Теперь навсегда, мой Майк.

Прозвучал жалобный скрип петель и дверь начала медленно открываться внутрь. Яркий свет из коридора резко ворвался в полумрак комнаты, резанув Уилера по зрачкам и заставив зажмуриться. В проеме возник темный силуэт. Он сделал шаг внутрь, и дверь за его спиной медленно вернулась на свое место, снова погружая помещение в тусклый полумрак. Майк щурился, пытаясь сфокусировать зрение чтобы разглядеть лицо похитителя. Когда силуэт сделал еще один неуверенный шаг, черты вошедшего начали обретать очертания. Майк почувствовал, как его сердце пропустило удар, облилось кровью, а затем забилось где то в горле. Это был Уилл. Он узнал бы это лицо где угодно, даже спустя тысячелетия. Они не разговаривали, наверное, с седьмого класса. Раньше они дружили, но в средней школе Майк скорешился с "крутыми ребятами" – стал своим в компаниях постарше, начал курить за школой и ходить на вечеринки к старшеклассникам, начав забывать про Байерса. Уилл же, наоборот, стал тише, незаметнее. Потеряв друга он будто стал невидимкой, растворился в коридорах, пока однажды не исчез из школы совсем. Пустили слух, что он мертв. Его никто не искал. Уилл просто стерся из реальности Майка, будто бы его никогда и не существовало. А теперь он стоит здесь. Живой, как раньше. Или почти как раньше. Он сильно изменился. Уилл, конечно, всегда был бледным, но сейчас эта бледность казалась болезненной, под глазами были огромные мешки, а взгляд был пустым. Шатен замер на пороге, его взгляд скользнул по лежащему на полу Майку. Секунду он просто смотрел, и в этой тишине Майк слышал лишь биение своего сердца. Когда они встретились глазами с Майком, зрачки Уилла вспыхнули, а лицо преобразилось. В них промелькнуло что то живое, что выглядело пугающе неуместно. Лихорадочный блеск в глазах сменился искренней, детской радостью. – Майк, ты уже очнулся! — выдохнул Уилл, и его голос дрогнул от неподдельного счастья. Он сделал шаг вперед, полностью игнорируя фигуру Оди, лежавшую у стены около его ног. Байерс рванул и упал на колени рядом с Майком. По спине брюнета пробежал табун мурашек, ступор сковал и тело и разум. "Это точно Уилл? Неужели это он меня похитил? Зачем? Для чего ему похищать меня и какую то странную девчонку? Это розыгрыш? Галлюцинации? Бред. Ему незачем этого делать. Это просто не укладывается в голове. Полный абсурд. Уилл всегда был тихим, безобидным. Мы же были друзьями." – Уилл?.. — прохрипел Майк, но прежде чем он успел продолжить, Уилл схватил его за плечи и резко дернул вверх, притягивая к себе для объятий. В ту же секунду Майка окатила волна агонии. Боль в позвоночнике, которая до этого просто ныла, превратилась в единую ослепляющую вспышку, которая рассыпалась на тысячи раскаленных искр, пробегающих по нервам. Майк не смог даже закричать – из горла вырвался лишь сдавленный, булькающий всхлип, перерастающий в стон. В попытках избежать боли его тело выгнулось дугой в руках Уилла, но мышцы свело судорогой, а сам он обмяк, сотрясаясь мелкой дрожью. Уилл тут же разжал руки, и Майк, не в силах контролировать себя, рухнул обратно на пол. Падение отозвалось новой волной агонии. Тело скрутило в позу эмбриона, и, подтянув колени к груди насколько позволяли веревки, он замер, боясь пошевелиться, в попытках заглушить пульсацию в спине. Дыхание перехватило, в глазах потемнело. Уилл замер, склонившись над ним. Он стоял неподвижно, ни слова не говоря, просто смотрел вниз. Тишину нарушали лишь сдавленные стоны Майка. Не было ни извинений, ни испуга, лишь пустое молчание. Через пару секунд Уилл резко выпрямился и, словно только что вспомнив о ее существовании, повернул голову туда, где находилась Одиннадцать, вжимаясь в стену и наблюдая за этой сценой. Выражение лица парня изменилось мгновенно. Искреннее беспокойство исчезло, сменившись холодным, отстраненным равнодушием. – А, — его голос стал абсолютно плоским, лишенным интонации. Он произносил слова с безжизненным тоном, – Ты тоже очнулась. Оди смотрела на него, пытаясь вспомнить и не решаясь вступить в диалог. Она видела его, возможно, впервые, а может просто не обращала на него внимание. Все де она перешла в их школу как раз незадолго до того, как Уильям окончательно перестал посещать уроки. Уилл неторопливо подошел к ней. Джейн инстинктивно попыталась отодвинуться, но веревки не дали ей этого сделать. Байерс присел перед ней на корточки, уперев локти в колени. Какое то мгновение он просто смотрел на ее лицо, склонив голову набок, а затем он наклонился вперед и что то шепнул ей на ухо. Майк, корчившийся от боли в паре метрах от них, не мог разобрать ни слова. Он видел только то, как лицо девушки мгновенно меняется. Сначала в нем читалось непонимание, потом удивление, ужас. В глазах Майка снова начало темнеть, на этот раз быстрее. В ушах нарастал звон. Голова закружилась, к горлу подступила тошнота, а сердце колотилось где то в висках. Он с трудом приподнял голову, пытаясь сфокусировать взгляд на происходящем. Силуэты Оди и Уилла плыли и двоились, перед глазами проступила цветная рябь. – Уилл... — прохрипел Майк, но из горла вырвался лишь слабый шепот. Уилл резко выпрямился и бросил быстрый взгляд на Майка, затем снова посмотрел на Оди. Не сказав больше ни слова, он развернулся и быстрым шагом направился к двери. – Уилл! — попытался окликнуть его Майк из последних сил, но получилрсь слишком тихо, чтобы Байерс услышал хоть что то. Последним, что увидел Майк перед тем, как снова отключиться, был свет от распахнутой двери, который постепенно становился все тусклее.