Малиновые коты

Закончилась короткая программа мужчин.  Когда на лёд вышел Пётр, Илья будто бы автоматически перестал дышать. Он стоял у бортика, делая вид, что просто наблюдает за конкурентом — как и за всеми остальными, — но внутри всё было совсем иначе. Пётр начал чисто, уверенно, спокойно. Скользил мягко, корпус держал идеально. Но на первом же прыжке что-то пошло не так — конёк чуть повёл, приземление получилось нервным, почти на грани падения. У Ильи сердце в прямом смысле рухнуло вниз. Только не упади. Пожалуйста, встань. Пётр устоял. Вытащил. Докатал до конца, собрался, не дал себе развалиться. Но баллы всё равно оказались не теми, на которые он рассчитывал. Илья сжал губы. На других он тоже смотрел — кивал, анализировал, чтобы не выглядело странно, будто он болеет только за одного. Но это было уже не то. За Петю он болел по-настоящему. Душой. Когда настала его очередь, он вышел на лёд собранным до предела. И откатал идеально. Ни единой ошибки. Ни единой помарки. Чёткие выезды, высокие прыжки, уверенность в каждом движении. Зал реагировал мгновенно, судьи не скупились. Первое место — без сомнений. Пока он катал, Пётр смотрел на него так же внимательно. Но без тревоги. В его взгляде не было страха за результат — только спокойная уверенность, будто он ни секунды не сомневался, что Илья справится. Они оба это чувствовали.

***

На следующий день, в столовой, Илья всё ещё был немного раздражён — но не из-за себя. — Жалко, что тот нейтральный атлет так низко оказался, — невзначай бросил он отцу. Тот поднял бровь: — Талантливый парень, да. Но тебя-то это почему волнует? Ты на первом месте. Илья пожал плечами, делая вид, что ему безразлично. — Да просто… он приятный. Я с ним общался. Он такого не заслуживает. Отец усмехнулся: — Приятный, значит? Илья сделал вид, что слишком занят своим подносом. — В смысле… как спортсмен. Сильный. Отец ничего не сказал, но взгляд был понимающий. После этого Илья ловил себя на том, что постоянно ищет Петю глазами. В коридорах, у расписаний, у выхода на лёд. Ему хотелось пересечься с ним. Не потому что «надо», не потому что «спорт». А просто — увидеть, как тот отреагировал. Убедиться, что всё в порядке. И, возможно, сказать что-то правильное. Или просто постоять рядом.

***

Вечером Илья сидел на кровати, уставившись в переписку с «Петя Банан». Пальцы зависли над клавиатурой. Не хочешь встретиться? Стер. Зайдёшь ко мне? Стер. Можем обсудить прокат. Слишком официально. Стер. Он перевернулся на спину и уставился в потолок. — Shit, соберись, — пробормотал он себе под нос. Снова открыл чат. Не хочешь зайти ко мне? Поболтаем. Отправил. И тут же швырнул телефон на кровать, будто он мог взорваться. — Зачем я это написал… как stupid teenager, честное слово… Телефон завибрировал почти сразу. Иду.