Без названия

Три месяца спустя после пикника. Осень снова вступила в свои права — золотая, тихая, чуть грустная. Листья падали с деревьев, устилая тротуары разноцветным ковром. В воздухе пахло дождём и уходящим теплом. Питер сидел в лофте, когда в дверь постучали. На пороге никого не было. Только конверт на крыльце — без марки, без обратного адреса, просто белый прямоугольник с его именем, написанным от руки. Почерк показался смутно знакомым. Он взял конверт дрожащими руками. — Что там? — Крис вышел из кухни, вытирая руки полотенцем. — Не знаю. — Питер повертел конверт. — Письмо. — От кого? — Не написано. Он открыл конверт. Внутри был плотный лист бумаги, исписанный тем же почерком. Питер начал читать — и замер. --- «Дорогой я (из будущего), Если ты читаешь это — значит, время работает так, как мы надеялись. Я пишу это через месяц после того, как вы ушли. Сижу на крыльце своего нового дома, смотрю на лес и думаю о вас. Все живы. Все целы. Кейт Арджент арестована. Крис помог — он оказался хорошим парнем, твой Крис. Я понимаю, почему ты его любишь. Он приходил к нам несколько раз, помогал с защитой дома. Мы подружились. Странно, да? Арджент и Хейл — друзья. Но время меняет всё. Талия простила меня. Сказала, что гордится мной. Представляешь? Моя сестра, которая стёрла мне память, гордится мной. Мы говорили всю ночь после вашего ухода. О тебе, о будущем, о том, что будет дальше. Она плакала. Я не видел её плачущей с детства. Ребекка каждый день спрашивает, когда вы вернётесь в гости. Она уже составила список экскурсий — хочет показать вам, как изменился город за тринадцать лет. Говорит, что к вашему приезду нужно подготовиться. Генри строит новую веранду — говорит, для будущих поколений. Я помогал ему на прошлой неделе. Мы чуть не поссорились, когда он решил, что я неправильно забиваю гвозди. Закончилось тем, что он забивал, а я подавал. Так и работали. София печёт пироги и отправляет их с тобой в будущее через меня. Я сказал ей, что это не работает, но она не слушает. «Передашь, когда встретишь», — говорит. Так что если вдруг почувствуешь запах яблочного пирога — знай, это от нас. Эмма рисует новые картинки и просит передать Малии. Она собрала целую папку — там и вы, и мы, и койоты, и волки. Говорит, что когда вырастет, станет художником и нарисует нашу семью такой, какая она есть. Я верю, что у неё получится. Я вижу её каждый день. Малию. Она ходит в школу, живёт с приёмными родителями, но я рядом. Всегда рядом. Она не знает, кто я, но однажды узнает. Я буду ждать этого дня. Я прихожу к её школе, смотрю издалека. Иногда она оборачивается, будто чувствует мой взгляд. Я улыбаюсь и ухожу. Пока рано. Корин появляется иногда. В лесу, на окраинах. Мы встречались пару раз. Она не нападает. Просто смотрит. Я сказал ей, что буду защищать Малию. Она усмехнулась и ушла. Думаю, она тоже ждёт. Я не знаю, изменил ли я будущее. Не знаю, существуете ли вы всё ещё там. Время — странная штука. Может, я пишу письмо в пустоту. Может, вы никогда его не получите. Но если вы есть — если ты есть — знай: я сделал всё, чтобы ты не стал мной. Чтобы у тебя была семья. Чтобы у Малии был отец. Я просыпаюсь каждое утро и думаю о вас. О том, как вы там. О том, счастливы ли. О том, помните ли нас. Я хочу, чтобы ты знал: я не жалею. Ни о чём. Даже о том, что остался здесь. Потому что здесь моя семья. И потому что я знаю — там, в будущем, есть ты. И Малия. И Крис. И все остальные. Значит, всё было не зря. Береги её. Малию. Она особенная. Ты и сам это знаешь. Береги Криса. Он прошёл через ад, чтобы быть с тобой. Береги себя. Ты заслуживаешь счастья. С любовью, твой младший я. P.S. Коричневый тебе действительно не идёт. Бекка была права. Я проверил — она права. Носи чёрное, оно твоё. P.P.S. Эмма сказала, что если Малия захочет ещё зайчика — она свяжет. Она научилась вязать. У неё получаются кривые, но очень тёплые. Говорит, что тепло важнее красоты. P.P.P.S. Мы будем ждать. Всегда. Даже если пройдут годы. Даже если вы никогда не вернётесь. Мы будем знать, что вы есть. Этого достаточно. P.P.P.P.S. Я люблю тебя. Странно писать это самому себе, но это правда. Я люблю тебя. И горжусь тобой. До встречи. Когда-нибудь. Твой Питер». --- Питер опустил письмо. По его щекам текли слёзы. — Питер? — Крис подошёл ближе. — Что там? — Письмо. — Голос Питера дрогнул. — Из прошлого. — От кого? — От меня. Молодого. Крис взял письмо и прочитал. Молча. Внимательно. Когда он закончил, в его глазах тоже блестели слёзы. — Он хороший, — сказал Крис. — Да. — Ты был хорошим. — Я стараюсь быть. — У тебя получается. Питер взял его за руку. — Они живы, Крис. Все живы. — Я знаю. — Эмма рисует. София печёт пироги. Генри строит веранду. — Я знаю. — И он ждёт. Молодой я. Ждёт нас. — Мы вернёмся. — Когда-нибудь. — Когда-нибудь. Они стояли у окна, глядя на осенний город. Листья падали, кружась в воздухе. — Знаешь, — сказал Питер. — Я вдруг понял одну вещь. — Какую? — Мы не одни. Никогда не были одни. Даже когда казалось, что весь мир против нас. — У нас есть семья. — Да. Здесь и там. — В прошлом и будущем. — Везде. Крис обнял его. — Я люблю тебя. — Я знаю. — И всегда буду. — Я тоже. --- В дверь постучали. — Можно? — Это была Малия. — Входи. Она вошла и сразу заметила письмо в руках Питера. — Что это? — Письмо. Из прошлого. — От кого? — От меня. Молодого. Малия взяла письмо. Читала медленно, вчитываясь в каждое слово. — Эмма вяжет, — сказала она, когда закончила. — Да. — И ждёт. — Да. — Мы вернёмся. — Обязательно. Малия улыбнулась — редко, но искренне. — Хорошо. — Ты не против? — Нет. — Она покачала головой. — Я хочу увидеть её. Взрослую. — Увидишь. — И всех остальных. — Всех. — Когда? — Не знаю. Но вернёмся. — Обещаешь? — Обещаю. Малия обняла его. — Я люблю тебя, пап. Питер замер. Она редко называла его так. — Я тоже тебя люблю, дочка. --- Они сидели втроём — Питер, Крис, Малия. Письмо лежало на столе рядом с резиновым зайчиком Эммы. — Знаешь, — сказала Малия. — Я думаю, что всё правильно. — Что именно? — Всё. — Она обвела рукой комнату. — Мы здесь. Они там. Все живы. Все вместе. — Да. — И это главное. — Главное. За окном садилось солнце. Золотые лучи заливали комнату. Где-то в городе смеялась Кира. Где-то спорили Лиам и Тео. Где-то Джексон и Итен планировали путешествие. Где-то Лидия и Пэриш смотрели на звёзды. Где-то Скотт и Эллисон просто были счастливы. А в прошлом, за тринадцать лет до этого, молодая семья Хейлов готовилась к новой жизни. Талия, Дэвид, Лора, Кора, маленький Дерек, Ребекка, Генри, София, Эмма, бабушка Рут — все живы, все вместе. И молодой Питер, сидя на крыльце своего нового дома, смотрел на звёзды и ждал. Ждал момента, когда сможет увидеть свою дочь. Ждал, чтобы сказать ей: «Я здесь. Я всегда был здесь. И всегда буду». --- Питер подошёл к столу и взял ручку. — Что ты делаешь? — спросил Крис. — Пишу ответ. — Кому? — Ему. Молодому. — Но как ты отправишь? — Не знаю. — Питер улыбнулся. — Но время — странная штука. Может, дойдёт. Он начал писать: «Дорогой я (из прошлого), Твоё письмо дошло. Мы здесь. Мы живы. Мы счастливы. Малия прочитала и улыбнулась. Она хранит зайчика Эммы на самом видном месте. Крис рядом. Каждый день. Спасибо тебе. За всё. За смелость. За выбор. За то, что стал другим. Мы вернёмся. Когда-нибудь. Обязательно. Жди. С любовью, твой старший я. P.S. Я всё равно буду носить коричневый. Назло Бекке. P.P.S. Передай Эмме, что Малия её любит. И ждёт. P.P.P.S. Мы тоже будем ждать. Всегда». Он сложил письмо, запечатал в конверт и положил на подоконник. — Дойдёт? — спросила Малия. — Не знаю. — Питер пожал плечами. — Но попытаться стоит. — Как и всё в этой жизни. — Точно. Они стояли у окна — втроём — и смотрели на закат. Где-то вдалеке завыл койот. Но теперь это была не угроза. Это была песня. Песня о доме. Песня о семье. Песня о том, что любовь сильнее времени. Навсегда. --- КОНЕЦ ---