имя мне — легион

Вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира.

Отряд собирался в горы практически в тишине. Никаких поддерживающих бесед, никаких шуток друг над другом. Только гнетущее молчание и сухие констатации факта от Венти. Все были в курсе о произошедшем в деревне. И что самое удивительное, кажется, все, кроме тех, кто был в церкви, поддерживали позицию Фаенона. По недовольству Ризли стало понятно, что Капитано отказался вмешиваться в дела Фатуи. С точки зрения главнокомандующего, он просто придерживался приказа, не желая тратить ресурсы на побочные задачи. Скарамучча только получил подтверждение своих слов. Но краем глаза Кавех заметил, как во время сборов, парень поддерживал Лизу, сжимая её руки в своих. Этот жест показался ему слишком личным и он поспешил спрятать взгляд и оставить это без комментариев. Было решено идти связанными друг с другом верёвкой и подниматься по хребту колонной. Если на склоне кого-то занесёт, будет кому удержать от падения. Все утеплились, понимая насколько скверный климат царит в горной местности. Теперь лица всех были перевязаны шарфами или закрыты балаклавами, выглядывали только глаза. Это было помехой коммуникации, но избавило от обморожения. Скарамучча выделил каждому по рации. Кавеху досталось нести одну из частей врат. Остальные три капсулы с механизмом были у других членов отряда. Прежний холод показался Кавеху пустяком. Стоило им подняться на несколько десятков метров по горному массиву, все ощутили ледяной пронизывающий ветер. Становилось тяжело дышать. Чем выше они поднимались, тем больше попадалось под ногами скользких выступов, снега. Опасность поджидала их на каждом шагу. Один неосторожный шаг мог стоить жизни. Кавех подумал о том, что не против был бы заиметь пару крыльев чтобы без проблем облететь хоть весь Хребет в поисках разлома. Всяко лучше чем прорываться сквозь стихию, которая пытается тебя сломить. Время в пути текло иначе. Возможности следить за ним не было. Тяжёлые темно-серые тучи мало намекали на время суток. Отряду приходилось то и дело останавливаться, сверяясь с данными приборов по отслеживаю разлома. По ощущениям прошла вечность, прежде чем Венти дал команду остановиться. Все вместе они отошли в узкий проём прямо в горе, желая на время спрятаться от бури. Кавех чувствовал усталость. От постоянной дрожи уже ломило тело. Плечи затекли от постоянно закрытой от холода позы. Пальцы мерзли даже в перчатках. — Пещера через пару метров за этим поворотом, — коротко высказался Венти, чуть опустив шарф, чтобы всем было слышно. Покрасневшее от холода лицо, заледеневшие уже белые ресницы и дрожащий голос делали его внешне совсем ребёнком. При этом всём на нём лежала ключевая часть миссии. — Из хорошего, там не будет ветра. Из плохого — замкнутое пространство. Если на нас нападут, мы окажемся в ловушке. — прокомментировал Итто и посмотрела на Капитано. Напасть могли Фатуи, демоны Бездны, хоть одичавшие животные, которые прячутся в пещерах от холода. — Применяем оружие только в самый последний момент, — Капитано взглядом осмотрел каждого члена отряда. — Специалисты в бой не рвутся, сначала бойцы. В случае чего, лучше убегать. У каждого есть рация, связь через неё, если придётся разойтись, — эта часть плана Кавеху особенно не понравилась. — Ризли, по пути будем делать отметки, чтобы все могли в случае чего найти выход. Ориентироваться на ветер может быть опасно, если пещера окажется сквозной. У Капитано не было командного тона, которым часто грешили люди его должности. Он не заставлял ему подчиняться, у человека появлялось желание сделать это. Что-то располагало к тому, чтобы доверить ему спину, свою жизнь. Парадоксальная мягкая твёрдость говорила об уверенности в своих силах и в желании помочь всем и сразу. Капитано может и не был душой компании, часто игнорировал общие, вне рабочие сборы, тем не менее оставался важным звеном, как личность, а не начальник. И все слушали его, под завывания сильного ветра, готовые согласиться с любой его даже безумной затеей. Сверив рации, отряд двинулся вперёд, прямо к пещере. Она встретила гостей темнотой, пугающей тишиной, которая звучала чужеродно после долгих часов восхождения по горному массиву. Первым на разведку ушли Капитано и Ризли. Это давало остальной части отряда чуть выдохнуть. Друг за другом свалились на холодный камень в изнеможении. Главное не засыпать, учили каждого на уроках по выживанию. Но в теории всё звучит легко выполнимо. Стоило Кавеху сесть, ему тут же захотелось отключиться. Как минимум для того, чтобы поскорее проснуться в уже родном автобусе. Усталость накатила волной. — Пещера широкая, есть развилка. Будем идти по сигналу сканеров. И всё делаем в тишине. В крайнем случае, если вас что-то смущает, дёргайте верёвку, привлекая внимание впереди идущего. Пока мы никого не видели, но твари Бездны умеют выжидать добычу, а люди того похуже, — Ризли видел как все уже успели устать. В то время как дорога до разлома была только началом их работы. Отряд снова двинулся за своим главнокомандующим. Каждый зажёг по фонарику. Теперь они имели отличный обзор местности. Интересного ничего не наблюдалось. Никакой наскальной живописи для изучения, никаких тебе черепов прошлых гостей, и намёков на нынешних. Немногие организмы выживали по соседству с разломом. Его активность излучала энергию Бездны, а та по своей природе была разрушительной. Растения не могли выживать из-за постоянной смены погодных условий. Как и многие животные были не в состоянии так быстро приспосабливаться. А переменчивая погода первый признак появления разлома и его жизнедеятельности. Было подтверждено, что некоторые животные меняли свои, так называемые, ритмы жизни. Травоядные становились хищниками, инстинкты некоторых животных усиливались, а иногда разлом впечатляюще влиял на фауну, изменяя её облик. Будет лучше, если они так и останутся в одиночестве внутри этих стен. Через несколько развилок они вышли в пещерный купольный зал. Все застыли в изумлении. Пространство было огромным. Стены здесь уходили намного выше, чем в коридоре, откуда они вышли. Хуже всего были сталактиты, которые своим острием могли внезапно проткнуть любого. В своих размерах зал имел приличные размеры, способные вместить в себя с десяток автобусов, на которых отряд приехал. Но самым поражающим был пол. Он был покрыт множеством трещин, из которых происходило красное сияние. Все они сходились в одной точке, которая была идеально вырезанным в породе кругом. Именно из него выходили опасные, неестественные всполохи красных молний. — Расставляем врата, — тут же отдал приказ Капитано. Кавех действовал по указаниям Венти, главного специалиста по устройству врат. Они представляли собой четыре капсулы, которые нужно было расставить вокруг центра разлома на одинаковом расстоянии. Научно их происхождение сложно было объяснить. Усложняла всё очередная военная тайна. Штаб не распространялся о своих источниках. Ходили слухи, что капсулы заряжены энергией ангелов. Уничтожение одной капсулы может спровоцировать большой взрыв, который без проблем снесёт с лица земли проклятую деревушку Фатуи. Вратам нужно время для активации после установки. Их свет проникал в эти самые трещины и заполнял их своей энергией тем самым разрушая. По окончанию закрытия разлома, все эти трещины лишались своего магического облика и излучения Бездны. Схема простая, но на всё необходимо было время. Отряд двигался быстро. Каждый вмиг забыл об усталости. Ими руководила одна мысль: поскорее закончить. Замерзшие пальцы тяжело управлялись с устройством крепления капсулы к камню. Теолога это злило. Он не хотел всех задерживать, не хотел быть обузой, хотя с подобной проблемой столкнулись практически все. — Сколько понадобится на активацию? — Капитано стоял у центра разлома уже с оружием в руках. Автомат заряженный серебром против демонов Бездны. — Активность высокая, возможно, полчаса, — Венти вместе со Скарамуччей занимался подключением врат к системе запуска. — Это минимум. — Всё в порядке. Не нервничайте, — обратился ко всем сразу Ризли. Он обходил территорию за вратами. Постоянно оглядывался на другие выходы к пещерному куполу. Итто, закончив со своей капсулой, занял место на одном из верхних выступов. Кавех не нервничал. Только злился на себя и возможный промах. Лизе подошёл помогать Скарамучча. Кавеху же было стыдно попросить о помощи. Немного утратив контроль, он откинул в сторону фонарик, который до этого продолжал держать в руках. Он снова попытался разжать крепление, стараясь не сломать его, но приложить при это максимум своих жалких усилий. Механизм резко сработал. Он почти выронил капсулу от испуга. Обрадовавшись успеху, теолог быстро воткнул его в породу, зажал пару кнопок для сцепки с трещиной и поднялся. Он провёл руками по лицу. Пытался успокоиться. Самое сложное позади. В руках Венти оставалась последняя капсула, с которой он справлялся с виду без проблем. — Кавех? — он резко дёрнулся от обращения Капитано. Как раз потянулся за фонариком, чуть не потерял равновесие. — Что с тобой? — В каком смысле? — Кавех опешил. — Твоё лицо, — Лиза поднялась с пола и быстрым шагом направилась к нему. — Оно в крови. — Я вас не понимаю — При попытке коснуться лица Кавех увидел, что правая рука его была вся в крови. Видимо он порезался о когти крепления капсулы и от холода даже не заметил этого. Посреди ладони был глубокий порез. — Я в порядке. Это просто порез, — Кавех выставил руки вперёд в успокаивающем жесте. Лиза остановилась. — Ничего страшного, — снова повторил он и для себя, и для них. — Это просто кровь, — он повернул ладони к себе. Рассматривал струйку крови которая стекала на ребро ладони, затем каплей падала на породу. Снова вспомнил картину Падшего. Снова услышал звон цепей. Прямо за спиной. Так близко, будто через секунду они упадут ему на шею. А издалека, словно из глубин хребта, женское пение. — Это кровь. Приказ Капитано перебил животное рычание. Итто вскинул на плечо винтовку, оставаясь на приличном расстоянии от отряда и в отличие от них, имел обзор площадки целиком. Через прицел он осматривал один выход к залу за другим, наготове стрелять. Ризли тоже вскинул автомат. Он кружил на месте, не понимая где именно находится источник звука. С каждой мучительной секундой рычание становилось всё громче. К нему прибавились шаги, а затем шелест, похожий на шелест крыльев. Но Кавех точно знал, что ангелы звучат иначе. — Во тьме, при свете дня, на земле и под ней. Не оставь меня, Заступник. Порази мечом своим каждого, чья душа полна тьмы, — молитва Лизы звучала как приговор. Кавех знал, что ангелы давно оглохли к их поклонениям. И в нём не родилось даже жалкой надежды на чудесное спасение. — Прогони и того, кто души лишён. — Пусть познает кару каждый, кто посягнёт на дитя Создателя. — внезапное продолжение молитвы раздалось словно из-под земли мужским голосом. Кавех попятился, всматриваясь в центр разлома у которого стоял Капитано уже наготове с заряженным оружием. — Ведь имя твоё Аль-Хайтам и воля твоя защищать. Весь отряд ощутил дрожь земли. Мелкие камушки заплясали на поверхности, обломки породы начали падать с потолка. Стадное чувство провоцировало объединится. Капитано отступил к Скарамучче с Венти. В руках второго была готовая к установке капсула. Ризли отошёл поближе к Лизе и Кавеху. Девушка быстро подбежала к Кавеху и схватила его за локоть. Он накрыл её руку своей. Почувствовал её дрожь. Лиза ощущала как кровь Кавеха липнет к ней. Всё это было дурным стечением обстоятельств. Кавех облажался. Всё в той же установке капсулы. Кровь всегда манит тварей Бездны. Вытаскивает их из тьмы. Человеческая кровь работала катализатором Бездны. И теперь оставалось только догадываться кто пришёл снизу, учуяв Кавеха. — Где ангел? Я почувствовала слабую ангельскую силу, — раздался женский голос. Эхо доносилось из одного выхода в пещеру. — Где прячете птичку? — Скольких демонов ты знаешь? — вдруг спросил Ризли у Кавеха. — Сможешь определить кого мы разбудили? — Среди Путей Разрушения нет женщин, — Кавех зажмурился. Он начал копаться в своих мыслях. В знаниях, которые так скрупулёзно собирал, чтобы в нужный момент быть полезным. Он перебирал заученные факты, как пыльные книги на полках огромной библиотеки. — Нужно ли мне напоминать, что ваш страх подпитывает нас? — теперь раздался мужской голос. Он звучал как эхо, словно из самого центра разлома. Гудел под ногами. Под куполом начинала образовываться черная дымка. Ризли сразу перенаправил ствол оружия вверх. Кавех открыл глаза, пытаясь разглядеть в дыму хоть намёк на силуэт. Но тьма оставалась бесформенной. — Не советую нападать первыми, — повторила тьма. — Мне придётся ответить, а без ангелов у вас нет шанса выбраться отсюда живыми. Давайте попробуем решить всё мирно. — Дружелюбный демон? — громко уточнил Ризли. Кавех понимал, что они просто тянут время, беседуя с ним. Врата уже установлены. Им просто нужно время. — Что-то новенькое. — Нет. Просто вы живёте в мире иллюзий, где мы не больше, чем голодные животные. У нас есть разум, эмоции, страхи и желания. Не у всех, но вам повезло встретиться именно с нами. Сделка проста: вы оставляете разлом нетронутым, а мы вас не убиваем. Сделка. Кавех ухватился за одно единственное слово и мысленный процесс сдвинулся с места. Он представил себя в старом мультфильме. Персонажем, над головой которого загорается спасительная лампочка. — Осторожнее с ним, — спокойно предупредил Кавех вблизи стоящих Лизу и Ризли. — Он прислужник одного из Путей. Исполнение желаний, сделки. Выполнит всё, но в самом извращенном виде. Бойся своих желаний, ведь это оружие в руках лукавого, — он вспомнил строки из Видений Фаенона. — Согласие твоё подпись на незримом контракте. Монета в его руках – цена души твоей. Кавех гнал мысль, что эта тьма никто иной как четвёртый Путь Разрушения. Если им удалось вытащить из разлома одного из предводителей Бездны, дела совсем плохи. Может, он не так кровожаден как Мидеймос, но сила его в тонком психологизме и силе слова. Одно неверное согласие, неосторожное слово, может заключить контракт. И после этого остаются минуты до того, как твою душу растерзают его последствия. Контрактные демоны умеют убеждать, умеют выведывать страхи и желания. Они всегда чувствуют куда давить и знают, что предложить. Они не угрожают, а предлагают. Опасность их в нарочито благих намерениях, за которыми не последует ничего хорошего. — А вы подготовились. Тьма рассеялась на короткое мгновение. Приняла пугающий образ с разинутой пастью, через которую говорила, а вместо глаз, были два синих огонька. Они смотрели прямо на Кавеха. Бестелесный демон словно выбрал свою жертву. Только тревогу чувствовали все, переглядывались между собой. Для стрельбы не было цели, бежать некуда, ангельской подмоги нечего и ждать. Они в проигрышном положении, где могла бы помочь только удача. — Горе от ума всякому, кто не умеет использовать его разумно, — произнесла пасть у которой проросли клыки. — Ты наделён знаниями, но они никак вам не помогут. Ты отговариваешь своих товарищей пойти на уступки, а это единственное, что может спасти отряд. — Ты нас не спасёшь, –— тут же ответил Кавех. — Ты прав. Для вас спасения нет. Что-то быстрое метнулось от одного из выходов в купол. Итто не успел заметить откуда именно выскочила тварь. Он громко крикнул, предупреждая Капитано о новом госте. Кавех отвёл Лизу на спину. Мало чем он мог её защитить. К ним поближе подошёл Ризли, готовый стрелять на любой шорох. С разных сторон мелькало розовый силуэт, шустро перебегающий по пещере. Он передвигался вокруг отряда. Пытался запутать, играл с людьми, в то время бестелесный демон начал хохотать. Вторая сущность то ли отвлекала внимание, то ли желала откусить свой кусок человеческой души. Оба расклада не были на руку отряду. — У нас есть хоть какой-то план? — Скарамучча всё ещё сидел на полу вместе с Венти. — Запускай врата, — Капитано выстрелил в мелькнувшее розовое пятно. Оно подобралось близко к Ризли и тут же отступило. Венти разблокировал планшет с управлениям. Пара быстрых движений по экрану и капсулы одна за одной загорелись белым светом. Импульс врат раздался по всей пещере, заставил дрожать сталактиты. Белое свечение от капсул быстро начало заполнять собой трещины от разлома. Бестелесный демон взвыл. Клыкастая пасть широко раскрылась, он резко бросился вниз, словно пытался поглотить пещеру целиком. И это у него получилось. Все члены отряда были вмиг отброшены друг от друга. Каждый находился в буре темноты. Единственное, что удавалось разглядеть сквозь чёрную дымку – свет капсул. Голоса исчезли, вместо них шум бури. Шквал тьмы напоминал мелкий песок, который бил по открытым участка лица и не давал смотреть прямо. Каждый пытался сделать шаг навстречу неизвестности в надежде наткнуться на сослуживца. Кто-то пытался докричаться, но тело демона поглощало всё. Кавех не чувствовал Лизу, которую не отпускал с самого появления демонов. Она не могла уйти далеко. Но сколько бы широких жестов руками он не сделал, пытаясь ухватиться за неё, задеть, всё было без толку. Приходилось контролировать появление розового пятна, для которого ситуация теперь была как нельзя лучше. Кавех шёл в никуда, выставив руки вперёд. Наткнуться бы на чью-то спину и не свалиться бы в самый центр разлома прямо в Бездну. И вот наконец рука схватила чью-то одежду. Кавех резко дёрнул находку на себя и тут же свалился с ног на спину. — Наш маленький умник попался, — демоница с розовыми волосами резко опустилась на уровень Кавеха. Рука с длинными когтями схватила его за руку. Тело было её настолько холодным, что напоминало глыбу льда. — Всё ещё дорожишь своей душой? — Раз уж нам суждено умереть здесь, — проговорил Кавех, хватая последний воздух. — Пусть душа будет свободна, а не в вашем рабстве. — Глупости, — девушка с розовыми волосами хихикнула. Она не моргала. Глаза были широко распахнуты. Казалось, она видит человека перед собой насквозь. Упивается его страхом неотвратимости. И ей нужно только найти нужные слова, чтобы он согласился на желанное спасения. Она знает, каждый организм в этом мире стремится к выживанию и ни перед чем не остановится. Это главная суть человечества – выживать. В этом смысл их никчёмного по её меркам существования. — Ты боишься смерти. Боишься того, что конец наступил так скоро. Тебе и тридцати нет. Разве гордыня стоит смерти в столь молодом возрасте? Этот мир, — она рывком приблизилась к его уху и начала торопливо шептать. — Таит в себе столько знаний. Ты к ним даже приблизиться не успел. Не успел разгадать секрет ангелов, узнать правду демонов. Ты живёшь в иллюзии и в ней можешь умереть. И твоя душа сгниёт от мучения, потому что разуму твоему важно знать. Ты должен знать ответы и без них твоя душа никогда не упокоится. Нет ничего страшнее метаний души в загробном мире, — её губы касались уха. Слова словно яд парализовали не то страхом, не то правдой, которую Кавех старался отогнать, крепко зажмурив глаза. — Неуспокоенные души встречают вечность хуже грешников. Незнание — пустой путь, на котором тебе будут встречаться такие же потерянные, лишённые разума. Ты вечность будешь искать ответы, пока не сойдёшь с ума окончательно и не станешь низко ранговым демоном без разума. И тобой будет управлять лишь желание плоти и крови. Из чувств с тобой останется только бешеный голод. Ты забудешь своё имя, мирскую жизнь, забудешь себя. Пустота — вот, что ждёт того, кто умирает в незнании. Кавех попытался вырваться из хватки демоницы, но одна её рука превосходила его по силе в сотни раз. Ударив по ней раз, он словно пытался оттолкнуть от себя целую фуру. А она всё шептала сценарии его загробной жизни. Театрально сочувствовала, ухмылялась и глумилась над человеческой слабостью. Кавех хотел бы бросить попытки выбраться из её хватки, но что-то раз за разом заставляло его напрягать тело и только ухудшать ситуацию. — Я могу дать тебе все ответы. Дам увидеть, почему это всё случилось, — демоница коснулась второй рукой человеческого лица уже ласково. Это выглядело пугающе для охрипшего от удушья Кавеха. Она чуть отодвинула лицо, коснулась своей щекой его. Розовые зрачки её глаз загорелись. — Ты увидишь своими глазами почему оказался здесь. Узнаешь истину разломов, разгадаешь тайну Падшего и поймёшь, почему ангелам нельзя доверять. С этими знаниями можно спасти человечество. По крайней мере, попытаться это сделать. Не думал ли ты, что вы воюете не в ту сторону? — Ты просто манипуляторша, — Кавех дёрнул лицом в отвращении. Ему не нравилось касаться её. — Ты пообещаешь что угодно, лишь бы получить мою душу. — В тебе говорит гордыня и обманчивый героизм, — она погладила его щёку, поправила выбившийся локон белых волос. — В качестве доказательства могу приоткрыть занавесу тайны ангелов. То, что они вам, людям, никогда не расскажут, потому что это бьёт по безупречной репутации. Весь ответ кроется в символе меча и цветка. Сила и любовь — сила любви. Падший, — она коснулась своими губами его, оставив лёгкий поцелуй. Кавех застыл в оцепенении когда она заговорила ещё не отстранившись, поэтому касалась своими губами его. — Был не только символом любви. Он и сам любил, и был любимым. Он возлюбил своего брата. Яркая вспышка света заслонила собой всё. Прикосновения демоницы исчезли. Исчезла и тёмная дымка. Не было холода, опоры из камня, исчезло само ощущение времени и пространства. Вспышка не вредила глазам, поэтому Кавех смотрел, не моргая, как мир вдруг исчез. И первое о чем он подумал, что всё же сдался, умер. Повёлся на обещания демоницы и так выглядит обещанный путь пустоты. — Вернись, Кавех, — мягко потребовал мужской голос. Кавех обернулся в поисках источника. Реальность вернулась с поворотом головы. Снова пещерный купол. Он так же лежал, но теперь на лбу ощущалась чья-то тёплая ладонь. После невыносимого холода, беседы с демоницей, всем хаосом последних минут, ему хотелось чтобы это прикосновение продлилось дольше. Одно касание и все симптомы усталости, бесконечного напряжения, груз ответственности — всё исчезло. Поэтому он не сразу открыл глаза. Впервые за эти дни тело было в спокойствии. Хотелось как домашнему коту подставить под поглаживания и крепко уснуть. Но глаза пришлось открыть при звуке шелеста крыльев. Кавех распахнул глаза. Сразу встретился с мужским обеспокоенным лицом и изучающими его опаловыми глазами. Тревога в чужом взгляде взывали в Кавехе к каким-то смешанным чувствам. Ему хотелось соврать и уверить ангела, что с ним всё в порядке. И в тоже время ему вдруг захотелось спрятаться за парой могучих крыльев. Ангел тут же убрал ладонь и отстранился. Лиза не зря молилась. Кто бы мог подумать, что их спасёт тот, кого в древности прозвали Мечом Создателя. Кто бы мог подумать, что к ним спустится сам Аль-Хайтам. Стоило ангелу отступить на пару шагов, как мгла тут же забрала сознание Кавеха. Он услышал взрыв и почувствовал, как его тело начало падать.

***

Кавех проснулся в салоне автобуса. Внутри играла тихая музыка, снаружи раздавались голоса членов отряда. Судя по интонациям, они обсуждали откровенный провал миссии. Кавех не мог подняться сразу. Картинка перед глазами размывалась. Он снова и снова затирал глаза, пытаясь вернуть чёткость зрения. Но постельное, открытое окно, потолок всё превращалось в белые пятна. Голова гудела, словно его крепко приложили о что-то жёсткое. Собраться. Вспомни, чем всё закончилось. Начни думать рационально, не поддавайся панике. Что у тебя есть? У разлома они столкнулись с демонами Бездны. Они были из армии Четвёртого Пути Разрушения. Мужчина и женщина. Первый не успел покинуть Бездну. Его форма духа свидетельствовала о том, что он ещё не закончил переход в мир живых. Такое случалось, если демон был излишне силён и было недостаточно просто перейти грань двух миров. Хорошая новость — он слаб, его возможности ограничены, он всё ещё не плоть. Плохая новость — если разлом не закрыть, есть угроза столкнуть с кем-то очень опасным. Что касается девушки, ей повезло больше. Она уже получила воплощение. Обычно прислужники Четвёртого не работают в парах из-за своей сферы деятельности. Делить души они не умеют. В этом был парадокс. Кавеха это смущало. Они случайно оказались в одном разломе? Девушка была не отсюда и прибыла чтобы помочь своему другу? Или здесь готовится что-то масштабное из-за чего твари начнут собираться? Кавех выругался и поднялся с кровати, схватившись за подвесную тумбочку. Салон автобуса перед глазами ходил ходуном. Немного выровняв равновесие, он прошёл к столику. Он хотел сесть, но тело повело назад, а ноги резко ослабли. Он не мог даже выдавить крик, только жалкий стон бессилия. Помощь пришла даже по этому зову. Мужская рука коснулась локтя и удержала на месте. Нежданный спаситель помог медленно опуститься за стол. Теолог часто закивал в знак благодарности. Говорить было тяжело. Мыслить он мог, а вот собрать всё вместе и озвучить казалось настоящим испытанием. — Слабенький ты. Кавех хотел зыркнуть на ангела, передать если не словами, то взглядом, что не нуждается в нравоучениях. Но стоило резко дёрнуть головой, как его начало тошнить. Он прикрыл рот ладонями. Не хватало ещё чтобы его стошнило на ангельского столпа. Хотя, после сказанного, он этого отчасти заслужил. — Поздно уже геройствовать. Аль-Хайтам включил электрический чайник. Начал копаться в коробочках и шкафчиках в поисках пакетиков чая. По опыту знал, что людям нужно выпить крепкого чая. Когда много времени проводишь среди смертных, а он делал это значительно чаще других ангелов последние годы, начинаешь на многое смотреть их глазами. Он не мог исцелять как Бай Чжу, только согнать демонический морок. Поэтому приходилось иногда прибегать к способам смертных. В такие моменты он чувствовал себя слоном в посудной лавке. Некоторые приспособления и методы смертных были для него за гранью понимания. Иногда ему со всего это становилось просто смешно. Он не планировал вмешиваться в разборки демонов и людей. Это не было его целью. Его призвала сюда детская душа. Какой-то ребенок настолько хотел жить, настолько сильно нуждался в защите, что его плач смог пробиться сквозь бесконечный поток молитв. Но он опоздал. Не спас одну душу, зато почувствовал угрозу другой. Кавех наблюдал. Витая в мыслях, ангел закидывал чайный пакетик в кружку, залил кипятком, потом педантично продвинул её к человеку. Он замер. Ожидал, когда его помощью воспользуются. Кавех коснулся кружки обеими руками с желанием получить долгожданное тепло. Аль-Хайтам сел напротив. Это уже происходило. Кавеху уже начало казаться, что переживает одни и те же события только с разными лицами. Точно также день назад сидел перед ним Фаенон. И если с ним Кавех чувствовал себя некомфортно, проявлял враждебность, то Аль-Хайтам, чего греха таить, не был похож на того, с кем спорить или дерзить позволительно. — Спасибо, — поблагодарил Кавех хриплым голосом. Ангел невозмутимо продолжил смотреть. Руки он выставил перед собой, ладонями на поверхность стола. Его идеальная осанка у сгорбившегося над кружкой Кавеха вызывала и зависть, и восхищение. А еще напоминала, что перед ним совершенное бессмертное существо. Серые волосы свисали на высокий лоб, оттенняя зелёный оттенок опаловых глаз. Лицо не выражало никаких эмоций. Он просто наблюдал за каждым движением человека. — Ты знаешь что-то о детях в этом поселении? Кавех поднял глаза от чашки на ангела. Он ожидал чего угодно, но не того, что ангел прибудет сюда из-за жертвоприношения. О котором он явно не знал, но что-то в этих детях вынудило его спуститься. — Фатуи убили их. Кавех понял, что это отличная возможность. Фаенон отказался помогать и вмешиваться в дела людей. Его не трогала судьба невинных детей. Важнее был собственный путь. Хайтам мог стать тем рычагом влияния, который необходим. — Тебе Фаенон рассказал? — предпринял попытку разузнать больше Кавех. — А должен? — Вы же братья, — вместо «хрен вас разберешь». Фаенону он бы так и ответил. Аль-Хайтам был не абы каким ангелом. Кавех изучил его отлично, полагая, что это главное орудие против Бездны. Он и являлся этим оружием. Буквально был карой небесной, гневом Создателя, мечом правосудия. Был разрушением, но не хаосом, а наказанием. Об Аль-Хайтаме существует бесчисленной количество текстов, его изучали веками в самых мелких деталях, боготворили и боялись, стремились к нему и знали, что потом не сбегут, если перейдут на другую сторону. Этот ангел за столом, в обычном автобусе, в своих руках имел всю силу небес. И никто ни на небесах, ни под землёй, не мог оспорить его силу. А сейчас он прямо здесь. В руках теолога, чья обязанность изучать и контактировать с ангелами. И которому Великий Заступник приготовил чай от тошноты. — Мы сходили на службу, — Кавех попытался отпить горячего чая. Надеялся, что это придаст голосу твёрдости. — В церковь Фатуи? — в его голосе были нотки удивления. — Меня пригласили. Ангел начал отбивать ритм пальцами по столу. Раздумывал о чем-то? Был раздражён? Кавех мог придумать десяток трактовок этой детали, но не находил уверенности ни в одной из них. В автобус зашёл Ризли и тут же остановился. С улицы подул холодный ветер. Кавех поёжился. Заместитель капитана замер. Его глаза бегали по двум мужчинам. По его удивлённому взгляду было понятно, что он не знал о присутствии здесь ангела. — Где Капитано? — не попросил. Аль-Хайтам требовал ответа, не отводя взгляда от Кавеха. — На улице, — коротко ответил Ризли. Он прошел внутрь автобуса и закрыл за собой дверь. — Он в курсе о похождениях вашего библиотекаря, который валится с ног от одной встречи с демоницей? — поучительный тон ангела начинал Кавеха раздражать. Как и тот факт, что его обсуждали, игнорируя его же присутствие. — Он был не один. Я был с ним. Ризли стоял по струнке смирно. Словно перед ним был главный по званию. Правда была суровее: перед ним был главный воин миров, которые теперь открывались людям. — Разве я спросил об этом? — Не было никакой опасности, — вмешался Кавех. Он все ещё в этой комнате. Прямо между ними. Может по массе он уступает даже каждому в отдельности, но почему они так упорно обсуждают его поступки, будто общий ребёнок подрался с кем-то во дворе? — Прямо как в горе? — Аль-Хайтам имел медленную, тягучую, преподавательскую манеру речи. И в каждом слове, даже в самом обычном, чувствовалось то ли осуждение, то ли желание унизить. Общая черта ангелов? — Там хотя бы риск был оправдан, а вот соваться в эпицентр сектантов, которые промышляют жертвоприношениями.. — Такой информации изначально не было, — прервал его Ризли. Почему они так критичны в своих суждениях? То ангелы не хотят вмешиваться в разборки людей с людьми, то недовольны тем, что они происходят. В их мотивах никакой последовательности. — Вы пошли к сектантам без каких-либо данных? — голос Аль-Хайтама снова больно уколол обеих членов группы осуждением. — Чем ещё удивите? — Мы закрыли разлом? Кавех применил ту же тактику игнорирования и теперь нарочно отвернулся от ангела к Ризли. Физических сил не было, а раздражение от урока жизни от ангела высасывало из него все силы. Все-таки, они были здесь исключительно по делу. И если с ним покончено, можно двигаться дальше. — Закрыли, — Ризли кивнул. Кавех уловил, как его плечи опустились. Разговаривая теперь с теологом, он заметно расслабился. — Твари больше не полезут, но те двое. — Это ведь уже не наши проблемы, — Кавех сдержался от взгляда в сторону ангела. — Есть следующие координаты разлома? — Пока нет. Отлично. Это считай как отпуск. Только море вечно бушует, солнца или нет, или ты сгораешь под ним за полчаса. Можно конечно отправиться в горы, но судя по последним новостям, есть опасность быть втянутым в сделку с демоном. Как бы то ни было, отсутствие следующего разлома делает отряд временно свободным. От ангелов в том числе. Так казалось Кавеху. Но не было действительностью. — Вы остаётесь здесь для расследования дел Фатуи, — Аль-Хайтам поднялся с места. Ростом он был не сильно выше Кавеха и Ризли, но все равно смотрел свысока и давил одним своим присутствием. — Мы подчиняемся.. Ризли не успел договорить. Аль-Хайтам остановился прямо возле него. Их плечи соприкасались. Ещё немного и между ними могло заискрить нечто, что никто потушить не сможет. Кавех хотел бы встать и развести их по сторонам, но слабость все ещё не отпускала. Ангелу не нужно было говорить. Достаточно было немного несогласия с тем, что он услышал. Хищного взгляда в глаза простому лейтенанту, чтобы ему стало понятно — они остаются. — Жертвоприношений не было раньше, насколько мне известно, — спокойно сказал Аль-Хайтам. — Нужно знать чем вызвана эта перемена в их поведении. Вы сами говорили, что важно понимать движения Фатуи. И для этого может пригодиться ваш демонолог. Или ты, — он обратился к Кавеху, даже не шелохнувшись в его сторону. — Изучаешь только небеса? — Я подчиняюсь Капитано, а не вам. Кавех громко выдохнул. Уже не от слабости, а от того, что смог дать этой машине для убийств прямой отпор. Плевать если после этого и Фаенон откажется помогать. Он и не порывался делать это ранее. Плевать ради какого демона они это начали делать и каковы события последуют за детской смертью. Аль-Хайтаму достаточно будет устранить общину, чтобы все разрешить. Зачем все усложнять? Дети уже мертвы. А это единственное за что стоило бороться. Ризли никак не прокомментировал выпад теолога. Но Кавех был уверен, что тот внутренне ликует. И это единственное, что поддерживало его сейчас от скорых извинений за тон. В этом ответе не было грубости, желания уколоть или просто показать характер. Констатация факта. — С этим я разберусь. Ангел вышел из автобуса. Ризли медленно опустился на кресло возле входа. Он смотрел в никуда, просто перед собой. Кавех поднялся и достал из холодильника воду. К чаю прикасаться больше не хотелось. — Мы останемся разбираться с Фатуи, — измученно подвёл ожидаемый итог Ризли. Кавех открыл бутылку и жадно стал пить воду. Пластиковая бутылка хрустела в руках. Звук тянущихся цепей снова возник в закромах разума. Они остаются в проклятой деревне.

***

Казалось, ничего не может быть хуже, чем при работе с разломом наткнуться на двух сильных демонов. Или не очень сильных. Ранг их только предстоит определить. А теперь, что и является худшим сценарием, у них есть на это время. Отряду его добродетельно предоставил ангел, которого не было видно после разговора в автобусе. Ни Аль-Хайтам, ни Фаенон, никто из них не появился чтобы помочь, объяснить их план действий, рассудить здраво о всей бессмысленности их нахождения тут. А может это было и к лучшему. Ситуация накалилась. Никому изначально не нравилось соседство с Фатуи. Ещё утром они спорили безопасность затеи прийти на службу, а теперь вынуждены задержаться к них под носом на непонятный срок. У всего отряда было неприятное послевкусие после встречи с демонами. У всех, кроме двух главнокомандующих. Капитано никак не прокомментировал странную смену курса и подчинение ангелам. Поставил всех перед фактом. Ризли проявлял завидное смирение с их новыми реалиями. И каждому взглядом давал понять, что все это ему тоже не нравится. — Капитано приказал снять дом или номер в отеле.. Если у них есть что-то такое. В автобусах мы долго не проживём на таком холоде. Лиза, Ризли и Кавех сидели на раскладных стульчиках у самого склона. Вся деревушка была как на ладони. Статуя Падшего была подсвечена и с этой высоты казалось, что все это место было построено именно вокруг неё. Очередные дурное замечание, отметил про себя Кавех. Деревушка была крохотной, пара магазинчиков, с демяток домов. И со стороны, вспоминая жилые улицы и людей на них, не было признаков, что здесь может быть опасно. Наоборот, по сравнению с мегаполисом, где твари Бездны прятались в подвалах, в заброшенных зданиях и канализациях, тут все было как на ладони, поэтому вызывало меньше ощущения тревоги. Если забыть обо всех деталях здешнего социума, Кавех хотел бы тут жить. Ризли хмыкнул словам девушки и поджёг сигарету. Запасы кончаются. За сигаретами он готов спуститься даже в логово Фатуи. Тем более ангелы его за обе руки туда тащат. Он глубоко затянулся, будто хотел дымом вытравить все произошедшее за день. — В этом есть логика, — лениво растягивая слова поддержала план Капитано Лиза.. — Запасов нет, еда нам нужна. Круглыми сутками обитать в автобусе - мы друг друга сожрём морально. Обычно вне миссий на разломы, мы делаем перерыв в закрытых городах и отвлекаемся. Но вот это.. — она указала пальцем за спину, где был расположен их привал. Скарамучча и Венти сидели молча у костра. У Скарамуччи иссякли силы отстаивать свою позицию. — Мы и так на цепи здесь, — что-то внутри Кавеха дрогнуло в ответ на эти слова Ризли. Он сильнее сжал руки на коленях в кулаки. — А лезть в пасть этим людям целым отрядом я бы не хотел. — У нас нет выбора. — Ризли.. — Лиза, хватит. Он не хотел срывать свою усталость на ком-то из отряда. В этом было что-то семейное. Он не мог на неё злиться, не мог сказать ей грубое словцо. Ризли понимал, что в этом споре не будет победителя и каждый останется при своём. — Приказы Капитано не обсуждаются. — Если Фатуи догадываются кто мы, неважно будем мы жить здесь или прямо в деревне, — рассуждал вслух Кавех. — С защитными игрушками Скарамуччи у нас будет время приготовиться к этой встрече. Здесь наша территория. А в их домах мы беззащитны. Кавех снова посмотрел на крыши упомянутых домой там внизу. Обычные люди ведь, только преследуют радикально другие истины. Можно ли их за это винить? В это тяжёлое время каждый искал защиты, искал смысл продолжать бороться и жить. И просто так случилось, что они нашли все необходимое для существование в темных и злых существах. В тех, кто их может уничтожить в любое время. Человек человеку волк. И не сделав ничего друг другу, им приходится обходить друг друга стороной, а столкнувшись, выгрызть право на жизнь. У маленького отряда с парочкой военных шансов против целой деревушки мало. — Может они заключили какой-то контракт? — внезапно спросила Лиза. — С чего вдруг такие мысли? — Ризли даже застыл с сигаретой у губ. — Да думаю, — она прикусила нижнюю губу и начала перебирать пальцами пуговицы на куртке. — Они живут у разлома. Такое не редкость, но они выжили по соседству с демонами, это странно, разве нет? Первые выбравшиеся из разлома твари сразу опустошают близлежащие населенные пункты. Или просто перебивают у людей в округе. Но на этих даже не нападали, иначе бы они не выглядели так спокойно. — Низкоранговым демонам плевать Фатуи перед ним или нет, — продолжил мысль Кавех. — Они нападают без разбора, как голодные звери. Их вера не спасла бы от гибели. — А я о чем? — лицо девушки буквально засияло от поддержки Кавеха. — Почему их никто не тронул? Кому на самом деле принесли в жертву этих детей? — Демоны с которыми мы встретились, не просто рядовые животные из Бездны, — Кавех говорил уверенно, даже воодушевлено. Разговор о бессмертных был его стихией и он чувствовал себя ведущим ситуации. И ему нравилось как Лиза подалась вперед, выглядывая из-за Ризли, а тот в свою очередь выкинул окурок в сторону и теперь внимательно смотрел на теолога. — Это контрактные демоны. Думаю, вы о них слышали. Те самые, которые предлагают что угодно, но взамен забирают душу. Иногда они дают срок, иногда это сделка мгновенного действия. Так или иначе, это самые коварные твари. Они знают, что и когда предложить человеку, чтобы тому было сложно отказаться. Они не берсерки, которые вырезают деревни. Манипуляторы , ложные спасители — вот, кем они являются. Вполне возможно, что Аято связан с ними контрактом. Дети не больше, чем оплата услуг. А Падшим они только прикрываются или считают, что это пойдёт ему на пользу. — Вот мразь, — Ризли потерял лицо обеими руками. Границы человеческой нравственности открывались для него с новых сторон. — Если мы сорвём сделку, они убьют Аято? — Лиза рвалась в самую суть. Кавех ухмыльнулся её предположению. Странно, если откуп приходится на чужие жизни. Такие контракты редкий вариант взаимодействия. Они ненадежны и приносят демону меньше удовольствия. Но по таким условиям они снабжают себя регулярными поставками душ. Помогаешь одному — съедаешь всех. Но для Аято это слишком хорошие условия, а такое для демона непозволительно. Их манят чужие мучения,переживания и страх. Стали бы они делать огромную поблажку для Аято, для которого есть алиби в убийстве других? Всё слишком хорошо складывается для одной стороны контракта. А демону невыгодно, чтобы кому-то, кроме него самого, было хорошо. Любая услуга — вечное проклятье. — Что-то все равно не сходится, — уже вслух озвучил свои подозрения Кавех. Часть паззла выпадала из этого уравнения. Но эта несостыковка заставила забыть о постоянном холоде, об ангелах, о том, какой он слабый перед демонической силой и что он будет первым, кто умрёт от бушующих Фатуи. Анализировать ему нравилось. Это было его стихией. Сопоставлять факты, находить общий знаменатель, выводить лишнее за скобки и рыться в своей библиотеке ума. Правда там давно был бардак. — Один из демонов не имел оболочки, что говорит о его уязвимости. Причины могут быть разные, но это сыграет нам на руку при любом раскладе, — Кавех активно жестикулировал. Он уже не замечал, как два его слушателя переглядываются с гордостью в глазах. Кажется, им самим нравилось выступить двигателем чужих размышлений. — Их было двое. Контрактники не делят добычу между собой. — Может вдвоём завалить деревню куда проще. На простое, человеческое объяснение Кавех не сдержал улыбки. Лиза с другой стороны хихикнула. Да, они обсуждали ужасные вещи, но не собирались поддаваться трауру заранее. День был изматывающим, непонятным, на фоне бесконечного серого неба и сильного ветра то в лицо, то в спины. А после приказа Капитано общаться не хотел никто. Стало казаться, что одна неверная фраза может обратить всё в пыль. Лиза всегда стремится разрядить обстановку и всех объединить. Но так же хорошо как в сплочении, она разбирается и в личном пространстве, по крайней мере, в большинстве случаев. Поэтому насильно не навязывала остаток дня командный дух. Ризли был воплощением простого подхода к жизни. Без лишних переживаний, пока того не потребует ситуация. И с ними двумя Кавех чувствовал себя особенно комфортно. — Всё это так странно. Завтра днём стоит всё расписать. Визуализация данных всегда помогает структурировать их разумно, а не пытаться собрать в какой-то воздушный замок из домыслов. Правда Кавех уже понимал, что просто так не уснёт. Мозг постоянно будет искать ошибку в происходящем и стараться её объяснить. — Пива бы, — выдал Ризли и потянулся массивным телом на пластиковом стульчике. — В баре посидеть, с простыми людьми о простых вещах поговорить. Помогает же. — Боже, — Лиза хихикнула. — Я помню как ты напился после разлома у гор Ли Юэ, — она снова выглянула из-за плеча Ризли, чтобы видеть Кавеха. — Он отправил в рабочий чат сообщение, где всех нас послал прямо из караоке. И сказал, что лучше будет всю жизнь петь сопливые романсы, чем кататься с нами и заделывать разломы. — Ты подрываешь мой авторитет, — заговорчески прошипел Ризли. — А уже через три часа сидел возле моего отельного номера. Когда я открыла, он тут же побежал в туалет и его рвало несколько часов, — Лиза победоносно сложила руки на груди. Ризли закатил глаза и перевёл взгляд к тёмному небу, на котором было ничтожно мало звёзд. — Медик он везде медик. — Да с таким медиком проще умереть, — не остался в долгу Ризли. Теперь он повернулся к Кавеху, чтобы поведать свою правду. — Она расплакалась, когда на одном из заданий я сломал руку. — Это было второе наше совместное задание, — она громко вскрикнула. Кавех начинал хохотать в голос. — Я переживала за тебя. И за то, что травматология моя отстойная сторона. — Она думала я останусь инвалидом до конца жизни. — Боже, — она резко вскочила со стула. — Ты просто невыносимый иногда. Ты в курсе? На нём как на собаке всё заживает вот и пользуется этим. Везде найдёт приключения на свои конечности. — Может это проявления доверия тебе? — сквозь смех спросил Кавех. — Да он перепроверяет даже таблетки от головы, которые я ему даю. Лиза начала собирать стул. Все понимали, что она обиделась не всерьёз. Она просто не могла. Она не злилась на колкости Скарамуччи, который никогда не заморачивался с тем, чтобы высказаться помягче. Она снисходительно относилась к затеям Венти и часто их поддерживала. Её не задевала холодность Капитано. В Лизе было неизмеримое количество человеческого тепла, которое она не стеснялась отдавать каждому. И никогда не рассчитывала получать его в ответ. Её главным достоинством было то, что она оставалась светлым человеком в этом непроглядном мраке. И собой же освещала дорогу всему отряду. Когда она собиралась, Кавех заметил тёплый взгляд Ризли. Это могло бы быть чем-то большим, чем просто дружба. Возможно, больше, чем любовь. Связь на ином уровне, которую он не мог осознать. Но замечая её в деталях, в душе было спокойно. Эти странные узы делали отряд не просто сборищем специалистов. — Долго не сидите, спать пора. Лиза ушла к костру. Ризли переглянулся с Кавехом и они скромно посмеялись с неё. — Знаешь, ты всегда можешь поговорить с нами, — вдруг сказал Ризли. — Не нужно тащить это всё в одиночку. — Я знаю, — заставил себя ответить Кавех. Несмотря на эту идиллию, которая странным образом существовала между этими разными людьми, он всё ещё держался на расстоянии. Новенький — клеймо в любом возрасте и в любой обстановке. И Кавех не мог от него избавиться, чувствуя себя чужим паззлом в единой картине. Он прикладывал немало усилий, пресекая очередные попытки оградить себя от отряда. Они к нему тянутся, ничего не стоит подать руку в ответ. — Знать мало, — Ризли подмигнул теологу. — Теория бесполезна без практики. Мы гораздо меньше знаем об ангелах, демонах и всех последующих от них существах. И может не дадим тебе знания, но рассуждения тоже вещь неплохая. Пока ты всё усложняешь, наш незнающий мозг думает облегченно, а у самых сложных загадок самое простое решение. Ризли не пытался казаться умным наставником, который на всё прольёт свет. Он просто был собой. Тем, кто готов прийти на помощь, поговорить по душам, не спрашивать и промолчать когда нужно. Залезть в душу, но на самом краешке, не заходя в слепые зоны. Он уважал чужой комфорт и никто не знал где заканчивается его собственный. Возможно, поэтому никто не мог на него злиться или спорить с ним. Потому что Ризли, казалось, знал каждого и ему ничего не нужно было доказывать с пеной у рта. Он также прекрасно осознавал положение Кавеха. И через такие шуточные беседы приглашал стать частью отряда. Позволял ему быть не просто наблюдателем, а прямым участником. Это задевало струны души Кавеха и не могло оставить равнодушным. Кавех провожал спину Ризли с внутренним умиротворением. Временным правда. С рассветом жизнь снова преподаёт им урок: не расслабляйтесь. По закону фильмов ужасов, стоит им только расслабиться, поверить в счастливый конец, как монстр нападёт со спины и перебьёт каждого без шансов на выживание. Вот во что превратилась их жизнь. И за три года никто так и не понял как это прекратить.