на руках, опустил ее и наклонил, держа за талию и заглядывая ей в глаза, как делают профессиональные тангерасы… Очередное смешение взглядов синего и серого цвета… И последовавший за этим гневный выкрик Огаста. -Ах ты двуличная тварь! То, значит, со мной обжимаешься, то теперь к Малфою прилипла?! Да я тебе сейчас… Роза вздрогнула и побледнела. Нейт влетел в круг, замахиваясь рукой, но в тот же момент раздался звук удара, короткое «Ох!», а затем Огаст растянулся на полу. -Тебе, я смотрю, понравилось рожу ремонтировать, сучонок, — прорычал Скорп, сжимая и разжимая ноющий от боли кулак — так сильно он приложил американца в челюсть. — Живо извинился перед ней, пока я прямо здесь тебя на ноль не умножил. -Че, запал на нее, болван? — захохотал Огаст, потирая расплывающийся лиловым синяк на скуле. — Не советую. Раз она так легко кинула меня, тебя кинет еще легче! -Погоди-ка, Огаст! — к Розе вернулся дар речи. — А с чего это ты вдруг решил, что между нами что-то есть?! То, что я помогаю тебе по турниру, не значит, что я твоя собственность! -В чем здесь дело?! — прогремела профессор Макгонагалл, спеша к столпившимся вокруг Розы, Малфоя и Огаста людям. — Немедленно прекратите! И тут сверху что-то звучно и пугающе хрустнуло… -Аресто моментум! — выкрикнула было Макгонагалл, но не успела. Раздался громкий визг и с потолка прямо в центр круга низринулась огромная люстра. Скорп толкнул Розу в плечо так, что рыжая выскочила из круга, а затем раздался грохот и треск, что-то где-то вспыхнуло. Все кинулись кто куда. -Скорп! — крик Розы потонул в панике толпы. Ища глазами слизеринца, она вдруг заметила, что Огаст прорывается сквозь толпу на выход, зажимая левую руку. Не уйдёшь, гадёныш. Сейчас я тебе покажу двуличную тварь… -Джерри, я за Огастом! — прокричала рыжая на бегу так быстро, что Джарвис даже не успел возразить или кого-то позвать. -Роза! Роза, стой! — выкрикнул Скорп, хватаясь руками за ослеплённые вспышкой разбивающейся люстры глаза и изрезанное осколками лицо, вырываясь из рук Гойла — Оливер! Оливер, пусти меня! Я должен догнать её! -Да ты в таком состоянии и с такими глазами максимум первую стенку на своём пути догонишь! — басил Гойл. — Марси! Джерри! Нужна помощь! Ученики бросились из зала, пока директоры и учителя стали тушить внезапно вспыхнувшие столики возле упавшей люстры и приводить всё в порядок… Это ведь ты, гад, скинул люстру на Скорпа. Ты! Больше некому! Еще и сам порезался… -Остолбеней! Красный огонёк из палочки сбил Огаста на пол. Роза подбежала к нему. -Не трогай меня! Не трогай! — завопил Нейт. — Прости, я не хотел, не хотел тебя обозвать! Только не трогай меня! -Да такого, как ты, трогать себе дороже, — Роза нацелила свою палочку ильверморнийцу промеж глаз и бегло осмотрелась. Они были на третьем этаже. В Запретном коридоре… Внезапно за спиной раздалось какое-то шевеление. Роза резко обернулась, и в тот же миг заклятие с другой стороны со свистом вышибло у нее из руки палочку. -А я думал, ты умнее, чем кажешься, дочь Грейнджер и Уизли, — прошелестел очень знакомый голос. От стены в темноте отклеился высокий, костлявый брюнет в сером. Глаза его были пусты и безжизненны. -Шоу? Ты? Что ты здесь делаешь? -Круцио! — рявкнуло вновь с из-за спины. Голос был простуженный, хриплый, напоминающий скрежет ржавых шестеренок. Роза вскрикнула и упала на пол, всё тело словно пронзила тысяча раскаленных спиц. Огаст, дрожа, поднялся с пола, из разрезанной кисти хлестала кровь. -Не так уж ты бесполезен, — проскрипел простуженный голос. — Тимми, ты на месте? -На месте, мистер Шоу, — надувшийся, как индюк, Джиззл вышел из другого угла, кутаясь в коричневую мантию. А из-за спины Рича Шоу вышел с палочкой наизготовку третий — лысый, высокий мужик с землистым, заветренным лицом в плаще цвета жженой умбры. Глаза у него были маленькие, с цепкими и колючими зрачками, похожими на острия иголок. -Тебе нужно особое приглашение, Огаст? — скрипнул он. — Топай в библиотеку, сейчас до нее никому дела не будет! -Мистер Шоу, я прошу вас… Не обижайте ее зря… Она такая… -Не учи отца совокупляться! — звук удара, стон от боли. Рич неприятно усмехнулся. -Пап, — обратился он к лысому, — а ты не будешь против, если мы немного… Ну, сам понимаешь… Круцио! Роза закричала, катаясь по полу от боли, сковавшей ее вновь. Джиззл захихикал. -Кричи, сколько влезет, маленькая дрянь. Я наложил на весь этаж чары Беззвучия. Мы тебя здесь с утра ждём, — заявил он. -За… Зачем… Зачем я вам нужна… -Мы не обязаны перед тобой отчитываться! — рявкнул старший Шоу. — Огаст, сказано тебе, топай в библиотеку! Киска этой недотроги не для тебя! Ч…то? Что?.. Огаст поплёлся из коридора. Шоу-старший подошёл, рывком поднял Розу с земли, держа за горло и пытливо осмотрел. -Хорошенькая… Ладно, мальчики. Можете немного с ней повеселиться. Вы заслужили, особенно ты, Рич. Разложите ее на этом столе, и оставьте мне немного. Только побыстрее, нас ждут. -Нет… — залепетала Роза. — Нет… Не надо… Пожалуйста… -Молчать, сучка! — рявкнул Шоу-отец и отвесил ей мощную пощечину узловатой и плотной рукой. Роза упала на колени, чувствуя, как из носа брызнула кровь вместе со слезами из глаз. Помогите… Помогите, пожалуйста… Помогите… Мама… Мамочка… Сильные и грубые руки Джиззла сгребли ее и подобрали с пола. Узловатые руки Шоу-старшего вставили в рот кляп. В руках Рича щелкнул складной нож и вспорол ткань платья, обнажая темно-красный лифчик и белую кожу шеи, груди и живота. Следующей жертвой ножа стал бюстгальтер. Роза затрепыхалась, бешено крича, и снова получила удар по залитому слезами лицу. -Слышь, дура, будешь орать — я тебе этот нож в печень засажу. Нам с Тимом не принципиально, будешь ты живая или в агонии, когда мы тебе присунем! — прохрипел Рич и несколько раз больно шлепнул Розу по оголившимся грудям. Шоу-старший заухмылялся. -Вот это мой сынок! Давайте быстрее уже! Джиззл толкнул Розу на стол так, что она ударилась лбом. Рич растянул её вдоль столешницы, больно сжав ей запястья. Когда девушка почувствовала, что грубые, потные руки принялись задирать на ней платье, она снова закричала. Холодный нож одним движением взрезал на ней трусики. Шлепок по ягодицам. Потом еще один. А затем — холодный, мокрый, липкий палец Джиззла между ног, прямо в промежности… Помогите… Мамочка… Нет, пожалуйста, не надо… Помогите… -Не волнуйся, крошка. Я буду нежно. Я не Рич и не его папаша, — загоготал Джиззл. Палец вошел глубже. — Сейчас, немного разработаю твою кисочку… Или предпочтешь насухую? -Быстрее давайте, додичи! — прикрикнул Шоу-старший и резко повернулся. — Дайте я покажу, как с ними надо! -РОЗА! ПЕРКУССУМ ТОНИТРА! Скорпиус с изрезанной половиной лица и прикрытым левым глазом послал фиолетовую молнию прямо в спину Шоу-старшего. Удар оказался таким мощным, что лысый перелетел через стол по диагонали и врезался прямо в сына. Рич взвизгнул и выпустил руки Розы. Та больше на автомате лягнула Джиззла ногой и попала прямо туда, куда надо. -Сука! — Джиззл скрючился в три погибели и осел у стены. Роза вскочила и бросилась в сторону, откуда раздался голос Скорпа. Вслед ей полетели огненные струи. -Роза, беги! Прошу тебя, убегай! — заорал Скорпиус, выставляя щит. Следующим заклятием он послал в соперников доспехи у стены. -Уходим! — завопил старший Шоу, сбитый шлемом, угодившим ему в голову, воспарил с пола рыжей птицей, похожей на авгурея, и с чмокающим грохотом влетел в оконное стекло. Рич попытался кинуться за отцом, но атака Скорпиуса шибанула его в стойку факелов. Один из факелов угодил в картину, та загорелась. И тут с пола вскочил Джиззл, на ходу обратившись в рыжего вампуса. Чёрная палочка Скорпа метала заклятия без остановки. Вампус прыгнул на него, валя на пол. Завязалась борьба. -Давай, Тим, давай! — засипел Шоу-младший, целясь палочкой. Путем невероятных усилий Скорп наставил палочку в живот вампуса и заклинанием сбил его с себя. -Сектумсемпра! Заклятие Шоу на волосок не достало до нужной цели, зацепив бок Скорпа. Хлынула кровь. -Конфринго! — заревел слизеринец, уже не целясь от ярости и боли. Взрывом всех троих раскидало в разные стороны, посыпались кирпичи, обломки стола, Скорпа сверху стукнуло по голове увесистым куском штукатурки. В голове Малфоя загудело, и он упал, съехав спиной по стене. -Бежим! Бежим, Рич! Пока он не очнулся! — испуганно закричал Джиззл, на время приобретая облик человека. Израненный Шоу плюнул в сторону Скорпа и через пару минут на крышу из окна третьего этажа выпрыгнули рыжий и серый вампус. Скорп, пошатываясь и падая, бросился за ними, придерживая кровоточащий бок. Рука, сжимавшая палочку онемела, в голове звенело и гудело. Суки… Если не помру от потери крови — да хер там, я вас теперь и с того света достану. Главное что Роза в безопасности… Тупая, нудящая боль парализовала мозг. Скорп в очередной раз не устоял на ногах, пал на одно колено вперед, а затем опрокинулся на обломки в полуобморочном состоянии… А Роза бежала. Бежала, не разбирая дороги, не зная куда. Просто бежала. Только бы спрятаться, скрыться, улизнуть от пожирающих изнутри ужаса, боли и обжигающего ощущения позора… С неба за окном тихо и миролюбиво сыпал снег, прохладный ветер стучался в окна, на которые мороз уже начинал наносить свои черновые наброски. И ведь мало кто мог даже на минуту представить себе, что для многих нынешнее двадцать пятое декабря стало самым настоящим ночным кошмаром за всю их не очень долгую, но уже такую непростую, бурную и разнообразную жизнь…