You look like an angel.

Утро. Раннее, холодное. Такое нежеланное и такое ужасное. Проснулся Антон от того, что его за плечо нежно тормошила мама. Антон, — Сказала она, выглядя раздражённо. Казалось бы, что еще немного и она пойдёт, наберет стакан холодной воды, а после всего и вовсе выплеснет на Антона. Если он не проснётся, конечно. — Вставай. Ты можешь опоздать в школу. — Карина расслабилась, увидев, как Антон сонно, нехотя, открывал глаза, жмурясь то ли от того, что картинка перед глазами была размытая, то ли от того, что он не выспался. — Ну наконец-то. Давай, иди умывайся, а потом спускайся вниз. Я уже приготовила завтрак.

Антон.

Мама ушла, убедившись, что я не поспешу закрыть глаза и вновь провалится в сон, после того как она уйдет из комнаты. Я сел, все еще сонно потирая глаза, а потом взял с прикроватной тумбочки очки, надевая их на себя. Зрение наконец пришло в норму. Я проморгался, осматривая свою комнату. Сказать, что я нервничал — было ничего не сказать. Сегодня первый день в моей новой школе. Надеюсь, с сегодняшнего дня жизнь избавит меня от постоянных издевательств. Я встал, хмурясь от неприятного чувства холода, моментально захватившего мои ноги, а затем, шлёпая по холодному деревянному полу дрожащими ногами, дошел до ванной. Посмотрел на себя и принялся чистить зубы, параллельно думая о том, что ждет меня сегодня. Может, все не так плохо, как я себе представляю? Я спустился вниз и зашел на кухню, где уже кушала моя младшая сестра, Оля. С добрым утром, Тоша! — Сказала она, улыбаясь и сжимая в руках ложку. В тарелках была манная каша с комочками. Отвратительная. Надеюсь, весь оставшийся день не будет как эта каша. И тебе с добрым утром, Оль. — Я подошел к ней, а после нежно взъерошил ее волосы, собранные в два слабых хвостика. Я посмотрел на маму. Нужно было как-то отказаться от еды. Мам, — Уверенно сказал я. Моя уверенность пропала после того, как я посмотрел ей в глаза. Нахмуренные, грубые. Скажу что-то не то и буду наказан на неделю минимум. — Я, это.. Наверное, пойду собираться. Я не сильно хочу есть. Спасибо.. Со стороны мамы послышался разочарованный вздох. Я перевел взгляд на нее. В ее глазах не было прошлой грубости. Просто легкая обида. Как хочешь. Только таблетку не забудь выпить. — Она вышла из кухни, уходя куда-то наверх. Я выпил таблетку, а затем последовал ее примеру. Зашел в свою комнату и переоделся в заранее приготовленную, идеально выглаженную одежду. Взял рюкзак и пошел вниз. Провожать меня никто не вышел, что и неудивительно. Только прошедшая рядом Оля сказала: «Хорошего дня, братик!» В какой раз Антон убеждается, что Оля — его лучик света в кромешной тьме? В тысячный, наверное. Антон быстро надел ботинки, шапку и куртку, не забыв взять портфель, а после вышел на улицу. На улице было очень холодно. Все лицо сразу же обдало холодным, но слабым ветром. Стало неприятно. Хотелось поморщится и вновь уйти домой. Закрыться в своей комнате с сестрой и рисовать ей динозавров или смотреть мультики. Высокий, тёмный лес в сумерках раннего зимнего утра возвышался над Антоном. От него веяло призрачным холодом. Казалось, если зайдешь — не выйдешь. Но пришлось идти. Антон ступил вперед, сразу же проваливаясь в снег по щиколотку. Большую часть дороги он шел так. Спустя время начали виднеться живые дома, в большинстве из которых горели окна. Там можно было разглядеть людей, которые в попыхах собирались куда-то. Но я был слишком погружён мыслями. А что, если меня вновь не примут? Будут издеваться? А вдруг убьют ненароком? Одна мысль об этом кидала в дрожь. Я наконец посмотрел вперед. В паре-тройке метров от меня, под фонарным столбом, сидела сгорбившаяся фигура, что-то то ли неразборчиво бурча под нос, то ли чавкая и причмокивая. Я присмотрелся. Фигура резко выпрямилась, повернувшись на меня и подойдя. Но соблюдая дистанцию. Это оказался.. Ребёнок в маске лисы? Серьёзно? Привет! Тебя то я и ждала! — Сказала она, сложив изящные ручки в перчатках вместе. Меня? — Я недоверчиво наклонил голову в бок, указав на себя и чуть приоткрыв рот в немом шоке. Лиса в ответ на это лишь рассмеялась, одна из ее рук переместилась на бок, а другая выпрямилась. — Конечно тебя! Кого ж еще! А как тебя зовут? Ну.. Ладно. — Я расслабился, но не полностью. Слишком рано расслабляться. Мало ли она сейчас нож достанет? — ..Меня Антон зовут. А тебя? А меня - нет! — Плутовка вновь звонко рассмеялась. Ее голос эхом разносился у меня в голове. Вроде таблетки выпил. Тогда почему она здесь? Что не так? Я перенервничал и таблетка не помогла? Как это? У тебя нету имени? — Я сжал одну руку в кулак, готовясь к чему-то. К чему - я не знал. Но я знал, что лучшим исходом будет - либо ударить, либо убежать. Именно! — Лиса щелкнула пальцами, на пару мгновений ее глаза под маской опасно сверкнули. Такая опасная, но такая манящая.. — Но ты... — Она сократила расстояние, ткнув пальцем мне в грудь. Она была выше меня на пол головы, возможно, даже чуть выше.— ..Ты можешь дать мне имя. Я пару секунд помешкался, отведя взгляд в сторону. Это было так странно — Алиса?.. Алиса отпрянула от меня, вновь сложив ручки вместе. — У тебя хороший вкус. — К ее ногам прибежала маленькая дворняжка, виляя своим хвостом. — А вот и Жулька! Жулька? — Я опять наклонил голову. Кажется, я задаю слишком много вопросов.. — Это твоя собака? Да нет. — Сказала Алиса, наклоняясь и чеша Жульку за ухом, на что та одобрительно лаяла и прыгала около Алисы. — Она ничья. Просто дворняжка. Подкармливаю я ее иногда. Вот и увязалась. — Алиса разогнулась, выпрямляясь в полный рост. Мех на ее маске красиво переливался под светом фонаря. Ну.. Мне, как бы, в школу пора. — Я помялся, все еще не смотря ей прямо в глаза. Мне было неловко. Я провожу. — Сказала она утвердительным тоном. — Тут, в последнее время, небезопасно. Маньяки ходят! — Она протянула мне жвачку "Турбо." — Будешь? В голове пронеслись все те мантры, которые читали мне взрослые в детстве. «Никогда не бери конфеты у незнакомых людей!» ..Нет, спасибо, я не люблю сладкое. — Я криво улыбнулся, наконец посмотрев ей прямо в глаза. Все еще неловко.. Алиса тяжело вздохнула, засунув жвачку в карман своей шубки. — Не хочешь - как хочешь! Мне больше достанется. — Она вновь озорно захихикала и мы отправились в сторону школы, разговаривая на всякие разные темы. В основном это были вопросы по типу «А какой у тебя любимый цвет»? И тому подобное. Мы остановились за примерно пять метров от ворот школы. Школа выглядела мрачной, невзрачной. От нее, казалось, шла какая-то темная аура. Прямо как от леса, только хуже. Рядом с воротами стоял и курил какой-то мужчина. После чего он посмотрел на меня и скрылся из виду. ...После школы жду тебя на заднем дворе. Возле повешенного. —  Алиса, наклонив голову в бок, смотрела на меня своими красивыми, выразительными глазами. Одним словом — лиса. Почему мне вообще нужно ей верить? В сказках и мультиках говорящие лисицы всегда хитрые. Может и тут также? Бред. Я после школы сразу домой. — Я поправил очки. Со стороны школы послышался звонок, слышимый даже с такого расстояния. Опоздал на первый же урок. Чёрт.. Эх, Антоша-Антоша, — Она отвела взгляд куда-то в сторону, как будто бы задумалась. — Это я тебя так просто отпустила. Другие же незаметно подкрадутся со своими улыбочками... И вцепятся! Клещами не оторвёшь! Попомни мои слова. — Алиса зевнула. Рот на ее маске широко раскрылся, обнажая ряд острых зубов. Неужели это не маска? После этого она хихикнула, уходя куда-то. Я постоял пару секунд, смотря в никуда и обдумывая ее слова, а после взял всю свою волю в кулак и пошел в школу. Зашел, повесил куртку и пошагал искать нужный кабинет. Не прошло и нескольких минут, как я уже стоял в классе. Лилия Павловна представляла меня всему классу, пока они, как стая гиен, пожирали меня взглядом. Со стороны класса уже послышались тихие, но умеренные смешки и неизвестного содержания шёпот. ..Садись на последнюю парту к Семёну. Семён, убери свой рюкзак. — Она посмотрела на последнюю парту третьего ряда, где сидел прыщавый, полный мальчик, после чего я устремился прямо туда. Еще чего! — Сказал Семён противным, грубым голосом. — Не буду я с этим педиком сидеть! Лилия Павловна нахмурилась, ее голос стал в несколько раз строже и громче. — Это что за выражения такие? Ну-ка быстро все убрал! Не устраивай спектакль! Семён убрал портфель, но в ту же секунду на моем стуле появился смачный, жирный харчок, а Семён загоготал. — Присаживайся, голубок. Мое лицо скривилось в отвращении. Я не знал, что говорить. Да и стоит ли вообще? Я молча сел за свободную парту перед Семёном, достав все нужные вещи. Лилия Павловна тяжело вздохнула, продолжая урок. Остальной урок шел безобидно. Я слушал Лилию Павловну, а весь класс разделился на две категории: «Слушать Лилию Павловну» и «Пялится на Антона Петрова». Началась первая перемена. Я сидел на подоконнике, осматривая рядом идущих детей и в общем, людей. Кто-то шептался, кто-то бегал по коридору, кто-то просто спокойно общался. И тут ко мне подошёл Семён. Че расселся, очкарик? — Он возвысился надо мной, усмехнувшись. — Думаешь, если за тебя училка вступилась, то ты сразу крутым стал? Я решил промолчать. Было неприятно. Я не боялся ничего, кроме «слова на букву Р» и издевательств в мою сторону или в сторону сестры. В данный момент были издевательства в мою сторону. И это пугало. Мысли в голове начали путаться, а сам я уставился в одну точку. Пришел в себя я только после сильного толчка в плечо и громкой фразы «Ну и че ты завис, слепошарый?». Теперь, казалось, все смотрели только на них. Было два варианта: позорно стерпеть или смело ударить. Я выбрал.. Второй. Резко, но, наверное, не сильно, я ударил Сёмену и он, опешив, широко раскрыл рот и глаза, придерживаясь за место удара рукой..

Рома.

Я стоял поодаль с Бяшей, наблюдая за этой сценой. Я ожидал всего, но не того, что очкарик вмажет. Видал как он ему вмазал, на? — Сказал Бяша, привычно для меня шепелявя. — Может ну этого Сёмку? Может Тоху возьмём? Да угомонись ты со своим Тохой. — Я смирил его взглядом, по привычке хмурясь и морща лоб. — Он еще ничего толком не сделал. Может быть он тот еще гомодрил? Ты то откуда знаешь? Бяша замялся на месте, отведя взгляд и, видимо, раздумывая о чем-то, начал кусать нижнюю губу оставшимися зубами. — Может после уроков проверим его? Устроим засаду и.. В тот же момент подоспел Семён, хрюкнув, а затем тихо простонав от боли. — П-пацаны.. — Он посмотрел на нас, боясь отвержения и осуждения. Боясь титулов «Свинья» или «Отпизжен педиком». Не дрейфь, Сёма. — Я положил руку ему на плечо, на удивление нежно похлопывая. — Всё бывает в первый раз. Я тоже по морде получал. Бяша тоже уже давно не целка. Бяша оживился, засунув руки в карманы. — Во-во, на! Прозвенел звонок. На урок идти не хотелось. Ну.. А кому в здравом уме вообще хочется? Разве что этому странному новенькому. Выглядит как ботан. Так ещё и волосы странные какие-то. Белые, мягкие на вид...

Антон.

После удара вокруг меня начали скопляться люди. Они разговаривали об этой, только что произошедшей ситуацией, а некоторые из них, не стесняясь, показывали на меня пальцем и что-то говорили своим, как я понял, друзьям. Бо́льшая часть из них не ушла даже после прозвеневшего звонка, из-за чего мне пришло проталкиваться сквозь толпу, чтобы просто попасть на урок. По приходу в класс, казалось, что все взгляды направлены только на меня. Эта давящая атмосфера пожирала меня изнутри и снаружи. Я надеялся, что хотя бы тут не будет все так плохо, но мои надежды испарились в одно мгновение. Я знал, что этот жирдяй меня так просто не отпустит. И я был прав. Когда Сёмен проходил рядом, волочась к своей парте, он специально пнул мой стул, из-за чего я чуть не свалился на пол, не ожидая такой подставы. Он усмехнулся. Мерзко. Гадко. Его зубы с кариесом противно отдавали желтизной. Ненависть нарастала. Ко всему. К этому месту, к этим людям, к их взглядам, к их шепоту прямо передо мной. «Сука.» — Пронеслось в голове. — «Если бы мы остались один на один, то он бы также сохранял самообладание? Если да, то это не помешало бы мне вскрыть его горло.» — Я встрепенулся, уставившись на доску. О чем я думаю? Я пил сегодня таблетки? Кажется, пил. Или это было вчера? Очнулся я от голоса учителя, который звал меня. Антон... Антон! — Она звонко шмякнула школьным журналом по столу, привлекая внимание всего класса, заставляя всех, кто хихикал или шептался замолчать. — Иди к доске. Бегом. Я нехотя встал, взял учебник и поплелся к доске. Я даже не знаю, какая страница.. Надеюсь, она меня простит за это. Остальные уроки прошли хорошо. Я собрался, надеясь, что дома все будет хорошо, что Оля как обычно позовет его смотреть мультики, попросит нарисовать динозавра и... Блять. Алиса. Я был не до конца уверен, стоит ли мне вообще идти к ней на встречу. Но это единственный человек, с которым я познакомился сегодня и единственный человек, который, видимо, нормально ко мне относится. Ладно. Была не была. Я вышел со школы, сразу же заходя за неё. Там сначала никого не было. Неужели обманула? Но тут из-за угла вышла она. Алиса. В неприятном, режущем глаза, свете пасмурного, зимнего неба её маска казалась еще более привлекательной. Оу. Ты пришел.. — Сказала она, вновь сложив ручки в уже привычном для меня жесте. — Ну. Эм. Пойдем хоть до дома провожу. — Кажется, она сама не ожидала, что я приду.. Мы шли по рыхлому снегу, который иногда неприятно забивался в ботинки, наставляя меня нагибаться и доставать оттуда снег, пока Алиса терпеливо ждала. Мы опять разговорились на какую-то глупую тему по типу: «Почему люди ассоциируют с некоторыми вещами другие, вообще несовместимые вещи вещи? Например четверг и 16:00.» В один момент Алиса отстала, а спустя пару секунд я почувствовал то, как в мой лоб влетел комок снега, а затем услышал звонкий смех Алисы. Я развернулся, кидая еще один снежок в ответ. Я чувствовал себя свободно. Как будто все в этот момент замерло и остались только мы, играющие в снежки. В один момент я устал обороняться и побежал. Побежал под озорной смех лисы, которая пыталась меня догнать. Ну, заяц! Ну, погоди! — По пути Алиса иногда наклонялась, чтобы взять горсть снега, а затем нагоняла и пыталась попасть в меня. Холодный воздух бил мне в лицо, а я, кажется, был по настоящему счастлив за долгое время. Я бежал, думая о том, как приду домой, там, на кухне, будет сидеть Оля. Она будет есть хлеб со сгущёнкой, а затем посмотрит на меня и скажет.. — Куда так скачешь, чмошник? Я застыл. Откуда не возьмись появился Семён и два его друга. Алиса исчезла, а сам я стоял и не понимал, откуда и как они вообще вылезли. Моя радость испарилась в один миг. Я думал, что хуже уже не может быть. Оказывается может. Самый высокий и статный из них сразу же выпрямился при виде меня, скрещивая руки на груди, гордо смотря на меня сверху вниз, сказал: Че молчишь, Антошка? — На его лице расплылась гадкая улыбка. Мне кажется, если я скажу что-то не то, то пизды получу именно от него. — Отвечай. Ты педик? Хотелось крикнуть «Да!», чтобы сбить с толку, а затем развернуться и убежать. Не успел я опомнится, как с меня сняли портфель и уложили на снег, прижимая мою руку ногой. Семён открыл портфель под гоготание мальчика без двух передних зубов, который стоял рядом, и высыпал все содержимое на землю. Тетради и учебники с пеналом разлетелись во все стороны, пока я смотрел на это. Мои глаза были широко раскрыты в немом шоке. Но кроме тетрадей и учебников там было что-то другое. Что-то, что упало с глухим стуком. Мальчик, что был выше всех, отстранился от моей руки, поднимая маску. Надевай. — Сказал он, протягивая потрёпанную маску. З.. Зачем? — Мой голос дрожал, пока я поднимался со снега на подкашивающихся ногах. Надевай говорю. — Он чуть ли не пихнул в меня маску, вновь усмехнувшись. — Попрыгаешь перед нами, зайчик. Я смутился. «Зайчик? А ты когда кто? Волчик?» — Пронеслось в голове. Так, стоп. Меня только это смущает? Семён выхватил из рук, как я понял, главаря, маску, развернул ее и поднес на уровне моего лица. Беззубый мальчик затих. — Ромыч, да что ты с ним ебешься? Смотри как надо. Ромыч? Видимо, тот кто главный. Рома засунул руки в карманы, а потом опять усмехнулся. Все также гадко. — Ну давай, покажи мастер-класс. — Его голос сочился сарказмом, пока «беззубик» наблюдал за всей этой сценой издалека, не вмешиваясь. — Только учти. Если он скакать не станет - то ты за него поскачешь. Семён замялся. На его лице появился страх, который буквально через пару мгновений сменился фальшивой уверенностью. — Надевай быром. А то урою. — Он плюнул в маску, вновь загоготав. Также, как тогда, в классе, когда я в первый раз увидел его. У меня был выбор. И не было времени на раздумья. Послать или стерпеть? Я выбрал первое.