Искушения без правил

      То было безумием. Он точно это знал, но ни за что не хотел это прекратить.       О нет. О нет, черт. Три девушки. Целых три. Три шикарных, молодых, сочных девушки — и только для него, сейчас, в его постели. О чем еще здесь можно было мечтать?       Джош не имел понятия. Он не знал, не знал ничего. В голове плыло, он был на седьмом небе или еще дальше. Все, что имело значение, это Мей, такая хорошенькая азиатка, в данный момент столь усердно работающая головой.       — О Б-боже, — выдавил Джош, не своим просто голосом. Это не удивляло ничуть. За все то время, что они начали, он кончил — сколько? Раза три? Не меньше. Он не мог с собой совладать. Ему было слишком хорошо. И при всем этом у него снова и снова вставал как по стойке смирно, несмотря на то, что ему было почти сорок. Это было просто охуенным обстоятельством. Хотя, может, все дело просто в том, что с ним были такие красавицы. Джош закусил опухшую нижнюю губу, вытягивая руку и хватая Мей за темные волосы: — О да.       Девочка не ответила. Не до того было. Она взяла снова в глотку, снова, как это уже делала пару раз, и задержалась так, отчего у него на миг потемнело в глазах.       — Грх-пх-х…       — О, Боже! — воскликнул Джош. Хорошо. Это было чересчур хорошо. Ему только оставалось поражаться его богинями и своей выносливостью, всему этому сумасшествию, которому они подвергались этой ночью. Как же заебись, что он не пошел на ту вечеринку, а наткнулся на эти теперешние смыслы его жизни. Джош серьезно больше ни о чем не мог переживать. Он все-таки обхватил нежное лицо Мей и потянул ее к себе, чтобы поцеловать как следует, захватить ее губы в смачном поцелуе. Его лицо исказилось как от боли (хотя точно наоборот), стоило ему ощутить несколько пар губ, разом ласкающих его яйца. Ощущение было… нет. Неважно. Невозможно. Ощущения были просто необъяснимыми. Просто охуенными — и все тут.       Тот, кто переживал такое, мог лишь знать, что он испытывал.       Его тело уже давно покрылось по́том, он сдавленно дышал, как если бы работал третьи сутки на своей вшивой работе без продыху. Его яйца, казалось, были уже пусты, но опять же, это отнюдь не помешало ему довольно простонать, когда другая девушка, Сара, вскарабкалась на него и насадилась на его член. Он только издал слабый стон.       — О, да, — прохрипел он следом и закрыл глаза, подрагивая от прыжков. Это было что-то… Он изнемогал, на своей потрепанной кровати и прогнутом матрасе, пропахшем сексом, поднимался в рай и опускался обратно на землю уже несколько раз. Теплота, обволакивающая его член, была всем, ради чего он существовал. Он готов был рвать и метать ради этого немыслимого ощущения. Джош открыл мутные глаза и посмотрел вверх на свою богиню, охотно протягивая руку, которую она взяла в свои, и просовывая пальцы ей в рот. Сара прикрыла свои глаза и стала их медленно сосать, ее бедра ритмично бились об его, снова и снова, снова и снова. Джош открыто стонал. — О… ч-черт, детка…       Мей улыбнулась, не сдержавшись, при виде данной картины. Ее полные губы были приоткрыты, одной рукой она мягко массировала теплые яйца Джоша, второй — ласкала себя. Это было прикольно, эта практика нравилась ей больше других. Ее безумно заводило, что та, к которой она неровно дышала, прыгала на каком-нибудь парне, пока она сама наблюдала за этим. Да, у нее были признаки куколдинга.       Она не отрицала. Ее все устраивало. Ничто не может быть плохо, если это просто сексуальные практики, так? И этой ночью, когда она наткнулась на Джоша, а потом позвала троих своих подруг к нему в его грязный — в прямом и переносном смысле — трейлер, им всем хватало более чем веселья. Она вела себя неистово (впрочем, как и всегда), расслаблялась после этой сраной учебы и вела себя абсолютно так, как хочется, была безбашенной. Все было совсем не так, как с родителями, в кругу родных, которые всегда многое ей запрещали. А теперь, когда она от них съехала и зажила своей жизнью, она могла наконец назвать это жизнью.       Она занималась сексом с Сарой, Кристи и Мэри, а на члене этого парня кончила уже несколько раз. Это было отпадно. Она собиралась повторить — скакать на Джоше еще, и веселиться еще, столько, сколько ей самой того захочется. С этой мыслью она перестала легонько сжимать аккуратно побритые яйца (в плане гигиены у этого парня хотя бы проблем не было) и припала к ним лучше ртом, целуя каждое, беря в рот по очереди каждое и мыча. Сквозь стоны и вскрики Сары она могла слышать причмокивание Кристи — та еще время назад устроилась у ног Джоша, облизывая и всячески лаская орально его пальцы ног, кажется, находя именно в этом большой кайф для себя. Мей улыбнулась и слегка приподняла Джоша в области таза, чтобы ей открылся лучший доступ к его анусу.       — Ого, — выдала Кристи смешок, увидев, чем ее подружка занималась теперь… Это было все еще странно, такого рода ласки. Она хотела сказать, она не видела ничего дурного в ее пристрастии к ступням, как к женским, так и к мужским, но вот именно то, что делала Мей… для нее это было дикостью, все еще, и она сама никогда еще таким не занималась. Но с чем черт не шутит? Судя по выражению Джоша, его стонам, ставшим еще более громкими, ему это… очень нравилось? Даже больше, чем ее виды ласк? Здесь Кристи спохватилась и вернулась к прежнему делу. Она бережно обхватывала руками одну ступню, ласкала ртом пальцы, уделяла внимание каждому, так по бесчисленному кругу, также облизывала саму ступню, и после этого переходила к другой, и обратно. Она могла делать это часами, серьезно. Ей очень нравилось этим заниматься. Похоже, этот ее фетиш был с ней, сколько она себя помнила, будучи став подростком. Ну правда… Она даже не понимала, как кому-то может не нравиться проявлять такую любовь к чужим ногам. А порой и к своим.       Отпустив очередной палец с громким чмоком, Кристи снова заострила внимание на Мей, а точнее на ее попке… Та была у нее что надо. То есть она ничего не собиралась этим сказать, просто… Просто она, Кристи, никак не могла поспорить с тем, что задница одной из ее подруг, хоть и не самых лучших и близких, была самой отменной, хотя бы из числа тех, кто находился сейчас здесь. И если говорить о такого вида «опыте», тогда с кем бы она хотела осуществить его, так это с Мей. Больше ни с кем. К тому же она как раз сидела на коленях, прогнувшись вперед, выпячивая свою обнаженную попку, и момент сейчас был для такого что надо.       Кристи поддалась этому соблазну. Она немного нехотя оставила прекрасные ноги Джоша на время в покое и подползла ближе к Мей, чтобы сначала оставить на ее гладкой ровной ягодице аккуратный поцелуй, а уже потом, не получив сопротивления, она поправила очки на переносице, что съехали, и взяла Мей за бедра, припав к ней сзади ртом. Таким образом она осуществила что-то вроде паровозика. Ведь Мей активно делала анилингус Джошу, в то время как она сама делала то же самое ей. То самое, что было ей чуждо еще не так давно.       Она полностью ушла в дело и не могла видеть, с какой пьяной улыбкой наблюдала за ней, вообще в целом за Мей и Кристи, Мэри. Как она была счастлива в принципе от всего, что творилось вокруг.       Ее розовые взъерошенные волосы частично прикрывали грудь, она нависала над лицом Джоша уже добрых минут десять-пятнадцать, получая от него просто офигенский куннилингус и то и дело мыча его имя. Вся ее киска ныла от желания, она текла, но Джош быстро и эффективно все слизывал, и так раз за разом. Такими путями Мэри могла бы и не слезать с него совсем. Она дернулась снова от такого игривого языка и притянула к себе азартно прыгающую на нем Сару, поймав ее губы в плен и лаская, лаская ее грешной ротик своим языком. Сара захныкала и попыталась зачем-то отстраниться, но Мэри не позволила, взяв ее за талию для убедительности и целуя ее, пока в какой-то момент не добилась ответа. Она довольно промычала и стала лапать ее упругую грудь, теребить соски. Эта девочка была что надо. Мэри было все равно с кем, но сейчас-то, в данную минуту, она готова была отдавать всю себя для ее ласк.       — Не отставай, — бросила она Джошу, глянув вниз. Боже. Его мычание, в ответ на то, что остальные девочки с ним делали, вызывали в ней дополнительную порцию возбуждения. Она была вся мокрой, пока терлась об его губы и такой шаловливый язык. Она быстро закрыла глаза и чуть запрокинула голову. Ей хотелось быть везде одновременно, ублажать каждого на этой постели. Ее похоть была безгранична, свою роль играл в этом, конечно, и выпитый алкоголь, и то, сколько времени они уже провели здесь, казалось всего лишь цветочками, по сравнению с тем, что еще могло ждать их, блин, впереди.