Создатель големов.

Следующие три дня перед началом турнира я провёл за тем, что пытался исправить собственную ошибку. Мысль о том, что я, возможно, пригласил к себе человека, который рано или поздно заметит странности моих воинов, не давала мне покоя. Если старый рыцарь действительно станет наблюдать за ними, тренировать их или просто долго находиться рядом, он неизбежно поймёт, что что-то здесь не так. Поэтому я решил решить проблему самым прямым способом. Расположив перед собой предмет, над которым я работал в редакторе, я некоторое время просто смотрел на него. Это была мужская человеческая голова. Для её создания я использовал кости, мясо и шерсть — материалы, которые система уже определяла отдельно после переработки туш животных. Работа оказалась куда сложнее, чем я ожидал. Почти целый день ушёл на то, чтобы понять, как в редакторе менять мясо так, чтобы оно формировало нужные органы: глаза, язык, нос, мышцы лица. Я не стал пытаться создать полноценный мозг или внутренние структуры, о которых почти ничего не знал. Вместо этого сделал лишь внешнюю оболочку — голову, которая могла двигать губами и глазами. И, к моему удивлению, она работала. Губы двигались, глаза поворачивались, веки могли моргать. Даже выражение лица менялось — она могла слегка улыбаться или хмуриться. Самое странное было то, что эта голова каким-то образом могла говорить, хотя у неё не было лёгких и дыхания. Система, видимо, сама как-то компенсировала такие вещи. Я решил проверить это на практике. Призвав одного из своих деревянных големов, я разобрал часть его головы и вставил внутрь созданную мной конструкцию рта: язык, зубы и примитивную полость, имитирующую человеческий рот. Никаких глаз или носа я туда не ставил, только механизм речи. Когда я приказал голему произнести несколько слов, он действительно заговорил. Голос получился низкий, грубоватый и немного пустой, словно звук шёл из глубокой бочки, но всё же это был голос. Я задумался. Через несколько минут в голову пришла идея. Я взял эту же конструкцию и установил её внутрь моего металлического голема. Когда он произнёс первые слова, я сразу услышал разницу. Металл доспеха создавал резонанс, и голос стал звучать иначе — более глубоким, ровным и даже каким-то благородным. Он не был похож на обычный голос человека, но звучал уверенно и внушительно. Это мне понравилось. Я разобрал металлического голема и полностью перестроил модель головы. Под шлем я установил ту самую человеческую голову. Я старался сделать лицо как можно более естественным. Небольшая щетина на подбородке, карие глаза, тёмные волосы. Черты лица получились чем-то средним между азиатскими и европейскими. Когда я закончил и отступил на шаг, чтобы посмотреть на результат, получилось довольно неплохо. Я не был большим ценителем мужской красоты, но лицо вышло вполне приятным. Если не приглядываться слишком внимательно, можно было легко поверить, что внутри доспехов находится настоящий человек. Я приказал голему поднять голову. Он посмотрел на меня. — Приказ? — произнёс он ровным, глубоким голосом. После эксперимента с головой я всё же решил продолжить свои изыскания с плотью. Мысль о том, что можно создать не только голову или отдельные элементы, а целого человека, не давала мне покоя. Если система позволяла делать големов, которые двигались совершенно естественно, то почему бы не попробовать создать оболочку, полностью похожую на человека? С кожей, волосами, ногтями, даже с мелкими деталями вроде пор на коже. Я открыл редактор и начал работать. На этот раз я решил не ограничиваться только головой. Я начал формировать полноценное тело. Скелет из костей, мышцы, кожа. Добавил волосы на голове, на руках, даже немного щетины на лице. Всё это делалось из тех же материалов — кости, мясо, шерсть. Система спокойно принимала их и позволяла лепить форму почти так же легко, как раньше я лепил деревянных големов. Когда модель была готова, я некоторое время просто рассматривал её. Выглядело это… странно. Не потому что тело было неправильным. Наоборот. Оно выглядело вполне нормально. Пропорции были человеческими, кожа выглядела живой, даже глаза отражали свет. Если бы кто-то увидел это со стороны, он, скорее всего, решил бы, что перед ним обычный человек. Но когда я начал углубляться в детали, то быстро понял, что сам загнал себя в ловушку. Я начал думать о внутренних органах. Если это должен быть настоящий человеческий облик, значит внутри должны быть мышцы. Сухожилия. Кишечник. Сердце. Лёгкие. Всё остальное. Я начал пытаться воспроизвести их в редакторе, но довольно быстро понял, что на самом деле почти ничего об этом не знаю. Где именно проходят мышцы, как соединяются связки, как располагаются органы — всё это я знал лишь очень приблизительно. И тут меня осенило. Я остановился и некоторое время просто смотрел на модель. Все мои големы двигались совершенно естественно. Я никогда не создавал для них мышцы. Я не продумывал сухожилия, связки или суставы так, как они устроены у людей. Я просто создавал форму, и система сама заставляла её двигаться так, как должно двигаться тело. Даже когда конь сгибал ногу, дерево просто гнулось, словно мягкий материал, и потом возвращалось в исходную форму. Значит всё это… не имело особого значения. Мышцы, органы, внутренности — всё это для системы было скорее наполнителем. Чем-то вроде той набивки, которая находится внутри мягких игрушек. Она придаёт форму, но сама по себе почти не влияет на то, как игрушка выглядит снаружи. Я провёл рукой по подбородку и тихо усмехнулся. Получается, даже если внутри всё будет устроено совершенно неправильно, тело всё равно будет двигаться так, как должно двигаться человеческое тело. Система просто заставит его работать. Это одновременно и облегчало задачу, и немного пугало. Потому что если так, то создать идеальную имитацию человека было гораздо проще, чем я думал. Нужно было лишь правильно воспроизвести внешний вид. Я некоторое время ещё покрутил модель в редакторе, а потом всё же закрыл её. Этим стоит заняться позже. Потому что если я действительно хочу создать голема-шпиона, который сможет полностью имитировать человека, мне всё равно нужно лучше изучить, как люди выглядят вблизи. Как двигается кожа, как ведут себя мышцы под ней, как меняется выражение лица. А для этого простых наблюдений за людьми в одежде явно недостаточно. Я вздохнул и потёр лицо ладонями. — Эх… хотел же когда-то идти на медика. Но вместо этого я сейчас разбирался в том, как создавать людей из мяса так же, как раньше собирал механизмы из металла. Ладно. Этим я займусь позже. Завтра начинался турнир. И мой рыцарь — точнее, будущий рыцарь — должен был в нём участвовать. Сам я выходить на арену не собирался. У меня не было ни опыта, ни навыков фехтования. Лезть в бой с настоящими воинами было бы чистым самоубийством. Поэтому на арену выйдет он. А я буду наблюдать со стороны. Утро турнира выдалось шумным и оживлённым. Поля перед Королевской Гавани были заполнены шатрами лордов, знаменами различных домов и бесконечными рядами зрителей. Люди стекались сюда с самого рассвета. Одни пришли посмотреть на бои, другие надеялись заработать на торговле, третьи просто хотели стать свидетелями большого события. Сначала проходили различные состязания. Лучники выходили на поле и стреляли по мишеням, стараясь попасть ближе к центру. Толпа реагировала на удачные выстрелы громкими криками и аплодисментами. После этого были метания копий, силовые соревнования, различные испытания ловкости. Люди вокруг активно обсуждали участников, делали ставки, смеялись и спорили. Мои големы в этих состязаниях не участвовали. Я наблюдал со стороны, больше присматриваясь к людям, чем к самим соревнованиям. Мне было полезно смотреть, как двигаются настоящие воины, как они держат оружие, как разговаривают друг с другом. Ближе к середине дня настала очередь самого зрелищного события. Массовый бой. На арену начали выводить участников. Одни были рыцарями в дорогих латах, другие — наёмниками, третьи выглядели просто как крепкие бойцы, решившие испытать удачу. Кто-то держал меч и щит, кто-то тяжёлые булавы, а некоторые вооружились длинными двуручными мечами. Когда настала моя очередь, я выставил своего бойца. Герольд поднял свиток и громко объявил имя, которое я заранее придумал. — Газеф Строноф! Имя пришло мне в голову почти случайно, но когда я его произнёс, я понял, что оно идеально подходит. Лицо, которое я создал для своего металлического голема, действительно было очень похоже на героя из аниме, которое я когда-то смотрел. Конечно, никто из присутствующих здесь не знал этого, но для меня это было забавным совпадением. На арену вышел мой «рыцарь». Он был выше большинства бойцов. Полные латные доспехи закрывали его с головы до ног, отражая солнечный свет. На плече он держал огромный двуручный меч, который для обычного человека выглядел бы слишком тяжёлым. На поле собралось примерно пятнадцать бойцов. Они стояли на расстоянии друг от друга, оценивая противников. Некоторые уже выбирали цели, другие нервно сжимали рукояти оружия. Раздался звук рога и бой начался. Почти сразу несколько человек бросились друг на друга. Зазвенела сталь, щиты столкнулись, песок поднялся в воздух от быстрых шагов. Мой голем двигался спокойно. Он сделал несколько уверенных шагов вперёд, держа двуручный меч на плече. Он наблюдал за происходящим вокруг, словно опытный воин, не желающий тратить силы впустую. Один из рыцарей заметил его и, похоже, решил, что лучше атаковать первым. Он поднял меч и быстро пошёл вперёд. Когда расстояние между ними сократилось, рыцарь резко замахнулся. Мой голем в этот момент плавно опустил двуручный меч в боевую позицию. Удар рыцаря прошёл мимо. Голем сделал короткий шаг в сторону и одним движением нанёс мощный горизонтальный удар тренировочным клинком. Удар пришёлся прямо в бок доспеха рыцаря. Сила удара была такой, что человека буквально отбросило в сторону. Он потерял равновесие и рухнул на песок. Толпа на трибунах сразу загудела. Несколько бойцов на арене одновременно повернули головы в сторону моего воина. Голем тем временем спокойно поднял меч обратно на плечо и сделал ещё несколько шагов вперёд, словно только что ничего особенного не произошло. Для зрителей это выглядело как выступление невероятно сильного бойца. Я наблюдал за происходящим с трибуны, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Внизу на арене бой постепенно превращался в хаотичную свалку. Несколько человек уже лежали на песке, пытаясь прийти в себя после ударов, другие продолжали драться, переходя от одного противника к другому. Именно тогда я заметил одну деталь. Несколько наёмников переглянулись между собой. Они быстро обменялись короткими взглядами, после чего почти незаметно кивнули друг другу. Через секунду все трое начали двигаться в сторону моего голема. Я сразу понял, что происходит. Они решили действовать вместе. На арене такое случалось часто. Когда появлялся слишком сильный противник, остальные предпочитали сначала избавиться именно от него. Трое наёмников начали обходить моего бойца с разных сторон, постепенно сужая круг. Мой голем стоял спокойно, удерживая двуручный тренировочный меч на плече и наблюдая за их движениями. Когда они подошли достаточно близко, атака началась одновременно. Один из них бросился вперёд с прямым ударом меча, второй попытался зайти сбоку, а третий двигался немного позади, явно рассчитывая ударить в спину. В этот момент голем опустил меч. Он схватил клинок обеими руками и на мгновение прижал его к поясу, словно готовясь вложить в невидимые ножны. Наёмники подошли ещё на шаг ближе. И тогда он резко двинулся. Голем сделал быстрый поворот вокруг своей оси — полный оборот, ровно на триста шестьдесят градусов. Двуручный меч описал широкую дугу вокруг его тела. Хорошо, что оружие было тренировочным. Если бы клинок был заточен, он бы легко перерезал горло всем троим или вовсе отсёк головы. Но даже тупой клинок обладал огромной массой. Меч прошёлся по их шеям и плечам тяжёлой металлической полосой. Удар был настолько мощным, что наёмников буквально отбросило назад. Один из них сразу схватился за горло. Он начал судорожно кашлять и хрипеть, пытаясь вдохнуть. Похоже, удар пришёлся точно по кадыку и серьёзно его повредил. Двое других тоже отступили, держась за шею и плечи. Даже тупой удар оказался крайне болезненным. Но мой голем не стал ждать. Он снова прижал меч к поясу, словно убирая его в ножны, и резко рванул вперёд. Сделав всего два быстрых шага, он ударил одного из наёмников плечом прямо в грудь. Удар был тяжёлым, словно в человека врезался таран. Наёмника отбросило на несколько метров. Он упал в грязь и, перевернувшись на бок, начал судорожно кашлять, держась за грудь. Похоже, воздух полностью выбило из лёгких. Тем временем третий наёмник успел прийти в себя. Он бросился вперёд и попытался запрыгнуть на спину моего голема. Его план был очевиден: ударить мечом в сочленение между пластинами брони. Но я внимательно наблюдал за происходящим и тут же отдал команду. Голем резко развернулся. Он поднял свой меч вертикально и ударил по клинку наёмника. Удар был точным и сильным. Меч просто вылетел из руки человека, отлетев в сторону и упав в песок. Наёмник даже не успел отреагировать. Голем сделал шаг вперёд и свободной рукой нанёс короткий удар кулаком прямо в лицо. Я специально ограничил силу. Но даже контролируемый удар тяжёлой металлической перчаткой оказался слишком мощным. Голова наёмника резко дёрнулась назад, и он рухнул на землю. Похоже, удар выбил несколько зубов. Возможно, даже сломал челюсть. Наёмник потерял сознание и больше не двигался. На арене на секунду воцарилась странная пауза. Несколько бойцов, которые до этого были заняты своими противниками, остановились и посмотрели в сторону моего рыцаря. Мой голем снова поднял двуручный меч на плечо и спокойно сделал несколько шагов вперёд, словно всё происходящее было для него обычной тренировкой. Толпа на трибунах начала шуметь громче. Теперь почти все зрители смотрели именно на него. Я наблюдал за боем с трибуны, стараясь выглядеть так же заинтересованно, как и остальные зрители вокруг, но на самом деле моё внимание было сосредоточено не только на арене. Я периодически осматривал толпу, пытаясь понять, кто именно наблюдает за происходящим внимательнее остальных. В какой-то момент мой взгляд зацепился за одного человека, который резко выделялся среди прочих. Он был облачён в полированные латные доспехи, а за его плечами спадал длинный белый плащ. Я сразу понял, что это один из рыцарей королевской гвардии. Такие люди не приходят на турниры просто ради развлечения. Он стоял чуть в стороне и наблюдал за боем. Особенно долго его взгляд задержался на моём бойце. Я почти физически почувствовал этот момент. Через некоторое время он, похоже, пришёл к какому-то выводу, развернулся и стал уходить с трибуны, больше не обращая внимания на бой. Это показалось мне странным и немного тревожным, но в этот момент шум арены снова заставил меня перевести взгляд вниз. Бой почти закончился. На песке лежало множество участников. Кто-то пытался подняться, кто-то стонал, а кто-то уже просто лежал, приходя в себя после ударов. На арене остались трое: мой голем, один рыцарь и наёмник, у которого на плече была серьёзная рана. Кровь медленно стекала по его руке и капала на песок. Он попытался пошевелить плечом, но тут же скривился от боли. Постояв несколько секунд и тяжело дыша, он поднял руку, показывая, что сдаётся. После этого он медленно направился к выходу с арены, а судьи позволили ему уйти. Теперь на поле остались только двое: мой голем и рыцарь. Они начали медленно приближаться друг к другу. Ни один из них не спешил. Рыцарь держал меч уверенно и двигался осторожно, внимательно следя за противником. Затем он сделал первый шаг в атаку. Сначала всё выглядело так, будто он собирается нанести прямой колющий удар в грудь моего голема. Я на мгновение удивился. Наносить колющий удар в сплошную стальную пластину выглядело бессмысленно. Но именно в этом и заключалась хитрость. В последний момент рыцарь резко изменил движение. Он отдёрнул меч назад, сделал быстрый шаг в сторону и нанёс рубящий удар снизу вверх прямо в бок моего голема, который оказался открытым из-за смещения оружия. Удар был хорошим. Рыцарь явно знал, что делает. Голем отпустил одну руку, которой держал меч, и попытался перехватить клинок противника, но рыцарь не задержался. Сразу после удара он отступил назад, увеличив дистанцию. Я быстро оценил ситуацию. Удар пришёлся в боковую пластину доспеха. Металл выдержал, хотя на нём появилась небольшая вмятина. Чтобы не вызывать подозрений, я приказал голему положить руку на место удара, словно ему было больно. Рыцарь снова пошёл в атаку. На этот раз он поднял меч над головой и нанёс мощный удар сверху вниз. Голем сместился и принял удар на плечевую пластину. Металл громко звякнул, когда клинок ударился о доспех. Но голем не остановился. В ту же секунду он резко рванулся вперёд и врезался плечом в рыцаря, используя весь вес своего тела. Удар оказался настолько сильным, что рыцаря опрокинуло на землю. Он упал на спину, но сразу же попытался подняться. Я понял, что момент решающий. Голем перехватил меч и резко поднял его снизу вверх, описывая длинную дугу. Удар должен был обрушиться прямо сверху. Даже затупленный тренировочный двуручный меч, нанесённый с силой голема, мог легко переломать человеку кости. Однако рыцарь успел среагировать. Он быстро выставил свой меч перед собой, согнув левую руку и положив клинок плашмя на предплечье, словно делая импровизированный щит. Удар обрушился с огромной силой. Раздался громкий треск. Меч рыцаря не выдержал и треснул, но всё же смог ослабить удар. Двуручный меч голема всё равно врезался в грудную пластину доспеха. Металл заметно согнулся, а самого рыцаря буквально вбило в землю. Его тело слегка ушло в песок, после чего он перестал двигаться. Я внимательно наблюдал за ним несколько секунд и понял, что он жив, просто потерял сознание. Голем медленно выпрямился, поднял двуручный меч и снова закинул его на плечо. После этого он поднял свободную руку вверх и сжал её в кулак, словно объявляя свою победу. Несколько мгновений на арене стояла тишина, а затем толпа буквально взорвалась криками и аплодисментами. Люди на трибунах начали громко обсуждать увиденное, указывая на моего бойца и явно впечатлённые тем, как закончился этот бой. Мой голем после боя спокойно вернулся в лагерь, а сам я на арену больше не возвращался. Пока толпа обсуждала схватку и моего голема, у меня были дела поважнее. Я взял двух големов и заранее оставленную неподалёку телегу с конём-големом, после чего отправился искать металл. Если турнир действительно продлится ещё несколько дней, у меня было время подготовиться как следует. Я собирался создать ещё одного, а возможно и нескольких новых бойцов. Денег за последние недели я накопил достаточно много, поэтому рассчитывал, что смогу скупить приличное количество материала. Сначала я обошёл весь огромный лагерь, раскинувшийся вокруг Королевской Гавани. Здесь находились десятки кузнецов. Некоторые приехали специально на турнир, надеясь заработать на ремонте доспехов, заточке мечей и продаже оружия. Я покупал у них всё, что они были готовы продать: железные заготовки, сломанные наконечники копий, погнутые подковы, старые ножи, куски цепей, даже ржавые обломки лат. Для них это был мусор, который всё равно собирались переплавлять. Для меня же — чистый материал. Когда лагерь оказался полностью обойден, мне всё равно показалось, что металла недостаточно. Поэтому пришлось отправиться внутрь города, несмотря на невыносимую вонь улиц. Я снова обошёл кузницы, купил ещё немного железа и различный металлический хлам. Заодно заглянул к стекольщикам и алхимикам. У них я приобрёл дешёвые стеклянные бутылки, разбитые флаконы, треснувшие колбы и просто ведра стеклянного мусора. Всё это аккуратно погрузили в телегу. После этого я вернулся обратно в лагерь. Интересно, что возле моего лагеря уже не толпились зеваки. Видимо, зрелище на арене на время утолило любопытство людей. Но стоило мне разложить на столах товары — деревянные игрушки и стеклянные безделушки — как вокруг почти сразу снова начала собираться небольшая толпа. Однако сегодня меня торговля интересовала мало. Я перегнал телегу ближе к мастерской, перенёс весь металл и стекло внутрь, после чего быстро перевёл их в инвентарь системы. Материалы сразу увеличились в счётчике, и я с облегчением отметил, что запас теперь действительно солидный. Когда с этим было покончено, я понял, что ужасно проголодался. Я разжёг костёр возле мастерской и решил приготовить что-нибудь нормальное. В редакторе я нарезал мясо аккуратными квадратными кусками и насадил их на металлические шампуры. Затем обсыпал мясо смесью приправ, которые купил на рынке города: соль, сушёные травы и немного молотого перца. Големы спокойно держали шампуры над огнём, пока жир медленно капал в угли и над костром поднимался ароматный дым. Получилось на удивление хорошо. Мясо прожарилось ровно так, как нужно, а приправы придали ему очень приятный вкус. Один из големов выжал из купленных фруктов сок прямо в деревянную чашу, и я спокойно поел, наслаждаясь редким моментом тишины. Когда я закончил, шампуры отправились обратно в материалы, а костёр постепенно начал затухать. Я улёгся на свою походную кровать, укутался в одеяло и почти сразу уснул. Завтра должен был состояться следующий массовый бой турнира. Насколько я понял из разговоров людей, такие схватки будут проходить ещё два дня подряд, а в последний день на арену выйдут лучшие бойцы. Если всё пойдёт по плану, мой голем окажется среди них. А если он победит в финале, я получу главный приз — десять тысяч золотых драконов. Огромная сумма даже по меркам Вестероса. На такие деньги можно будет скупить огромное количество металла по дороге на юг. И тогда мои возможности вырастут во много раз. Следующее утро началось почти так же, как и предыдущее. Вокруг лагеря уже с самого рассвета кипела жизнь. Люди двигались между шатрами, торговцы раскладывали товары, оруженосцы чистили доспехи своих господ, а со стороны арены уже доносились голоса герольдов, объявлявших начало нового дня турнира. Я решил снова воспользоваться утренним временем. До начала массовых боёв оставалось ещё несколько часов, поэтому я разложил свои товары. Телеги были выставлены полукругом, рядом я поставил деревянные подставки и аккуратно разложил на них стеклянные изделия, фигурки, деревянные игрушки и различные мелкие вещи, которые делал в дороге. Как и вчера, вокруг довольно быстро начала собираться толпа. Люди подходили, рассматривали товары, крутили в руках стеклянные фигурки, обсуждали цену и в итоге покупали. Особенно хорошо расходились дешёвые игрушки и стеклянные безделушки. Некоторые покупатели явно брали их как сувениры, другие — чтобы отвезти домой детям. К полудню большая часть товаров была уже распродана. Я спокойно собрал столики, оставив лишь немного вещей на случай поздних покупателей. После этого, взяв с собой двух големов и своего металлического бойца, я направился к арене. Сегодняшние бои должны были быть серьёзнее. Когда мы подошли, на трибунах уже снова собиралась толпа. Я занял место среди зрителей, а мой рыцарь вышел на арену вместе с остальными участниками. Сигнал рога прозвучал, и бой начался. С самого начала было заметно, что уровень участников сегодня выше. Вчера на поле было много наёмников и просто крепких бойцов, желавших испытать удачу. Сегодня же на арене стояли в основном опытные воины. Большинство были в металлических доспехах, а их движения сразу выдавали людей, которые не первый год держат оружие в руках. Но и мой голем изменился. Я сразу заметил разницу. Его движения стали увереннее и точнее. Он начал использовать финты, менять направление ударов, ловить клинки противников на перекрёст мечей и уводить их в сторону. Предыдущая схватка явно повысила его навык владения двуручным мечом. Система даже выдала короткое сообщение перед началом боя. Если раньше его умение обозначалось просто как «владение двуручным мечом», то теперь оно изменилось на «мастерское владение двуручным мечом». При этом никаких числовых значений система не показывала. Только уровень навыка. Мне стало любопытно, существует ли предел у этих навыков, или со временем они могут расти ещё выше. Сам бой оказался гораздо длиннее вчерашнего. Противники двигались осторожнее, внимательно следили друг за другом и не спешили бросаться в атаку. Несколько раз бойцы пытались атаковать моего голема, но он почти всегда принимал удары на меч, уводя их в сторону. Ни одного прямого попадания по доспехам в этот раз не произошло. Наблюдая за этим, я поймал себя на мысли, что моему бойцу, возможно, стоит добавить щит. С двуручным мечом он выглядел впечатляюще, но щит значительно повысил бы его защиту. Правда, менять вооружение прямо сейчас было бы плохой идеей. Люди уже привыкли видеть его именно таким — огромный воин с двуручным мечом почти ростом с него самого. Резкая смена снаряжения могла вызвать лишние вопросы. Поэтому пока всё оставалось как есть. Спустя некоторое время бой закончился. Мой голем снова остался среди победителей. Несколько других бойцов также смогли удержаться на ногах, и их имена записали для следующего этапа. Когда участников начали выводить с арены, герольды громко объявили, что через несколько часов начнётся главное событие дня. Конные поединки. Именно ради них большинство людей и приехало на турнир. Там будут участвовать дворяне и рыцари, которые станут сходиться друг с другом на копьях, пытаясь выбить противника из седла. Толпа на трибунах уже начала возбуждённо обсуждать предстоящие схватки. Когда бой закончился и люди начали постепенно покидать трибуны, я уже собирался спуститься вниз, чтобы вернуться в лагерь. Однако в этот момент от моего голема пришёл мысленный сигнал. Кто-то подошёл к нему и стоял рядом. Я направился вниз, пробираясь через толпу зрителей, и вскоре увидел своего бойца. Перед ним стоял тот самый рыцарь, которого я заметил раньше. Теперь он был без шлема. Белый плащ спадал с его плеч, а светлые доспехи блестели на солнце. Я не слишком хорошо помнил всех персонажей из «Игры престолов», но одного человека в такой броне было трудно спутать. Я почти сразу понял, кто это. Это был Баристан Селми, один из рыцарей Королевской Гвардии. Я подошёл ближе и слегка склонил голову в знак уважения. — Сир, меня зовут Римад, — представился я. Рыцарь внимательно посмотрел на меня. Его взгляд был спокойным, но очень внимательным, словно он оценивал меня. — Я Барристан Селми, телохранитель короля, — сказал он ровным голосом. Затем он снова перевёл взгляд на моего голема. — Насколько я понимаю, этот воин служит вам? — Вы правы, сир, — ответил я. Барристан ещё раз посмотрел на моего бойца, после чего сказал: — Я хотел задать ему несколько вопросов. Я покачал головой. — Прошу прощения, сир, но каждый мой воин дал обет молчания. Они не могут говорить ни с кем, кроме меня. Барристан слегка приподнял бровь. На его лице появилось выражение лёгкого удивления. — Какие… необычные у вас традиции, — сказал он после короткой паузы, словно подбирая подходящее слово. Затем он снова посмотрел на меня. — Откуда вы прибыли, сир Римад? Я ответил без колебаний: — Я прибыл из Империи И-Ти. На лице Барристана мелькнуло явное удивление. Империя И-Ти находилась очень далеко на востоке, и люди из тех земель крайне редко появлялись в Вестеросе. — Империя И-Ти… — повторил он. — Что привело вас так далеко от родины? Я заранее продумал эту легенду. — Согласно традициям моего дома, наследники должны отправляться в долгое путешествие. Мы обязаны доказать своё право на место главы семьи. Мы должны набраться опыта, заработать состояние и собрать вокруг себя достойных людей. После этого мы возвращаемся домой и представляем наши достижения нынешнему главе дома. Барристан некоторое время молча смотрел на меня. — Интересный способ выбирать будущего главу семьи, — сказал он наконец. Я слегка кивнул. — Возможно, сир. Но в наших землях считают, что человек, который не способен добиться чего-то сам, не сможет достойно управлять другими. Барристан снова посмотрел на моего бойца. Его взгляд задержался на огромном двуручном мече и массивных латах. — Ваш воин сегодня произвёл сильное впечатление, — сказал он. — Я видел много боёв за свою жизнь, но редко встречал такую силу и выдержку. Я скромно пожал плечами. — Он один из лучших воинов, которых мне удалось найти во время моего путешествия. Барристан медленно кивнул, словно принимая это объяснение, хотя я чувствовал, что он всё равно продолжает внимательно обдумывать увиденное. — Я буду внимательно наблюдать за его выступлением в финальных боях, — сказал он. После этого он слегка поклонился и развернулся, направляясь обратно к арене. Я проводил его взглядом. Если уж даже Барристан Селми заинтересовался моим бойцом, значит, дела действительно начинают принимать серьёзный оборот. Вернувшись в лагерь после разговора с Барристаном Селми, я понял одну простую вещь: дальше действовать так же, как раньше, уже нельзя. До этого мои големы привлекали внимание лишь своей силой и ростом, но теперь на них начали обращать внимание люди, которые умеют наблюдать и делать выводы. А это уже было опасно. Поэтому я решил заняться тем, что давно откладывал. Маскировкой. Работу я начал осторожно. Я не мог просто взять и разобрать всех големов сразу. Если бы кто-то случайно заглянул в лагерь и увидел, что мои «воины» исчезли, это могло вызвать вопросы. Поэтому я действовал постепенно. По одному. Я отзывал одного голема в мастерскую, закрывал полог, после чего разбирал его на материалы. Дерево, кожа, ткань, металлические детали — всё возвращалось в инвентарь системы. Затем я создавал нового. Конструкция оставалась почти такой же. Основа по-прежнему была деревянной. Это было проще и дешевле, а главное — достаточно прочным. Но теперь поверх деревянного каркаса я формировал слой человеческой кожи. Не слишком толстый, но достаточно реалистичный. После этого я создавал голову. Лицо, глаза, волосы, губы — всё так, чтобы со стороны это выглядело как обычный человек. Дальше шла одежда. Я надевал на них кожаные доспехи, иногда добавляя металлические накладки на плечи или грудь. Это выглядело вполне обычным для наёмников снаряжением. Сверху всё это закрывалось плащом. Теперь, если смотреть со стороны, мои воины ничем не отличались от обычных людей. Если только их не вскрыть. Я сделал так, чтобы они могли сидеть, двигаться, держать кружку или кусок хлеба, как это делают обычные люди. Когда кто-то проходил мимо лагеря, они выглядели как обычные наёмники, отдыхающие после дороги. То же самое я проделал с псами. Раньше они выглядели как деревянные конструкции, пусть и прикрытые тканью. Теперь же их форма изменилась. Я добавил им слой кожи и шерсти, сделал глаза, уши, язык. В итоге они стали выглядеть как обычные, только очень крупные доберманы. С конями ситуация была похожей. Их внешний вид я тоже изменил, добавив кожу, шерсть и более реалистичные детали. Теперь это были просто крупные, хорошо сложенные кони. Однако оставалась ещё одна проблема. Еда. Если мои люди никогда не ели и не пили, это рано или поздно заметили бы. Поэтому я придумал простое решение. Внутри каждого голема появился небольшой мешочек, скрытый внутри корпуса. Когда они «ели», пища просто попадала туда. В конце дня я собирал эти мешочки и относил их в мастерскую, где перерабатывал содержимое обратно в материалы. Это было не самое приятное занятие, но зато позволяло поддерживать иллюзию. Когда я закончил работу, я вышел из мастерской и некоторое время просто наблюдал за лагерем. Теперь всё выглядело иначе. Мои люди сидели у костра, кто-то точил нож, кто-то ел, один из них лениво разговаривал с другим. Псы лежали неподалёку, иногда поднимая головы, а кони спокойно стояли у телег. Любой случайный наблюдатель увидел бы обычный отряд наёмников. Я глубоко вздохнул. Собрав двух големов, я направился к арене. Сегодня основным событием дня были не массовые бои, а рыцарский турнир на копьях, и посмотреть на него собиралась, казалось, половина всех людей, прибывших в Королевскую Гавань. Пробравшись через толпу, я занял место на трибунах и стал наблюдать за происходящим. Арена выглядела иначе, чем во время вчерашних схваток. В центре стояли длинные барьеры, разделяющие дорожку на две части. По обе стороны уже выводили коней, оруженосцы подавали рыцарям копья, проверяли ремни седел и застёжки на доспехах. Над всем этим шумом раздавались голоса герольдов, объявлявших имена участников. Моё внимание привлекло одно из лож на возвышении. Там сидели самые знатные гости турнира. В центре, в окружении рыцарей и придворных, находился король — Роберт Баратеон. Рядом с ним сидела а Серсея Ланнистер, а немного в стороне стоял её брат — Джейме Ланнистер, облачённый в белые доспехи. Я также заметил ещё одного человека, сидевшего неподалёку. Высокий, с холодным взглядом и аккуратной осанкой. Возможно, это был Тайвин Ланнистер, хотя я не был уверен. В этот период он выглядел бы значительно моложе, чем я привык видеть его в сериале. Я не слишком внимательно следил за самими поединками. Они проходили именно так, как я их помнил: рыцари разгоняли коней, опускали копья и сталкивались друг с другом на полной скорости. Иногда копья ломались о щиты, иногда один из бойцов вылетал из седла и тяжело падал на песок. Толпа каждый раз взрывалась криками. Но я смотрел не на это. Я искал одного конкретного человека. Того, за чью голову можно было бы получить благосклонность Дорна. Через некоторое время я его заметил. Даже среди рыцарей он выделялся. Человек был огромного роста, широкоплечий и двигался так, будто сам весил не меньше хорошего боевого коня. Когда он встал рядом со своим скакуном, я понял, что он действительно очень крупный. Возможно, даже выше моего металлического голема. Я внимательно наблюдал за ним до самого конца турнира. Когда последние поединки завершились и люди начали расходиться, я тоже поднялся со своего места. Вместе с двумя големами я спокойно вернулся в лагерь. Там я зашёл в свою мастерскую, проверил материалы, убедился, что всё в порядке, после чего просто лёг спать. Завтра должен был состояться последний массовый бой. И в нём должен был остаться только один победитель. Проснувшись утром, я умылся, привёл себя в порядок и спокойно подготовился к новому дню. Быстро перекусив вяленым мясом и запив его соком из свежевыжатых фруктов, я направился к арене. Когда мы подошли к входу, как и в предыдущие дни, наши пути разошлись. Я поднялся на трибуны вместе с остальными зрителями, а мой голем прошёл через отдельный проход, предназначенный для участников схватки. Сегодня людей на трибунах было заметно больше, чем в прошлые дни. Видимо, слухи о вчерашних боях уже разошлись по всему лагерю и городу. Но на самой арене участников оказалось немного — всего шесть человек. Все они были рыцарями и все были полностью закованы в металлические доспехи. Когда прозвучал сигнал к началу боя, стало ясно, что уровень этих бойцов значительно выше, чем у большинства участников предыдущих дней. Особенно это было заметно, когда два рыцаря столкнулись между собой. Они двигались быстро и точно, постоянно меняя положение мечей, уводя удары и отвечая короткими выпадами. Даже со своего места на трибуне я видел, что это были настоящие мастера. Но меня удивило другое. Мой голем вскоре сошёлся в бою с тем самым стариком, который должен был стать учителем для моего отряда. Когда они приблизились друг к другу, старик на мгновение остановился и стал искать взглядом меня на трибунах. Найдя меня, он слегка улыбнулся. Затем он опустил забрало шлема и без колебаний вступил в бой. Он сразу пошёл в атаку. Подняв меч над головой, старик сделал быстрый скачок вперёд и обрушил удар сверху вниз. Голем сместил корпус и поставил меч по диагонали. Клинок старика ударился о лезвие голема и, соскользнув по нему, ушёл вниз. В этот момент мой голем сделал странное движение. Он резко повернулся и оказался к противнику спиной. Меч голема оказался за спиной. Затем голем резко дёрнулся и присел. Клинок взметнулся снизу вверх. Если бы это был настоящий боевой меч, а не тренировочный, рыцаря бы буквально распороть от паха до груди, а может и до самой головы. Старик успел заметить движение в последний момент и резко сместился в сторону. Из-за этого он потерял равновесие, а клинок прошёл всего в нескольких сантиметрах от его тела. Голем не остановился. Он занёс меч вверх и снова развернулся. Теперь, вращаясь, он начал подниматься, одновременно опуская клинок по диагонали снизу вверх, после чего переводя движение в горизонтальный удар. Старик успел выставить свой меч. Он перехватил его обеими руками, прижав одну ладонь к неострой части клинка, чтобы усилить блок. Удар пришёлся почти у самой гарды. Меч старика оказался качественным и выдержал столкновение. Однако даже через металл было видно, насколько силён был удар. Его руки заметно дрогнули, а ноги рыцаря проскользили по песку, оставляя борозды. Голем остановил давление и сделал шаг назад. Он снова перехватил меч двумя руками и выставил его перед собой. Даже для очень сильного человека удерживать двуручный меч в таком положении долго было бы тяжело, но голем стоял совершенно неподвижно. Его корпус даже не качнулся. Старик медленно размял плечи и кисти. Было видно, что руки у него сильно ноют после столкновения. Он посмотрел на моего бойца и усмехнулся. — Чёртов монстр, — сказал он. После этого он слегка присел, положив меч на плечо. Затем резко рванулся вперёд и нанёс диагональный удар сверху вниз. Голем тоже начал движение, готовясь провести круговой удар. Но старик внезапно изменил технику. Когда его клинок почти достиг земли, он резко приподнял его, изменив траекторию. Меч пошёл вверх, нанося диагональный удар снизу. Голем успел отклониться, но не полностью. Клинок рыцаря всё же коснулся доспеха. На грудной пластине осталась неглубокая царапина. Старик сумел достать моего голема, и это означало, что он действительно опасный противник. Я заметил, как рыцарь чуть сместил стойку, внимательно наблюдая за реакцией. Он проверял, насколько противник чувствует удары. Голем не отступил. Он сделал короткий шаг вперёд, поднимая меч немного выше, словно приглашая противника атаковать ещё раз. Старик не стал ждать. Он двинулся боковым шагом, стараясь зайти с левой стороны. Его движения были лёгкими и экономными, как у человека, который провёл всю жизнь с оружием в руках. Резкий выпад. Меч старика пошёл вперёд быстрым уколом в щель между наплечником и нагрудной пластиной. Голем вовремя повернул корпус. Клинок прошёл вдоль доспеха, скользнув по металлу, и сразу же был отведён в сторону мощным движением меча. Голем ответил почти сразу. Он сделал широкий горизонтальный удар справа налево, вынуждая рыцаря отступить. Старик пригнулся, и тяжёлый тренировочный клинок прошёл над его шлемом. Песок взметнулся от быстрого шага, когда он резко сменил направление и снова пошёл в атаку. Теперь он работал быстрее. Короткий удар в плечо. Уход назад. Резкий шаг вперёд и удар по рукам. Голем блокировал клинок, но каждый раз старик успевал убрать меч, не позволяя поймать его на перекрёст. На трибунах начали кричать громче. Люди понимали, что сейчас дерутся два самых сильных бойца на арене. Голем резко изменил ритм. Он сделал шаг вперёд и поднял меч так, будто собирался обрушить тяжёлый удар сверху. Старик тут же приготовился к блоку, но в последний момент голем изменил направление. Вместо удара он резко повернул корпус и сделал короткий толчок плечом. Старик успел сместиться, но удар всё равно пришёлся в его доспех. Он отступил на шаг, скользнув по песку. Голем сразу же продолжил давление, проводя серию тяжёлых ударов. Старик блокировал один, второй, третий, но каждый блок отзывался вибрацией по его рукам. Рыцарь резко нырнул под следующий замах и оказался почти вплотную. Его меч коротко ударил по боку голема, затем он попытался провести подсечку, надеясь сбить противника с ног. Но голем стоял, как вкопанный. Он резко поднял колено и оттолкнул рыцаря корпусом, освобождая пространство. Затем двуручный меч пошёл вниз мощным ударом. Старик сумел принять удар на клинок, но сила была слишком большой. Его руки снова дрогнули. Песок под его сапогами разошёлся, когда он отступил ещё на шаг. Несколько секунд они стояли напротив друг друга, тяжело дыша — точнее, тяжело дышал только старик. Он усмехнулся под шлемом. — Хорошо… — хрипло сказал он. — Очень хорошо. И снова пошёл вперёд. Теперь он атаковал серией быстрых ударов, меняя уровень и направление. Голем блокировал клинком, иногда просто смещал корпус, позволяя ударам скользить по доспеху. Затем, выбрав момент, он сделал короткий финт. Меч резко ушёл влево, заставляя старика поднять блок. Но это был обман. Голем резко шагнул вперёд и ударил гардой меча прямо в грудь рыцаря. Удар не был смертельным, но достаточно сильным, чтобы сбить его равновесие. Старик пошатнулся, и в этот момент клинок голема пошёл вниз по диагонали. Удар пришёлся по мечу рыцаря. Клинок старика вылетел из рук и упал на песок. Голем остановил движение в нескольких сантиметрах от его шлема. Меч завис над головой старого рыцаря. На арене повисла тишина. Старик медленно поднял руки, показывая, что сдаётся. Голем сделал шаг назад и опустил меч. Через секунду трибуны взорвались криками и аплодисментами. Старик наклонился, поднял свой меч с песка и посмотрел на моего бойца. — Вот теперь… — сказал он, тяжело переводя дыхание, — Я точно знаю, что с вами будет не скучно. На арене всё ещё оставались двое рыцарей. Пока мой голем сражался со стариком, они тоже успели столкнуться между собой, и их бой явно оказался куда более тяжёлым. Оба выглядели измотанными. Один из них держал меч одной рукой, а вторую прижимал к боку. По тому, как неестественно она висела, я почти не сомневался, что рука у него сломана. Второй дышал тяжело, его движения стали медленными, а шаги неуверенными. Голем, только что закончивший бой со стариком, повернулся к ним. Его доспех был почти чистым, лишь на груди оставалась та самая царапина. Он спокойно поднял меч и двинулся вперёд. Первый рыцарь попытался атаковать, но его движения были слишком медленными. Он сделал рубящий удар, который легко читался. Голем просто сместил меч и отвёл клинок в сторону. Затем коротким движением рукояти ударил рыцаря в грудь. Рыцарь отшатнулся, потерял равновесие и тяжело упал на песок. Он попытался подняться, но сил уже не было. Второй рыцарь посмотрел на это и всё же решился атаковать. Стиснув зубы, он шагнул вперёд и нанёс колющий удар. Голем легко отбил его клинок и почти сразу ответил. Он сделал шаг вперёд и провёл короткий горизонтальный удар тупой стороной меча по шлему противника. Металл глухо звякнул. Рыцарь покачнулся и рухнул на колени, после чего окончательно повалился на песок. На арене воцарилась тишина. Несколько секунд никто не двигался, словно все ждали, поднимется ли кто-нибудь из побеждённых. Но никто больше не вставал. Голем медленно поднял меч и снова закинул его на плечо. Затем свободной рукой поднял кулак вверх, объявляя победу. Трибуны взорвались громом голосов. Люди кричали, свистели, аплодировали. Многие вставали со своих мест, стараясь лучше разглядеть победителя. Через несколько мгновений на арену вышли королевские гвардейцы в своих белых доспехах. Впереди шёл сир Барристан Селми. Его белый плащ слегка колыхался на ветру, а шаги были спокойными и уверенными. Он остановился перед моим големом и внимательно посмотрел на него. Несколько секунд он просто изучал фигуру в тяжёлых доспехах, словно пытаясь понять, что за человек скрывается под шлемом. Затем он кивнул. — Этот воин сражался достойно, — сказал он громким голосом, чтобы его слышали и зрители на трибунах. — Сегодня он проявил мастерство, стойкость и доблесть, достойные настоящего рыцаря. Толпа снова загудела. Барристан сделал шаг ближе и продолжил: — От имени короля я хвалю этого воина за проявленные воинские умения и за доблесть, показанную на арене. Голем стоял неподвижно, держа меч на плече. Он не произнёс ни слова, лишь слегка склонил голову в знак уважения. Со стороны трибун я наблюдал за происходящим и невольно улыбнулся. Всё шло даже лучше, чем я рассчитывал. Но далее произошло то, чего я совершенно не ожидал. Барристан сделал несколько шагов вперёд, после чего громко произнёс, чтобы его услышали и на арене, и на трибунах: — Сир Римад, пройдите на арену. На секунду я даже не понял, что он обращается ко мне. Лишь когда несколько человек на трибунах начали оглядываться в мою сторону, до меня дошло. Я поднялся со своего места и стал спускаться вниз. Толпа расступалась, пропуская меня вперёд. Когда я вышел на песок арены и подошёл к своему воину, Барристан внимательно посмотрел на меня. — Я хочу посвятить вашего доблестного воина в рыцари, — сказал он. Я на мгновение замер от удивления, но быстро взял себя в руки и кивнул. После этого повернулся к своему голему и хлопнул его по плечу, давая понять всем вокруг, что я согласен. Заодно это ясно показывало всем присутствующим, что этот воин служит именно мне. Барристан снова повернулся к трибунам и громко объявил: — Этот воин дал обет молчания. Поэтому его клятву произнесёт за него его лорд. После этих слов мой голем медленно опустился на одно колено. Его огромный двуручный меч он воткнул в песок перед собой и склонил голову. Барристан обнажил свой меч. Толпа на трибунах притихла. Он положил клинок сначала на правое плечо моего воина, затем на левое. — Во имя Отца, дарующего справедливость, — произнёс он. Клинок лёг на другое плечо. — Во имя Матери, дарующей милосердие. Он слегка поднял меч и продолжил: — Во имя Воина, дарующего силу. Меч коснулся шлема. — Во имя Девы, дарующей чистоту. Клинок снова коснулся плеча. — Во имя Старой, дарующей мудрость. Затем он сделал последний жест. — Во имя Кузнеца, дарующего стойкость. После этого он убрал меч и громко произнёс: — Встаньте, сир Газеф Строноф. Голем медленно поднялся на ноги. На мгновение повисла тишина, а затем трибуны разразились криками и аплодисментами. Люди вставали со своих мест, приветствуя нового рыцаря. Мой воин стоял неподвижно, как и всегда. Лишь слегка наклонил голову в знак уважения. Барристан коротко кивнул мне, после чего развернулся и спокойным шагом покинул арену вместе с другими королевскими гвардейцами. Я не стал задерживаться и последовал его примеру. Толпа вокруг всё ещё гудела, обсуждая только что завершившийся бой и посвящение в рыцари, но мне уже было не до этого. Мы с моим новоиспечённым рыцарем направились обратно к лагерю. Когда мы подошли к лагерю, я заметил человека, стоявшего неподалёку от моей мастерской. Это был тот самый старик, с которым мой голем сражался на арене. Он стоял, опираясь на меч, и спокойно осматривал лагерь. Когда я приблизился, он повернулся ко мне. — Ну что, пацан, — сказал он с лёгкой усмешкой. — Похоже, я всё-таки дожил до конца турнира. Я улыбнулся и представился, после чего спросил его имя. Старик назвался: — Меня зовут Харвин. — Приятно познакомиться сир Харвин. Он махнул рукой, будто отгоняя лишнюю церемонность. — А, пацан, давай оставим эти формальности. Просто зови меня Харвином. Нам ещё долго путешествовать вместе. Я кивнул. — Хорошо, Харвин. Мы отправляемся завтра. Сегодня я ещё распродам остатки товара и закуплю припасы в дорогу. Он тоже кивнул. — Тогда завтра утром я приду сюда со своими вещами. — Буду ждать, — ответил я. Старик развернулся и неторопливо пошёл в сторону лагеря наёмников. Я же направился в мастерскую. Сначала нужно было заняться доспехом. Голем зашёл внутрь, и я быстро разобрал грудную пластину в редакторе, убрав царапину и вернув металлу прежний вид. После этого я снова собрал доспех так, будто с ним никогда ничего не происходило. Закончив с этим, я создал ещё несколько стеклянных фигурок и деревянных изделий, разложил их на своих стендах перед мастерской и сел рядом ждать. Мне должны были принести награду за победу на турнире. Ждать пришлось недолго. Примерно через час к лагерю подъехала карета. Вокруг неё двигался довольно серьёзный эскорт — около двух десятков вооружённых стражников. Они остановились прямо перед моей мастерской. Один из офицеров спрыгнул с коня и подошёл ко мне. — Награда за победу на турнире, — коротко сказал он. Двое солдат вынесли из кареты тяжёлый сундук и поставили его передо мной. Крышку открыли. Внутри лежали аккуратно сложенные мешочки с монетами. — Десять тысяч золотых драконов. Я кивнул. Двое моих големов подняли сундук и отнесли его внутрь мастерской. Я стоял рядом и наблюдал за людьми вокруг. Многие из тех, кто находился поблизости, не могли оторвать глаз от сундука. Их взгляды были слишком очевидными. Жадность. Её невозможно было не заметить. Я перевёл взгляд на дорогу и тихо выдохнул. Скорее всего, на пути из города нас будет ждать засада. На следующее утро Харвин, как и обещал, появился в лагере. Он подъехал на трёх лошадях, каждая из которых была нагружена различной поклажей. К седлам были привязаны мешки, свёртки и кожаные тюки. Я сразу заметил два хороших меча в ножнах, закреплённых сбоку, несколько метательных топоров, связки ножей, а также длинный свёрток, в котором, судя по форме, лежало копьё. В некоторых мешках, судя по запаху, находилась еда — сушёное мясо, крупа, хлеб и, возможно, вино. Он спешился и оглядел лагерь. — Ну что, пацан, готов отправляться? — спросил он. — Готов, — ответил я. Я разложил перед ним карту и показал путь, по которому мы собирались идти. Сначала нам предстояло двигаться мимо Королевского леса. Затем на дороге должны были встретиться несколько деревень. Я объяснил, что именно там мы будем делать остановки. Это было удобно — можно было пополнить припасы, а Харвин как раз сможет начать обучать моих бойцов. Он внимательно выслушал и кивнул. — Дальше дорога поведёт нас через земли Простора, — продолжил я. — Мы пройдём мимо нескольких замков, затем свернём на юг и доберёмся до Эшфорда, рыночного городка. После этого путь будет вести к Красным горам. А уже оттуда мы войдём в Дорн. Харвин снова кивнул, задумчиво почесав бороду. — Долгий путь, — сказал он. — Но хороший. После этого мы отправились в дорогу. Колонна двигалась спокойно. Впереди шли мои псы, чуть дальше — несколько моих бойцов. Телеги двигались позади, а я ехал рядом с Харвином. По дороге мы разговаривали. Я спрашивал его о том, где он побывал и что видел за свою жизнь. Он рассказал о нескольких войнах, в которых участвовал, о турнирах, о службе у разных лордов. Порой его истории были довольно мрачными, но он рассказывал о них спокойно, как человек, для которого всё это давно стало частью жизни. Иногда он задавал вопросы и мне. Я рассказал ему ту же историю, что говорил Барристану Селми. Что я прибыл из империи И-Ти и что согласно традиции моей семьи должен отправиться в дальние земли, чтобы заработать богатство, опыт и собрать вокруг себя достойных людей. Только после этого я смогу вернуться домой и доказать своё право стать главой дома. Харвин слушал внимательно и не задавал лишних вопросов. К вечеру мы остановились на ночёвку в Королевском лесу. Это место выглядело довольно спокойным, но я всё равно не хотел рисковать. Как только лагерь был разбит, я отправил своих псов патрулировать вокруг. Они бесшумно разошлись между деревьями и начали обходить окрестности. Честно говоря, я почти ожидал нападения. После турнира и получения награды слишком много людей видели мои деньги. Но ночь прошла спокойно. Харвин всё это время с интересом наблюдал за моими псами. Их размер и поведение явно произвели на него впечатление. — Никогда не видел таких собак, — сказал он, сидя у костра. — Большие, умные и слушаются так, будто понимают каждое слово. Я лишь пожал плечами. — Они хорошо обучены. Но псы были не единственным, что привлекло его внимание. Он также долго рассматривал моих коней. Один из них стоял рядом, спокойно пережёвывая траву. Харвин подошёл ближе и похлопал его по шее. Затем слегка ударил ладонью по плечу животного. Он нахмурился. — Хм… Потом ударил ещё раз, чуть сильнее. — Странно, — сказал он. — Мышцы у этих коней просто невероятные. Как будто бью по дереву. Я в этот момент едва удержался, чтобы не скривиться. Мне пришлось отвернуться и сделать вид, что я занят костром. К счастью, Харвин, похоже, не придал этому особого значения. — Хорошие кони, — сказал он. — С такими можно пройти полмира. Я кивнул. — Именно это мы и собираемся сделать. Харвин начал обучать моих бойцов уже в первый же день пути. Он показывал им различные стойки, объяснял, как правильно держать корпус, куда переносить вес, когда делать шаг вперёд, а когда лучше отступить. Он демонстрировал финты, обманные движения, способы сбивать оружие противника с линии удара. Кроме того, он не ограничивался только одним оружием. Он учил их сражаться обычным мечом со щитом, метать ножи и топоры, правильно работать кинжалом на близкой дистанции. Для меня всё это было даже важнее, чем для него. Пока Харвин показывал движения, система буквально сходила с ума. Новые навыки появлялись один за другим: владение одноручным мечом, владение двуручным мечом, владение щитом, владение коротким клинком, владение кинжалами, метание ножей, метание топоров. Список навыков постоянно пополнялся. Как только один из моих бойцов достаточно точно повторял движения, система сразу фиксировала навык. Из-за этого мне постоянно приходилось разбирать големов и пересобирать их заново, чтобы сохранить навык в системе. После этого я создавал следующего и копировал уже обновлённую версию. Процесс был немного утомительным, но результат того стоил. К концу дня почти весь мой отряд уже обладал целым набором боевых навыков. Первую ночь мы провели в небольшой деревне на окраине леса. Местные жители приняли нас настороженно, но, увидев, что мы просто снимаем двор и покупаем еду, быстро успокоились. Утром мы снова отправились в путь. Я был уверен, что мы уже покинули Королевский лес, но оказалось, что это не так. Через несколько часов дорога снова увела нас под густые кроны деревьев. Я чувствовал себя довольно спокойно, но Харвин вдруг сказал, что этой ночью нам стоит быть настороже. — У меня плохое предчувствие, — сказал он. Я решил не спорить. За свою жизнь он явно видел больше боёв, чем я, поэтому лучше было прислушаться. Когда мы остановились на ночёвку, я сразу отправил своих псов патрулировать вокруг лагеря. И не зря. Ночью я проснулся от мысленного сигнала одного из псов. Он передал мне образ множества людей, двигавшихся в нашу сторону. Через несколько секунд сигнал пришёл от другого пса, затем от третьего, затем ещё от одного. Я быстро собрал информацию и понял, что нас окружает огромная группа. Больше сотни человек. Я даже не сразу поверил. Мы двигались быстро, почти без остановок, и я понятия не имел, как они смогли так быстро нас обогнать и занять позиции вокруг лагеря. Я уже хотел разбудить Харвина, но оказалось, что он проснулся раньше меня. Он сидел, держа меч наготове. Я заметил, что он даже не снимал свою броню перед сном. За всё время пути он почти ни разу не раздевался полностью, словно всегда ожидал опасности. Я быстро объяснил ему ситуацию. Он слушал внимательно, не перебивая. Когда я закончил я высказал своё удивление тем, что нападавшие смогли нас обогнать, Харвин только хмыкнул. — Возможно, кто-то отправил ворона, — сказал он. — А местные разбойники просто устроили засаду впереди по дороге. Я кивнул. Это объяснение выглядело вполне разумным. Мы сразу начали готовиться к обороне. Телеги у нас и так стояли кругом — я заранее располагал лагерь так, чтобы в случае нападения можно было быстро занять оборону. Големы заняли позиции между телегами. Некоторые взяли арбалеты, другие приготовили копья и щиты. Колчаны с болтами лежали рядом. Всё было готово. Через некоторое время мы услышали первый хруст веток в темноте. Потом ещё один. Затем из леса начали выходить люди. Они двигались осторожно, но, когда приблизились к лагерю, стало видно, что их действительно очень много. Почти все были одеты в кожаную броню. Ни у кого я не заметил металлических доспехов, даже кольчуг. Это было немного странно, но в тот момент я не стал об этом думать. Когда они увидели, что мы уже готовы к обороне, на их лицах появилось явное удивление. Похоже, они рассчитывали застать нас врасплох. Я не стал ждать. Големы одновременно подняли арбалеты и выстрелили. Болты ударили в первых нападающих. Некоторые упали сразу, другие закричали и схватились за раны. Големы тут же начали перезаряжать арбалеты. Они делали это быстро и безошибочно. Второй залп. Третий. Четвёртый. К тому моменту нападавшие уже начали бежать к лагерю. Големы успели сделать шесть залпов, прежде чем расстояние сократилось настолько, что стрелять стало бессмысленно. Арбалеты опустились. В руках появились мечи и щиты. Перед проходами между телегами встали копейщики. Они выставили длинные копья вперёд, перекрывая узкие проходы. За их спинами стояли другие големы, которые продолжали стрелять из арбалетов в тех, кто ещё находился дальше. Когда в строю впереди появлялся просвет, стрелки сразу делали выстрел, стараясь выбить тех, кто пытался прорваться. Люди начали врезаться в оборону лагеря. И началась настоящая мясорубка. Я очень не хотел на это смотреть. Ещё меньше мне хотелось это слушать. Даже если я отворачивал взгляд от проходов между телегами, звуки всё равно доходили до меня. Я слышал, как ломается кость, слышал влажный треск, когда лезвие входило в плоть. Крики людей, которые ещё секунду назад бежали вперёд с оружием в руках, быстро превращались в хрип, в кашель, в отчаянные вопли боли. Для человека из современного мира всё это было тяжело переносить. Я понимал, что без этого здесь не выжить, но от этого легче не становилось. Когда криков стало особенно много, меня пробила дрожь. Именно в этот момент я почувствовал тяжёлую ладонь в латной перчатке на своём плече. Я поднял взгляд и увидел Харвина. Он смотрел на меня серьёзно и спокойно, без всякой паники. Затем он чуть кивнул. — Не волнуйся, пацан. Сегодня ночью мы не умрём. Я глубоко вдохнул и тоже кивнул, стараясь взять себя в руки. В конце концов, у меня было преимущество, которого у большинства людей в этом мире просто не существовало. С каждым убитым противником система увеличивала количество доступных мне слотов для големов. Если ситуация станет действительно критической, я в любой момент смогу создать ещё десятки новых бойцов. А те, что уже сражались впереди, пока держались отлично. Кроме того, рядом со мной стояли четверо, чьё присутствие само по себе придавало уверенности. Это были мои металлические големы. На их создание ушёл почти весь металл, который я смог собрать за время турнира. Первым стоял мой самый первый металлический голем — тот самый, которого посвятили в рыцари. Он держал огромный двуручный меч, воткнув его в землю перед собой. Сам он стоял неподвижно, словно статуя. Его плащ колыхался на ночном ветру, и со стороны это выглядело почти как иллюстрация из какой-нибудь книги о великих рыцарях. Справа от него стоял второй. В одной руке он держал тяжёлый ростовой щит, а в другой — массивную булаву с шипами. Его поза была чуть наклонённой вперёд, словно он был готов в любой момент сорваться с места и врезаться в толпу. Третий стоял немного позади. В руках у него была длинная саблевидная алебарда. Лезвие оружия тускло блестело в свете костра. И последний, стоял почти вплотную ко мне. Я немного опасался Харвина, у меня были мысли что он с ними за одно. Потому топор голема был готов отразить любой первый удар старика. У меня было сильное желание отправить их в бой и посмотреть, как они проявят себя против такой толпы. Но я также понимал, что их присутствие рядом со мной — это моя главная защита. Пока они здесь, я чувствовал себя в безопасности. Я наблюдал за боем не глазами, а скорее мыслями. Система постоянно передавала мне образы того, что происходило с моими бойцами. Я видел, как один из големов отбивает удар меча и отвечает коротким колющим движением. Видел, как другой сбивает противника щитом и тут же пронзает его копьём. Поток этих образов иногда заставлял голову немного кружиться, но со временем я уже начал к этому привыкать. Через некоторое время пришёл новый сигнал. Псы. Они вернулись к лагерю и начали нападать на разбойников со спины. Я видел это их глазами: чёрные силуэты людей, освещённые редкими отблесками костра, и внезапные тени, падающие сверху. Псы прыгали с ветвей деревьев прямо на головы противников, вгрызались в плечи и шеи. Их металлические зубы делали своё дело слишком хорошо. Даже в темноте было видно, как в стороне разлетаются человеческие силуэты. Один из псов, похоже, особенно перестарался. Через секунду что-то тёмное упало прямо рядом с телегой. Я посмотрел вниз и увидел человеческую руку. Я невольно скривился. Харвин, стоявший сбоку, тоже это заметил. Он посмотрел на руку, затем на тёмные фигуры псов, мелькающие между деревьями. — Это точно псы? — сказал он с явным удивлением в голосе. Я кивнул. — Да. Это особая порода боевых псов. Их вывели специально для войны. Мой отец подарил их мне перед тем, как отправить в Вестерос. Я солгал, не моргнув глазом. Харвин несколько секунд смотрел в темноту, где мелькали силуэты моих псов. Затем тихо присвистнул. — Хотел бы я посмотреть, как выглядят те твари, против которых выводили таких собак. Я ничего не ответил. Просто перевёл взгляд обратно на поле боя, где мои бойцы продолжали сдерживать натиск разбойников. Бой продолжался ещё около двадцати минут. Постепенно крики становились всё реже. Давление на нашу оборону ослабевало, и вскоре стало ясно, что нападавшие начали отступать. Сначала несколько человек попытались отойти назад, потом ещё несколько, и через пару минут вся их линия просто начала рассыпаться. Те, кто ещё мог держать оружие, разворачивались и бежали в лес. Я сразу отправил псов в погоню. Они бесшумно сорвались с мест и исчезли между деревьями. Думаю, до самого утра они будут прочёсывать лес и добивать тех, кому удалось убежать. Заодно я приказал им попытаться найти лагерь разбойников или хотя бы место, где они оставили свои припасы. Когда бой окончательно закончился, я отдал следующий приказ. Големы начали оттаскивать тела подальше от лагеря, складывая их в одну большую кучу среди деревьев. Для обычного человека это выглядело бы странно, но для меня это был просто ресурс. Теперь, когда у меня появилось больше слотов для големов, материалов стало не хватать. Особенно кожи. А трупы как раз могли решить эту проблему. Когда всё немного успокоилось, я сел у костра. Пламя тихо трещало, пожирая сухие ветки. Я просто смотрел на огонь, стараясь немного успокоиться после всего произошедшего. Через несколько секунд рядом со мной сел Харвин. Он взял длинную палку и начал ворошить ветки в костре. Некоторое время мы молчали. Потом он заговорил. — Ты ведь не доверяешь мне, пацан? Я коротко усмехнулся. — Это так очевидно? Харвин хмыкнул. — Ну, тот здоровяк с двуручным топором, который всё время стоял у тебя за спиной, был довольно очевидным намёком. Я не удержался и улыбнулся. Старик положил руку мне на плечо. — И знаешь что? Ты всё делаешь правильно. Ты меня не знаешь. Я бы очень сильно засомневался в твоём здравомыслии, если бы ты просто доверился мне безоговорочно. Я кивнул. Но через несколько секунд Харвин сказал фразу, которая заставила меня напрячься. — Это ведь не люди. Я резко дёрнулся. Голем, стоявший за моей спиной, мгновенно сделал шаг вперёд и схватил меня за плечи, словно готовясь закрыть от удара. Но я тут же дал мысленную команду, и он остановился, снова принимая спокойную позу. Я внимательно посмотрел на старика. — Это так очевидно? Харвин продолжал смотреть в огонь. — Если не жить рядом с ними и не наблюдать внимательно — можно и не заметить. Но я видел, как они едят. Он усмехнулся. — Люди так не едят. Я молчал, а он продолжил: — Они вообще почти не двигаются, если им не приказать. Лица не меняются. А глаза… глаза у них всё время смотрят в одну точку. Они не следят за клинком, которым махают, за моими движениями их глаза просто застыли в одном положении. Он на секунду замолчал, потом добавил: — А потом я стал наблюдать за твоими псами и конями. Старик повернулся ко мне и вдруг широко улыбнулся. — И знаешь, что я заметил? У них нет ни пизды ни хера. Он вдруг разразился громким смехом. Смеялся долго, почти согнувшись пополам. Наконец он вытер выступившую слезу. Я тоже невольно улыбнулся, понимая, какую глупую деталь упустил. Немного успокоившись, я сказал: — Я маг. Харвин посмотрел на меня. — Маг? Колдун, что ли? — Можно сказать и так. Он немного подумал, потом спокойно спросил: — Ну что, убьёшь меня? Я посмотрел на него. — А ты так сильно хочешь умереть? — Не-е-е, — протянул старик. — Я бы ещё пожил. Он немного помолчал, потом добавил с широкой ухмылкой: — В Дорне, говорят, просто отменные шлюхи. И снова тихо засмеялся. Через некоторое время он снова посмотрел на меня. — Так значит… ты хочешь, чтобы я учил твоих этих… как они называются? — Големы. Живые манекены. — Големы, значит… — повторил он. — Живые манекены, которые дерутся лучше половины рыцарей. — Что-то вроде того. — ответил я. Харвин пожал плечами. — Ну что ж. Мне всё равно осталось не так уж много лет. А на старости увидеть настоящую магию — это, пожалуй, неплохой конец пути. Он снова ткнул палкой в костёр. — Так что давай, пацан. Будем делать из твоих… големов настоящих воинов.