Ставка больше, чем жизнь

Я видел, как возле меня без просвета сгущалась тьма, Как ради забавы рвали тело моё на куски. И если б я был совсем человеком, то, верно, сошёл бы с ума, Ведь и так полукровное сердце разрушено от тоски. Я в людях не смог сочувствия к боли своей отыскать, Хоть мне братьями были наполовину они, Не нашлась мне для гроба у них ни одна доска — Все в костре полыхали деревья, кусты и пни. Я прощенья просил, на коленях их умолял, Чтоб смягчили хоть на день ужасную участь мою. Но к обеду я в центре пламени снова стоял, И фитиль доброты внутри стремился к нулю. Я не монстром родился, я за ними стал повторять Те поступки, которые призваны плоть развлечь. Я не первый начал в итоге людей убивать — Это просто тоже они не сумели себя сберечь. Мне любви не досталось — в глазах был один лишь страх, Но я начал со временем кайф от него получать. И огонь правосудия вспыхнул в моих руках, И своих убийц наконец я смог наказать. Но фитиль всё же тлел, и раскаянием мучим, Я пытался исправить мной нанесённый урон. Но всё меньше любить самому оставалось причин, И всё таяло без подрепленья внутри добро. И не стало больше его, навсегда угасла свеча, И я проклял людей, и питомцев их, и детей. Зло пришло за победой и нашло у меня причал. Я свободен ныне от глупых людских страстей, Что терзают души, которым не ведом тлен, Ради тела, какому вечность и не нужна. Только зло протянуло мне руку, чтоб поднять с колен. И я принял её, точно зная, какая цена. Этот ценник был выжжен теми, кем я дорожил, За кого был готов я терпеть испытания день за днём. Но они посчитали, что ненависть я заслужил, И меня объявили зла проводником. Что ж, возрадуйтесь, вы предсказали мою судьбу, И теперь заточен до блеска карающий меч. Не вступайте, глупцы, никогда с Некромантом в борьбу. Если без покаянья не хочется в землю вам лечь. Но я встретил её, и душа моя ожила, Я поверил, что счастье возможно и для меня. А она лишь приманкой, обманом моим была, И играло опять добро фигурами зла. И я всё потерял, человеком себя ощутив: Ядом горьким любви её оказались слова. Но и избранный ею умер. Понятен мотив — Пусть зовется она теперь для людей Вдова. А сейчас я из пепла восстал, чтоб ей отомстить, Подобраться поближе и напугать. Но она посмела другого опять полюбить. Значит, время пришло для неё и его потерять. Значит, нужно мне барда всего одного найти, Чтоб в глаза ему и другу его посмотреть. Чтоб их песни людям вовеки петь запретить, Чтоб убить их. И самому умереть.