Роза и Скорпион. Что у них общего?

-Четвёртое испытание только в начале апреля? Флоббер-червя мне в ухо, это лучшая новость за последние две недели, что я только слышал! -Так может быть, уже пора начать вылезать из своей норы не только по вечерам и перестать эксплуатировать меня? -Чтобы меня растерзали агрессивные фанатки и фанатики? Карман шире держи! И вообще, я болею. -Чем это ты болеешь? Хитрожопым геморроем? -Вот вроде сестра целитель у человека, а она такую ересь втирает. -Какая же ты задница... -Говоришь прямо как твоя мама. -Откуда ты узнал... -Это называется "способность к быстрой социализации", леди Катастрофа. Кстати, твоя мама после третьего тура сказала, что я ей очень понравился. -Твой отец сказал мне тоже самое, а еще подчеркнул, что у тебя отлично развит вкус на девушек. -Так это он меня похвалил, а не тебя, че ты радуешься? -Ах ты змеюка! Подушка летит по комнате мимо белобрысой головы и с глухим звуком врезается в шкаф. -И Роза Грейнджер-Уизли в очередной демонстрирует нам то, какая она мазила, - посмеивается Скорпиус. Роза, вся красная от эмоций, упирает руки в бока. -Я просто пожалела тебя, дохлика. Лежал тут, помирал от гриппа почти целую неделю. Даже бодроперцовая настойка не сразу помогла. -Поздравляю, красавица моя, ты все-таки повелась на то, как я симулировал. Мне была приятна твоя забота. - удар книгой по голове. - Ай! Драться книгами - запрещённый прием, а для твоей матери вообще кощунство! -А я и не дерусь, я просто взяла нужный мне учебник с полки. Не моя вина, что ты вымахал длинный, как жираф. -Из всех существующих в мире эпитетов, относящихся к высокому росту, она выбрала сравнение с жирафом. Остроумие и красноречие на уровне рукоятки от метлы. -Ты чего такой вредный сегодня? - рассердилась Роза, хоть всё ее внутреннее существо помирало от смеха. Подобные шуточные перепалки и соперничества в острословии у них со Скорпом происходили чуть ли не через день, начиная с прошлой недели, когда слизеринец, как и половина Хогвартса, вдруг слег с тяжелой формой гриппа, и девушке пришлось самой лечить своего язвительного и острого на язык, но такого любимого чемпиона. Скорп же этот грипп называл чуть ли не своим спасителем. По завершению третьего тура его популярность в школе пробила очередной потолок и за прошедшие две недели так и не сошла на нет. Фанаты и фанатки бегали за слизеринцем на протяжении трех дней, что, несомненно, стало тяготить не привыкшего к такому пристальному вниманию к своей персоне Скорпиуса. От восторженных поклонников парня спасали Альбус, Джарвис, Марселина и Оливер. Ал и Марси на правах старост Слизерина часто дежурили у чемпионской комнаты Скорпа и не пускали слишком назойливых фанатов, а Джарвис и Оливер неожиданно объявили себя на всю школу "менеджерами чемпиона Хогвартса" и заставили всю эту кучу обожателей все вопросы, касающиеся подарков и автографов решать через них. Стоит ли говорить, что большую часть сладких презентов для Скорпа новоявленные менеджеры чаще всего до адресата не доносили? Во время одной такой выходки Джарвис слопал шоколадку с приворотным зельем, втрескался в какую-то Зои с Пуффендуя и едва не довел бедную Марси до слез. К счастью, прозорливая Роза сразу распознала подвох и отвела Нотта к профессору Блоухоллу. Отношение же учеников к Розе в Хогвартсе по-прежнему оставалось двояким. Многие девушки всё также смотрели на рыжую зверем, правда, теперь им оставалось довольствоваться лишь тем, как они мстят гриффиндорке мысленно. А всё потому, что Скорпиус при всем народе дал понять, что любое оскорбительное слово в адрес Розы, не говоря уже о действиях, будет караться им лично жёстко и быстро. Наглядным пособием для этого послужила троица слизеринцев во главе с Клиффом Салиасом, решивших грязно поприставать к рыжей, как к девушке своего главного недруга - Малфой-младший в отместку зачаровал их собственные портфели, которые почти два часа гоняли троицу по всему замку, рыча и кусая их за мягкие места, подобно разъярённым цепным собакам. Стоит, однако, сказать, что Роза на все выпады в свой адрес не реагировала вообще. Во-первых, она и сама могла постоять за себя, и то, как она наслала Летучемышиный сглаз на Летти Браун за сплетни и грязные слухи про нее и Скорпа за спиной, являлось самым ярким доказательством этому. Во-вторых, она прекрасно знала, что Скорп всегда рядом и никогда не позволит ее обидеть. Постепенно гриффиндорка и слизеринец стали появляться на людях гораздо чаще и медленно, но верно начали завоевывать статус самой эффектной пары в Хогвартсе - стройная, пленительная красотка с огненным водопадом волос и ясными, незабудковыми глазами и элегантный, статный платиновый блондин с глазами в цвет пасмурных небес. Когда они появлялись вместе, их ровесники вздыхали - кто от зависти, кто от восхищения, а учителя (особенно преподаватели Хогвартса) улыбались. Минерва Макгонагалл даже как-то раз, завидев сладкую парочку, расчувствовалась и незаметно смахнула набежавшую слезу радости. Тереза Лансиньяк, занявшая второе место в турнире расцвела от счастья, к огромному счастью Оливера. Здоровяк-слизеринец и шармбатонка снова сблизились и старались проводить свободное время вместе как можно чаще. Гойл-младший содействовал Терезе в улучшении "ее англесского", как говорила в свое время Флер Делакур, а Тереза в свою очередь порой помогала Оливеру по тем школьным предметам, по которым крепыш отставал. Между двумя такими разными молодыми людьми вновь наступила полная идиллия. Сам Хогвартс несколько опустел - часть ильверморнийцев и учеников Кастелобрушу разъехались по домам, но около половины студентов остались, чтобы наблюдать за турниром, как зрители. Их новыми наставниками стали заместитель Конуэя Джонатан Грейвз, в прошлом мракоборец из МАКУСА и Шарлис Эспозито, который после разоблачения Фелисберты-старшего был единогласно избран новым директором школы. Кенсэй Айдзава, кажется, оправился от обвинений в покушении на Скорпиуса с помощью слепящих бомбочек, но всё равно ходил по школе немного печальный и мало с кем общался. Иорданов, отошедший от гипноза Фелисберты, долго извинялся перед Малфоем, а потом вновь замкнулся и стал самим собой - тихим и неразговорчивым. Тарквин Дэвиос после третьего тура уехал из Хогвартса, объяснив это тем, что ему нужно прийти в себя и успокоиться. Похоже, происшествие с Фелисбертой, который в настоящее время находился на содержании в особой камере предварительного заключения на самом нижнем этаже Министерства, ожидая суда, будучи погруженным в анабиоз, окончательно окончательно разбило бедному греку сердце, и они решил временно отстраниться от состязания. В Хогвартсе был еще один человек, чье состояние всё еще вызывало опасения. И вот Роза, вспомнив про этого человека, посерьёзнела и засобиралась. -Ты к Дейзи? - спросил Скорп. -Да. Она постепенно отходит, но из больничного крыла ее пока не выпускают. -Может, сходим вместе? -Пока не стоит. Она слишком много перетерпела. К тому же... В дверь постучали. -Скорп? Ты у себя? Как твое здоровье? Я зайду? - звонко поинтересовался снаружи Тедди Люпин. - Мне очень надо с тобой переговорить! -К тому же, тебе есть чем заняться, - весело сказала Роза, открывая дверь метаморфу. -Только одна не ходи, - попросил Скорп. -Оливер меня проводит. Я скоро вернусь. Роза послала ему воздушный поцелуй и скользнула через порог. Тедди с яркими, ядовито-желтыми волосами ввалился в комнату с бутылью медовухи, полной сумкой горячих бутербродов с ростбифом, грибами и сыром и стопкой модных каталогов и журналов. -Похоже, весь Хогвартс меня решил откормить, - рассмеялся Скорп. -Это чтоб нам проще и веселее думалось, - пояснил Тедди, плюхаясь на диван. - Да, кстати. Давай, пока я не забыл, а то я забуду. Раз уж ты мой шафер, вот тебе памятный подарок. И Люпин протянул Малфою чёрную коробочку, в которой оказались красивые наручные часы из серебра с чёрным циферблатом, вместо стрелок в которых были небольшие, светящиеся белым и голубым Солнце и Луна. На обратной стороне была короткая, но душевная гравировка: "Брату от брата" -Ну, за такие часы я тебе и невесту сам украду, и выкуп сам за нее заплачу, - Скорп обнял Тедди. - Спасибо, братец. Давай, вводи в курс дела, с чего начнем планировать твою свадьбу? -Ну... - немного нерешительно сказал Тедди. - Я даже не знаю... Видишь ли, тут сложности уже с костюма свадебного начинаются. Я же метаморф, причем очень часто мои способности проявляются в зависимости от моих эмоций. Вот и костюм надо подобрать такой, чтобы... -Я тебя понял, ищем то, что будет гармонировать даже с серо-буро-малиновым цветом, - Скорп зарылся носом в модные каталоги. Тедди продолжил. -Теперь что касается мальчишника... -Мальчишник я целиком и полностью беру на себя, от выбора места до оплаты счета, - перебил Скорпиус, оголтело бегая глазами по списку. - У меня уже даже идея появилась. У Тео, моего крестного, во владении есть отличный бар-ресторан с бильярдной, сауной и бассейном. Называется "Аргентум". Я бы предложил "Черный гриф", бар дяди Грега, но он в Пэкхэме, а это неспокойный район. Так что предлагаю сходить в "Аргентум". Тео будет только рад. Так что от тебя мне нужен только список тех, кто будет на мальчишнике. -Вот, - Тедди передал Скорпиусу список, в котором были указаны: Скорпиус Гиперион Малфой, троюродный брат и шафер; Джеймс Сириус и Альбус Северус Поттеры; дети крестного; Хьюго Артур Уизли, кузен Мари; Луи Жерар Уизли, родной брат Мари; Фред Ли Уизли-младший, кузен Мари; Зейн Максвелл Снайд и Филмар Джон Лобоска, друзья с работы. -Мы решили не устраивать огромную свадьбу, - пояснил Тедди, раскрывая модный каталог и выбирая костюм. - Так, чисто близкий круг. Решили, что будем праздновать в шатре возле Норы, как свадьбу родителей Мари. Бабушка Молли... Ой, она же пока про вас с Розой не знает. -Про вашу бабушку Молли столько разговоров, что я сам с нетерпением жду, когда мы познакомимся, - усмехнулся Скорп, погружаясь в чтение списка и попутно с аппетитом жуя бутерброд. - Так, ведущий, я надеюсь, у вас бесплатный? А то не хватало еще попусту на него галлеоны тратить. -Да нет, свадьбу будет вести Фред, сын дяди Джорджа, а дядя Джордж будет за диджея. Скажу тебе сразу, в музыке он шарит. -Ну чего ты там, выбрал себе костюм?.. -Спасибо, что проводил, Оли. -Всегда не за что. Оливер потопал своей дорогой. Роза же осторожно скользнула в больничное крыло. Там ее встретила улыбающаяся Мари. -А вот и моя подружка невесты! - девушки расцеловались. - Ты к Дейзи, да? -Как она себя чувствует? -О, ей уже лучше. У неё сейчас Альбус сидит. Можешь тоже зайти. Три дня назад приезжал её папа. Он, конечно, страшно разволновался, был очень подавлен, даже хотел сам искать этого подонка Витора, но дядя Гарри и профессор Макгонагалл его успокоили. Потом он хотел забрать Дейзи из школы, но Дейзи отказалась. Сказала, что она здесь ещё нужна. -Скажи, Мари, Фелисберта... Он сильно надругался над ней? Я имею в виду - он ничего на нее не наложил? -Мы с мадам Помфри не обнаружили никаких проклятий. Но вот память и рассудок он ей повредил. Она, Dieu merci, на все реагирует, но сама понимаешь... Роза кивнула. Уж кто-кто, а она понимала это как никто другой... Дейзи сидела на кровати в темно-голубой пижаме, длинные темные волосы падали ей на лицо. Альбус в мантии старосты сидел рядом и держал ее за руку с бледным и тихим выражением лица. Увидев Розу, он слегка приободрился. -Дейзи, - тихо позвала когтевранку рыжая. Та медленно повернула голову, на ее красивом, умном, но застывшем и болезненном лице блеснула слабая улыбка. -Рози... - еле слышно сказала она. - Как хорошо, что ты пришла... И тут Розе словно выпустили заряд дроби в живот - так сильно и так больно засаднило у нее под ложечкой. Она кинулась обнимать подругу. -Прости меня! - зашептала она, зажмурив глаза так, чтобы не заплакать. - Прости, что я всё это время не была рядом! Прости, что позволила этой сволочи сотворить с тобой все эти жуткие вещи! Прости, что... В ответ Дейзи лишь прижалась к ней, гладя гриффиндорку по плечу. -Спасибо тебе, - сказала она уже чуть более окрепшим голосом. - Спасибо, что не забыла меня, что не отвернулась. Я обязательно всё тебе расскажу. И тебе, и Скорпиусу. -Не думай об этом, пожалуйста. Тебе сейчас нужно восстановиться. -Хорошо, что папа не забрал меня из Хогвартса... -С ним сейчас мой отец, - взял слово Альбус. - Всё будет хорошо. Дядя Дадли, конечно, потрясен и зол, но он требует правосудия, а не возмездия. -Я должна была придти раньше, - проговорила Роза. Дейзи улыбалась такой же наивной, радостной, немного кукольной улыбкой. -Не волнуйся. За мной было кому присмотреть. Ну, помимо Ала, конечно. Он скоро обещал подойти. -Кто - он? - но в этот момент дверь в больничное крыло вновь приоткрылась, и у Розы не осталось никаких вопросов. Ни по поводу того, кто это присматривает за Дейзи, ни по поводу того, почему Дейзи улыбается. -Привет, ребята... - на пороге возвышался Фрэнк Долгопупс. Светлые волосы расчёсаны, в одной руке - коробка ирисок из "Сладкого королевства", в другой - большой букет из маргариток и цветов трепетливых кустиков, а на широком, румяном лице - смесь смущения и удивления. Дейзи при виде Фрэнка и вовсе расцвела. Ал переводил слегка ошалелый взгляд с кузины на старого друга. А Роза вдруг вскочила и обняла Фрэнка так крепко, что чуть не повредила ему шейные позвонки. -Фрэнк! -Ой... Тише, задушишь... Ну... Я просто подумал... - стеснительно бормотал младший Долгопупс. - Точнее, я решил... -Он от меня все это время ни на шаг не отходил, - проговорила Дейзи. - Даже пришлось его просить не пренебрегать учёбой и обязанностями старосты ради меня. Стефан тоже заглядывает, но реже - его-то чемпиона с турнира не выпнули, в отличие от наших с Фрэнком. -Фрэнк, дружище, я... - пробормотал Альбус. Фрэнк был так смущён, что цветом лица напоминал китайский фонарик. -Я не хотел пока афишировать то, что мы с Дейзи так сблизились, - признался он, освобождаясь из объятий Розы. - Подумал, что вы оба, возможно, очень заняты, - парень прошел к кровати Дейзи и водрузил букет в вазу на столике. Дейзи обхватила его руку и усадила его рядом на кровать. -Мы решили, что всё расскажем вам тогда, когда Дейзи окончательно оправится, - от прикосновений когтевранки голос Фрэнка чуть окреп. - Правда, Дейзи? -Да, конечно... - темноволосая прижималась к гриффиндорцу всем телом. - Мы не хотели вас отвлекать, да и признаться честно, этот петух бразильский неслабо так надо мной поработал. Мари и мадам Помфри чинили мою память и рассудок все эти две недели. Так что это хорошо, что ты ко мне не заходила часто, Рози, а то большую часть времени я просто лежала овощем и пялилась в потолок от бессилия. Только неделю назад стала как-то оживать. Нашим разрешили меня навещать, правда, по одному. Фрэнк пришел первым. Притаранил мне букет в два раза больше этого, - Дейзи чмокнула Долгопупса в скулу. - Откуда ты их вообще берёшь? -Ну, когда тебе кто-то искренне нравится, и когда твой папа - декан твоего факультета и одновременно преподаватель травологии в Хогвартсе, это становится несложно, - скромничая, пошутил Фрэнк. - Ал, Роза, если что-то вдруг... -Я надеюсь, ты не думаешь, что я буду против? - перебил Альбус. - Фрэнк, не дури. Ты мне почти как брат, учитывая, что профессор Долгопупс - мой крёстный отец. Я знаю тебя с рождения и уверен в тебе также, как в себе. -Ну это правда, мы ведь с тобой впервые познакомились, когда нам было по одному году. Я взял твою погремушку, уронил ее на пол и сломал, а ты принялся плакать, - засмеялся Фрэнк. Дейзи тоже тихонько рассмеялась. Роза обняла их обоих. -Будьте счастливы вместе. Потому что я этого хочу, - поставила она точку. -О, как мило, моя лучшая подруга дает мне свое благословение! - повеселела Дейзи. - Тогда и я даю тебе благословение быть счастливой со Скорпиусом Малфоем. Фрэнк опешил и едва не выронил на пол коробку сладостей. -Роза, так это что, правда? - изумился он. - Не, я знаю, что про тебя и Малфоя вся школа так и жужжит, но я думал, это досужие слухи. -Нет, это правда, - Роза слегка порозовела. - И у нас всё хорошо. -А твоя семья? - осведомился Фрэнк. -Папа и мама после той моей истории очень зауважали Скорпиуса. Тедди и Мари вообще решили сделать его шафером на своей свадьбе весной. -Ну Тед, предатель охреневший, - нахохлился Ал. - Променял меня на моего друга. Это всё потому что он теперь герой, да? Все засмеялись... Сучья с сухим треском отлетали от деревьев. Палочка из японской вишни метала заклинания. Кенсэй Айдзава всеми силами старался сохранить холод в сердце и в голове, но внутри у него разгоралось по меньшей мере две Фудзиямы. Он подвёл мастера. Он не прошёл в финальную дуэль, так глупо открывшись для атаки Иорданова. Позор. Спокойно. Не позволяй эмоциям брать верх над тобой. Не позволяй... Кен Айдзава был воином с пеленок. Его отец, Садайоши Айдзава, мракоборец в прошлом, происходил из древнего самурайского рода, а потому с рождения прививал сыну основы учения бушидо, самурайскую честь, тем самым стремясь вырастить из сына настоящего мужчину. А потом... Потом отец погиб. Был убит на колдовской дуэли, но, погибая, сумел утянуть с собой в могилу своего врага - опасного мародёра, предавшего своих и примкнувшего к Тёмному Лорду. Его звали Иэйясу Вакаира. Он был один из тех немногих подручных Воландеморта, кому удалось ускользнуть от правосудия, а после собрать вокруг себя таких же предателей и мерзавцев, как он сам, чтобы начать готовить переворот. Но отец Кенсэя с верными друзьями-мракоборцами вскрыл его замысел. Банда Вакаиры была схвачена, но ее главарь живым сдаваться не захотел. А Садайоши... Он просто не мог себе позволить упустить Вакаиру ещё раз... Но самым болезненным и трагичным фактом было то, что у Вакаиры оказался сын, Огай, который учился с Кенсэем на одном курсе Махотокоро и был его лучшим другом. Лучшим другом, который буквально по одному щелчку стал его злейшим врагом. Айдзава не хотел свидетельствовать против Огая. Но когда он увидел, что мантия Вакаиры побелела - у него не осталось выбора. И Огая с позором изгнали с четвертого курса Махотокоро. Но на этом история не закончилась - за последние полтора года Кенсэй лишился любимой бабушки и любимого дедушки со стороны отца, а потом была жестоко убита его девушка Наоми, не дожившая двух дней до совершеннолетия. И все три раза на месте гибели своих родных Кен нашел один и тот же знак: リベンジ Мать Кенсэя и её родители не погибли лишь стараниями директора Сонохары, знавшего и очень ценившего как Кенсэя, так и его отца, который тоже учился у него. А сам Айдзава-младший принёс на могиле отца клятву отмщения... Но Вакаира как в воду канул с тех самых пор. Его искали в Японии, на каждом из островов, но поиски успехом не увенчались. Айдзава и сам бы начал поиски, но мать, а потом и директор Сонохара строго-настрого ему запретили. Но запретить сыну настоящего самурая сделать что-то, что требует его часть - да скорее уж в аду начнутся заморозки... Все эти годы Кенсэй искал Огая через третьих лиц. И вот наконец его поиски увенчались успехом. Сегодня он наконец получит все необходимые ему ответы... -Конничива, самурай, - раздался рядом тихий, хриплый голос. Японец обернулся. Рядом стоял Эмиль Иорданов в чёрном одеянии. -Зачем ты здесь? Мне не о чем с тобой говорить. -Ну завязывай уже дуться. Ну проиграл ты мне дуэль, ну обошла тебя Тереза, ну погрустит немного твой японский дедок... Главное, что у тебя спина не белая. -Очень смешно, - поджал губы Кенсэй. - Ты бился бесчестно. Что со мной, что против Скорпиуса. -Бла-бла-бла! Против Скорпа я дрался под гипнозом... -И как же его на тебя наложили? -Откуда мне знать? Фелисберта очевидно мастер в этом. Может, спросишь у него, если мракоборцы его сцапают? -Когда. -Не цепляйся к словам. Плюс ко всему Скорп нас разделал, как бог черепаху. А с тобой - не подскажешь, где это я дрался бесчестно? -Ты ударил меня в спину. -Ну нехрен было открываться. -Отговорки. -Слушай, для тебя бить в спину это подло, а для меня это тактическое преимущество. Не ваш Сунь-цзы писал, что война - это путь обмана и уловок? -Ты удивительно невежественен. Сунь-цзы из Китая. -Да мне насрать, откуда он, раз умную книгу написал. Так что кончай обижаться. Мы работаем вместе или нет? -Это ты мне скажи. Ты вроде говорил, что у тебя есть какие-то сведения насчет Огая Вакаиры. Если есть - говори скорее. Если нет - я пошёл. -Не кипятись. Если я тебя сюда позвал, значит, я позвал тебя не просто так. -Значит, у тебя что-то есть? -А тебе-то что за дело до этого Вакаиры? -Его отец был Пожирателем Смерти. Мой отец был мракоборцем. Они убили друг друга в дуэли. А Огай помогал отцу. Я не хотел, но мне пришлось сдать его. Огая выгнали из школы и едва не привлекли к ответственности. Спасло то, что он тогда был несовершеннолетним. А потом он убил моих родных и мою девушку. -И ты уверен, что это был он? -Уверен. -Ну, считай тебе повезло, самурай. Я знаю этого парня. Могу устроить тебе с ним встречу. Айдзава побледнел, кулаки его сжались, продавливая ногтями ладони. -Но... - продолжил Иорданов. - Мне нужно будет кое-что взамен от тебя. -А конкретно? -Пока не могу сказать. Это не мой секрет. -Тогда чей? -Какой же ты дотошный. Я же говорю, не мой это секрет. -Тогда как я могу быть уверен, что... -Никак. Придётся тебе верить мне на слово. Не волнуйся, ничего противозаконного. Мне нужно, чтобы ты помог мне кое-что расшифровать. Чуть позже скажу, что конкретно и зачем. Могу пока только намекнуть - это для снятия очень тёмных чар. -Почему я должен тебе верить? -Ну, наверное, потому что выбор у тебя не особо богатый. Вакаиру ведь ищешь не только ты, верно? Опамятуйся, Кенсэй. Его за три года ваши мракоборцы не нашли. -Как раз об этом я и хотел тебя спросить, - проговорил Кенсэй. - Откуда ты можешь знать Огая? Иорданов вздохнул. Его светлые, влажные глаза моргнули несколько раз. -Огая Вакаиру знает мой директор, Гай Тодорович. -Что?! - взревел Айдзава. -Только не кипятись! - просипел Иорданов. - Вакаира участвовал в конкурсе зельеваров, который он судил. После этого они некоторое время переписывались. Я лично видел. Айдзава хрипло и сдавленно сопел, на его бледных скулах разрослись неровными и крупными валунами желваки. -Я пойду к мракоборцам, - вдруг выдавил он из себя. - Пусть они допросят Тодоровича... -Только попробуй! - Иорданов даже на месте подскочил. - Они убьют его! -Кто они? -Дружки Вакаиры! Ты что думаешь, смог бы он так долго от всех скрываться? Я тебе больше скажу, вполне вероятно, что он из той же банды, что и оба Фелисберты! -Тогда тем более... -Тогда тем более нельзя привлекать к этому делу мракоборцев. Ты же в курсе, что Конуэя так и не нашли? Я не хочу подставлять своего директора! Он единственный, кому за всю мою жизнь не было на меня насрать! Айлзава задумался. Это ведь его вендетта. Его клятва. Его крест. И вот Иорданов предложил ему помощь. Впервые в его жизни! Мать, узнавшая о данной клятве, долго плакала, кричала и умоляла Кенсэя не губить себя. Сонохара же отчитал его, как ребенка и потребовал оставить это дело. А сейчас перед ним стоит человек, который знает, где искать Вакаиру! Мой отец, мои родные, моя Наоми... Они по-прежнему не отомщены. Но если я соглашусь, я могу поставить на карту доброе имя и честь моей семьи. Я не верю Иорданову. Но он мой единственный шанс. А его опасения за директора мне понятны. Я бы тоже никогда не подставил мастера Сонохару... -Хорошо, - наконец сказал Айдзава. - Мракоборцев я привлекать не буду. Пока. Но когда Вакаира будет найден... -Заберешь его себе и делай что хочешь, хоть свари его с рисом и съешь. Но только не забывай наш уговор. -Потребуешь от меня Непреложный Обет? Иорданов прищурился. -Это неплохая мысль, но мы в этом лесу одни и нет человека, который помог бы его скрепить. Да и, по честному, не любитель я всяких этих Обетов. Зачем доводить до таких крайностей? Мне и твоего слова будет достаточно. Надеюсь, что тебе моего тоже... Японец и болгарин переглянулись, оценивающе осмотрев друг друга. Каждый из этих двоих знал, что стоящий напротив него очень искусный маг и серьёзный соперник. Поэтому ни Кенсэю, ни Эмилю не хотелось столкновения. По крайней мере, пока. Иорданов протянул Айдзаве руку. Японец, несколько секунд поколебавшись, пожал её. -Итак, что я должен расшифровать? - пробасил он. -Мне нужно, чтобы ты разобрался вот с этими письменами, - Иорданов передал Айдзаве свиток. - Его ничем не взять. -Что это? -То, что скрывает этот шифр, открывает кое-что... важное... - с расстановкой проговорил Эмиль. - Прости, но больше я не могу тебе ничего рассказать. Если тебе хватит моего слова, то знай, в этом шифре нет ничего опасного и незаконного. -Ладно. Я всё равно это перепроверю. -Пожалуйста. Этот шифр даже учителя Хогвартса используют. Справишься? -Даю слово самурая. Когда я смогу узнать о Вакаире? -Скоро. Мне тоже надо кое-что проверить. Увидимся, партнёр. Больше спину на дуэлях не открывай. Усмехнувшись, Иорданов пошел в замок. Айдзава развернул свиток, пробежал глазами шифр, написанный на нем... Судя по всему, это язык водного народа, язык кайпора, а также нумерологические шифры Луны и Меркурия. Да, интересный шифр. Нужно бы... -Здорово, Кен, - за спиной японца вдруг возникла фигура того, кого Кенсэю сейчас видеть, как это ни странно, хотелось меньше всего - Скорпиуса Малфоя. Свиток был моментально смят и спрятан в карман ловкой рукой Айдзавы. -Прекрасный день, Скорпиус, - кивнул Кенсэй, понимая, что Скорп, скорее всего, заметил, как он что-то прячет. -Тренируешься? - Скорп кивнул головой на срубленные заклятиями ветви деревьев, валяющиеся вразнобой на снегу. -Немного. Проигрыш Иорданову показал, что мне нужно больше практики. -Понимаю. Кстати, что это ты спрятал, когда я тебя окликнул? Тренируешься и попутно хокку строчишь? -Что-то вроде того, - фальшивым, уклончивым голосом ответил чемпион Махотокоро. - Извини, но мне нужно идти... Но Скорп преградил японцу дорогу. Айдзава напрягся. -Скорпиус, мне действительно нужно идти. -На тебя это непохоже, Кенсэй. Ты никогда не увиливал от вопросов, какими неудобными они бы не были. Даже на допросе касательно твоих слепящих бомбочек. -Хотел поблагодарить тебя за помощь. Если бы не ты, с меня бы не слезли. -Рад, что ты помнишь об этом. Кен, я ведь тебе не враг. Что у тебя в кармане? -Пустяк, всего лишь небольшой свиток. -Из-за которого ты принялся юлить, да ещё и так неумело? Что в этом свитке? -Послушай, это моё дело, Скорпиус! - воскликнул Кенсэй. - Не надо вынюхивать то, что тебя не касается. -Это касается Хогвартса. А значит, и меня, как его чемпиона. -Откуда тебе знать, что это касается твоей школы? -Предчувствие. -Оно не может тебя обманывать? -Оно не обмануло меня насчет Огаста и Фелисберты, причем что старшего, что младшего. Не слишком много совпадений? -Дай мне пройти. Пожалуйста... - с нажимом произнёс последнее слово Айдзава. - Не заставляй меня доставать палочку. -Это что, угроза? -Нет. Просто я не хочу ссориться с тобой из-за какого-то вшивого свитка. -Так покажи, что в нём. -Это не моя тайна, я не могу. -Так обычно говорят либо хранители любовных переписок, либо те, кто затевает что-то недоброе. -Тебе не кажется, что у тебя паранойя? -Меня чуть не прикончили за этот гребаный турнир раз десять. Тут поневоле станешь параноиком. -Но ведь сейчас всё хорошо, верно? Сальвадор в тюрьме, Огаст скоро даст показания... -А также на свободе остался сын Фелисберты, еще несколько их общих дружков, а Конуэй пропал без вести. -Но это ведь уже не твоё дело. Пусть этим занимаются мракоборцы. -Ошибаешься. Это очень даже мое дело. -Из-за твоей подружки? -Не только из-за Розы. В конце концов, не ты один знаешь, каково это - терять близких и родных тебе людей. Айдзава побелел так, что стал ярче снега, лежащего вокруг. -Откуда ты знаешь... -Читал твою биографию. И не смотри на меня так. -Какое ты имел право лезть в историю моей жизни? - вскипел Айдзава. Скорп покачал головой, явно утомляясь от вспышек гнева японца. -Слушай, сходи-ка к Помфри и помедитируй. Я вижу, что ты не настроен на конструктивный разговор. -Не смей уходить от вопроса! Зачем ты читал мою биографию? Или... Или ты подозреваешь, что я тоже... -Я читал твою биографию, потому что тебя мне хотелось подозревать меньше всех, и я хотел убедиться в том, что ты чист. -И как? Убедился? -Убедился. И был убеждён. Ровно до момента этой беседы. -Послушай, Скорп, я потерял кучу любимых и дорогих мне людей! - чуть ли не умоляюще заговорил Айдзава. - Поверь мне! Я не замышляю ничего дурного! Просто я должен найти одного человека... -Огая Вакаиру, я знаю. Не знаю только, почему ты сразу мне не рассказал. -Я не совсем доверял тебе тогда. Прости. -Тогда не обижайся, что я точно также не совсем доверяю тебе. Ты ведь точно ищешь этого Вакаиру не ради светской беседы, так? -А что бы ты сделал? Что? Как бы ты поступил на моем месте? Что если бы твоя мать не умерла, а была убита? Ты бы ничего не сделал? Не ве... Волна сжатого воздуха ударила Кенсэя в грудь так, что тот отскочил к сухому дереву, стукнувшись об него спиной. Все внутренности Скорпиуса сжались в тугой ком и напряглись, как ядовитая змея в засаде. -Скорпиус, извини, я не хотел тебя задеть, - проговорил Айдзава. - Но пойми меня, прошу. Я дал клятву на могиле отца, что отомщу... -Месть - блюдо, что всегда подается холодным, Кен, - спокойным, тяжелым и холодным, как айсберг, голосом напомнил Скорп. Кенсэй с достоинством тряхнул головой. -У нас в Японии любят холодные закуски. -Ты забываешься, Кен. Сейчас мы не в Японии. Ладно. Если не хочешь рассказывать - не рассказывай. Но давай договоримся, что в таком случае ты не будешь обижаться и агрессировать на меня, если окажется, что я вновь тебе не верю. А поскольку ты не оставляешь мне выбора... -Ты угрожаешь мне, Скорпиус? - теперь уже спросил Айдзава. -Предупреждаю. Угрозы не в моём стиле, старина, - бросил Скорпиус, поворачиваясь и уходя, попутно сжав в рукаве палочку и зная, что Айдзава, скорее всего, сейчас точно также сжимает в рукаве свою...