ВЕДЬМА

— Видок у тебя, конечно, не фреш. Заболел? — на деревянную скамью опускается лёгкое, воздушное тело, принадлежащее неизменному товарищу, брату, соулмейту и, как говорят в народе, лучшему другу — Пак Чимину. Утро воскресенья предвещало важную встречу двух ведьм, ради которой светловолосый приехал аж на другой конец города. Судя по тревожному звонку Тэхёна, того что-то серьёзно беспокоило и это что-то нужно было срочно обсудить, но разговор был явно не телефонного характера. — Спасибо, что приехал. Насчёт внешнего вида, — Тэхён потер переносицу, — Да, в последнее время плохо сплю. Ты взял гримуар? — Тэхён приветственно обнимает друга. — Само собой. Но что стряслось, Тэ? Почему дело не требует отлагательств? И зачем тебе мой гримуар? А, и самый важный вопрос, — нервно оглядывается по сторонам блондин, — Какого хрена мы забыли в церкви? Пак чересчур эмоционально проговаривает последние слова так, что на них оборачиваются прихожане с передних рядов, грозно шикая. — Прошу прощения. Мой друг атеист. — Тэхен, невинно улыбаясь, сглаживает ситуацию, на что Чимин малость прыскает со смеху. Отчасти это правда. Найдите хоть одну ведьму, уверовавшую в бога, и вы серьёзно ложанёте. Истина в том, что ни одна ведьма в бога не верит. И не потому, что отрицает его существование, нет, он вполне реальный дядя. Просто бог ведьме не помощник, а ведьма богу не слуга. — Давай по порядку. С конца. — Тэхён ерошит волосы, — как говорят? Церковь — это убежище от злых сил? — Тогда очень странно, что мы с тобой вообще смогли переступить её порог. — Мы с тобой и не злые. — И не хорошие. — замечает Пак, — так что вопрос о проведении шабаша все так же актуален. — Не знаю как объяснить. Почему-то, когда я думал о том, где нам встретиться, в голову пришло именно это место. — Ведьмина интуиция? Что-то вроде неё? — Да, что-то вроде. — Ладно, а что насчёт гримуара? — Забыл взять с собой свой, а возвращаться домой не хочется. — Тэхён поддевает рукой шерстяной рукав жакета. Глаза Чимина замечают яркий синяк, обвивающий запястье, — а это основная проблема не терпящая, как ты сказал, отлагательств. — Что это такое? — Чимин глазеет на руку друга в непонятках. — Это сделал мой смертный. — Чонгук?! В ответ с соседних сидений на них вновь злобно шипят, ну в самом деле, будто змеиное логово. Тэхен вновь просит прощения и шепчет Чимину, чтобы тот был потише, иначе их, вероятно, отсюда вышвырнут. — Да, это он. — Как-то даже не верится. Он бьёт тебя? Милашка Гуки? — Нет, что ты. Если бы он хоть раз меня ударил, то получил бы самое мощное проклятие до пятого колена. — Я бы до седьмого добавил, — пытается поддержать друга светловолосый, — так что тогда случилось? — Последнюю неделю он ведёт себя странно. Не так, как обычный Чонгук, которого я знал. Если честно, будто бы я живу совсем с другим человеком. Он стал странно смотреть на меня. И этот взгляд, будто под кожу мне впивается. Он странно реагирует, когда я ухожу, постоянно названивает, вечно опекает. Когда мне нужно на работу или, наоборот, домой, он настаивает на том, чтобы он лично отвозил меня и забирал. О такси и речи быть не может. Он бдит за мной, будто мама-утка, только в миллион раз агрессивнее. Хамит и бросается на мужичин, которые просто спросили у меня, как пройти до Хондэ. — Вот это да… — Мало того, я почти не могу побыть с собой наедине. Он будто может найти меня в любой точке города. Он ругает меня за то, что я не отвечаю на звонки, но я не хочу! Хочу побыть один. И только я выдыхаю спокойно, как вижу, что он уже выходит из машины и бежит ко мне. Мы стали постоянно ругаться! Я даже яд ему в еду подсыпал, чтоб Чон слег с лёгкой диареей, а я бы мог спокойно погулять денёк-другой, но нет, его не берет ни одно зелье! Я уже стреляться готов! — Черт возьми, Тэхен. — у рядом стоящей бабки, кажется, случился инфаркт от упоминания Чимином черта, — а как у вас в постеле? Вы эту неделю спали вместе? — Я не хочу. На удивление, вообще не хочу секса, ни то что с ним, ни с кем не хочу. А он и не просит. Только целует и обнимает все так же, прижимает к себе во сне, будто я убегу. — Странно это все. А гримуар? — Гримуар мне нужен для того, чтобы узнать побочный эффект привораживающего заклинания. В своей книге я ничего толкового не нашёл. — Ну да, я всегда среди нас двоих был более упорным учеником. — Ой, заткнись и помоги мне. — Хорошо-хорошо, вот только, кажется, служба уже заканчивается. Тэхён поднимает голову и замечает, как все люди подходят к молодому священнику для крестоцелования. — Предлагаю поехать ко мне в офис. Там продолжим. Записей на сегодня у меня нет, да и сидеть в церкви и книжки ведьменские почитывать все же как-то… — Да, хорошо, тем более, сейчас уже не получится затеряться в толпе. Идём. Две ведьмы уже поспешили к выходу. — Молодые люди, — их кто-то окликнул, — не желаете приложится к кресту? Вы расстроите отца господа нашего, а ещё пастырь Мин будет весьма огорчён — обращался к ведьмам пожилой священник. Двое перевели взгляд на очередь из прихожан, выстроившуюся к кресту. — Эм, знаете, не думаю что… — попятился назад Чимин. — Да, конечно, мы с радостью! — Тэхён подтолкнул друга вперёд к очереди, — давай, не упрямься, а то мы и так выглядим подозрительно. — Крест целовать? Ну уж нет! -яростно шепчет другу Пак, — Последний раз, когда я это делал, меня на костре заживо жгли! В памяти это ещё горит, знаешь! — Знаю, я там между прочим тоже был. — сквозь зубы, как можно тише, шепчет Ким. — Тогда ты понимаешь, о чем я говорю! Отпусти меня! Хочешь — целуй, я тебя на выходе подожду! — Чимин пытается выкрутить руки из крепкой хватки друга. — Я щас на тебя святую воду вылью, если не перестанешь вредничать! — И че, я типо растаять должен? — Целовать вместе будем! — Не буду я никого целовать, ясно?! За перепалкой они не замечают, как очередь к священному золоту дошла и до них. — Сын мой, твоя очередь, — обращается к ним священник. Голос с хрипотцой, глубокий, и, кажется, будто пробирает до мурашек. Тэхен наконец опускает запястья Чимина и тот медленно разворачивается, встречаясь взглядом с тем самым молодым папой, одетым в чёрную рясу, а в руках у него тот самый крест. — Приложись губами, сын мой. Чимин стоит, нешелохнувшись, гипнотизируя глаза напротив. Даже шёпот друга на ухо не может пробудить его от этого дурмана. Кто это? Человек? Облик будто ангельский, а вот глаза у него явно не человеческие. Грешные. Сводящие с ума. Смотрят, будто в душу. Насквозь видят Чимина и кем он является. Будто бы немо наказывают за то, что ведьма посмела в церковь явиться. Пак весь будто под взглядом пронзительным скукоживается. Но отводить глаза не смеет, ему хочется смотреть ещё, хочется, чтобы в него вглядывались в ответ. — Давайте я первый. — ситуацию спасает Тэхен. Выходит из-за спины блондина, быстро целует холодный металл и отходит в сторону. — Теперь ты, сын мой. Вновь обращается голос к нему. Ведьма делает шаг. Осторожно, будто сопротивления больше нет, подходит ближе и немного наклоняется для того, чтобы опустить свои губы на крест. Но глаза отвести от священника не смеет. Чимина ведёт. Губы обдаёт прохладой. Поцелуй глаза в глаза, вот только не губы в губы. И это завораживает. Молчание слишком громкое, и даже церковный хор становится не слышно. Чимин выпрямляет спину. Глаза все там же, врезаны в черноту чужих глаз напротив. Ведьма вытаскивает язык, облизывает губы. Они пошло поблескивают в полумраке церкви. Грешно. Очень грешно. Молодой священник смотрит грешно. Не на губы. В глаза. Их гляделки затянулись. Чимин отмирает только тогда, когда чувствует мягкое тепло руки Тэхена на своём плече. — Идём? — спрашивает Ким Пак заторможено кивает. Последний раз кидает взгляд на священника и, разворачиваясь, наконец покидает дом Бога. Уходя, светловолосая ведьма совсем не замечает горячий тёмный взгляд на своей спине.

***

Пак Чимин был кем-то вроде экстрасенса по вызову, гадалкой, медиумом, сенсориком, в общем, тем, кто работает с «магией» в человеческом понимании. Стоит отметить, что ведьма неплохо поднялась на этом деле. Возможность попасть в офис мистического гуру давалась тем, кто вносил внушительного размера предоплату. Ну а что? Жить же на что-то надо. Магия магией, а деньги вперёд. Пак довольно хорошо устроился, когда понял, что в современном обществе за колдовство его точно никто не будет сжигать или проводить над ним сеансы экзорцизма, а на оборот, он обзаведётся огромной клиентской базой, будет зарабатывать хорошие деньги и жить-поживать да добра наживать. Конечно, его «коллеги» (обычные шарлатаны, не обладающие магией) могли за несработавший приворот обвиняться в мошенничестве, но Чимину это не грозило. Ведь он являлся самой настоящий тёмной ведьмой, обладающей довольно внушительными способностями. Поэтому его магия всегда давала результат. И как скажет Чимин, так и будет. Особенностью его магии являлось предсказывение будущего. На этом в основном блондин и зарабатывал. Основным его методом работы были карты таро. Довольно удобный, быстрый и практичный способ. Но помимо этого, тайны будущего могли являться ему как во снах, так и в обычных ведениях в моменты бодрствования. Пак Чимин проводил свои сеансы в офисном центре, где он выкупил целую студию на последнем этаже с панорамными окнами. — Проходи, будь как дома! — залетает в своё милое гнездышко Чимин, — чай или чего-то покрепче? — От красного вина не откажусь, — следом за ним проходит Тэхён, закрывая за собой дверь и оглядываясь по сторонам, — давно я у тебя не был, сделал ремонт? — По мелочи, — Чимин уже разливал напиток по бокалам и готовил закуски, — где-то добавил понтов с неоновой подсветкой, где-то сменил обои. — В твоём стиле, — Тэхён проходит в сторону кухонного островка, проводя рукой по шершавым стенам, имитирующим мрамор. Ах да, мрамор был настоящий, — кстати, что это там вообще было? — Ты о чем? — продолжает суетиться Пак. — Я про твои гляделки со священником! —залезает на барную стойку Тэхён. — Всё ещё не понимаю о чем ты… — уходит от разговора ведьма. — Пройдемте же, господин Ким, в мой кабинет, — подхватил свой бокал Чимин, вручив второй Тэхёну, и сунув бутылку подмышку, ведьмы отправились в отдельное пространство. «Ладно, допытаю тебя позже» — подумал Ким и поспешил в отдельное помещение за другом. Здесь Чимин и проводил ритуалы и услуги для смертных. Комната была выполнена в готичном стиле. Темные стены, свечи, плакаты с заклинаниями и даже сатанинская отребутика. В центре стоял стол из красного дерева, стул для посетителя с подлокотниками из чёрной кожи и кресло изумрудного цвета с обивкой, предназначенное для хозяина этого места. Над столом, освещая бордовую поверхность, весела люстра в несколько ярусов, состоящих из драгоценных камней от опала до рубина. — Как-то чересчур карикатурно, не находишь? — усмехается Тэхен, присаживаясь за стол и отпивая пару глотков терпкой жидкости. — Есть такое, — быстро зажигает свечи Чимин, — но клиентам нравится. — он присаживается напротив друга и тянется к заранее приготовленной колоде карт. — Ты собрался мне на любовь гадать? И на кого? На смертного, испытывающего ко мне чувства под приворотом? Мы же собрались здесь читать твой гримуар. — Помню, но я чувствую, что должен разложить их. Вдруг узнаешь что-то про свою ситуацию. У меня руки, если честно, так и чешутся. — хитро потер ладони Пак. Чимин взял колоду, полюбовно, будто это его ребёнок, перетасовал карты с лёгкостью фокусника, раскрыл веером и протянул Тэхену. — Для начала, выбери одну карту и… — ведьму прервал звонок телефона Тэхена, — я вообще прошу всех посетителей отключать средства связи на сеансе, — хмурится Пак. — Блин, прости, — Тэхён замечает на экране имя своего парня с эмоджи сердечка, тяжело выдыхает и сбрасывает звонок, устанавливая режим не беспокоить, — давай продолжим. Ведьма внимательно оглядывает необычный рисунок на рубашках карт. — Разве карты кому-то кроме хозяина позволено трогать руками? — Это приколы смертных, не бери в голову, — успокаивает Пак. Ким пару секунд водит пальцами по воздуху вблизи карт и делает свой выбор, протягивая другу карту с двумя сфинксами. — Колесница — выносит вердикт Чимин, — сильная карта, описывает партнёров слишком разных по характеру, также, ваши отношения могут носить весьма меркантильный характер, а ещё ты чувствуешь трюмф, находясь рядом с Чонгуком. Чувствуешь себя победителем. — Класс, Чим, ты рассказал всё, что мы и так с тобой знали без твоих Таро. Чимин пару секунд продолжает гипнотизировать карту, а та, словно под влиянием магии, начинает медленно поворачиваться на 180 градусов так, чтобы теперь картинка располагалась к Тэхёну в верх ногами. — Это ты делаешь? — смотря на озадаченное лицо блондина напротив, спрашивает Ким. — Нет, — заторможенно шепчет тот. — И не я… — Перевёрнутая карта колесницы. Это значит… победитель — не ты. — Что?.. — хмурится Тэхён. Как он может проигрывать какому-то смертному. В момент из колоды самостоятельно вылетает другая карта. — Это ещё что? У тебя на сеансах со смертными карты так же летают? — Мои карты могут не скрывать себя от ведьмы, они знают, кто ты и не бояться, но это всё равно странное поведение. При гадании другим ведьмам раньше такого не было. — Чимин вглядывается в новую карту, — восемнадцатый аркан — Луна, — задумчиво провозглашает Пак и поднимает острый взгляд на Тэхена, — ложь. — Ну конечно, я ведь лгу Чонгуку. — Нет, обманывают тебя. Я вижу скрытые мотивы, иллюзии в сторону тебя. Твой смертный что-то скрывает. И это может быть чем-то опасным. — Дай мне руку, — Чимин тянется к ладони друга и входит в транс. Его радужка белеет, а зрачки и вовсе исчезают, так бывает, когда Пак заглядывает в будущее. Неподготовленному человеку со стороны может показаться данная картина весьма жуткой, но не Киму, который видел это уже миллион раз. В следующее мгновение вся колода карт взмывает вверх и начинает кружится над головами ведьм с бешеной скоростью. Какие-то карты сносят светильники и статуэтки, в комнате начинает творится настоящий хаос. — Пресвятая ведьма, Чимин, что происходит? , — Тэхён, пытаясь укрыться от поднявшегося в комнате урагана, пару раз попадает под острые края карт. Транс Чимина быстро сходит на нет и в момент всё замолкает, карты, что ещё недавно метались, как угорелые, замирают в воздухе. Глаза Пака возвращаются к первоначальному состоянию, но вот дыхание у ведьмы спертое, будто он не сидел себе комфортно в кресле, а бежал марафон. — Всё… Нормально? — интересуется обеспокоенный состоянием Пака Тэхён. Чимин поднимает на него свои глаза, немного задерживается на лице доброго друга и отводит взгляд, смотря на повиснувшие в пространстве вокруг них карты. Блондин со вскриком замирает. Каждая карта, что была в колоде, имела свой аркан и неповторимый рисунок. Сейчас же с высоты своего полёта на двух ведьм смотрели карты с одним и тем же арканом, одной и той же картинкой. Все, как одна — одинаковы. Тэхён так же, как и его друг, замечает. Тринадцатый аркан. Смерть. — Святая ведьма, — шипит Тэхён, — Чимин, ну подумаешь смерть, это же не в прямом смысле, ведь так? — пытался успокоить больше себя, чем Пака Тэхён. — Это означает конец определенного этапа, трансформацию и переход в новое состояние. — проговаривает ведьма, делая про себя какие-то выводы, про этом не озвучивая их Тэхёну. — Вот видишь, это же не плохо, ну. — Так, хватит, пора заканчивать, — Чимин вдруг становится более чем серьёзным. Он щёлкает пальцами и колода карт, подчиняясь хозяину, веером располагается на столе так же, как в начале сеанса, будто ничего не было. — Выбери последнюю карту. Тэхён с осторожностью вновь вытягивает карту и складывает на стол перед собой. Ему будто требуется пара секунд чтоб набраться храбрости. Как только он её переворачивает, его рука вздрагивает. Ведьма встаёт и пятится назад, забывая о стуле, что от резкого движения ведьмы ничком падает позади него. — Чимин, прошу, скажи, что ты видел, — ведьму обдает холодный пот, кажется, ему срочно нужно выйти на воздух. На столе лежит карта пятнадцатого аркана. Дьявол.

***

Чосон 1690 Юная ведьма поднималась в гору уже добрых двадцать минут. Тяжёлая ноша в виде плечевой сумки, напичканная вещами для задабривания дракона дождя, с каждым шагом становилась всё тяжелее и тяжелее, а ноги, обутые в абсолютно не подходящую обувь для горных восхождений, уже начинали ныть. Выйти с территории деревни в лес не составило труда, а вот шагать в горку по лесному массиву стало достаточно тяжёлой задачей. Тэхён наконец поднялся на более менее ровную поверхность и наконец перевёл дух. — Фух… ну и где это чертово озеро? — раздражённо пинает горный камешек юноша. Солнце было на пике небосвода, но, благодаря густой растительности, ведьме не пекло голову, однако жар под одеждой ощущал он знатно. — Ну и духота, — продолжал пинать камень, поднимая пыль, Тэхён, — лучше бы Сейбëль сама этим занималась, зря только вызвался, — бурчал он, — и вообще, я не обязан это делать, могла бы попросить слуг, нет, приказать им, и тогда… Ким замирает на месте, встаёт как вкопанный. — Святая ведьма, ч-что… Что это такое? Тэхён смотрит на землю, что под его ногами пропиталась кровью. Ярко-красная, насыщенная, страшная. «Так, спокойно, может это лиса загрызла хорька какого?» — успокоил себя Тэхён. Но для хорька крови слишком много. Она размазана по земле и камням, будто бы кого-то волочили. Чьё-то бедное тело страдало в сильных муках здесь. Тэхён поднимает голову и видит, что кровавый след тянется в глубь лесных зарослей. Темнота ветвей скрывала какой-то страшный секрет, не давала рассмотреть, кого же постигла такая беда. И будь Тэхён нормальным человеком с развитым инстинктом самосохранения, он бы конечно прошёл мимо. Но, во-первых, Ким не то что нормальным, он вовсе человеком не был, во-вторых, тот путь, который ему был нужен, лежал как раз через дорогу из крови, а в-третьих, чего скрывать, ведьма была очень любопытной. Поэтому решение он принял, как он думал, стремительное и верное — пошёл по следу. «Чего бояться? Я ведь ведьма всё-таки, что, защитить себя не смогу?» Набравшись побольше смелости, Тэхён ступает аккуратно, чтоб не вступить в лужу крови, что ближе к веткам деревьев стала больше. Он приподнимает тяжёлую ветвь и входит в лес. И какого было его удивление, когда на его глаза попадается блеск озёрной глади, окружённый со всех сторон густыми деревьями, а сверху, пробиваясь через ветки, солнечные лучи подсвечивали воду, создавая ощущение волшебства. — Какая красота… — шепчет парень. Под его ногами теперь не сухой горный песок, а сочная трава, цвета изумруд. Завороженная красотой сказанного ландшафта ведьма, сразу понимает, насколько оказывается у него пересохло горло. Он уже представляет, как снимает с себя одежду и ныряет в прохладную воду. Тэхён проходит ближе к берегу озера, отодвигая заросли зелёного папоротника. Его глазам тут же открывается страшная картина. Ребёнок. Мальчик, лет десяти. Лежит весь грязный, в земле и в собственной засохшей крови. Будто бездыханный. — Святая ведьма… — Тэхён отодвигая кусты зарослей, перепрыгивает камни, чтоб как можно быстрее оказаться ближе к берегу. Он падает на колени рядом с маленьким, покалеченным тельцем. — Хэй, — ведьма наклоняется к грудной клетке ребёнка, чтоб понять, живой ли тот вообще, проверяет пульс — мальчик, очнись… Дыхание, как и пульс, слабое, но всё же есть. Ким лезет в походную сумку и достаёт от туда бутылек с целительным зельем. — Давай я тебе помогу, — Тэхён приподнял одной рукой голову мальчика и, уложив к себе на колени, надавил ему на щеки, приоткрыл рот и залил целиком всë лекарство. Ким тщательно осмотрел изувеченное тело: маленький, худой, был одет в серый крестьянский чогори и широкие штаны на несколько размеров ему больше. Мальчик был босой, ноги все в сильных порезах, как и руки, Тэхён, видя подозрительное тёмное пятно на чогори в области живота, приподнял ткань и обнаружил болезненную картину. Живот весь в ранах и синяках. Страшное зрелище. Тэхён был просто в шоке. «На волка, что-ли, наткнулся малыш?» — Ведьма никогда бы не подумал, что на такие лишения способен человек. — Ммм, — наконец-то мальчик издает нечленораздельный звук. — О, малыш, ты очнулся? Как себя чувствуешь? Чувствуешь, как зелье питает твоё тело, да? Ребёнок, лежащий на коленях Тэхена, раскрывает глаза, и ведьме кажется на секунду, что на самом дне их глубокого чёрного цвета мелькнули пару золотых искр. Затуманенный, расфокусированный взгляд мальчика мгновенно сменяется на озлобленный и напуганный. Он вспрыгивает с колен Тэхена на столько быстро, на сколько хватает сил у утопленного тела и разума. Выпутывается из заботливых рук парня и отползает на пару метров от ведьмы, в полуприсяди, подняв руки, будто готов защищаться, не смотря на чудовищную слабость. Его глаза дикие, как у животного. Грудная клетка двигается неравномерно. Руки дрожат. — Н-не подходи… — раздаётся тихий стон из полураскрытых потрескавшихся губ. — Тише, тише, — Тэхён отражает позицию в полуприсяди, — давай-ка мы с тобой успокоимся, хорошо? Смотри, я безоружен. Ким раскрывает ладони и поднимает их выше, чтобы мальчик был уверен в том, что он не причинит боли. Ребёнок молча оценивает парня напротив и, когда понимает, что тот не представляет опасности, позволяет себе обернуться и рассмотреть окружающий его ландшафт. — А где другой? — голос мальца с каждой секундой становится всё увереннее. — Кто другой? — не понимает ведьма. — Тот, другой. Демон с желтыми глазами — ещё раз оглядывается он. — Что? Тут, кроме меня, никого нет. — «нда, ну и натерпелся малец, раз ему всякие демоны снятся» — подумал Тэхён. — Он был здесь… до тебя. Он что-то сделал со мной буд-то… Снял всю боль… «Стоп. То есть, микстуру я потратил за зря и у него ничего не болело? " — подумал про себя Тэхён. — Я никого не видел, нашёл тебя здесь, в полумертвом состоянии, — Тэхён так же, как и его новый приятель, оглядывает местность, но не находит ничего подозрительного, — я дал тебе зелье, но, видимо, оно тебе было без надобности. — Зелье? Это ещё что? — мальчик опускает руки ниже. — Колдовское лекарство, типо обычной микстуры, только более действенное. — поднимается с колен Тэхён, отряхивая полы турумаги. — Ты — колдун? — удивляется ребёнок. — Пхпх, ну да, — прыскает Ким, — таких, как я, называют ведьмами. — Так ты ведьма… Мне стоит тебя бояться? — вновь поднимает руки в защитной стойке. — Ну, только если разозлишь, — посмеивается старший, но, не видя на серьезном лице, смотрящем на него снизу вверх ни грамма смешинки, исправляется, — кхм, шучу. Тебе не нужно меня боятся. Тем более, я совсем юная ведьма и мало что умею из серьёзной магии. Мальчик наконец расслабляется и смотрит уже не загнанным зверем, а даже чуть приветливее. — Как тебя зовут? — внезапный вопрос старшего выбивает из колеи. — Я…Меня зовут… Ëн… — Ён? Вот так? Без фамилии? — Я отказался от своего рода и имени, так же, как они отказались от меня. — понуро отвечает младший. — Ну Ëн, значит Ëн, почти как дракон да? — приободряет ведьма, сам рассуждая — «это же насколько трагичная должна быть история у этого бедного ребёнка». — А тебя как звать? — с интересом смотрит Ëн. — Моё имя — Ким Тэхён, будем знакомы? — от протягивает руку вперёд к мальчику, — не бойся, что бы с тобой не было — всё уже в прошлом, и раз уж мы встретились с тобой, считай — это большая удача и лови её за хвост, — подмигивает ведьма, — я помогу тебе, сделаю так, чтобы всё твои невзгоды забылись, идёт? — Почему ты мне помогаешь? Я грязный, побитый, уродливый оборванец, а ты такой… — мальчишка вдруг запинается, — эм, добрый и красивый… — Ахахаха, а ты забавный, Ëн. — смеëтся Тэхён и пожимает плечами, — не знаю даже, просто хочу тебе помочь, бескорыстно. Думаю, человеку нужен человек, а тебе нужен я, чтобы твоя жизнь не была одинокой. — Но тебе-то я зачем? — Скажем так, я тоже по сути одинок, у меня нет ни братьев, ни сестёр, родители круглыми днями пропадают на работе, у меня нет друзей и из всех, с кем я больше всех взаимодействию — это моя тётя, которая, по совместительству, является моим наставником, — тараторит Тэхён, но прикусывает себе язык, понимая, что наговорил лишнего, — кхм, короче, я, как и ты, нуждаюсь в друге. Ты будешь моим маленьким секретиком, если ты, конечно, хочешь меня в качестве своего друга. Если нет, то я пойму и просто… — Нет, хочу! Я хочу! — звонко вскрикивает Ëн, хватая Тэхëна за руку. — Пожалуйста, не уходи, я хочу с тобой дружить! Не уходи! — Хаха, хорошо-хорошо, я не ухожу, Ëн, — Тэхён треплет чёрные, спутавшиеся волосы на макушке мальчика, переводит взгляд на водную гладь и выдаёт, — хм, я, кажется, знаю, с чего мы начнём… — С чего? — задумчиво смотрит ребёнок в глаза старшего. — Мы пойдём с тобой купаться! — весело озвучивает ведьма, — а ты мне как раз расскажешь, что там за демон с жёлтыми глазами тебе приснился…

***

— То есть как? Ты хочешь сказать, что увидел не будущее, а прошлое? — переходя на истерические нотки в голосе, допытывает Тэхён Чимина. — Ты знаешь, что я удивлён не меньше тебя. — подает стакан прохладной воды другу Пак. — Так, давай подумаем, — трет переносицу Тэхён, после того, как в один глоток осушил весь бокал вина, отказавшись от воды, — всё указывает на то, что Чонгук, будь он не ладен, тот самый демон Ëн из моего прошлого? Да это же бред какой-то. — Судя по моему ведению, трудно, конечно, провести параллели между мелким неотесанным бедняком и богатым красавчиком Чонгуком. Но и времени прошло не одно столетие. Он мог измениться или изменить свой облик колдовством. — рассуждает Чимин. — Хаа, святая ведьма, за что мне всё это… — стонет Тэхён, развалившись в зелёном кресле, — даже если это он, что ему нахрен от меня надо? Мести? Так это я должен злится на него, а не наоборот! — Может стоит узнать у него, чего он хочет? — Как я вообще мог проморгать демона под своим носом! — не слушает ведьма друга, — год, целый год я жил под боком с мать его мерзким демонюгой! Агхх! Да ещё и любовной магией его приманил! Ким Тэхён, ты просто счастливчик, ничего не скажешь! — Успокойся, истеричка, пока ничего страшного не произошло! — закатывает глаза Чимин. — Ничего страшного? Да я был в смертельной опасности! Кто знает, зачем ему я! Вынашивает, поди, какой-нибудь свой план против меня, а я ни сном, ни духом! Он ещё в меня свой член засовывал! Буэээ… — чересчур наигранно эмоционирует Тэхен. — Святая ведьма, успокойся, иначе я тебя сейчас выкину из окна, а падать с тринадцатого этажа будет больно! — Вот именно, что я — святая ведьма ещё и его вонючий член лизал! — За что мне всё это, — прикрывает глаза Чимин, пару раз выдыхает и достаёт свой гримуар. — Что ты делаешь? — отвлекается от своей истерии Ким. Чимин извлекает из шкафа внушительных размеров гримуар - важнейшую реликвию каждой ведьмы. Вести гримуары они начинали ещё в своей далёкой юности, перенимая знания старших наставников и записывая в них особенности заклинаний и последовательность ингредиентов для зелий. — Ищу ответы, — листает страницы Пак, — расскажи мне в подробностях, как ты провёл свой приворот? — Ну как обычно, в полнолуние… — Так… — Ну и я делал, как ты мне советовал! — Каким на вкус было зелье? Ты же почувствовал вкус, когда первый раз поцеловал его? — останавливается на нужном развороте блондин. — Да, я прекрасно помню терпкость вкуса, словно винный напиток. — Вот и первая оплошность. Ты должен был почувствовать вкус карамели, но ни как не вина! — Да откуда ж я это должен был знать! — Да черт тебя дери, ты должен был внимательней относится к новому колдовству! Две ведьмы гипнотизируют друг друга разъяренными взглядами. И оба, медленно остывая, выдыхают, в чем им помогает бутылка красного. — Чим, что мне делать? — уже спокойный Тэхён выглядит более подавленным. — Ты сейчас придёшь домой, создашь контр заклинание и исчезнешь из его жизни. Будто тебя в ней и не было. — Пак серьёзен как никогда. — И куда мне пойти? Найти квартиру в настолько кратчайшие сроки нереально. — Поживёшь у меня, - пораздумав, озвучивает мысль блондин. — Правда? — Тэхён смотрит искрящимся от благодарности взглядом на Пака. — Конечно, — улыбается тот, — Я всегда рад тебе. Мой дом — твой дом, и, если тебе нужна помощь, я всегда готов тебе помочь. — Чимин… — Тэхён тянет друга на себя, заключая того в объятиях. Пак отвечает на них, крепче прижимая друга. — Поживём вместе, как в старые добрые? — Да, как в старые добрые, только спать с тобой в одной кровати я не стану, и не проси! — посмеивается Ким. — Ахахаха, это ты смотри не попроси! — подхватывает его смех блондин, — ну, а если серьёзно, тебе стоит поспешить и избавится от него. — Ты прав, сегодня я положу этому конец. Ведьмы прощаются, обещая друг другу быть на связи. Чимин желает другу удачи и провожает его. — Так, запишем, пожалуй, поцелуй ведьмы с демоном, при использовании на последнем любовной магии, отличается от поцелуя со смертным, проявляясь ярким вкусом вина… — делает заметку в своём гримуаре Пак, — а это ещё что? Чимин замечает лежащую под столом карту таро. На ней шестой аркан. Возлюбленные. — А вот это ещё более странно...