Остролист и Тис

Краткое описание: день рождения. Примечание автора: АРКА ДЕТСТВА (с 1 по 15 главу). Ждите милоту ахах <3 Примечание переводчика: строки из песни Benny Sings «Champagne People»

***

Вечеринка у Марлоу оказалась ужасно скучной — как, впрочем, Том и предполагал. Да ещё и девчонка по имени Уинифред, с которой пришлось танцевать, явно решила оттоптать ему все ноги. — Прости пожалуйста, — извинилась Уинифред четвёртый раз подряд. — Песня такая весёлая, не могу удержаться от пляса! Том спешно прикусил язык, чтобы не нагрубить — но очень хотелось. Гарри в пару досталась Амелия, которая наоборот так боялась наступить ему на ногу, что даже ни разу не взглянула на своего партнёра. Заиграла следующая песня, и ребята решили немного передохнуть и подкрепиться. На закуску предлагался пунш и сэндвичи. Том попытался уговорить друга поесть хоть немного, однако Гарри покачал головой. — Столько всего случилось, что живот разболелся. Не хочу кушать. Зато согласился на напиток, так что мальчики прислонились к стене и, потягивая пунш, прислушались к музыке: играла джазовая композиция вперемешку с каким-то классическим произведением. Друзья молча наблюдали, как Лейланд докружил партнёршу, — блондинку в платье из розовой тафты — и та бросилась к подружке, что-то возбуждённо стрекоча. Внезапно обзор загородил Марлоу: вскинув брови, он спросил у Гарри: — Чего не танцуете? — Просто решили чуток отдохнуть, Оливер, — отозвался мальчик. — Как вам пунш? — не отставал Марлоу. — Вкусный, — вклинился в разговор Том. Марлоу помахал блондинке в тафте, и та подошла к ним. — Гарри, я же ещё не познакомил тебя с сестрой? Джейн, позволь представить моих друзей: это Гарри Фэй и Том Риддл, — заявил Оливер. — Приятно познакомиться, мисс Марлоу, — Гарри шутливо снял вымышленную шляпу. — Взаимно, — просияла девочка. — Только зовите меня Джейн. Братишка столько о вас рассказывал! — Надеюсь, только хорошее, — протянул Том, вскинув бровь. — Конечно, — заверила его Джейн. — Спасибо за приглашение, — улыбнулся Гарри. — Вам спасибо, что пришли! — ответила девочка. — Джейн ходит в школу Святой Сесилии, — добавил Марлоу. Они немного поболтали о всяких пустяках, пока внимание Джейн не привлекла русая девочка. — Ой, простите, мне пора: Алиса зовёт, — улыбнулась Джейн. — Здорово было познакомиться с вами! Мальчики согласно покивали. — Алиса — сестра Эдварда, — смущённо пояснил Марлоу, когда Джейн отошла подальше. Заиграла новая песня. Вальс Чайковского «Спящая Красавица». Оригинал, не фортепианная интерпретация! — Том, — шепнул Гарри и схватил друга за рукав рубашки. — Извини, мы отойдём ненадолго, — бросил Том, приобнимая Гарри за плечи. — Честно-пречестно, Оливер, мы скоро вернёмся, — пообещал мальчик. Марлоу равнодушно пожал плечами и пошёл к другим гостям. Оказалось весьма непросто найти укромное местечко, где была бы слышна музыка. Но поиски стоили того. Один-единственный чудесный танец стал венцом этого глупого и посредственного вечера. Том остался доволен, хотя тур вальса пришлось провести в гардеробной. Вскоре они с Гарри вернулись в зал, потанцевали с незнакомками и устало сели за угловой столик. — Точь-в-точь бал Золушки, — сонно проговорил Гарри. — Так красиво. Танцевальный зал и правда был выше всяких похвал: с потолка свисали фонарики и цветочные венки, колонны сверкали позолотой. Том живо представил, как они с Гарри создадут целую галактику из шариков света, когда сами однажды устроят бал. Шарики взмоют под самый потолок и дружно лопнут, осыпая гостей блёстками. — «Золушка» — твоя любимая сказка? — с искренним любопытством спросил Том. Гарри кивнул и опустил голову на руку. — Глупо, наверное, но эта сказка — моя мечта. — Ты мечтаешь жениться на принцессе, которая спасёт тебя от злобных родственников? — Том не скрывал ревнивых ноток. Ага, конечно: он не позволит Гарри жениться! И не собирается делить лучшего друга с какой-то женщиной. Всё равно Гарри не нужен никто, кроме Тома: он и рядом всегда будет, и защитит, и окружит заботой. Том будет не хуже жены — по крайней мере, постарается изо всех сил. Будет дорожить Гарри, не посмотрит ни на кого другого. Тогда Гарри и не захочет себе жену — зачем? — Да дело же не в свадьбе, — смущённо улыбнулся Гарри. — Суть в другом. Важно всегда оставаться добрым. Даже когда тебе тяжело — особенно когда тяжело. Я всегда верил, что если буду добр к миру, однажды доброта вернётся ко мне сторицей. Сбылось. Гарри взял Тома за руку и запечатлел на дрогнувшей ладошке поцелуй. Том густо покраснел, когда вдруг понял, что стал для друга долгожданным счастьем. Мальчик нервно закашлялся, чувствуя, как горят румянцем щёки. Конечно, доброта — это сентиментальная чушь, как раз в духе Гарри — Святого Покровителя Всея Сирых и Убогих, чей девиз «Исцеляю — значит, существую», но глупо отрицать, что Тома ни капельки не тронули слова друга. Тронули: ещё как, до самых костей, прошили плоть насквозь и достигли самого сердца. На такое был способен один лишь Гарри. — Какие ещё у тебя любимые сказки? — спросил Том, не зная, как ответить на откровение Гарри. Он тоже опустил голову на руку. Устал до безумия. — «Спящая Красавица», «Гензель и Гретель», «Красавица и Чудовище». А, и «Гадкий утёнок», конечно. — Почему «конечно»? — удивился Том. — Что в этой сказке такого? — Да ничего, просто она самая любимая. — Почему? — Мне тоже всегда казалось, что я чужой в своей семье. А ещё… ещё я верил, что однажды приму себя таким, какой я есть. Как же Тому хотелось сказать: «ты уже прекрасен, Гарри, невообразимо, неописуемо». Добавить: «ты уже лебедь — мой лебедь». Предложить: «мы можем точно лебеди остаться вместе навсегда». Прошептать: «я подарю тебе корону из белоснежных перьев». Но, конечно же, всего лишь промычал что-то невразумительное и умолк. Гарри задремал прежде, чем Том смог как-то оправдать своё косноязычие. Впрочем, он и сам жутко вымотался, но не смыкал глаз — бдел за окружением. Слишком уж много они с Гарри сегодня колдовали. Это сравнимо со спортом — если перестараться, то заболят мышцы, и даже самые простые занятия покажутся безумно сложными, пока не отдохнёшь. Магия разума была для мальчика внове. Тому никогда прежде не доводилось вот так узнавать чужие секреты. Интересно, получится снова? Или такое возможно только когда жизни угрожает страшная опасность? Надо будет обязательно рассказать всё Гарри. Когда праздник подошёл к концу, их нашёл Марлоу — исполнять обещание. По приходу Гарри сразу упросил мальчика подвезти их до приюта. Том легонько тряхнул друга за плечо. Гарри заворчал, недовольный ранним пробуждением. Забавно, он всегда был так мил и приветлив, что Том искренне наслаждался каждым мигом раздражения или злости. Гарри дулся до тех пор, пока Том не предложил покатать его на спине. Брюзга исчез без следа, явив мальчика с самыми горящими надеждой глазами. — Не шутишь? — уточнил он. — Я не разбрасываюсь словами попусту, — заявил Том. — Всю жизнь об этом мечтал, — сонно пробормотал Гарри. — Дядя частенько катал Дадли, а я страшно завидовал. И снова я первый, с потаённым восторгом подумал Том. Ему хотелось стать для Гарри первым во всём. Вольготно устроившись на спине Тома, Гарри снова задремал. Сопел в плечо друга, пока тот шёл к машине родителей Марлоу вместе с Оливером. — Не припомню твоих родителей на вечеринке, — заметил Том. — Они были в соседнем зале вместе с другими взрослыми. С одной стороны, не хотели оставлять нас с Джейн совсем уж без присмотра, но с другой, решили дать нам возможность свободно болтать и танцевать с друзьями. — Здорово придумано, — похвалил Том. Марлоу смущённо пожал плечами. Наконец мальчики остановились у машины. На секунду Тому стало не по себе от мысли, что снова придётся ехать с незнакомцами. Вот только выбора у них не было. Том глубоко вздохнул. Джейн Марлоу уже сладко спала, прислонившись щекой к окну. Пришлось Тому будить Гарри — времени это заняло немало, — и мальчики забрались в машину. Да, было тесновато, но всем удалось поместиться, а Гарри в итоге устроился на коленях Тома. Мальчик быстро уснул, уткнувшись макушкой в чужую шею. Чёрные кудряшки щекотали щёку Тома. — Мистер и миссис Марлоу, огромное вам спасибо, что согласились подвезти, — вежливо поблагодарил чету Том. -Да мы не против.Только скажи, солнышко, где вас высадить? — спросила миссис Марлоу. Том помедлил. Не хотелось бы, чтобы беззаботные богачи вроде Марлоу узнали, в какой дыре они с Гарри живут. Нет ничего противнее жалости. Но куда ещё им ехать, как не в приют? — У школы Святого Джеймса, если можно, — внезапно выдал Том. Стоило обдумать место заранее. — Уверен? — удивился мистер Марлоу. — Знаешь, нам было бы спокойнее довезти вас до самого дома. — Мы живём в двух шагах от школы, — заверил его Том. — Ну, раз ты настаиваешь… — мистер Марлоу был не очень доволен, однако спорить не стал. Остаток пути они проехали молча — все устали от шума и танцев. Том наслаждался теплом спящего Гарри. Зарылся носом в непокорные кудри и обнял мальчика за талию, чтобы тряска не потревожила его сон. Марлоу высадили Гарри и Тома у школы и радостно помахали им на прощание. Повезло, что они тоже жили неподалёку, и незапланированная поездка ничуточки их не обременила. Только выйдя из машины, Том смог вздохнуть спокойно. Снова водрузив друга на спину, он пошёл в сторону приюта. Гарри так и не проснулся, но всё равно крепко-крепко прижимался к Тому. Несмотря на усталость, мальчик был счастлив наконец отнести Гарри домой. Благо, миссис Коул оставила ворота открытыми. Том задвинул тяжёлую щеколду и побрёл к зданию. Миновал лестницу и отворил дверь в их комнату. Мальчик опустил Гарри на кровать, быстро переоделся в пижаму, а затем разбудил друга — пусть тоже переодевается. Такие хорошие костюмы жаль измять подчистую. Напоследок Том взмахом руки потушил свечи, заботливо оставленные миссис Коул, бухнулся в кровать рядом с Гарри и крепко уснул.

***

На следующий день, отсидев церковную службу, Том не отрывался от радио: рисовал и краем уха слушал новости. Гарри убежал на улицу сыграть с ребятами в крикет — первая партия в этом году! Вот только от долгой разлуки Том неминуемо разнервничался. Он и раньше любил быть рядом с другом, но после вчерашнего едва не паниковал. Пришлось сосредоточиться на магической связи, тонкой ниточкой тянущейся к Гарри, чтобы хоть немного успокоиться. Не стоило поддаваться искушению и бросаться на его поиски. Том выудил из шкафа коробку из-под печенья, где прятал свои трофеи. Высыпав содержимое на кровать, мальчик аккуратно разложил коллекцию в ровный ряд, потом смешал и составил трофеи по-новому. Это здорово успокаивало. Долгожданную новость объявили в два часа дня. …Полиция продолжает расследование автомобильной аварии, произошедшей вчера, около шести вечера. Выяснилось, что погибшим является Лари Уильямс, автомеханик тридцати шести лет. Мистер Уильямс возвращался домой на машине, отданной ему на ремонт. Полиция подозревает, что причиной взрыва стала неисправность двигателя, однако найденная обгоревшая сигарета позволила следствию допустить возможность суицида… Том резко выключил радио, безумно улыбаясь. Тот мужчина мёртв и точно больше никогда до них не доберётся. Хоть бы он страдал перед смертью! Стоит ли говорить Гарри? Вдруг обрадуется, что этот мерзавец больше ни одного ребёнка не тронет. Хотя Гарри мог и ужаснуться, что стал причиной чьей-то смерти. Вот Том ни капельки не жалеет. Наоборот, он счастлив донельзя. Тот подонок заслужил смерть. Сам ведь собирался их убить, так почему они должны были колебаться? Если Гарри спросит прямо, Том врать не будет. Но и напоминать лишний раз о случившемся не станет. Убрав трофеи обратно в коробку и прихватив с собой дневник, мальчик пошёл во двор, чтобы порисовать. При виде друга Гарри радостно помахал ему. Том чинно кивнул в ответ. От других мальчишек Гарри отличала редкостная грациозность. Он точно был прирождённым спортсменом: забивал мячи чаще, прыгал выше и бегал куда быстрее сверстников. А ещё целиком и полностью отдавался игре, не боясь испачкаться, так что волноваться за сохранность одёжки приходилось Тому. Но всё равно, наблюдая за игрой друга, Том разве что не раздувался от самодовольства: вся эта грациозность, гибкость и атлетизм принадлежали исключительно ему. Постепенно мальчишки разбрелись по комнатам — пора было доделать домашнее задание. А вот они с Гарри не стали откладывать дела на выходные и расправились с домашкой ещё в пятницу. Гарри подошёл к Тому и сел рядышком, даже не заметив, как тот быстренько захлопнул дневник: не хватало ещё, чтобы друг увидел, кого Том рисовал! — Том, а хочешь попить чаю со мной и Лунатиком? — предложил Гарри. Ах да. Чаепитие — новое увлечение Фэя после прочтения сказки Кэрролла «Алиса в Стране Чудес». — Только если потом мы сыграем в шахматы, — заявил Том. — Сколько партий? — поинтересовался Гарри. — Три, — решил Том. Гарри тяжело вздохнул. — Но тогда потом мы будем биться на мечах! — Сколько поединков? — тут же спросил Том. — Давай тоже три, — отозвался Гарри. — Но! Если у кого-то сломается ветка, это новым поединком не считается. — Ладно, только ты ещё поплаваешь со мной перед ужином. — По рукам, — кивнул Гарри. — По рукам, — Том протянул ладошку. Друзья сцепились мизинцами, скрепляя обещание, и побежали к кухарке, чтобы выпросить у неё посуду и воду: потом останется лишь притвориться, будто они взаправду пьют чай.

***

Через несколько дней, в пятницу, сбылся худший кошмар Тома. Они с Гарри как раз завтракали, когда подошла миссис Коул. Гарри прихлёбывал чай, совершенно измученный страшным сном. После пережитого в подвале его каждую ночь одолевали кошмары, становясь всё ужаснее и изощрённее. Миссис Коул коснулась плеча мальчика, и тот испуганно вздрогнул, обливаясь горячим чаем. Однако директриса этого будто и не заметила. -Гарри! У меня чудесные новости. Завтра у тебя встреча с приёмными родителями, — сказала она. Друзья замерли. К горлу Тома подкатила тошнота. К Гарри ещё ни разу не приходили знакомиться. Когда Том был помладше, то пользовался спросом, но постепенно встречи сошли на нет: как только миссис Коул заметила, что с ребёнком творится что-то неладное. — Чего? — выдохнул Гарри. — Одна пара захотела с тобой познакомиться, — объяснила миссис Коул. — Они обратили внимание на твою набожность, частое посещение церкви и восхитились твоими оценками. — На мою… набожность? — непонимающе переспросил Гарри. — На твои искренние молитвы, дитя. Не будь Том так испуган, рассмеялся бы в голос. Во время церковной службы они с Гарри украдкой обменивались записками и корчили рожицы, когда преподобный Смит заявлял что-то совсем уж ханжеское. Да в Гарри набожности меньше, чем в форели! — Нет, спасибо, миссис Коул, но я не пойду, — вежливо отказался Гарри. Директриса изумлённо вытаращилась на него. — Не смеши меня, дитя. Здесь, в приюте, твоя главная цель — обрести любящую семью. Нет, — зло подумал Том, — его цель — навсегда остаться со мной. — Но я не хочу, чтобы меня усыновили, — возразил Гарри. — Хочу остаться здесь, с Томом. — Никого не волнует, чего ты там хочешь! — выпалила миссис Коул. — На деньги, вырученные с твоего усыновления, можно помочь любому другому ребёнку. Гарри замер. Как же Тому хотелось швырнуть кружку в стену. Миссис Коул всё же сумела подобрать слова, чтобы уговорить Гарри встретиться завтра с потенциальными родителями. — Ты никуда не пойдёшь, — заявил Том, как только миссис Коул ушла. Однако Гарри промолчал. — Сам же сказал, что никогда меня не бросишь, — прорычал Том. — Значит, соврал? Гарри покачал головой. — Я что-нибудь придумаю, Том, обещаю. Должно быть какое-то решение, — ответил он. — Да, например, ты приходишь и делаешь всё возможное, чтобы они не захотели тебя усыновить. А лучше — веди себя настолько ужасно, чтобы миссис Коул больше не захотела никому тебя показывать! — яростно потребовал Том. — Неплохой вариант, — согласился Гарри. — Но я всё же хочу найти собственный путь. — Не нравится мне, когда ты так говоришь, — нахмурился Том. — В прошлый раз эти придумки чуть в могилу тебя не свели. Гарри демонстративно закатил глаза, будто Том излишне драматизирует. Вот засранец! — Сколько ни злись, любовь моя, мне нравится всё делать по-своему, и этого пути я буду придерживаться, — безжалостно возразил Гарри. С вызовом! Подлый приёмчик. Впервые Гарри назвал его так ласково — любовь моя, с ума сойти — во время ссоры. Лицо Тома вспыхнуло от счастья и гнева одновременно. Кто бы мог подумать, что такие чувства могут идти рука об руку. — Это мы ещё посмотрим, — разозлено процедил Том. — Миссис Коул! Том и Гарри опять шипят друг на друга! — пожаловались с соседнего стола, где сидели ребята постарше. Том бросил на девочку по-настоящему злой взгляд, и та испуганно съёжилась. — Простите, миссис Коул. Мы опять играли в змеек, — отозвался Гарри и вернулся к завтраку. Директриса раздражённо покосилась на мальчишек, но ругаться не стала — видимо, их постоянные выходки её утомили. А вот поначалу, когда они случайно заговаривали перед миссис Коул на змеином языке, то здорово отхватывали розгами за дьявольщину. Как-то раз директриса даже хорошенько вымыла им обоим рты с мылом! Но, в конце концов, сдалась. Весь оставшийся день Том вымещал своей гнев на Гарри, изводя бесконечными придирками. То заново перевязал ему галстук-бабочку, то одержимо поправлял ему воротник рубашки, следил за тем, как друг стоит, держит ручку и даже с кем разговаривает. Изумрудные глаза Гарри пылали от ярости, но мальчик послушно терпел, будто знал, что если начнёт спорить, всё станет только хуже. Том понимал, что доводит друга до белого каления, но ничего не мог с собой поделать. Чем больше Гарри дозволял, тем больше требовала ненасытная тьма, прячущаяся у него в сердце. Том выбрал за друга блюда на ужин и одежду, потратил целых пятнадцать минут, чтобы причесать и уложить каждую непокорную кудряшку, пока Гарри спокойно сидел и не возражал. Затем Том заставил друга делать вместе домашку по истории, выбрал за него книгу для чтения, и обнимал так крепко, как только хотелось, не боясь сделать больно или показаться слишком навязчивым. Вроде должно было быть неприятно — всё же это наказание для Гарри. Однако Том искренне наслаждался каждой минутой. Наконец-то он позволил своей одержимости расправить крылья после долгого заточения в клетке. Том с радостью проводил бы так каждый божий день, если бы только Гарри позволил. Контролировал бы весь его мир. После ужина терпение Гарри наконец-то лопнуло. — Я не кукла! — рявкнул он, когда Том взялся закатывать длинные рукава его пижамы. Изумрудные глаза выцвели и посерели от недовольства. Том послушно отступил. — Порой я мечтаю об этом, — признался он, собственнически поглаживая кудри Гарри. — Тогда я спрятал бы тебя в самом безопасном месте, где никто не найдёт и не отберёт у меня. Гарри изумлённо распахнул рот. — Том, — процедил он и отпихнул руку друга подальше от своих волос. — Я не собираюсь врать, — холодно отозвался Том. — И не виноват, что тебе не по душе правда. — А вот я мечтаю о том, чтобы ты мне доверял, — хмуро заявил Гарри. — Доверие нужно заслужить, — огрызнулся Том. Изумрудные глаза потухли от колючих слов. — То есть, я не заслужил? — Ты говорил, что у тебя свой путь, так давай я перечислю твои гениальные решения, — предложил Том. Он снова заговорил на английском и принялся загибать пальцы. — Ты морил себя голодом и в итоге загремел в больницу, потому что делился едой с детьми в Берке. Лечишь других за счёт своего здоровья. Рискуя жизнью, воскресил чёртового кролика Билли. Спустился один в тёмный подвал, потому что решил, будто кто-то поранился. Знаешь, ты явно не в состоянии о себе позаботиться, так что помолчи и не мешай. — Том! — возмутился Гарри. — Хочешь поспорить? Мальчик затих. Судя по всему, он искренне раскаивался. — Прости. Сам понимаю, что давно взорвался бы, сделай ты хоть половину из того, что перечислил. — Тогда будь благодарен за мою заботу, — велел Том, прищурившись. Он коснулся щеки Гарри, а тот наклонился и поцеловал его в запястье, утихомирив бурю гнева. — Я просто хочу быть хорошим, — торжественно возвестил Гарри и переплёл их пальцы. Том по-прежнему не отнимал руку от его щеки. — Да ты уже хороший, — сказал Том. — Не нужно постоянно это доказывать, рискуя жизнью и здоровьем. Гарри надолго замолчал. — А я думал, что ты злишься из-за завтрашней встречи, — пробормотал он, неловко меняя тему разговора. Да уж, похоже Гарри ещё не может принять правду. Ничего, Том продолжит повторять до тех пор, пока он не запомнит — пока не преодолеет пережитое в семье насилие, заставившее поверить, будто его жизнь — ценнейшее сокровище — ничего не стоит. — Да не злюсь я, переживаю только, — признался Том. — Никогда и никому не позволю разлучить нас. — Я тоже, — согласился Гарри. — Вот поэтому я и придумал план. — И какой же? — с любопытством спросил Том. Глаза Гарри засверкали, точно две огромные галактики. — Сводничество! — взволнованно объявил он.

***

Примечание автора: Том: я сделаю для Гарри всё, что сделал бы муж. Буду заботиться, любить, мы будем жить вместе. Я: ага, потому что ты и так его будущий муж, дурачок. Том становится сентиментальным и поэтичным, когда сонный или пьяный (но это потом), и этот хэдканон я унесу с собой в могилу. Надеюсь, вам понравилась глава и то, что она вышла посреди недели! Примечание переводчика: Спасибо за терпение, мои драгоценные!