Собрать заново

      Сегодня утром прошёл суд над многодетным отцом, который, как оказалось, мало того что усыновлял детей ради выплат, так ещё и заставлял их работать в жару на ферме, которую держит его семья. Старшая дочь, пятнадцатилетняя Мэри, смогла оповестить полицию о своём положении и они нагрянули непрошеным визитом, однако для девочки было уже поздно: разгневанный отец, увидев, что сделала его новая дочь, наказал её очень строго. Девочка не дожила до конца дня и скончалась в местной больнице от кровоизлияния в мозг. Младших детей с ссадинами, гематомами и ранами изъяли, многих поместили в больницу на обследование, однако некоторых отправили обратно в систему опеки. Многим детям, особенно первоусыновлённым установили недоедание, но теперь дети находятся под наблюдением. Отца семейства, по решению сегодняшнего суда посадили. С вами был новостной канал Колумбии, доброго вечера.

      Нил, случайно переключивший спортивный канал на новостной, шумно вздохнул:       — Я не могу поверить, что такие люди существуют. – Эндрю выглянул из-за кухонной арки, его губа едва дёрнулась в отвращении.       — Таким, как они, нужны только деньги, любовью к детям там и не пахнет, – фыркнул он подходя ближе к дивану.       — Как им детей вообще отдают? – негодовал Нил. Эндрю цокнул:       — Тебе ли не знать, какими лестными словами можно задобрить дяденьку из опеки.       — Ну столько детей, они же так надеялись, что наконец окажутся в хорошей семье, но любви и заботы им так и не покажут. Ладно, им даже еду не показывают, а потом удивляются, почему дети такими жестокими вырастают. – всё больше распалялся Нил. На самом деле, с тех пор как он по счастливой случайности остался жив, он стал слишком сентиментальным что ли? А особенно к детям, хотя в этом, возможно, поспособствовали и его собственные крестники, размягчив его характер.       — Мы могли бы. – откликнулся Эндрю.       — Что? – не понял Нил. Эндрю закатил глаза и с театральным вздохом объяснил:       — Мы могли бы взять ребёнка, – прежде, чем ошарашенный Нил успел хоть что-то сказать в ответ, Эндрю продолжил:       — Конечно, любви и нежности от нас он не получит, однако мы можем ему показать, что такое нормальная жизнь, вне детского дома и насилия.       — Только дать хорошие условия жизни это не всё, что требуется от родителей, Эндрю. – посерьезнел Нил. Эндрю тяжело кивнул:       — Мы можем изучить. Однако, постоять за себя мы его точно научим. – Нил выглядел немного рассеянным и неуверенным.       — Да или нет, Нил? – Нил мигом поднял глаза прямиком на Эндрю и бодро кивнул:       — Да.

***

      Поддаватся импульсу никто из них не собирался и ехать за ребёнком сломя голову тоже. На долгие месяцы они засели за литературу и нюансы системы опеки, и первым, что они должны были решить: к какому ребёнку они готовы?       Сразу исключались дети до десяти лет, потому что, несмотря на спортивное прошлое, оба считали свой возраст неподходящим для маленьких детей. Но вопросы выдавали и дети самой старшей категории: зачастую именно они натерпелись больше всего, и они уже имеют своё видение мира, которое никак нельзя изменить ни комфортом, ни тем более мнимой "родительской любовью".       В итоге они сошлись на возрастной категории от одиннадцати до пятнадцати лет.       Ещё быстрее они определились с полом ребёнка: мальчик. Ни один из них никогда не сталкивался с женскими проблемами и не был знаком с девочками в своём подрастковом возрасте, да и воспитывать мальчка казалось будто более лёгкой задачей.       Это было всё, что их интересовало в ребёнке, так что список получился небольшим, и они не могли понять, хорошо это или плохо, но, в любом случае, перешли к следующему этапу: комната.       Место было не проблемой, с учётом того, что они жили в частном доме. Две комнаты, которые раньше принадлежали Ники и Аарону, давно уже пустуют, и даже кроме них была гостевая комната, которую вполне могли переделать в детскую. Хотя на самом деле решили ничего не менять: базовая мебель в виде кровати, шкафа и стола выглядела неплохо для того, чтобы ребёнка пустили сюда жить на пробный период, однако, если всё пройдёт хорошо, то ребёнок сам подберёт новую мебель в комнату, нет смысла менять её уже сейчас.

***

      Что ж, последние семь месяцев имели свой результат: Нил и Эндрю прочитали нежилое количество книг и просмотрели хуеву тучу видео о подростках. Они привели в порядок пустующие комнаты и даже пересмотрели свой рацион питания, возможно.       И так, до выезда осталось меньше часа, и Нил сидел как на иголках: вертелся из стороны в сторону и представлял себе все возможные проблемы. Эндрю на это ласково щурился и проводил пальцами по макушке, наматывая жесткие пряди на пальцы, это неплохо помогало.       Дорога заняла не более двух часов, однако обоим мужчинам казалось, что все пять. У порога, перед огромными дубовыми дверьми, их встречала директор — тучная строгая женщина в костюме, с которой разговор состоялся задолго перед встречей. Она обещала показать всех детей, которые подходили под их критерии.