Становление Лордов

Спокойной эту ночь можно было назвать разве что с большой натяжкой. Сэм то проваливался в сон, то выплывал из него, чувствуя желание и ощущая веревки на своем теле. Это было приятно, но вот так чтобы именно спать… Впрочем, он сам хотел чего-то такого, так что был абсолютно доволен происходящим. Дин дрых рядом, прижавшись и закинув руку, которой по-хозяйски обнимал партнера. Это было уютно и правильно. Ощущая его, младший чувствовал себя в безопасности, несмотря на полную беспомощность. Это помогало расслабляться и все-таки, хоть и урывками, но вполне отдохнуть после вчерашнего дня, который, хоть и был вроде как выходным, но все равно оказался длинным и хлопотным. А вот о хозяйственных делах в таком состоянии думать не получалось вовсе, все так или иначе сводилось к сексу и таким вот играм, хотя Сэм и пытался заставить себя о них подумать, чтобы чуть снизить возбуждение. — Тебя развязать, чтобы ты поспал? — сонным голосом спросил Дин. Он сквозь сон ощущал постоянное шевеление супруга и его тихие вздохи. — Ох, черт! Ты же в кляпе. Кивни, если согласен. — Не развязывай, — попросил Сэм, воспользовавшись их связью. — Мне хорошо… И я поспал достаточно, чтобы нормально чувствовать себя. Разве что если я тебе мешаю… — Нет, не мешаешь, но мне кажется, что ты не особо выспался, — ответил Дин. — Может, мне это просто кажется… — Решения сейчас принимаешь ты, — отозвался младший. — Ты спросил, я ответил. — Тогда снова спим, — решил Дин. — Я еще не отдохнул, — он повернул Сэма на другой бок и прижался к его спине. — Спи. Младший по-честному попытался уснуть, но особого успеха в этом деле не добился. Задремывал, вновь выныривал, тело порядком затекло, веревки впивались и узелками, и не только ими, но это было в кайф. В какой-то момент он подумал, а интересно, сколько он может пролежать вот так, чтобы удовольствие перестало таковым быть, но определенного ответа так и не получил: единственное, что сейчас доставляло пока легкий дискомфорт — утреннее желание дойти до уборной и, если бы не оно, все было бы вообще чудесно. Дин проснулся от того, что он прекрасно выспался. Открыв глаза, он повернул голову и посмотрел на Сэма. Тот явно всю ночь провел в полудреме, но не выглядел уставшим. Наоборот, весь лучился довольством. — Доброе утро! Как спалось? Сейчас развяжу, а то ты в туалет хочешь, я чувствую, — сказал Дин. Большая часть веревок, ну, собственно, те, которые не давали шевелиться, фиксируя руки и ноги, покинула младшего и тот, пробурчав нечто сквозь кляп, перекатился по постели, а потом попытался встать. Способность сделать это он явно переоценил, поэтому чуть не растянулся на полу, но вовремя ухватился за столбик кровати и все-таки как-то утвердился на ногах. Постояв так пару минут и поняв, что более-менее может двигаться, он убрел в купальню, где традиционно был выгорожен закуток и для уборной. Кровь постепенно разгонялась по жилам, и умывался Сэм уже не придерживаясь ни за что, правда, зубы из-за кляпа почистить не удалось, а трогать на себе девайсы, по правилам таких игр, было нельзя, поэтому он вернулся в спальню и опустился на колени рядом с половиной кровати, на которой обычно спал, а сейчас просто лежал Дин. Недовольным младший не выглядел, осунувшимся тоже, взгляд все еще был шальной, хотя и не настолько, как накануне. — Снять кляп? Сейчас, — Дин потянулся, сел на кровати и снял кляп с Сэма. — Можешь идти умываться дальше. И сделай мне ванну, жди меня в ней. Сэм кивнул и ушел в купальню. Наполнить здоровенную емкость водой было бы небыстрым занятием, если бы не магия. Гномы-строители предусмотрели и это, поэтому вода наливалась быстро, да и сливалась — тоже, хотя это-то как раз происходило естественным путем. Пока емкость наполнялась, Сэм почистил зубы, а потом забрался в воду, капнув предварительно в нее немного смеси масел, которая нравилась Дину именно по утрам. Вечером он предпочитал другую, и Фабиан, когда у него выдалось немного времени, составил несколько разных композиций под разные настроения и задачи. Сейчас запах был бодрящим, но не лишенным чувственности, чуть горьковатым, свежим и волнующим. Самому Сэму он тоже нравился, и он с удовольствием принюхивался, дожидаясь супруга. Дин потянулся на кровати еще раз и, встав с нее, прошлепал в ванную. Вода была уже готова, теплая и ароматно пахнущая, и Сэм дожидался супруга в ней. Старший плюхнулся в воду и подплыл к партнеру, присаживаясь рядом. — Еще раз доброе утро! Спасибо за ванну. — На здоровье, — улыбнулся тот. — А тебе спасибо за чудесную ночь. — Она действительно была чудесной для тебя? — Ты мне не веришь? — прищурился Сэм. — С чего такой вопрос? — Верю, просто уточнил, — Дин притянул супруга к себе и поцеловал. — Мне очень понравилось. — Я до сих пор заведен, — выдохнул ему в губы младший — И ощущаю себя… м-м-м… обалденно. И покорным твоей воле. И голодным. И… Черт! Как всегда, много всего и высказать все разом сложно. В общем, про планы можешь меня не спрашивать, у меня их нет от слова вообще, я весь в твоем распоряжении. — Тогда… м-м-м-м… Ты так и не показал мне до конца, какой ты наездник… Я не понял, все было достаточно быстро, — Дин приказал артефакту перетечь на талию супруга. Сэм переместился так, чтобы оказаться на коленях у партнера и погладил рукой его мужское достоинство, которое и так было достаточно напряжено, а уж от прикосновений приобрело каменную твердость. Принять его в себя не составляло никаких проблем, что младший и сделал, а потом принялся двигаться, поднимаясь так, что Дин почти выскальзывал из него, а потом резко опускаясь вниз и сжимая его мышцами. Удовольствия от подобного он и сам получал массу, ощущения от того, что большая часть секрета смывалась водой, были ярче и сильно жестче, чем без этого фактора, но и в этом тоже был свой кайф. — Нравится? — мурлыкнул Сэм, делая очередное подобное движение. — Очень, любовь моя, — Дин помогал супругу двигаться, поддавая бедрами вверх. — Еще, давай. Младший чуть ускорился, хотя техника движений оставалась прежней. Он мог так скакать на супруге довольно долго, контролируя развязку и свою и партнера, вот только сможет ли Дин сам сдерживаться, чтобы не перехватывать инициативу и не закончить все буквально в несколько движений. Дин почувствовал желание младшего и перестал двигаться, надеясь, что это снизит собственное возбуждение. Он уже плыл, находясь буквально в нескольких шагах от разрядки. Но ему хотелось прийти к финалу вместе с супругом. Он целовал и кусал партнера, в остальном оставаясь малоподвижным. — Кончай, если хочешь, — выдохнул Сэм. — Потом меня… рукой, или… совсем позже, не важно. Я хочу, чтобы тебе… хорошо было. — А я хочу, чтобы мы кончили вместе, — Дин снова стал двигаться все чаще и сильнее, и от этих движений, утратив большую часть контроля, младший забился у него в руках. Казалось, что от накатившегося оргазма пошли судороги по всему телу, задница тоже сжималась, стискивая член супруга и мешая двигаться быстро. — Так, мой хороший, вот так, — Дин крепко держал Сэма в объятиях, изливаясь в него. — Я люблю тебя, мое сердце, просто обожаю. — Черт! Дин, — выдохнул младший, когда его немного отпустило. — Почему мы оказались с тобой в одной постели так… поздно? А? Мы столько лет пропустили. Хотя могли бы, вместо того, чтобы ссориться — заниматься любовью. Вот так вот, с твоим членом внутри меня не больно-то пообижаешься и поспоришь. — Тогда бы ты не стал пить демонскую кровь? Или мы бы бросили охоту и зажили нормальной жизнью? — Дин целовал супруга. — Я тоже об этом думал, когда занимался с жрецами. Что нужно было признать свои чувства к тебе еще тогда. А не прятать их и не считать себя уродом. — Хотя… Тогда мы бы, наверное, не стали тем, кем сейчас являемся, — вздохнул Сэм. — Не было бы у нас бункера хранителей, ты не нашел бы ключ-портал сюда… Ну, если бы мы оказались в одной постели тогда, когда я осознал, что хочу тебя. И Стэнфорда, наверное, тоже не было бы, и Джесс, которая познакомила меня со всеми этими играми… — он поглядел на супруга и покачал головой. — Нет. Пожалуй… Так, как есть — хорошо. Возможно, было бы тоже неплохо, но… уж точно не так интересно. — Да уж, — Дин усмехнулся. — Были бы сейчас семейной парой. Ты — адвокат, я — пожарный или автомеханик. Класс! Правда? — Какой ужас, — непритворно ужаснулся Сэм. — Адвокат? Вот сейчас я точно не хочу быть адвокатом. Мне кажется это… скучным. И пресным. И вообще… А ты пожарный или автомеханик… Вместо лорда? Никогда не почувствовать дракона под собой? Ходить всю жизнь в костюмах… И не встретить Фабиана… Мама дорогая! — Это просто ужасно! — Дин расхохотался, представив все в красках. — Ну уж нет! Мне так вот в сто раз больше нравится. Сэм кивнул и, протянув руку, взял с полочки, сделанной специально, чтобы можно было дотянуться не вставая, флакон с шампунем, выдавил немного себе на руку, а потом принялся намыливать шевелюру Дина. — Ты с длинными волосами… Кто бы мог подумать, что так будет? У тебя всегда были короткие стрижки, это меня было не загнать в парикмахерскую… — Сам в шоке от своих волос, но мне нравится, — Дин посмотрел на Сэма. — И стричься я не собираюсь. — Ну, никто и не предлагает это делать, — пожал плечами младший. Он смыл пену с супруга, а потом нанес на его волосы ополаскиватель и занялся своей шевелюрой. В общем, плескались они еще довольно долго, но все-таки в итоге вылезли из ванной и отправились завтракать. В кухне обнаружился только Руадх и Сэм, с которого Дин так и не снял обвязку, принялся накрывать на стол. — Ты уже завтракал? — спросил он драконыша. Младшему всегда было забавно наблюдать, как тот реагирует, когда видит нечто происходящее между его приемными родителями. Драконыш смущался, отводил глаза, стеснялся, но в то же время было видно, что ему любопытно и хочется задавать вопросы, вот только решался он на это довольно редко. — Доброе утро! Еще нет, я только встал, — Руадх посмотрел на Сэма и спросил: — У вас все в порядке? — Мы похожи на людей, у которых что-то не в порядке? — вопросом на вопрос ответил тот. — Нет, в основном, нет, но… — драконыш немного замялся. — Меня связывали, если хотели наказать. А ты сейчас… м-м-м… Связан? Не знаю, как назвать это. Поэтому и спрашиваю. — Ну… Я был связан, это правда, — улыбнулся Сэм. — Но не ради наказания. А сейчас, — он подсунул палец под один из витков обмотки и чуть подергал, наслаждаясь ощущениями, — я вроде, как и связан, но свободен. Ощущения от веревки приятны мне, а вид — Дину. Объяснить в чем тут удовольствие практически невозможно, это можно только на своей шкурке почувствовать, ну… Или не почувствовать, — пока говорил, Сэм успел накрыть на стол и теперь уселся рядом с Дином на стул. — Понятно, что ничего не понятно, — улыбнулся Руадх. — Я вчера начал читать книжку, которую ты мне рекомендовал. Там ничего не говорится о веревках и прочем. — Которую из? Камасутру? — уточнил Сэм. — Ну… Да, в ней об этом почти ничего нет. А до того, что там все-таки есть, ты, похоже, не дошел. Давай ты попробуешь сформулировать, что именно тебе непонятно, а я постараюсь объяснить в чем фишка. — Знаешь, я все меряю по себе. Вот ты в веревках. Это явное ограничение свободы. И ты говоришь, что тебе это нравится. Нравится что? Когда тебя лишают движения? Когда наказывают? Лишают свободы? Потому что мне это не нравится вовсе и именно поэтому непонятно. — То, что ты все меряешь по себе, это понятно, — заметил Сэм, и откусил кусочек от бутерброда, чтобы пока жует, обдумать ответы на остальные вопросы. — Смотри, до того, как осознать, что мы магики, мы с Дином были охотниками. Кое-что мы тебе рассказывали, так что более-менее представление о том, что это за работа, ты знаешь. Так вот, для меня веревка обычно была синонимом если уж не немедленной смерти, то очень, очень близкой. Но это в обычной ситуации. А вот когда речь идет о постели… Тут все по-другому. До какого-то момента просто связанные руки или ноги не вызывали никаких эмоций, кроме отрицательных, но… Мне хотелось сильной боли, а причинить ее не привязав, так, чтобы при этом еще и не навредить — сложно, если не сказать невозможно. Поэтому пришлось искать способ фиксации. Вот так была найдена та конструкция, которую ты на мне сейчас видишь: она отличается от тех ситуаций, которые встречались мне на охоте, когда кто-то из врагов лишал меня свободы, поэтому фиксация, при использовании такой вот вязки, стала возможной, а потом… Потом я научился получать от этого удовольствие. Хотя… — он откусил еще кусочек от бутерброда и, прожевав, продолжил: — Все опять же упирается в доверие и сопутствующие ему вещи. Объяснить их сложно, а вот физиологию — гораздо легче. Веревка не просто так навязана на теле. Узелки расположены так, чтобы надавливать на определенные места и это возбуждает желание. Само ощущение некоторой ограниченности, в общем-то тоже, тем более, если доверяешь партнеру. А что касается наказания… Тут все вообще не просто. Есть разница между тем, что делали с тобой орденцы и тем, что делает со мной Дин. Даже если в этом процессе нет эротического подтекста. Тебя наказывали, чтобы привести к полной покорности, вбить в тебя определенные алгоритмы поведения. Меня… Хм… Отчасти — тоже, но… Не так. И не в методах дело, а в восприятии. Как объяснить? О! Помнишь ситуацию с вышивкой? Вот что ты чувствовал, когда просил о наказании? А потом, когда получал его? А когда получив, плакал, а мы тебя обнимали? — Я… Когда просил о наказании я чувствовал свою вину и неправоту. Потому что обидев тебя, точнее, высказав, что это грязная женская работа, я обидел тебя, Фаба, Дина и себя в том числе. Отнесся с пренебрежением ко всему этому. Поэтому и просил наказать. А когда получал, считал, что вполне заслуженно и правильно. Физически мне было очень больно. И душевно тоже, но я знал, что это правильно. А вот слезы смыли всю боль. И когда вы меня обнимали, я не ощущал себя покинутым. Заброшенным и ненужным. Как-то так, — было видно, что драконышу до сих пор тяжелы воспоминания об этом проступке. — Разница между тем, что делали с тобой раньше и тем, что произошло тогда есть? — спросил Сэм. — В чем она? — Есть и она огромна. Тогда меня никто не спрашивал ничего, мне ничего не разъясняли, никто не говорил. Просто связали и бросили. А сейчас… Чувствую, что все это было сделано так, чтобы показать, что вы меня любите, и если наказываете, то за дело и не собираетесь бросать и вообще. — То наказание, которое ты принял из рук Дина, было твоим выбором? — задал следующий вопрос Сэм — Ну да, — даже удивился Руадх. — Я же сам попросил, когда все осознал. — А теперь сведи это все в одну кучу, — предложил Сэм. — Сам сведи. — Так. Я провинился. Осознал это после разговора, попросил о наказании сам. Выбрал сам. Я знал, что меня никто не забьет и не бросит. Потому что я знаю, что вы меня любите и я вам доверяю. И получается, ты также? Просишь, чтобы тебя связали или наказали, или выпороли, потому что доверяешь и знаешь, что тебя любят и сделают для тебя все? — Хм… В общем, да, — кивнул Сэм. — Но все еще сложнее. Если я в чем-то действительно провинился, ну, как в случае с Кристаллом, вот такое вот добровольно принятое наказание помогает избавиться от чувства вины. Наказали, потом побыли рядом, привели в порядок — и все. Моральная тяжесть от ощущения неправильности и ошибочности содеянного уходит. Притом, быстро и, по сравнению с тем, как можно накрутить себя самостоятельно — безболезненно и без долговременных последствий. Так отрабатывает психика, во всяком случае, моя, да и, думаю, очень многих. Вот то, что происходит после наказания четко дает понять: несмотря на то, что я сделал фигню, меня любят и не бросили. Это все про ситуацию без эротической составляющей было. А теперь попробуй просто принять на веру: боль бывает очень, очень разной. Ну, собственно, не только в физическом смысле, как если, например, обжечься или уронить себе на ногу что-то тяжелое. Восприятие боли может разниться. Мне не нравится обжигаться или еще как-то наносить самому себе вред, но если Дин или Фабиан берут в руки плеть, это может быть действительно приятно, несмотря на то, что потом на задницу не всегда усядешься. — Глядя на тебя или Дина иногда, — драконыш стрельнул глазами. — В это можно поверить. Вот только я бы не сказал, что тяжесть так быстро уходит. У меня да, вина ушла. А вот осознание ошибки и нежелание ее повторять — остались. И то, что ты говорил, про не бросили и любят — тоже. — Ну, собственно, все верно. Чувство вины — это… нехорошее чувство. Оно разрушительно и именно от него способно избавить наказание, а не от памяти о событии, которое к нему привело. А вот осознание ошибки и нежелание ее повторять — это урок, который остается с тобой на всю жизнь. Но чистый, без примесей и негатива. Просто ты точно знаешь: так делать не надо и, когда встречается подобная ситуация, можешь сделать другой выбор, повести себя как-то иначе, чтобы не совершить такой же ошибки. Если бы ты забыл, то мог бы повторить ее снова, — заметил Сэм. — Правда, все это работает лишь в том случае, если ты чувствовал именно вину и все происходило осознанно. Если тебя привязали и высекли просто так, ну, потому что не ты, а кто-то этого захотел, разумеется, подобное действие воспринимается как обида, как нечто незаслуженное, нежеланное и единственное, чего хочется — отомстить обидчику. В такой ситуации не может быть ни пользы, ни удовольствия, во всяком случае, для того, с кем так поступают. — Я уже понял разницу, — Руадх немного поморщился. — Ужасно то, что многие из нас чаще оказываются во второй ситуации, чем в первой. Мне повезло. — Знаешь, что самое смешное, — произнес Дин. — Многие не будут считать это везением. Наоборот, скажут, что жить в такой семье, как наша — ужас-ужас! А вот жить, как ты раньше — почти нормально. Никогда этого не понимал. Так же, как и “обычных людей”. — Честно сказать, не понимаю, что такого ужасного в нашем семействе, — фыркнул Сэм. Он давно доел и теперь спокойно прихлебывал кофе, беседуя с сотрапезниками. — Так ведь… Ну… Честнее, что ли? Да и, пожалуй, проще. Во всяком случае, нам с тобой стало между собой разбираться точно проще, чем раньше, нет? — Не только разбираться, любовь моя, — ответил Дин. — Вообще все стало намного проще, когда мы все выяснили и пришли к тому соглашению, которое устраивает нас обоих. И так действительно честнее. Но, с точки зрения общепринятой морали — нет. Мы живем в грехе, еще и приемного сына черти чему учим. А нас даже не двое, а трое. И я надеюсь, будет четверо. И приемных больше, и своих народим. И я не считаю нужным скрываться или играть какую-то роль для других. Мне и личины-то не особо по нутру, знаешь же. Руадх снова поморщился и сказал: — Меня моя семья устраивает со всех сторон. Кому какое дело, какая она? — Наши вассалы воспринимают нас такими, каковы мы есть, — пожал плечами Сэм. — Думаешь, что, все поголовно слепые и не видит кто тут с кем спит? Я кое-что слышал… И могу тебе сказать, что наши кумушки просто умиляются, как это ни странно. А от кое-кого из молодежи слышал завистливые нотки, дескать, вон какие супруги у нашего лорда. Так что тут у нас все хорошо, а остальные… Кому не нравится — могут отправляться куда им угодно. Хотя… С другой стороны, забавно будет, если семьи в нашем городе начнут складываться по нашему примеру, вот тут-то я посмеюсь. — Посмеемся вместе, когда ты трансформируешься, — усмехнулся Дин. — Вот тут пересудов будет еще больше. Они же тебя такой не видели, а Берг и бригада будут молчать — они знакомы с си-ин. Вообще, интересно, даже если и будут такие семьи, это хорошо. Они устойчивее, мне кажется. А ты, красный, что морщишься все время? Тема разговора не нравится? Голова болит? — Нет, тема очень даже нравится, — ответил Руадх. — И голова не болит. Просто, что-то такое зудит в ней, не пойму. А как это — трансформируешься? — Я же говорил, что си-ин, — улыбнулся Сэм. — Помнишь? И мужчина, и женщина. Это ведь не шутка была. Через пару дней я залягу спать, и проведу в этом состоянии несколько дней, а когда проснусь… Увидишь, что будет, — он поднялся со своего места и, подойдя к шкафчику-аптечке, вынул оттуда коробку, подписанную его именем, достал несколько фиалов и последовательно их осушил. — А что зудит-то? — Не знаю, — ответил драконыш. — Пока не понимаю. Будто москит в голове. Что-то так на пороге слышимости. Будет чуть громче — смогу разобрать… — Ты скажи нам обязательно, хорошо? — попросил Дин. — Такие вещи нас в прошлой жизни всегда настораживали. Вот зуд, внезапный холод, странные звуки и вещи не на месте. Скажешь ведь? — Угу, — ответил Руадх и принялся собирать грязную посуду. — Скажу обязательно. — К таким вещам можно попробовать, скажем, прислушаться, — подал голос Сэм. — Сконцентрироваться на ощущении и попытаться понять, что же это. — Хорошо, я так и сделаю, только не сейчас, — Руадх поднялся из-за стола. — У меня сейчас много дел. Надо животных проведать, потом еще сады. Эльфы просили… — Руадх, возможно, я покажусь тебе жутким параноиком и занудой, — мягко произнес Сэм, — но… Иногда вот от таких вот, хм… зудов, зависит жизнь. Животные, сады и прочее — не убежит. Руадх вздохнул и закрыл глаза. Он пытался прислушаться к этому неясному зуду. Что он смог определить точно — это был звук, как тонкий писк или кто-то кричит, но на расстоянии. И слышался он в драконьей части. Как еще описать эту свою личность — он не знал. — Я не могу расслышать, будто очень далеко… Даже не знаю, что сделать, чтобы стало лучше. — Хоть из какой области этот звук? — спросил младший, внимательно глядя на драконыша. — Из драконьей части. Если помнишь, я тебе рассказывал, — ответил Руадх. — Будто кто-то зовет. — Из драконьей? — переспросил Дин. — Тогда следует искать, где будет лучше слышно… Когда я сюда первый раз попал, то стал чувствовать Сэма, только не звуком, а болью в груди. Будто дыра. И чем ближе был брат, тем сильнее болело. Пока мы не встретились. И эта боль показывала еще и направление. Может у тебя так же? — Я не знаю, надо попробовать, — ответил Руадх. — Наш дом очень хорошо защищен, благодаря Сэму. Может, стоит выйти из него подальше? — предложил Дин. — Кстати, да, — произнес Сэм. — Защиты тут навернуто более чем достаточно, может она даже и ваше драконское радио глушит, — он глянул на супруга кивнув, подтверждая его слова. — Пойдем, ну, хоть к морю, будем надеяться, там слышнее будет. — Мне кажется, — произнес Дин. — Нужно вообще вылететь за пределы города. Вокруг столько щитов, что они могут тоже все глушить. Либо подняться высоко, либо за щиты. Попробуем? Они вышли на пляж и Дин с Руадхом перекинулись. Старший подождал, пока его всадник взберется на спину и усядется, и потом взлетел ввысь вслед за красным. Драконыш решил покинуть пределы города, направляясь в сторону моря. Нис летел следом и внимательно наблюдал, и слушал. Стоило им только пересечь невидимую защиту, как Руадх завопил в голове: — Я слышу! Сейчас, попробую разобрать, — и помчался вверх, скрываясь за облаками. — Что там, Дин? — спросил Сэм, когда оба дракона, покинув пределы города рванули вверх. — Он что-то услышал и полетел проверять, — ответил Дин. — Ищет направление, как я тогда. Только, мне кажется, что все происходит не в этом мире. Еще один разумный дракон здесь? Неа. Мы бы услышали раньше. — Нис, это за пределами! — снова крикнул в голове Дина Руадх. — Ну, как я и предполагал, — сообщил старший Сэму. — Другой мир, — он обратился к драконышу по их связи: — Засек направление, и кто это? — Да! Я снижаюсь, летим домой, сейчас все расскажу, — ответил красный. — Дин, прежде, чем приземлишься, заложи крюк на восток — поглядеть, что на реке творится на всякий случай, — попросил Сэм. — И заодно проверьте, щиты города вашу связь будут глушить, или если вы в одном мире находитесь — то нет, ну, или не сильно. — Красный, ты — домой и продолжай со мной болтать, — приказал Дин. — А мы слетаем вверх по реке, проверим кое-что. — Хорошо, Нис, — Руадх, по мере приближения к городу звучал все глуше и глуше, пока совсем не затих, ощущаясь комариным писком в голове. — Щиты работают, — сообщил дракон супругу. — Что ты хотел посмотреть на реке? — Просто проверить, как там и что. Вдруг кто-то новый взамен пришел и намыливается в нашу строну?, — ответил Сэм, оглядывая окрестности. — Вроде тихо, так что можем возвращаться. А вот что щиты так работают — странно. Вроде как никто их так не задумывал. — Не задумывал-то — да, — согласился Дин. — Но никто не может тебе дать гарантию, что совместные мысли о том, что мы не хотим, чтобы нас обнаружили, не подпитывают щиты и не настраивают их так. Как тульпа, только защита. Вот и получилось, что нас не видно и не слышно со всех сторон. Как тебе такая идея? — Вполне себе идея, — согласился Сэм. — В теории, оно может так работать. А ты ничего не слышал? Ваша способность воспринимать других может разниться по силе? — Может. Это как с воспоминаниями. Ты чаще всего вспоминаешь то, что имеет более сильную эмоциональную окраску. Поэтому, мы помним больше плохого, чем хорошего, — рассказывал Дин, подлетая к дому. — И тут так же. Может, это кто-то, кто эмоционально задел Руадха больше всего. Не важно как. Просто якорь. А для меня он был не значим. — Ну, пойдем, узнаем, что же он там такое услышал, — предложил Сэм, слезая со спины дракона. — Мне уже даже любопытно. Руадх ждал их на берегу, уже перекинувшись в свою человеческую форму. — Ох! Лучше бы я не слышал, честное слово, — покачал головой он. — Ты помнишь Меллана? Такого мерзкого типа старше меня, который постоянно меня доставал? Ну, он еще вечно нарывался на неприятности. — Ну, вроде помню, — Дин уже перетек в человека и подошел к драконышу. — Слащавый такой, да? — Да. Так вот, это был он. Самое странное, что из всех драконов он выбрал для зова меня. Просит о помощи. Что-то случилось… Он в мире, где ты схрон защищал, помнишь? — Дин кивнул и драконыш продолжил. — Там что-то такое опять произошло. Надо лететь, выручать… — Стой, стой, стой, — Дин схватил Руадха за плечо. — А ты не думаешь, что это ловушка? Почему зов тебе, а не кому-нибудь из ордена? — А можно подробнее об этом драконе? — попросил Сэм. — И что будет, если мы никуда не полетим? — Да, Меллан. Мы оба приютские и он старше меня на несколько лет, — начал рассказывать Руадх. — Он еще в приюте постоянно доставал меня и издевался. И характерец у него — ужасный. Он очень язвительный, непокорный, упрямый, как сто ослов. У него тоже не складывалось со всадниками, но не из-за того, что он не хотел. Он-то по мальчикам, с этим нет проблем. А с ним никто не хотел связываться из-за характера. Он воздушный дракон, но не как ты, Сэм. Он больше в электричество. Стреляет молниями. Умеет управлять погодой и это очень редкий и ценный дар. Потому и дерзкий — чувствует себя безнаказанным. Дин его пару раз в школе вежливо посылал, когда Меллан к нему яйца подкатывал, так? Ну, вот он такой. А если мы никуда не полетим, то он может погибнуть. А это шанс вытащить еще одного дракона, пусть и мерзкого. — Ну, полезность некого абстрактного круглого дракона в вакууме мне понятна, — пожал плечами младший. — Дин, а ты что о нем скажешь? И, нет, я не ревную. Меня интересует как можно более объективное описание. И — главное — он сумеет вписаться в наш коллектив? В каком статусе? Нашего приемного? Или, Руадх, возьмешь его младшим супругом? — Хм, что странно — сумеет, — подумав, ответил Дин. — Он быстро приспосабливается. Вообще, достаточно открытый, хоть и непокорный. Знаешь, он мне напомнил меня самого и тебя. По характеру. И статус… Только не Руадху младшим супругом — они друг друга поубивают и наш не будет с ним спать. Нет. Можно приемным, но за ним нужен глаз да глаз. — Так… Я пойду разбужу Фабиана, а вы оба вспоминайте все, что помните о том мире. Вот все-все. И что там делает орден. Вообще зафига они там? — попросил Сэм. — Руадх, ты общаться с ним можешь или только слышать? Нам нужны данные по численности противника. Может, там кто-то еще из драконов кроме этого Меллана есть. — Чтобы узнать, есть ли там кто-то еще, мне нужно вылететь за пределы города и щитов, — сказал Руадх. — Ну так сделай же это, — ответил Сэм и пошел будить Фабиана. — Разведданные-то нужны. — Так, тот мир, — Дин принялся вспоминать, когда младший вернулся в кухню. — Там у ордена схрон, только не такой крутой, как у тебя, Сэмми. И на него постоянно пытаются напасть. Там море разных артефактов, я же говорил. Оружие, книги и все такое. Сам мир вполне пригоден для жилья, вот только… Там что-то вроде ядерной зимы, как описывают фантасты. Правда, уровень радиации не соответствует последствиям войны, он низкий, но в атмосфере пыль. Звезд там две, очень красиво смотрится, когда подлетаешь. А вот на самой планете они не видны из-за плотного слоя пыли. Дышать можно, но лучше взять защищающие дыхание от пыли маски. Орденцы дышат через тряпки, драконам же все это не страшно. Растительность убогая, вода есть и пить ее можно. Много действующих вулканов, может, из-за этого пыль такая. Разумных там нет, или очень, очень немного, скорее всего, вымерли при катаклизмах. Развалин там много, аж жуть. Из животинок — насекомые, пресмыкающиеся и рыбы. Что-то такое похожее на Землю в начале времен. Сам схрон построен стационарно, а база, на которой охрана живет, постоянно перемещается. Охраны всего в обычное время человек пятнадцать-двадцать, и парочка драконов со всадниками. Если происходят нападения, то через портал приходит подмога. Там есть связь через кристаллы, похожие на те, что были в школе, помнишь, я рассказывал? Они установлены около схрона парочка и на базе тоже. Насколько я помню и понимаю, они только для связи, больше ни для чего. Приходят около пятидесяти магиков плюс еще драконы. Смены там меняются раз в месяц. Планета такая, что с ума сойдешь. Везде ловушки, нежить, всякое другое говно. Она вообще, какая-то аномальная. Очень похожа на зону из фильма одного старого и странного, смотрел случайно, запомнилось. Там, вроде, инопланетяне посещали Землю и остались вот такие места, откуда все что-то ценное таскали. На этой планете тоже ценного до дури. Артефакты, которые жизненные силы продлевают или могут личность поменять. Или гравитацией управляют. Много всякого. Нежить там своя и еще некоторые местечки на планете есть, которые из других миров притягивают. Такие мерзкие экземпляры попадаются. Я вот вообще думаю, что это может быть ловушкой. Для Руадха или тех, кто его спас. Но идти все равно надо. Надо брать с собой респираторы, для всех, кроме меня. Накопителей побольше, потому что там маны уходит — будь здоров. Оружие, только не огнестрел. Иначе разорвет. Одежду, которая температуру держит, сумки. Там пробираться придется по земле, часто в пещеры или развалины нырять. Я вижу эти ловушки и черные дыры в магическом зрении, могу вам транслировать. Летать там сложно, но возможно. И вообще, хочу Руадха дождаться, что он нам скажет… — Рюкзаки, наверное, лучше, чем сумки, — заметил Сэм. — Руки свободнее. Накопителей возьмем. Три комплекта хватит? Или лучше больше? — Возьми больше. И, Фаб, понадобятся зелья. Кровоостанавливающие, усыпляющие, обезболивающие, может, еще какие... — Хорошо, я соберу еду и аптечку, — кивнул Фабиан, прикидывая, что следует взять с собой. Руадх вернулся и заглянул в кухню. — Вы все здесь, хорошо. Так, я пообщался с Мелланом, там все очень хреново. Он сказал мне, что они облетали схрон и попали со всадником в переместившуюся ловушку. Помнишь, там такие были “соковыжималки” ... — А, паутина, — ответил Дин. — Помню. И дальше. — Всадника потрепало, он жив, но плох. Подмоги там нет, разыгралась буря, после примерно такой тебя и… Меня он позвал, потому что первым вспомнил. Как чувствовал, что я жив, говорит. До остальных никак не дозваться. Дружка вы его убили на той планете, где вы меня спасали. До следующей смены у него есть дней пять, потом всадника в расход, не жилец он. Меллан, соответственно, тоже. Меня удивило одно, что он откуда-то почуял, что я без всадника теперь. Я пытался его порасспросить… Нападений не было давно, охраны там мало, всего магиков двадцать, может меньше. Основная часть около схрона, кто-то в лагере был. Они были на облете, ну и попались. Это вроде все. — Это, скорее всего, в ордене почувствовали, когда мы тебе связи оборвали, — сказал Дин. — Так, бури там длятся дня по три. На какой день он с тобой разговаривал? — Связь-то как со всадником у тебя есть, — заметил Фабиан. — Со мной. Может она другая, может Дин прав. Такие обрывы должны бы ощущаться. — На третий, — Руадх пытался говорить со всеми одновременно. — Мне кажется, там связь другая. Если она еще и ритуалом подкрепляется, то маячок должен быть, — это уже Дин. — Отсюда по червоточинам день пути, ведь так? — Да, можно быстрее, но всадники… — ответил Руадх. — Выдержат, ничего им не сделается, — сказал Дин. — Надо вылетать немедленно, через пару часов — крайний срок. — Можно вопрос? — спросил младший — Какой? — спросил Дин, выгнув бровь. — Конструктивный, — спокойно ответил Сэм. — Откуда ближе? Отсюда, от моего схрона, от си-ин? От мира где Неффхет? Или, может, вообще с Земли? — Отсюда ближе всего, — ответил Дин. — Ты не хочешь раскрывать наше местоположение? Тогда проще идти от схрона. — У нас еще есть точка выхода — место, где было твое логово, — напомнил Сэм. — Его вообще не желательно трогать, — ответил Дин. — Никак. — Понял, — кивнул Сэм и, хлопнув себя по лбу, воскликнул: — О! Вот я ж тормоз! — после чего вскочил со своего места и куда-то убежал. — Противогазы для Меллана и его всадника не забудьте. И еще приборы ночного видения нужны? Мне и красному — нет, а вам? — Мне тоже не нужно, — ответил Фабиан. — Сэм пользуется, когда нужно символом магическим. — Тогда не берем лишнюю тяжесть, — Дин немного помолчал. — Я так думаю, что на обратную дорогу Меллана хорошо бы усыпить в человечьем обличии и транспортировать так. Легче будет и вообще. А вот отходить нужно обязательно через Сэмов схрон и к Рихху. Пока Дин говорил, Сэм успел дойти до мастерской и забрать оттуда то, за чем ходил. Вернулся он в кухню со шкатулкой в руках, открыв которую, принялся доставать полные накопители нового типа. — Так… четыре в браслеты, восемь запасных… Это дофигища маны, — сказал он. — Реально даже не знаю, куда ее столько слить можно. Но на всякий случай еще четыре запасных. Руадх, я тебе сделал браслет тоже. Не такой, как наши, но… Камни в него тоже встраиваются и общаться мысленно с любым из нас ты сможешь. Ну, или со всеми, впрочем, как и мы с тобой, — объяснил он, протягивая браслет-наруч драконышу, который был выполнен в любимых оттенках красного и выглядел весьма эстетично, хотя и ничуть не смотрелся комплектным к тем, что были на его приемных родителях. — Сейчас там стоят полные камни, вот тебе еще двенадцать на смену. Ими хоть и чужие завладеть не могут, и их у нас много, но все-таки… — Спасибо огромное, — Руадх, оглядываясь на Дина, обнял Сэма, благодаря. Он надел браслет, полюбовался им и попробовал выщелкнуть-защелкнуть камни. — Это здорово. Очень. Он поможет там. Пойду собираться. Я быстро, — и убежал. — Как бы нам хватило того, что мы берем, — сказал Дин, усмехаясь. — Планета та еще. Надо пару запасных рюкзаков взять. Вдруг найдем чего полезного… — Какова вообще цель миссии? Чисто спасательная операция? Схроном мы не интересуемся? — спросил младший. — Схроном интересуемся, только охрану надо перебить, — ответил Дин. — Это легко — упокоить и развеять. Только бы добраться туда. Насколько я понял красного по картинкам, которые он мне транслировал, Меллан со всадником от самого схрона недалеко улетели. — Тогда почему им свои же не помогли? — удивился Фабиан. — Если недалеко-то? — Там, куда они упали, много ловушек, — сказал Дин. — Чуть ли не эпицентр. Хрень эта паутинистая их в воздухе поймала. Может, боятся. — Надеюсь, Меллан стоит того риска, которому мы будем подвергаться ради его шкуры, — хмыкнул Сэм. — Ладно. Я все понял, пошел тоже собираться. — Пойду собирать аптечку и еду, — кивнул Фабиан. — Контейнеры в прошлый раз себя очень хорошо показали, да и “булочек” тут у нас свежий урожай вместе с этими огненными персиками поспел. — Замечательно, — сказал Дин. — Я за одеждой и оружием, — и отправился в логово. Когда все собрались и снова оказались в кухне, с рюкзаками и вооруженные до зубов, Дин продолжил инструктаж. — Я сейчас прям того чувака из фильма буду цитировать, но идем след в след, от меня ни на шаг. Я первый, Руадх замыкающий. Если я говорю “Прыгаем”, вы не задаете других вопросов, кроме как “Высоко?”. Если говорю “Падаем”, валимся там, где стояли, не важно, что вокруг. В пещеры, так в пещеры. В воду, так в воду. Никаких споров и возражений. Как я уже говорил, я буду вам транслировать то, что вижу. Сэм, ты еще своим зрением поглядывай, на всякий случай. Мы пойдем отсюда порталом к твоему схрону, потом червоточинами. Обратно можно открыть портал, тоже до схрона. Когда долетим, приземлимся на плато милях в двух от нужной точки, то есть башни. Там, полмили вперед, находится дракон, которого идем выручать. Потом, после того, как мы их усыпим, нужно пробраться в башню ордена и пошерстить там. Все понятно? — Понятно, — отозвался Сэм, а Фабиан молча кивнул, а когда они все вчетвером дошли до портальной площадки, младший открыл портал, направляя его к своему схрону. На той стороне все также было тихо и спокойно, никто, кроме их самих так и не побывал тут. Даже из пещеры перестали раздаваться стоны и ругань умирающих пленников. — Кстати, мы там убиваем всех? — спросил он, когда они взлетели, направляясь к червоточине. — А то я бы подпитал защиту… Не то, чтобы она была плоха или всерьез нуждалась бы в этом, но хуже не будет. — Если не забуду, оставлю тебе парочку, — в голосе Дина слышалась усмешка. — Или сколько тебе надо? — Парочки хватит, — ответил младший. — Вообще такая защита, что я там нагородил, требует некоего минимума жертв, чтобы активироваться, но, чем больше их будет, тем она крепче и при взломе простоит дольше, нанося максимум вреда ломщику. Дин угукнул и пронесся в очередную червоточину. Двигались они очень быстро, боясь не успеть до того, как всаднику станет совсем плохо и связанный с ним дракон может пострадать. Но все равно, как и говорили, на весь путь затратили примерно сутки. Останавливались несколько раз, в малообитаемых мирах, чтобы передохнуть, перекусить и пополнить запасы воздуха. Последняя остановка пришлась прямо на границу между мирами. Дин когда-то смотрел мультик про смешного робота-врача и мальчишку, решившего, что он может ради мести погубить весь мир. Там были кадры, показывающие как выглядит подпространство, куда их затянул взбесившийся телепорт. Так вот, место между мирами было таким же удивительным и красивым. И там были обитаемые миры тоже. В одном из них вся четверка и сделала последнюю остановку. Минут через сорок после взлета с этого мира, по прикидкам старшего, впереди показалась червоточина, ведущая в тот, аномальный мир. Планета из космоса смотрелась бурой, вся в фиолетовых вспышках. Им пришлось пробиваться сквозь толстенный слой пыльных облаков, шарахающих молниями. Наконец, они спустились в тот самый относительно чистый слой, про который говорил Дин. Постоянно уклоняясь от ловушек, поднимающихся с поверхности в воздух, четверка долетела до относительно ровного плато, в магическом зрении абсолютно чистого. Будто тут никогда ничего не было. Драконы приземлились, дождались, пока их спутники спрыгнут на твердую поверхность и перетекли в человеческую форму. — Так, красный, быстрее одевайся. Давай, давай, ту одежду, которая температуру держит. Прямо сверху, наплевать, — командовал Дин. — Готовы? Всю защиту, которая есть активировали и гуськом за мной, как говорили. Бегом, вот туда, в расщелину. Они побежали вслед за старшим, который постоянно им транслировал как выглядят и где расположены ближайшие ловушки. В магическом зрении эти вещи выглядели крайне неприглядно. Хоть Дин и видел все в разных оттенках серого, но мерзкого вида паутина с капающей с нее жидкостью, или якобы студенистая лужа, или вроде нормальный камень, а если приглядеться, то на нем что-то вроде острейших зубов, и он что-то жует непрерывно. И такого добра было немеряно. Все двигались след в след, когда бегом, когда чуть ли не ползком, медленно приближаясь к цели. — Осталось метров тридцать, — сказал Руадх по связи. — Я уже хорошо его слышу. — Я теперь тоже, — ответил Дин. — Будьте очень осторожны сейчас. Впереди прямо скопление паутин. И еще… В землю! — и он бросился к ближайшему годному укрытию, которое на сей раз представляло из себя расщелину между каких-то камней. Была она естественного происхождения, то ли техногенного — непонятно. Камни были словно бы оплавлены, или обветрены. Сэм с Фабианом последовали за ним и, стоило им нырнуть в узкий лаз, как снаружи что-то полыхнуло и оттуда потянуло жаром. Младший выставил воздушный щит, но это мало помогло делу, тогда к его щиту присоединился фабианов — водный. Стало чуть полегче, но все равно приключенцы ощущали себя так, будто попали в духовку. — Как тут воевать? — проворчал Фаб. Его лоб был покрыт капельками пота, которые он периодически смахивал рукой, сосредоточенно держа щит. — Сэм, попробуй лучше охладить воздух, а то мы тут изжаримся! Младший кивнул и активировал охлаждающие символы. Воздух стал заметно прохладнее и дорниец протянул руку, чтобы потрогать камень: тот был холоден, словно лед. — Я думал он будет горячим… — заметил он, удивленно поглядев на Дина. Сэм же оглядывался по сторонам, пользуясь всеми способами видеть, которые имел в распоряжении. Правда, аурное зрение тут мало помогало делу: слишком много пятен, линий, цветов и мешанина такая, что без длительного разбирательства на предмет, что тут к чему, оно скорее мешало. — Дин, у нас за спиной что-то очень яркое, — произнес он, вглядываясь в заинтересовавшее его явление. Оно, в отличие от большинства окружающих пятен, было ровно одного цвета: бирюзовое и имело четкую структуру и границы. — Небольшое, в форме капли. В аурном зрении — бирюзовое. — Ого! Это же один из артефактов, которые отсюда таскали! — Дин был в восторге. — Это аналог акваланга. Его просто цепляешь к себе куда-нибудь на кожу и все — ты можешь погружаться глубоко и спокойно дышать. Ценная вещь, — он подобрал артефакт и сунул к себе в рюкзак. — Ты мне говори, если что-то такое еще увидишь. Я сейчас не могу смешивать свое зрение и аурное — иначе ловушек не разберу. Все здешние артефакты светят вот таким ровным и четко обозначенным цветом. Все, что разных оттенков синего и голубого — связано с водой. Красно-оранжевые — огонь и лечение. И так далее. Хорошо бы зеленых найти: они все заточены для поддержания сил. — А в обычном зрении это больше всего похоже на окатанный кусок кварца, — заметил Сэм. — Получается, что тут у орденцев работают люди, которые умеют видеть. Ну или как они ищут эти вот артефакты? — Снаружи вроде это, то, что жарило, ушло, — подал голос Фабиан, ощутивший, как давление на щиты разом исчезло. — Все равно нельзя выходить. Еще полчаса минимум, — Дин присел на землю. — Эта собака, ловушка, то есть, может несколько раз стрельнуть. Если через полчаса ничего не будет, а еще лучше минут через сорок, то пойдем. Не дергайтесь пока, подождем. Ты спрашивал, как тут воевать, Фабиан? Вот так и воюют. Загоняют противника под ловушки и вперед. Главное, самим не попасться. А у ордена есть разные магики, скорее всего. И видящие тоже, Сэмми. — Раз мы тут все равно сидим без дела, предлагаю пока перекусить, — сказал дорниец и, скинув свой рюкзак на землю, принялся рыться в нем. Через некоторое время на свет появилось четыре контейнера с пищей, которые он и раздал сотоварищам. — Кто знает, когда в следующий раз удастся пожрать. И… Дин, Руадх, вы как? Укрепляющие зелья не нужны? Все-таки летели мы довольно долго и отдыхали мало. — Мне не надо, спасибо, — ответил драконыш. — Я поем и буду как новенький. Не особо устал. — А мне нужны, — сказал Дин, уже уплетая еду. — Я вымотался сильно. И еще, проверьте накопители, надо ли менять. Тут мана летит, как я не знаю, что. Я после еды так точно все поменяю. Осталось в каждом по чуть-чуть. А я даже в боевой режим не уходил. Сэм осмотрел свои камни и один из них поменял. — Остальные полные, — сообщил он. — Что-то не особо отток чувствую. Фабиан, проверив свои, поменял пару. — Чуть больше, чем обычно, но вот прямо чтобы сливалось, так нет, — заметил он. — Может, потому, что ты видишь, а мы нет? Зрение сливает? Руадх, у тебя как? — У меня тоже только полтора камня, — ответил драконыш. — Скорее всего, да. Дин через зрение и трансляцию сливает. — Не знаю, может быть, — Дин менял свои накопители. — По моим внутренним часам прошло достаточно времени. Эта ловушка не плюется. Но лучше перебдеть, чем недобдеть, — он принялся шарить по всей расщелине и, в конце концов, нашел небольшую палку или железяку. — Ты хочешь ее выкинуть наружу? — спросил Сэм, а потом, порывшись в кармане, достал оттуда моток тонкой веревки и пустую гильзу. — Вот. Привяжи ее и кидай, потом подтянешь. Ну, если с ней ничего не будет. Если будет — просто веревку вытащишь, а гильз я взял некоторое количество… Фильм-то я тоже смотрел, но подумал, что гайками кидаться не очень идея: если есть места, где как-то по-другому гравитация работает, тяжелой гайкой в лоб получить… Как-то не хочется. Дин взял предложенные вещи и принялся кидать гильзу, проверяя, сработает ли ловушка. Но все было относительно тихо. Вскоре они собрались и осторожно выползли из расщелины, напоминая самим себе весенних сонных мух. Буквально через несколько минут старший приказал бежать и прятаться за группу валунов, поросших голубоватым мхом. Это было странно, потому что вся растительность, которую они встречали за время своего передвижения была бурой, скрученной в такие фигуры, что не у всякого абстракциониста так сработала бы фантазия. — Кстати, — сказал Дин, когда они пережидали у валунов пролета каких-то серебристых не то нитей, не то дождя. — Этот мох — съедобен. И даже залечивает раны. Ну, по крайней мере, кровь останавливает и стягивает края, как клей. Можно попробовать наковырять немного и домой взять — вдруг приживется. Фабиан хмыкнул и, достав нож, принялся отделять мох от валунов, складывая его в контейнер из-под еды. Что это и как работает, можно было разобраться и позже, а сейчас: сказали сделать — он и делает. — А с фауной тут, смотрю, не особо, — заметил Сэм, оглядываясь по сторонам. — Пока ни одного живого существа, кроме нас… Ни разумного, ни неразумного. — Они прячутся. И тем более, тут нет никого, кроме насекомых, пресмыкающихся и нечто вроде рыб. Бррр. Такие мерзкие, — ответил Дин. — Красный, ты не пробовал с ними общаться? — Нет, не пробовал. Но я их слышу. Тут озеро недалеко, там много рыбы. И змеи есть, — сказал Руадх. — Около дракона, кстати, что-то вроде лягушки. Красной такой. — Передай Меллану, чтобы держался от этой красной лягушки подальше и всадника тоже. Она жутко ядовитая, как на Земле древолазы, — Дин повертел головой. — Так, этот странный дождь прошел мимо, нам осталось всего ничего. Вот до тех кустов бегом! Они добежали до кустов, указанных Дином и чуть не столкнулись с драконом, явно обезумевшим от боли и длительном нахождении в этом месте. Он бросился на Дина, защищая еле дышащего всадника. — Стой! Это Нис и я, Руадх, — драконыш вышел вперед и поднял руки в успокаивающем жесте. — Ты звал нас на помощь, помнишь? Мы пришли… Мы выручим тебя… — Твою ж налево! — выругался Сэм, резко тормозя, чтобы не попасть под удар хвоста немаленького такого синего ящера. — Руадх, он тебя слышит, или проще чтоб Фаб попробовал его под ментальный контроль взять? Ща он еще пару раз своим хвостом махнет и жабу заденет, я ее вижу! — Слышит. И не нервничай, сейчас, — драконыш обратился к Меллану. — Смотри, посмотри на нас внимательно. Вот Нис, видишь. Это его супруги. А я Руадх, — дракон чуть успокоился и принюхался. — Вот так, спокойней. И ты сейчас хвостом жабу заденешь, а она ядовитая, между прочим. Жутко ядовитая. Тише, тише, — Руадх разговаривал с драконом так, будто перед ним что-то не желающий делать Гранит или Ветерок. Синий драконище перестал так сильно бить своим хвостом и подошел к Дину и его спутникам, раздувая ноздри и принюхиваясь. — О! Красный заморыш и его защитничек. Еще и супругов приволок. Вы что здесь, оргию решили замутить? Местечко-то стремное, как раз для таких… — голос у дракона был пропитан ядом. — Ты звал Руадха на помощь, он попросил тебе помочь, — вышел вперед Дин. — Мы пришли, и ты еще и оскорбляешь нас? Я сейчас развернусь и уйду вместе с супругами и приемным сыном, подыхай здесь, как собака. — Он всегда такой? — мысленно спросил Сэм Дина. — Почти, — также мысленно ответил старший. — Он может быть нормальным и чаще всего я его таким и видел, но сейчас он просто вне себя от боли. Он же чувствует все, что и всадник. А там… Довезти бы его живым, — Дин обратился к дракону. — Зачем ты звал тогда? — Мне и правда нужна помощь, — дракон успокаивался, но все равно находился в защитном положении над всадником. — Мой всадник — он умирает. А я не хочу вместе с ним. У нас ходили слухи, что эти трое тебя и твоего всадника выкрали и сумели разъединить. Я уж и не надеялся, что это правда, но сейчас… Если это получится, то я буду обязан вам жизнью. — Будешь, — хмыкнул Сэм. — А сейчас, если ты собираешься выжить, ты заткнешься и дашь осмотреть специалистам твоего всадника. Может быть нам удастся как-то стабилизировать его хотя бы для того, чтобы довезти вас обоих до целителя. Синий дракон фыркнул и отошел в сторону, открывая доступ к человеку, лежащему на земле. — Меллан, перетеки в человека, — приказал Дин. — Нам так будет удобнее общаться и тебя осмотрим заодно. И поговорим. Дракон трансформировался в человека. Насколько был синий дракон страшен в своем обличии: огромный, больше Руадха, но меньше Дина, с полосой желтых наростов, похожих на молнии, весь в иглах. Если бы он свернулся, то точно бы походил на ежа. Настолько безобиден и мягок в человеческом: высокий, худощавый, с тонкими чертами лица. Шелковистые темно-каштановые волосы, глубокие почти вишневые глаза. Изящный и очень сексапильный. — Руадх, он с тобой почти одних габаритов, выдай ему комплект одежды, — попросил Фабиан. — Зад у него, конечно, неплох, но… — дорниец окинул Меллана оценивающим взглядом, прикидывая, что этакий красавчик способен одним своим видом создать массу неприятностей, если будет вести себя так, как повел изначально. — Что значит неплох? — возмутился Меллан. — Да за мою задницу многие убить были готовы, а ты — неплох. Это у тебя зад еще не отвис, вот и неплох, — дракон натягивал штаны, выданные ему Руадхом и ругался. — Нет, ну это надо! — Мог бы просто сказать спасибо, — фыркнул Фабиан. — С тебя бы не убыло, а сошел бы за воспитанного разумного, а не за глупого мальчишку. Мы сюда через пол-Розы тащились не для того, чтобы выслушивать твою ругань, — он оглядывался по сторонам, периодически кидая взгляд на жабу, которая тихонько подбиралась к месту, где они находились. — Так. Оба рты закрыли! Быстро! — приказал Дин. — Фаб, ты нужен мне, осмотреть всадника. Сэм, смотри за этим и за жабой. А вообще, поймайте-ка ее. И хорошо бы найти ее сородичей. — Слизь на ней ядовита? Или только плевки? — деловито поинтересовался Сэм. — Все ядовито. Я тут подумал, не отвезти ли несколько этих жабочек туда, где бребики? Выпустить там, пусть размножаются. Сожрут друг друга и нехай. Ингредиенты для зелий кончатся. — Хорошая идея, — оценил Сэм. — Вот только как их ловить, таких ядовитых? И транспортировать… Хотя… Руадх, попробуй пообщаться с ней? Пообещай много вкусного…Пусть позовет сородичей и, когда они соберутся, если у тебя получится, я открою портал туда и закину их толпой. Главное, чтобы она тебя не попыталась сожрать. Руадх опустился на корточки перед жабой и уставился в ее глаза. Они, судя по всему, очень оживленно переговаривались. Потому что рожицы, которые строил драконыш, были настолько забавные, что волей-неволей все улыбались. Даже Меллан. — Что у нас тут? — спросил Фабиан, подходя к всаднику, который был без сознания. Ран вроде не было видно, но более здоровым он от этого не выглядел. — Меллан, во что вы попали? — Тут есть такие ловушки, паутина называются. Они, когда попадаешь в них, начинают тебя выкручивать и выжимать, как мокрое белье. Причем, оплетает такая паутина все тело. Часто кости не ломает, но внутренние органы все… И жидкости, она похоже питается кровью и лимфой, короче всем. Мне повезло, я электричеством плюнул, она и отпустила, только спина и руки сзади обожжены. А вот всаднику досталось больше. Паутина сверху напала и мне показалось, что она целенаправленно шла на всадника. — Значит, укрепляющее, кровевосстанавливающее и, Дин, попробуй ты что-нибудь сделать, — прикинул дорниец, протягивая супругу флаконы с нужными зельями. — Прямо в вену вводи. Он вряд ли глотнуть сможет. А ты, — он обратился к Меллану, — показывай спину и руки. Меллан повернулся к Фабиану спиной и действительно — вся поверхность была будто в небольших, но глубоких порезах, покрытых уже засохшей кровью. Дин же, повернувшись к всаднику, протянул к нему руки ладонями вниз и принялся сканировать тело. Закончив с осмотром, он приложил флакон к сгибу локтя, прямо на вену и силой ввел зелье в кровь. Точно также он поступил и с остальными. Затем, положив руки на живот всадника, он закрыл глаза и погрузился в транс, пытаясь залечить внутренние разрывы. — Да, выглядит не очень, — осмотрев Меллана, заключил Фабиан. — Вот зелья, пей, — велел он, отдавая следующий набор флаконов своему пациенту. — Трогать это пока не будем. Надо промыть, а боль потерпишь. Потом залечим. Дин, не усердствуй особо. Нам надо чтобы он прожил часов пять, вряд ли больше. Все равно, видимо, не жилец, ну, насколько я могу судить. Ментал у него тоже поломан и порядком. Он скорее овощ, чем человек сейчас. — Почему это трогать не будем? — Меллан понизил голос и бросил призывный взгляд на Фабиана. — Я бы тебе разрешил. Потрогать и не только. — Меллан, охолони, а то получишь по зубам, будешь моего супруга домогаться, — Дин вышел из транса и теперь старался только создать поддержку из собственных целительских сил и фабиановых зелий. Всадник был не жилец, это точно. Но после такой поддержки мог продержаться еще часов шесть-восемь. Руадх же в это время договорился с жабой и ее сородичами, которых собралось уже больше полусотни голов. — Больше в окрестностях нету таких красавиц? — спросил Сэм драконыша. — Если нет — открываю под ними портал и, будем надеяться, что популяция бребиков их стараниями если не исчезнет вовсе, то хотя бы сильно уменьшится. — Нет, она говорит, что это все, — Руадх прислушался к жабе и чуть помолчал. — Остальные далеко и не смогут сюда приползти. Если только около башни… Часа через три… — Башни… — протянул Сэм, окинув взглядом пространство, а заодно и полумертвого всадника, синего дракона и Дина, который выглядел весьма измученным. — Посмотрим. А пока отправлю этих, — он жестом велел Руадху отойти подальше от жаб, которые столпились вокруг той, с которой драконыш общался и открыл под ними транспортный портал. Вся группа земноводных исчезла, перемещаясь, и Сэм улыбнулся: если их задумка удастся, это будет очень неплохой результат. Теперь следовало понять, что же делать дальше: — Что-то мне подсказывает, что прямо сейчас мы туда не пойдем. Дин, уходим? Может ну ее вообще к иным, эту башню? Ну, или вернемся, когда отдохнешь, — младший подошел к супругу и принялся менять накопители в его браслете. Ману старший сливал просто-таки ударными темпами и как воевать, пока он, по сути, держал жизнь всадника Меллана собственной силой, было не очень-то понятно. — Уходим, без вопросов, — Дин поднял на Сэма уставшие глаза. Лицо его даже в этом странном свете было серым и чувствовалось, что он сейчас не способен на многое. — Мы сюда вернемся, когда я отдохну. Теперь ты знаешь, куда портал проложить и так будет намного лучше, чем по червоточинам лететь. Действуй, потому что еще пару часов я продержусь… Сэм кивнул и, сосредоточившись, открыл портал к своему схрону. — Меллан, бери своего всадника на руки и вперед, в портал, — скомандовал Фабиан. — Дин, тебе помочь? Или дойдешь сам? — Дойду, все в порядке. Руадх, быстрей иди, успеешь еще с жабами наболтаться, — приказал Дин. — Хотя, Сэм же их уже отправил. С кем ты тогда? — Ни с кем, — ответил драконыш. — Просто задумался. Вся группа переместилась к схрону и Сэм, сменив накопитель, принялся за сотворение следующего портала, буквально-таки кожей ощущая, как течет время. Он не забыл надеть артефакт, подаренный дедом, чтобы их внутреннее субъективное синхронизировалось с миром, где жили си-ин, поэтому попали они туда, через сутки, после того, как младший вернул деда домой. На сей раз им не очень повезло: целитель был занят с пациентом, когда ему приволокли еще двух. — Дин, придется тебе самому действовать, — сказал Рихх, осознав суть вопроса. — Хотя бы связи подчистить, а потом пусть этот дракон спит, хуже ему от этого не будет, а тебе нужно отдохнуть. Выглядишь ты не очень. Дин кивнул и прошел в еще одно помещение с таким же пультом, за которым работал Рихх, жестом показав, куда нужно положить всадника и куда лечь дракону. Их окутало серебристым целебным сиянием и на его фоне выявились связи, подсвеченные разными цветами. — Сэм, Фаб, даже не знаю, что делать, — Дин рассматривал нити. — Вот тот пучок видите? Соединяющий Меллана и всадника? — Видим, — кивнул Сэм. — И в чем проблема? — Он не такой, как был у Руадха. Там было что-то агрессивное, знаешь, такое жесткое, все колючее. Видно было, что нет там ничего хорошего. А тут… Всадник к дракону привязан и нет ни жестокости, ни ненависти, ничего такого. Хорошая связь, я бы сказал — дружеская с привилегиями. Вот та сильная нить, подсвеченная красным, это сексуальная связь. Сильная. Хорошая. Рвать такое жаль. Будет очень горько. И я не знаю, что делать. Потому что всадник явно не жилец. Его можно, конечно, оставить в таком состоянии, но этим я только хуже сделаю… Ай, ладно, буду рвать, — и старший недрогнувшей рукой начал обрывать нити связей дракона и всадника, и ордена, и еще чего-то или кого-то. — Тяжелый выбор, — вздохнул Сэм. — Но… Меллан, как я понимаю, хотел все-таки освободиться, с одной стороны. С другой — учитывая, что всадник умрет, а дракон нет, оставить сексуальную связь, убрав остальные, тоже не вариант: сохнуть по покойному? Будем надеяться, что со временем это все подживет… Да и ты, думаю, можешь в этом ему помочь, когда будешь заниматься остальным лечением. — Угу, — Дин продолжил вглядываться в нити, обрывать ненужные, связывать остальные в пучки в другом порядке. — Жаль, таким образом нельзя характер починить. Ох, намучаемся мы с ним. — Характер, судя по тому, что я увидел, склочный, это правда, но… Не на пустом же месте он такой? — спросил Фабиан. — Может, если он попадет в условия, отличающиеся от тех, к которым привык, что-то поменяется? Склочность часто чисто защитная реакция, как мне кажется. — Твои бы слова, да Богам в уши, — сказал Дин. — Будем надеяться. Так, тут вроде все, пусть спит. Потом с Риххом вместе посмотрим еще. А вот у всадника стоит дары вытащить. У него там работа с водой, потом аурное зрение и, как ни странно, ювелирка. Прикольное сочетание. Зачем такое всаднику? Сэм, там в шкафчике рядом с тобой лежат такие кристаллы, ты видел, в которые дары переносят. Давай сюда, сейчас будем извлекать, — старший принял из рук супруга кристаллы. — Погоди, — попросил Сэм. — Он ведь умрет с перерождением? Может, пусть останутся у него? Все-таки неплохой, видимо, человек был… Да и из его набора нам вроде ничего не нужно. — М-м-м-м, — Дин задумался. — Ладно, тогда я его просто усыплю. Упокоить сейчас сил не хватит, да и работать в клинике некросом… Вот потом, развеять смогу запросто. Где-нибудь на ритуальном месте, когда Меллан с ним попрощается. — Вот это — правильное решение, — одобрил Фабиан. — Кроме того, оно Меллану покажет, что мы не звери и может именно этот жест сделает возможным наладить отношения. Отпустить-то его мы, в общем-то не можем. Куда он пойдет? Да и попадет обратно в лапы орденцев как раз плюнуть. — Доделал? Дракон стабилен? — спросил Сэм. — Если да, пойдем, уложим тебя в постель. Руадх, пойдем с нами, тебе тоже неплохо бы вздремнуть. И поесть не помешает. Ты с жабами пока общался, походу, слил много. Дин с Руадхом только могли кивать и переставлять ноги. Они пошли за своими спутниками в покои семьи и по дороге мечтали только об одном — свалиться в постель и спать, спать и спать. Даже есть не особо хотелось, так они были вымотаны. Видимо, этот аномальный мир не очень хорошо влияет на драконов. Также, как и мир их прежнего работодателя Неффхета. Уже в покоях оба дракона уселись на диванчик и пока дожидались еды, заснули прислонившись друг к другу. Сэм переглянулся с Фабианом, и они осторожно, стараясь не потревожить обоих спящих, раздели и уложили их спать по-людски, а следом улеглись и сами, устроившись справа и слева под боками у Дина. Так вот мирно спящими и нашел их Рихх, пришедший утром, чтобы сообщить, что освободился. — Дед? — сонным голосом спросил Сэм, услышав появление в комнате кого-то и проснувшись от этого. — Да, я — отозвался тихим голосом целитель. — Освободился вот, и решил проверить как вы тут. — Спим еще, но… — младший прислушался к себе, а потом тихонько вылез из постели. — Будем считать, что я проснулся, — он подхватил свои штаны, рубаху и сапоги и выскользнул из комнаты вслед за Риххом. Одевался он уже в коридоре. — Умыться бы. — Ну, пойдем, — позвал его хозяин дома и, проведя в свои покои, махнул в сторону купальни. — Умывайся, а потом завтракать. Я краем глаза поглядел на вас вчера. Где драконы так выложились? — Вот за завтраком я тебе и расскажу, где, да что… — пообещал Сэм и удалился в указанном направлении. Вернулся он довольно быстро, думая, что они пойдут в общую столовую залу, но Рихх, похоже, хотел поговорить без свидетелей, поэтому, пока внук умывался, распорядился накрыть на стол тут. — Садись, ешь и рассказывай, — велел он, тоже усаживаясь за стол. — Руадх услышал зов и… — начал свой рассказ Сэм и, пока уплетал овощи, мясо и сыр, поведал все, что с ними произошло. — Вот так. Ничего особенного, в общем-то. Обычная спасательная операция. — Будьте осторожны, — вздохнул целитель. — Вас ищут. Похоже, именно вас, а не кого-то на вас похожего. Правда, троих, а не четверых, но беглого красного дракона тоже разыскивают. Пока вас с ним, а его с вами никак не связывают, но, думаю, это дело времени. — Что-то произошло? — насторожился Сэм. — Вчера из Перекрестка пришел караван, — произнес Рихх. — Его предводитель — мой хороший приятель. Кое-чем я ему помог, в свое время, потом он мне, в общем, мы ничего друг другу не должны, а отношения установились очень хорошие. Он торгует во многих мирах и многое слышит, вот и поделился новостями, принесенными из одного из миров, где правит орден. Торгует он всякими дорогими редкостями, поэтому общается с состоятельными людьми. — Так что же он рассказал? — с любопытством, но несколько нервно спросил Сэм. — Мы давно не виделись, лет… Десять, наверное, ну, или около того и новостей у него было много. Например, о порядках, которые насаждает орден, там, где приходит к власти и о том, что они ему не особенно нравятся. С торговлей там становится не очень: слишком много запретов, правил и всякой волокиты, плюс развелось такое количество контролирующих все подряд чиновников, что плюнуть некуда — попадешь в очередного, а дальше… Ну, минимум, что может случиться, это оберут до нитки. — Ага, — протянул младший. — А если отобрать нечего, то какие-нибудь каменоломни или рудники? — В общем, да, — кивнул Рихх. — Так вот, среди прочего он рассказал, что один из таких чиновников, с которым он общался совсем недавно, сетовал: дескать, некие олухи допустили ошибку и позволили выжить одному дракону, а он, вместо того, чтобы забиться куда-нибудь подальше пытается ставить палки в колеса их великой империи, а помогают ему в этом деле его супруги, которых надо было устранить, но не получилось. И вот теперь он, ну, чиновник этот, получил задание найти эту троицу и разобраться. Дальше шли ваши описания, притом, довольно точные, а приятель мой, как человек умный и умеющий делать правильные выводы, поведал все это мне. — Почему именно тебе? — задал вопрос Сэм. — Потому, что один из супругов этого дракона — инкуб, а инкубов с суккубами часто путают с си-ин. Вот мой приятель и решил, что это все будет не вредно знать и мне и, если это кто-то из наших, чтобы я предупредил, посоветовав не рыпаться, ну, или хотя бы быть осторожнее, — пожал плечами целитель. — К-Хас сейчас выше в иерархии, чем это было, когда я тут родился? — спросил младший, пристально поглядев на собеседника. — Мы теперь одиннадцатый род, — ответил Рихх. — Так что, сам понимаешь… — Понимаю, — кивнул Сэм. — Спасибо за предупреждение, мы постараемся держать ухо востро. — Он понимал, что такое положение — это очень серьезное достижение и дед приложил массу усилий, чтобы его добиться. Когда он сам был рожден в этом мире, род занимал место очень далекое от современного — семьдесят пятый. Это, конечно не двухсотый и даже не сотый, но и не одиннадцатый. Иерархия родов си-ин — отдельная песня. Чем-то она похожа на ту систему, которая была у дроу, но, в отличие от оных, место повыше достигалось не путем вырезания конкурентов, а совершенно другими методами. Правильные браки, развитие даров членов рода, увеличение его численности, заслуги в некоторых областях, ну и, конечно, интриги. — Ты еще и поэтому одобрил мой выбор супругов? — Разумеется, — кивнул К-Хас-Рихх. — И ты не будешь против, если мы поищем невесту для нашего приемного сына среди си-ин? — уточнил Сэм. — Честно сказать, я очень на это рассчитываю, — улыбнулся целитель. — А что вы собираетесь делать с тем драконом, которого приволокли вчера? — Ну, у нас не так-то много вариантов, — протянул Сэм. — Думаю, в итоге, Дин примет его в род также, как и Руадха. Рассчитываешь еще на одного, хм… зятя? — Естественно, — улыбнулся Рихх. — Настаивать не стану, но, если все сложится, буду очень доволен. То же касается и остальных драконов, если вы вытащите еще кого-то. — А не чересчур много драконской крови для одного рода? — поинтересовался Сэм, прикидывая перспективы. — Для К-Хас это будет неплохо, у нас ее практически нет, — ответил целитель. — Ну и, с другой стороны, вряд ли вы притащите сюда пару сотен таких вот спасенных. Впрочем, если такое случится, то у нас есть соседи, это сейчас пятидесятый род. За счет таких браков они чуть поднимутся и за это будут несколько должны нам, а, стало быть, будут оказывать поддержку. Плюс есть несколько очень близких К-Хас эльфийских родов и там тоже имеются девушки и юноши, которым пора искать супругов, а драконы с эльфами вполне совместимы. — Я с одной стороны понимаю, что все эти игры могут доставлять определенное удовольствие, но с другой… — вздохнул Сэм. — О! Позволь мне развлекаться так, как я считаю нужным, — хохотнул Рихх. — Могут же у меня быть небольшие слабости? Вот продвижение рода вверх по иерархической лестнице — моя слабость и развлечение. Вполне безобидное, заметим. — Кто я такой, чтобы осуждать тебя? — улыбнулся младший. Развлечение и вправду было относительно безобидным, Ему, да и его роду оно ничем не угрожало, так что в этом плане Сэм был абсолютно спокоен. — Я рад, что мы пришли к взаимопониманию, — целитель довольно поглядел на внука. — А теперь, ступай. Твои могли уже и проснуться, пока мы тут чаевничаем. Если нет, то, думаю, ты найдешь чем заняться, а когда Дин продерет глаза, пришли его ко мне, ладно? — Хорошо, — пообещал Сэм и, сцапав со стола пирожок, покинул покои деда и вернулся в свои. Дин открыл глаза и сначала не понял, где он вообще находится. Память была подернута будто пеленой. Последнее, что он помнил — он лечил всадника, вливая в него силы свои и тех стихий, до которых смог дотянуться. — Как он? — прохрипел старший, пытаясь встать. — Живой пока, — ответил зашедший в комнату Сэм. — Оба живы. Дракона Рихх еще и подлатал, после того, как освободился. Меня больше ты сейчас интересуешь. — Что он там ему подлатал? — Дину очень не хотелось отвечать на вопросы о своем самочувствии, и он всячески пытался перевести тему. — Меллан спит еще? Что мы с ним делать будем? — Спит, спит, — кивнул младший и, подойдя к постели, уселся на нее, протянув брату пирожок, который стащил со стола у деда. — Не уходи от темы, Дин. Иначе я оттранспортирую тебя к Рихху и он… — Сэм сделал страшные глаза, — примется тебя лечить. — Ну уж нет! — Дин отшатнулся в притворном ужасе. — Не надо. Что ты хочешь узнать про мое самочувствие? Я разбит. И почти ничего не помню. Последнее воспоминание — что начинаю всадника лечить. Потом все как в тумане. Мне нужно поесть и позаниматься. Набрать сил снова. Хорошо бы огонь или костер… — Есть — запросто, — кивнул младший, все еще протягивая пирожок. — Пока его сжуй, а я сбегаю, горячим разживусь. — И на мою долю тоже, — подал голос проснувшийся Фабиан. — Конечно, — улыбнулся Сэм. — На всех. А огонь… Камин? Или лучше именно костер? — Костер лучше, спасибо, — Дин схватил пирожок и за два укуса слопал. — В нем можно искупаться. Так быстрее сил наберу. — Сначала еда, — решил младший. — Фаб, помоги Дину умыться, пока я ходить буду. И Руадха пните, что ли… — он поднялся со своего места и быстрым шагом отправился в сторону общей столовой. — Ну, что, пойдем умываться, страдалец? — спросил дорниец супруга. — Я и сам смогу, — Дин на одном упрямстве встал и, шатаясь, направился в сторону купален. — Не совсем же больной. И потом, я сильный, ничего со мной не будет, — он чуть ли не упал в бассейн, но все равно принялся умываться. — Конечно-конечно, — не стал спорить Фабиан, просто поддерживая старшего супруга, чтобы тот не навернулся и не сломал себе что-нибудь. — Сильный, упорный, все дела. Кто бы сомневался-то? — Я вот не сомневаюсь. А Сэмми сейчас — да, — Дину даже губку было сложно поднять, и он развалился в бассейне, опираясь спиной о бортик. — Я чуть полежу и начну мыться. Фабиан никак не прокомментировал это заявление, просто забрался в воду, подвинул Дина так, чтобы тот опирался не на бортик, а на него, и принялся осторожно и нежно массировать ему плечи и загривок. Он точно знал, что Сэм не сомневается в силе и способностях супруга, он просто видит его состояние и беспокоится, а это далеко не одно и то же. — Спасибо вам, — Дин млел под прикосновениями супруга. — Сейчас вымоюсь, точнее, ты меня намоешь, и я поем. Потом костер и все будет прекрасно. Руадха тоже надо в костер, он же огненный тоже. Надо вернуться на планету и прошерстить схрон. Чую я, что там много интересного может быть. Пока супруги плескались в купальне, Сэм организовал все, что было необходимо, решив совместить все полезное в один заход: еду он принес туда, где можно было без проблем развести костер, туда же притащил дров, выбрав ту древесину, которая будет гореть пожарче и, окинув взглядом результат своего труда, чтобы убедиться, что все готово, вернулся в свои покои. — Руадх, — позвал он драконыша, мягко прикасаясь к его плечу. — Пора просыпаться, сынок. Драконыш открыл глаза и улыбнулся. — Доброе, ой, даже не знаю, что сейчас. Я вроде себя неплохо чувствую. Выспался и есть хочу. — Тогда вставай, умывайся и пойдем завтракать, — улыбнулся в ответ Сэм и прошел в купальню. — Вы как тут? Я все приготовил, так что, сейчас Руадх умоется и можно будет пойти. Еда, заодно костер. — Мы тут прекрасно, Сэмми, — Дин улыбнулся младшему. — Сейчас вылезем, — он был уже вымыт Фабианом и попытался встать в бассейне. — Сейчас, — старший чуть шатался. — Да что ж такое! Дорниец также молча и спокойно поддержал его, потом помог вылезти из емкости, а Сэм завернул в большое полотенце и, подставив плечо, чтобы супруг мог опираться, повел его туда, где все было подготовлено для завтрака. — Руадх, тебе помощь нужна? — спросил Фабиан, окидывая драконыша изучающим взглядом. — Только честно и без героизма. — Нет, — драконыш помотал головой. — Я не так выложился, как Дин. Что-то он совсем вымотан, даже сон ему не помог. Он много сил потратил на поддержание жизни. Это классно, что он так поступил. Но ему иногда надо думать о себе… — он умылся и принялся вытираться. — Пойдем, — позвал Фабиан, когда драконыш закончил с водными процедурами. Куда идти он знал: Сэм показал ему по связи место, и оно было вполне знакомо дорнийцу. Сам же Сэм привел Дина на одну из площадок для медитаций, где частенько занимались те, у кого был огненный дар. Именно для таких тут было оборудовано кострище, в котором сейчас пирамидкой стояли дрова и их оставалось лишь поджечь. Младший усадил супруга на плед, рядом с накрытым для завтрака низким столиком и спросил: — Поджечь костер-то? Или сначала поешь? Дин протянул руку, сосредоточился и на кончиках его пальцев возник слабый огонек. Старший стряхнул его на дрова и стал следить за тем, как они разгораются. Сэм в это время наполнил его тарелку едой и поставил супругу на колени. Дин принялся отщипывать маленькие кусочки от сыра и отправлять в рот, не отрывая глаз от пламени. Руадх, подошедший с Фабианом к костру, уселся напротив Дина и тоже уставился на огонь. Глядя туда, он чувствовал, как сила вливается в него, бережно гладит изнутри и наполняет его тело теплом, даже жаром. Ему хотелось есть, но он сначала решил напитаться огнем, а только потом уже трапезничать. Фабиан с Сэмом, чтобы не мешать драконам, устроились чуть поодаль. Дорниец завтракал, а младший тихонько пересказывал разговор с Риххом. — Вот такие дела, — заключил он, когда рассказ закончился. — Это надо будет и Дину рассказать, и Руадху, — заметил Фабиан. — Расскажу, — кивнул Сэм. — Но не сейчас же. Вот помедитируют, поедят, и тогда можно будет. Руадх оторвал взгляд от костра первым и, схватив приготовленную ему тарелку, принялся уминать завтрак. — Спасибо, очень вкусно, — драконыш насытился и отставил пустую тарелку. — Что у нас такое произошло? Вы такие серьезные и озабоченные. — Да ничего особо не произошло, — успокоил его Сэм. — Есть новости, а озабоченные мы от состояния Дина. — Это скоро пройдет, — предположил Руадх. — Он сейчас напитается и будет в порядке. Дин наконец оторвался от огня и стал заглатывать еду. — Вроде все. Только хочу после завтрака искупаться в костре. Мне необходимо это сделать. Что вы такие кислые? Все? — Да не кислые мы, — отмахнулся Фабиан. — Нужно искупаться, ну так сделай это. Кто ж мешает? Дин поднялся на ноги и шагнул прямо в костер. Пламя взметнулось и закрыло его с головой. Старший находился там около получаса, поворачиваясь во все стороны, явно умываясь огнем, дыша им и питаясь. Наконец, он вышагнул обратно, совершенно неповрежденный и полный сил. — Так, сейчас к Рихху? Надо с Мелланом все доделать, а потом уже на планету. Схрон потрошить. — Да, дед тебя ждет, — кивнул Сэм, а Фабиан протянул Дину штаны. — Мы с ним сегодня утром пообщались, и он много чего забавного рассказал, — поведал тем временем младший, а потом пересказал разговор с целителем для тех, кто еще был не в курсе. — Этого следовало ожидать, — выслушав брата, сказал Дин. — Мы им неплохо крылышки пощипали. Что же они так к нам привязались? Что неймется? Еще в прошлой жизни прицепились. Так и продолжается. — Понятия не имею, — пожал плечами Сэм. — Мы вроде никого особо не трогали. Жили себе… Ну… Почти мирно. В общем, мы предупреждены, так что будем настороже. — Будем, — Дин кивнул. — Я сейчас к Рихху, потом можно собираться и вперед, — он подошел к супругам, поцеловал по очереди и потом направился к целителю. — Очухался? — спросил его Рихх. — Ты вчера неплохо поработал. Я кое-что доделал, и в целом, спасенный вами дракон в моих услугах более не нуждается. Так что можешь его разбудить и забрать. И, кстати, ты заказывал такие же инструменты, — целитель кивнул на свой пульт, а потом на комнату, где лежали спящие дракон и его всадник, — так вот, твой заказ наконец-то готов. Его привезли уже после того, как я вернулся с вашего новоселья и, можете его забрать хоть сейчас, хоть, когда придете сюда на праздник в Храм. — Ого! Это здорово! Спасибо огромное! — Дин был очень доволен новостью о пульте. Теперь он может лечить не только раны и царапины. — А что там с Мелланом было? Что я не заметил? — Ты вчера только связи ободрал, — ответил Рихх. — А я убрал повреждения структур, что-то его посекло и сильно. Плюс перекрепил дары, они, в общем, едва-едва были ему доступны. Ну и поубирал всякий мусор, что остался от прошлых жизней. И, да, с памятью у него почти те же проблемы, что и у Руадха: только эта жизнь. И тоже лет с четырех где-то, но, возможно, она подлежит восстановлению, в отличие от руадховой. — Что же эти твари делают? Зачем памяти-то лишают? — Дин действительно не понимал манипуляции ордена с памятью. В них не было смысла, для старшего уж точно. А потом, он вспомнил то, что происходило с ними до школы. Ничего не помнить и не знать о себе, своих дарах, ничего не понимать о себе и своей жизни — это страшно. Или, как вариант, память убрана, потому что там находится нечто, могущее целиком и полностью изменить жизнь и представления дракона о себе. — Я думаю, что тут все дело в контроле. Существо, которое обладает такой памятью, как ты, например, обладает и колоссальным опытом, из которого может делать выводы. Ну, а теперь представь: кем проще управлять, взрослым, у которого есть опыт, или ребенком, у которого сознание только-только проснулось? — поделился своим мнением целитель. — Полагаю, тут именно такая ситуация. Им нужны дети, которых можно воспитать по-своему, поэтому-то память о прошлом и уничтожается, чтобы не с чем было сравнивать. — Да, я понимаю, — подумав, ответил Дин. — Нам же в твоем присутствии Руадх рассказывал, как их в приюте воспитывают. Из них делают послушных и безынициативных существ. На винтики похожих. Никаких выбивающихся из общей массы. Меллана все время наказывали за его дерзость, Руадха травили за застенчивость и скромность. Только бы были одинаковые… — Ну вот, — пожал плечами Рихх. — Но на самом деле не они первые и не последние с такими идеями, так что… Ладно. Что вы дальше собираетесь делать? Я не про борьбу с орденом, а вот ближайшие планы, чтобы мне было понятно. — Мы хотели вернуться на ту планету, с которой Меллана забрали. И там прошерстить все. На планете много всяких интересных штучек. Могу одну показать, мы тут, точнее, Сэмми нашел. Потом домой и с синим драконом разбираться. Еще хотели, прежде всего, всадника его похоронить, по нормальному. Не как того, что с Руадхом был. Дать Меллану попрощаться. — Ага, то есть Меллана вы пока тут оставите, пусть спит. Хуже ему от этого не будет, — кивнул Рихх. — Всадник и правда не жилец. Сейчас его держит тут только магия. — Да, хотели бы, если ты не против. Сколько еще всадник продержится? — Дину было его даже жалко. — Мы смотаемся туда, на планету, разберемся там со всем и потом заберем Меллана. И артефакты найденные покажем. — Пару суток субъективного времени я могу гарантировать, дальше… Как пойдет, — ответил Рихх. — О’кей, — сказал Дин. — Я тогда пойду, надо проследить, как другие. Собрались ли? Сэм, Фабиан и Руадх собрались и теперь ожидали только Дина и когда тот вошел в выделенные семейству покои, воззрились на него, ожидая распоряжений. — Так, — Дин распределял на себе оружие и проверял рюкзак. — Сэмми, портал до схрона, оттуда на планету. Только не на плато, а туда, в кусты или в ту расщелину, где ты артефакт нашел. Лучше, конечно, кусты. Оттуда недалеко до схрона. А уже от схрона можно и базу почистить. — Кусты, там, где жабки жили? — уточнил Сэм, принимаясь за наведение портала уже от своего схрона. — А что, там были еще другие? В которых ты сидел? — у Дина резко портилось настроение. Так не хотелось возвращаться туда. Но, дракона и всадника будут искать. И если не найдут их хладных трупов, то станут выпутывать магические следы. А там портал и прочее. — Конечно, эти. Где жабки. Сэм кивнул и открыл портал. Приключенцы, оказавшиеся в кустах, резко пригнулись, просто на всякий случай и, помня алгоритм действий, который практиковался в этом выходе, поглядели на старшего. — Так, теперь идем вот туда, — Дин показал рукой на группу камней, окруженных водой. — Если что — ныряем, — он опять транслировал ловушки для всех. — Идем так же, как и в прошлый раз. Держите ухо востро. Старший, пригнувшись и помня о нитях, побежал к камням. Там он, недолго думая, чуть ли не нырнул в воду, заставляя своих спутников делать тоже самое. По камням шарахнула молния. Она плясала на верхушках, никак не спускаясь вниз. Минут через десять, Дин приказал всем вылезти из воды и бежать к следующей расселине. Сэм, помня вчерашний опыт и то, что Дин, транслируя им картинку, выкладывается со страшной силой, принялся аккуратно и планомерно вливать в него силу, стремясь поддержать его, понимая, что воевать-то придется в первую очередь именно ему, он сам так, что называется, на подпевках. — Сэмми, — зазвучал у младшего в голове голос Дина. — Не надо, я продержусь. Мне же сегодня никого не надо будет вытаскивать почти с того света. А тебе силы нужны. Не дай Боги, тьфу-тьфу-тьфу! — и уже голосом. — Вон ту дорожку искусственную видите? Прямо посередине до стены, вперед! Так, постоянно прячась, петляя, ныряя в какие-то ямы, развалины и воду, они добрались до зарослей с северной стороны схрона. — Фаб, ты можешь определить, сколько здесь людей? Драконов я больше не чувствую, хотя должен быть еще один. Может, тоже что-то приключилось? — Я слышу восьмерых близко и еще десятерых — подальше. Трое спят, один, похоже, пьян, — прислушавшись, ответил Фабиан. — Пьян? На посту? — Дин возмущался. — Это же вообще! А где они находятся, хотя бы примерно? — Первая группа от нас на час, а вторая на четыре, — ответил дорниец, воспользовавшись земными обозначениями направлений, которые показались ему очень удобными и уж точно понятными для старшего. — Тогда идем ко второй, и я быстренько их упокаиваю. А вы пока посмотрите, что у них с собой, прошерстите все внимательно. Даже одежду, — и Дин двинулся вдоль зарослей к группе людей, пытающихся то ли раскопать что-то, то ли наоборот закопать. Часть явно отдыхала, что на этой планете было даже странно. Кто-то валялся, почти засыпая, кто-то резался в кости. Трое работали. Старший подошел так близко, чтобы можно было видеть всех и принялся читать заклинание массового упокоения. Люди рассыпались в прах. — Странно, тут абсолютно чистое место. На всей остальной планете творится хаос и ад кромешный, а тут… — Хм… — задумчиво протянул Сэм. — А может тут находится то, что и делает эту планету адом? — он наблюдал за аномалиями и у него сложилось такое ощущение, что они не обходят это место стороной, а как бы растекаются от него в разные стороны. Где-то поток больше, где-то меньше, но все движение идет отсюда наружу. — Может, тогда надо выяснять, что же здесь такое зарыто, — Дин принялся обшаривать одежду и сумки упокоенных. Остальные принимали в этом процессе деятельное участие и постепенно образовалась кучка более-менее полезных предметов, среди которых было оружие, артефакты и монеты. Остальное ценности не представляло и его не трогали. — С артефактами разберемся потом. Ту есть и местные, и те, которые откуда-то из другого места, — Дин посмотрел на кучку. — Стоит все припрятать. А вообще, Сэмми, ты можешь это все через портал закинуть к си-ин, в наши покои? Вернемся — разберем. А теперь аккуратненько к башне. — Я к схрону закину, — ответил младший, сосредотачиваясь и открывая портал, куда и провалилось барахло. — Нашу связь с си-ин не надо афишировать, наверное. — Хорошо, к схрону, так к схрону. Фаб, где люди — внутри или снаружи? — Снаружи, — ответил дорниец. — Бдят. Кто-то ходит туда-сюда, ну, как часовые. Кто-то просто стоит и всматривается… Они обеспокоены и пытаются что-то высмотреть вдали. — Вдали? Уж не подмогу ли? Или второго дракона? Руадх, слышишь кого-нибудь? — Нет, Дин, второго дракона нет, — ответил Руадх. — А ты сам ничего не видишь? — Только туман, больше ничего, — присмотревшись, сказал Дин. — Прекрасно, только неизвестно кого нам тут не хватало. Фаб, Сэму нужны были люди для усиления охраны, усыпите парочку, каких нужно. Все, я пошел, прикрывайте меня, — он опять подобрался к охране близко-близко. Но в этот раз читать заклинание он не стал, иначе развоплотил бы даже тех, на кого наложили чары его супруги. Он действовал собственной силой, впитывая ману, как воду и принимаясь тянуть силу из земли. Так было легче и тратилось меньше собственной энергии, которая сжиралась в этом мире моментально. Наконец, с теми, кто не спал наведенным сном, было покончено и Дин снова принялся обшаривать вещи. — Похоже, тут вся охрана рассчитана на отражение толп каких-нибудь зомби или чего-то такого, — заметил Сэм, помогая супругу. — Никто не ожидал, что явится маленькая группа или одиночка и вырежет всех подчистую. Интересно, что это: глупость или самоуверенность? Мы слишком легко идем. Или это далеко не все разумные? Всего две группы… Как-то маловато, нет? — Маловато, с одной стороны. И мне кажется, что это самоуверенная глупость. Хотя, неизвестно, что они там вдали высматривали, — ответил Дин. — Или это все-таки такая большая орденская ловушка. А мы тут уже сил натратили и как потом сражаться? С другой стороны — мы два огненных дракона со всадниками. Я — некрос в придачу. Выберемся, если что. Нашли что-нибудь ценное? — Несколько артефактов, видимо, местного происхождения, ну и кучу барахла по мелочи, — отчитался Фабиан. — Ловушка, говоришь… — протянул Сэм, окидывая взором окрестности. — Мы всегда можем уйти порталом. Я оставлю резерв, чтобы открыть его. Найдут, конечно, быстро, но там, у схрона, удобно отбиваться. По крайней мере, аномалий нет. А если зайти за защитные контуры, так и вовсе может драться не понадобится. — Это очень хорошо, Сэм, вот только там толпа нежити к нам пожаловала, по-моему, — произнес Руадх, принюхиваясь. — Или кто-то пахнущий как мертвяк. — В башню, быстро! И запереться, — Дин дождался, пока вся его семья не зайдет в башню, заскочил в дверь и запер ее, завалив для надежности еще и какой-то мебелью, находившейся в помещении. — Есть два варианта — вверх или вниз. Наверх — это значит отбиваться заклинаниями на упокоение. Меня хватит, но где-то часа на два. Вот сейчас я чувствую, что это правда нежить и идет она со всех сторон. Окружает. Или мы спускаемся вниз. Там у ордена хранилище и можно найти штуки, которые жизненные силы восстанавливают. Или еще что… — Предлагаю вниз. Сколько времени продержится дверь? Ну примерно? Внизу можно открыть портал? Просто… Короче, если там что-то типа склада, надо тупо его ограбить и уйти порталом. Что тут дальше будет — не наша печаль. Нежить типа сгрызла охрану. Драконы куда-то потерялись, все дела, а мы тут вообще ни при чем, — высказал свою идею Сэм. — Усыпленных жалко. Их сожрут без пользы. Ну, зато будет натуралистичнее выглядеть. — Дверь продержится минут пять, ну десять от силы, — сказал Дин, создавая себе фонарик и начиная спускаться вниз. — А тут есть дверь, типа сейфовой, без кода правда, но и так нормально, — тут и показалась эта самая приоткрытая дверь. — Фаб, есть там кто? Сэмми, а ты можешь посмотреть артефакты. Мне сейчас несподручно аурное зрение включать. — Ты что-то конкретное хочешь? — уточнил Сэм. — По моим ощущениям там пусто, — ответил дорниец. — Ну, в смысле разумных там нет. Во всяком случае, на том расстоянии, что я могу их учуять. — Вот и прекрасно, заходим. Да, я хочу нечто яблочно-зеленого цвета любой формы. Есть такое? — Среди наших находок нет. Синее есть, оранжевое, лимонного цвета, черное, скорее поглощающее свет, чем излучающее, а зеленого вообще нет, — ответил младший. — А на складе? — спросил Дин, закрывая дверь в хранилище. — Удивительно, что тут никаких заклинаний от ворья. Совсем дураки, точно. И сейчас я уже сам попробую посмотреть, — старший активировал аурное зрение и пошел куда-то вглубь склада. — Ага! Нашел! Идите сюда! Тут на всех хватит. Когда остальные подошли, Дин протянул им шкатулку с крайне невзрачными то ли проволочками, то ли каменными пружинками. В аурном зрении они ярко светились яблочно-зеленым, чуть переливаясь. — Это специальные штуки, сохраняющие силу и питающие при истощении. Типа накопителей, только их заряжать не надо. И они держат только жизненную энергию на определенном уровне. Их нужно носить на себе, лучше, как браслет на запястье, как можно ближе к кисти. Ну, там, где пульс измеряют, где сосуды ближе всего. Можно и не там, но сосуды близко должны быть. Сэм посмотрел на супруга и хихикнул, беря одну из штуковин в руки. Впрочем, веселился он недолго, посерьезнев обратно и принявшись оглядывать помещение детально. Оно было не очень-то большим и целиком уставлено стеллажами, большей частью — пустыми. — Ну, что, все со стеллажей сгребаем, и я открываю портал? — спросил он. — Там есть еще комнаты, — показал вглубь помещения Руадх. — Надо там еще посмотреть. И взять все оттуда. — Как быстро ты испортился с нами, красный, — улыбнулся Дин. — Пошли смотреть и грабить. Доставайте запасные рюкзаки. Если тут и была какая-то система хранения, то Сэм не понял, в чем она заключалась. Одного и того же оттенка предметы встречались в разных комнатах, разложенные по разным контейнерам, но на круг, даже если это были невероятно ценные вещи, их было относительно немного, впрочем, как и комнат, расположенных друг за другом анфиладой. — Хм… А прохода ниже нет? Это все, что тут есть? — спросил он, когда они сгребли все из последнего помещения. — Я не вижу прохода вниз, — немного помолчав, ответил Дин. — Только это. Хотя, вот тут, — он показал картинку всем, — есть что-то похожее на скрытую дверь. Это и оказалось дверью, вот только вскрыть ее без ключа было невероятно сложно, о чем Сэм и сообщил. — Тут несколько суток провозиться можно, чтобы взломать ее Фабиан пригляделся к двери и кивнул, подтверждая слова младшего супруга. — Это правда, даже если мы вдвоем ломать будем, можем неделю провозиться. — Эх, гранатомет бы… — протянул Сэм. — Хотя… Не думаю, что он поможет в данном случае, — он задумался, а потом призвал химеру. — Пройди за дверь, девочка, посмотрим, что там… Сатта растворилась было в воздухе, но через мгновение материализовалась обратно, потом еще раз, но результат оказался тем же. — Она не может туда пройти, — сообщил Сэм. — Значит, там очень приличная защита, притом, не только двери, но и стен и прочего, что за этой самой дверью находится. Учитывая, сколько придется возиться со взломом, я предлагаю забить пока. То, что тут наверчено, мы запомнили, символы там и прочее, ну, то что рассмотрели, во всяком случае. Будет возможность — вернемся и вскроем. Нет, ну и иные с ним. — Может, огоньком попробовать? Ну, драконьим. Он-то плавит все, — предложил Дин. — Места тут обернуться хватит и попытаться прожечь… — Ну, можно, конечно, — пожал плечами младший. — Но что-то мне сомнительно: если предусмотрели защиту от проникновения химеры, то уж от драконьего пламени… — Хочу все-таки проверить, — Дин перетек в дракона и, глубоко вдохнув, направил струю пламени на дверь. Ничего не изменилось. Дверь как была, так и осталась. — Хорошо, тогда проверяем, все ли собрали и портал к схрону, — сказал старший, перетекая обратно. — Хорошая дверца, — заметил Сэм. — На вид простое дерево, однако… Похоже, ее зачаровывал специалист высочайшего уровня. Жаль, конечно, оставлять ее не открытой, но стоит здраво оценивать свои силы. Эх… был бы у нас взломщик таких вот чар, однако его нет, так что валим отсюда, пока можем это сделать, — он прислушивался к тому, что происходит вокруг и четко слышал: кто-то ломится в дверь, ведущую в хранилище. — Вот и гости сверху пожаловали, — тоже прислушался Дин. — Кстати, а случайно нет такого дара — взломщик? Ты вот про чары говорил, но можно же все взламывать, — он дожидался, пока супруг откроет портал. — И чары, и простые двери. — Похоже, у нас проблема, — сообщил Сэм. — Я не могу открыть портал. Просто не срабатывает комплекс символов. Видимо, это место защищено и нам надо, как минимум, выйти за дверь, — вопрос про взломщика он услышал, но в данный момент он был не актуален. — Черт, вот черт! Где эти проволочки? Которые силы дают? — Дин начал судорожно рыться в мешке. — Я пойду первым и, честно говоря, мне проще перекинуться и выжечь всех к черту. Но это опасно и там, в первом помещении фактически нету места. Руадха туда пускать нельзя — доспеха нет, и он не некрос, если что. — Погоди, — попросил Сэм и сосредоточился на химере. — Сейчас посмотрим, что там и сколько их. Сатта растворилась в воздухе и младший, смотревший сейчас ее глазами, стал транслировать всем то, что видит. А видел он толпу нежити, которая тупо долбилась в дверь, впрочем, пока без особого эффекта. Полуразложившиеся трупы, просто голые костяки, тела, почти нетронутые тленом — все это заполнило помещение перед дверью почти полностью и химера, на которую нежить почему-то практически не обращала внимание, пробиралась к выходу, просто расшвыривая нежить наподобие кеглей. Снаружи было не лучше. Башня была окружена плотным кольцом и, насколько можно было судить, тут собрались далеко не все зомби, появившиеся непонятно откуда. — Плохо, — выдохнул Сэм, призывая Сатту обратно. — Значит, предлагаю так: я еще раз пошлю туда кошку, мы с Фабом ставим перед дверью щиты, Сатта раскидывает тех, кто стоит ровно перед дверью, и мы ее открываем. Ты, Дин, упокаиваешь, мы двигаем щиты дальше. Нам нужно чуть-чуть пространства перед дверью и полторы минуты, чтобы открыть портал. — Можно задам глупый вопрос? — посмотрел на младшего Дин. — Сатта может быть транслятором? Если да, то вам не нужно будет выставлять щиты. Я через нее буду работать. Если нет, то мне проще выжечь там все, чем некромантить. — Она может быть моими глазами, может быть отдельной боевой единицей, но транслировать, тем более, не меня — нет, — покачал головой Сэм. — А выжечь-то конечно проще, только ты там не поместишься. В первой комнате… Ну, с трудом, но целиться в дверь огнем? Впрочем, как знаешь. Щиты все равно могут пригодиться, если кто-то просочится внутрь, мы мало что можем противопоставить нежити. — Хм, раз так, то действуем по твоему плану. Но тогда всем разыскать и надеть на руки проволочки. Активировать их не надо, они без этого работают. Я боюсь, что при таком количестве нежити и щитах, которые вы будете против них держать, накопителей может и не хватить. А поменять времени не будет. Хоть они у нас и супер-емкие, но все равно, — Дин уже разыскал требуемое и нацепил на запястье. Было не очень удобно, все-таки наручи немного мешали, но зато он знал, что его хватит надолго, и он не будет так тяжело восстанавливаться, как в прошлый раз. — Поехали, — подал голос Сэм, когда все снарядились надлежащим образом. Сам он, да и Фабиан тоже, помимо тех накопителей, что были у них в браслетах, зажали в свободной руке еще по паре. Сатта, повинуясь команде хозяина, материализовалась перед дверью снаружи и принялась раскидывать нежить, оттесняя ее назад. Сэм наблюдал за этим и в какой-то момент кивнул дорнийцу, чтобы тот изготовился. — Дин, открывай, — сказал младший. Он был готов выставить воздушный щит сразу же, как только дверь приоткроется и перестанет служить преградой для врагов. Дин провернул ручку, запирающую тяжелую дверь, и с силой толкнул ее вперед. Хоть кошка и раскидала часть нападающих, но все равно — их было очень много, казалось, даже слишком. Старший, не успела дверь открыться полностью, принялся читать заклинание, направляя силу на толпу зомби, рванувшуюся было внутрь. И сразу же натолкнувшуюся на щиты, созданные Сэмом и Фабианом. Первая шеренга нападавших осыпалась пылью и воздушный и водный маги продвинули щиты дальше, тесня нежить. — Выходи и еще немного упокой. Я выйду следом. Фаб, удержишь? Я не смогу и щиты держать и портал открывать, — произнес Сэм. — Да. Недолго, но да, — кивнул дорниец. Дин переступил порог и, закрыв глаза, в некоем полутрансе, принялся произносить другое заклинание, упокаивающее уже не шеренгой, а всех, что сейчас находились перед ними в узком коридоре. Зомби истлевали мгновенно, осыпаясь прахом. Сэм вышел вслед за супругом наружу, а за ними и Фабиан с Руадхом, и младший сосредоточился на открытии портала, видя, что надолго сил не хватит ни у Дина, ни у Фабиана и отмечая параллельно с этим, что им нужно отрабатывать командное взаимодействие. То, что сейчас происходило — вообще никуда не годилось и, если они уйдут без повреждений, это будет чистым везением. Портал открылся под ними, стоявшими тесной группой и младший активировал процесс перемещения в ту же секунду. — Все целы? — спросил он, осознавая себя уже совсем в другом месте, рядом со своим схроном. — Я да, — ответил Фабиан, автоматическим движением выщелкивая пустые накопители и меняя их на свежие. — Слил все четыре. Там мана очень быстро расходуется. — Это да, поэтому и говорил надеть эти штуки, — Дин повалился прямо на землю, тяжело дыша. — Черт! Нам нужны совместные тренировки. Я привык все делать один и не умею работать со всеми. Получается лажа. И еще, я так спать хочу, что прямо здесь завалюсь сейчас… Руадх, так же, как и Дин, повалился на землю. Вроде он не был занят, просто прикрывая спины своим товарищам, но устал достаточно сильно. — Мерзкая планета, — высказался драконыш. — Силы почти на исходе, а вроде не делал ничего. — Странно, — заметил Сэм. — Я в норме. Потратился, конечно, но совсем не из личного резерва, — он собрал в мешок, который достал из рюкзака все то, что перекинул сюда до этого порталом и сосредоточился по новой, открывая очередной портал, на сей раз к си-ин. Когда все оказались перед домом, где находились покои, выделенные их семейству, он подхватил Дина, а заодно и драконыша магией и, не спеша пошел в их комнаты, волоча за собой обоих драконов, словно те были сундуками. — Вы спать, или все-таки поедите сначала? — спросил он, сгрузив обоих на постель. — Жрать, — ответил Дин. — И мы не совсем немощные, могли бы и сами дойти, — драконыш согласно закивал. — На нас же вечные аккумуляторы. Смотри, накопители почти целы. Потрачено только то, что было до выхода. Я даже сейчас чувствую, как меня питает. Еще пара часов, и я полностью восстановлюсь. — Ну, извините, — фыркнул Сэм, плюхаясь в кресло. — В следующий раз не буду вас таскать. — Фабиан же молча вынул из своего рюкзака пару контейнеров с едой и протянул один Дину, другой Руадху. — А командой, да… Мы действовать не умеем и этому придется учиться. Ты, Дин, вообще, похоже, отвык от того, что у тебя за спиной может быть кто-то, кто в состоянии прикрыть. А ты, Руадх… Точно такой же одиночный боец, который, похоже, просто потерялся при групповом взаимодействии. Плюс к тому, похоже, мы вообще плохо представляем кто на что из нас способен, поэтому-то, отчасти, сложно действовать слаженно. — А вот такие толпы нежити, это там вообще нормально? — спросил дорниец, усаживаясь на подлокотник кресла, в котором обосновался Сэм. — И надо разобраться, чем мы там разжились. — Такого размера толпы — нет, не вполне нормально, — ответил Дин. — Вот только я не понимаю, почему там их столько оказалось. Охотились за кем-то? Уничтожали? Должны были кого-то тренировать? Чтобы мы показали свою силу? Не понимаю. И тренировки начнем, когда вернемся домой. А все, что нашли… Показывайте, может, я что-то смогу опознать. Фабиан принялся доставать из рюкзаков и раскладывать разной формы камешки. Их объединяло на вид ровно одно — они все были довольно обтекаемых форм. Одни в форме капли, другие больше всего напоминали кусок мыла, третьи были треугольными, четвертые — квадратными. Было среди них и несколько просто сфер разного диаметра, и сложные многогранные объекты и пирамидки. В аурном зрении камни одной формы обладали одним и тем же оттенком, разве что интенсивность его разнилась от предмета к предмету. — Все, — сказал дорниец, окидывая порядка полусотни разложенных артефактов взглядом. — А что касается того, что там делала нежить… У меня есть теория, но насколько она достоверна — сложно сказать. Возможно, в этом мире есть нечто такое, что притягивает туда нежить со всей Розы. Вы обратили внимание, что эти конкретные зомби при жизни были в основном орками? Может быть где-то была недавно война, или сейчас идет, а этот мир ее почуял и мертвых притянул к себе. Почему столько? Ну… Например, там где эти воевали их было до фига, вот сколько было, столько и притянулось. А может мы что-то такое сделали, что их притянулось больше. Или не мы, а орденцы… Такие вот всплески активности нежити там происходят с какой-то регулярностью? Или, скажем, месяц может быть тихо, а потом несколько волн подряд? — Вот, скорее второе, — произнес Руадх. — Мы еще гадали, почему так. Получается, эта планета, как кладбище? И мы туда после смерти попадем? Если в бою погибнем? — Не хотелось бы так, — покачал головой Дин. — Хотя, некроса убить… — Думаю, туда попадают только при каких-то обстоятельствах. Например, не похороненные. Или умершие в некий день в некоем месте. Или их смерть произошла от какого-нибудь хитрого проклятья. В общем, не все мертвые в Розе туда попадают в обязательном порядке, — высказал свое мнение Сэм и кивнул на разложенные камни. — Узнаешь тут что-нибудь, Дин? — Ну, про цвета я уже говорил, — Дин взял в руки несколько камешков, отливающих синим в аурном видении. — Вот эти для работы с водой. Нырять, искать воду, добывать ее, лечить водой, даже дышать ею, — он отложил партию в сторону и отобрал несколько камней и пирамидок коричневато-зеленого цвета. — Эти, хм, работа с землей, некоторыми можно упокаивать, в том числе, — следующая партия оказалась в его руках. — Эти — огненные. Ну, здесь тоже, по большей части все понятно, — он взял в руки партию артефактов, полностью поглощающих любой свет. — Вот эти вижу в первый раз. Они сейчас не опасны, но брать их так, как я схватил — не советую. В моем видении, они как черные дыры. Хотя, я могу ошибаться. Вот эти зеленые — лечебные во всех смыслах. И остальное мне неизвестно. Руадх, может ты посмотришь? С твоим-то истинным зрением? Драконыш кивнул и принялся внимательно осматривать артефакты. — Вот эти, — он кивнул на кучку артефактов, отливающих разными оттенками желтого, — работают со светом и еще… Хм, интересно, — он подхватил из этой кучи камешек, похожий на капельку. — Это помогает искать. Что задашь, то и будет. Золото, так золото. Людей, так людей. Тут таких несколько, — Руадх посмотрел на “черные дыры”. — Это — поглотители, ты прав, Дин. Вот только поглощают они жизненные силы. И слава Богам, что сейчас неактивны. Иначе, лежать бы нам здесь трупиками. Или взорвались бы уже давно, — Он еще долго осматривал артефакты, комментируя чуть ли не каждый. — Ну, в целом, весьма годный улов, — заметил Сэм, когда драконыш замолчал. — Эти черные надо убрать подальше. Интересно только, как они активируются и деактивируются? Это ж какое ценное оружие может из них получиться… И еще вопрос: оно все одноразовое? Вот, допустим, поисковый камень. Скажем, хочу я найти что-нибудь, активирую, нахожу и? Камень теряет свойства? А если нет, то можно этот же камень настроить на поиск чего-нибудь еще? — Похоже, что нет, — покачал головой Руадх. — Только они заряжаются долго. Ну, ты попользуешься и потом их надо положить в тишину и покой заряжаться. Как-то так. — Зеленые, желтые и голубые проще вынести на воздух и солнце, — сказал Дин. — Они заряжаются от стихий. — А с активацией что? Ну и с перенастройкой? — напомнил вопросы Сэм. — Мне кажется, что активируются они прикосновениями, нужно сжать в руке. И перенастраиваются силой мысли, не знаю, как еще сказать, — Руадх помолчал немного. — В общем, с ними нужно войти в контакт и тогда… — Ладно, разберемся, — вздохнул младший. — Вы как, пришли в себя? Мы можем забрать Меллана, его всадника и отправиться домой? Я предлагаю всадника там похоронить. И, наверное, все-таки правильно хоронить мертвых не закапывая, а устраивать погребальный костер. — Да, или развоплощая и смешивая с землей, — ответил Дин. — Мы готовы, можем отправляться. Вот только, если всадник еще жив, я не особо хочу поддерживать в нем силы. Слишком оно затратно. Артефакты все с собой забираем или Рихху несколько отдадим? Зеленых-то можно без опаски отсыпать… — Ну, тут уж тебе решать, — улыбнулся Сэм. — Если не жалко — можно и отсыпать, — он потянулся всем телом, поднялся на ноги и принялся собирать камни обратно в рюкзак, оставив только зеленые. — Сколько деду отдадим? — спросил он. — Можно половину. Он видящий, поймет, что и зачем нужно, — ответил Дин. — Я сейчас соберу все и пойду за Мелланом. Дин быстро покидал все в рюкзак, захватил с собой ту кучку артефактов, которые они отложили для Рихха и вышел из покоев. Он направился к целителю, намереваясь разбудить и забрать синего дракона. И взять с собой, скорее всего, тело его всадника. Он зашел в кабинет, где спал Меллан и, встав за пульт, принялся выводить дракона из лечебного сна. — Добрый день, — поприветствовал Меллана Дин. — Как ты себя чувствуешь? — Добрый, — дракон был еще немного дезориентирован, но вроде быстро справлялся со своим состоянием. — Я как-то… Чувствую себя по-другому… — Это пройдет, — сказал Дин, выходя из-за пульта и протягивая Меллану одежду, лежащую на кушетке. — Одевайся. Мы сейчас пойдем прощаться с твоим всадником, потом заберем его тело и домой. Хоронить будем уже там. — Интересно. И куда это — домой? У меня нет дома, — Меллан злобно посмотрел на Дина. — Единственное подобие вы отобрали. Ну, или не вы, но поспособствовали. И что значит — заберем тело? Я думал, вы здесь всех лечите… — Ну, тут целители, а не боги живут. Прими мои соболезнования, — произнес Рихх, тихо вошедший в комнату. — Как твой пациент, Дин? Смотрю, ворчит и возмущается? Значит, живой и, думаю, более-менее здоровый. — Да, похоже на то, — Дин посмотрел на Меллана. — Что непонятного в слове “Одевайся”? Так ты здесь ходить не можешь. Уважай окружающих. И давай быстрее, мы все домой хотим, — пока Меллан одевался, старший принялся показывать и рассказывать Рихху про принесенные артефакты. — Это тебе, может, пригодятся на что. Они, в основном, целительские. Может, мы на ту планету еще наведаемся, уж больно много там осталось невыясненного. — Вижу, — кивнул Рихх. — Спасибо, — и совсем тихо, так, чтобы услышал только его собеседник, добавил: — С его всадником я сделал все сам. Он был не жилец, когда вы его сюда приволокли. Он не пришел бы в сознание, а пока вы отсутствовали, он умер окончательно. Поддерживать в нем жизнь искусственно дальше смысла не имело, после того, как ты разорвал связи. Так что… Заберете тело. Его вымыли, привели в порядок. Не знаю, как вы хороните мертвых, мы заворачиваем в погребальные ткани и сжигаем, всадник этот подготовлен по нашему обряду. И твой артефакт тоже ждет транспортировки, я велел отнести его туда, откуда Ссол обычно открывает портал. Дома уже распакуете и смонтируете там, где он будет находиться. — Спасибо, — также тихо ответил Дин. И уже нормальным голосом. — Меллан, ты готов? Мы сейчас идем к твоему другу. Он, к сожалению, умер. — Я понял, — опустив голову, ответил Меллан. — Сколько у меня есть времени? — Сколько захочешь, — ответил Дин, переглянувшись с Риххом. — Мы подождем. Все равно тело надо забрать, — и он вышел из комнаты, дожидаясь целителя и дракона, которые последовали за ним. Рихх провел Дина и Меллана туда, где лежало подготовленное к скорбной церемонии тело и молча удалился, оставляя их наедине с покойным. Тот лежал на высоком столе, на который были установлены носилки. Тело было завернуто в белый шелк, волосы вымыты и расчесаны, глаза закрыты и, если не знать, что он мертв, можно было бы подумать, что он спит. Меллан подошел к покойному и, наклонившись, обнял его, принялся целовать и что-то шептать неподвижному телу. Слезы лились по его красивому лицу. Дину было немного не по себе. Он видел, что дракон плачет и явно горюет, но не знал, как того утешить. Через некоторое время, когда рыдания стали потише, старший подошел к Меллану и взял того за плечо. — Меллан, нам пора идти. Я сочувствую твоему горю, очень. Мы похороним твоего друга, а пока… — Я хочу сам. В смысле, сам донести тело. И он просил его сжечь, я подслушал случайно его разговор с наставниками. Что-то такое в его вере. Нельзя быть закопанным. — Хорошо, мы его сожжем, — ответил Дин. — Бери его и пошли. Меллан подхватил тело на руки и взял так, будто он несет заснувшего друга. Несмотря на порванные связи, дракон очень хорошо помнил, как всадник к нему относился и как он сам был к тому привязан. Дин направился в сторону дома, зная, что Меллан со своей ношей идет за ним и не отстает. Вся компания ждала их, сидя на ящиках с оборудованием. — Ну что, домой? — Мои соболезнования, Меллан, — произнес Сэм и, кивнув старшему супругу, сосредоточился на открытии портала. Через несколько минут все впятером и ящики оказались на портальной площадке около замка Двейнов. — Единственная проблема: у нас никто еще не умирал… И как-то за всей этой стройкой мы до сих пор не предусмотрели места для кладбища. Похоже, пришла пора подумать и об этом. — Я тебе скажу, где лучше делать кладбище, — подумав, ответил Дин. — Там, за нашей больницей есть такой лесочек. В нем раньше было кладбище. Там и поляна подходящая есть для кремации. Дров натаскаем, ерунда. Стоит только остальным сказать, чтобы на него особо не рассчитывали при застройке. Тут погода начала портиться. В небе появились тучи, но не проливались дождем, а просто закрыли яркое солнце и стало пасмурно и как-то тоскливо. — Меллан, — произнес Руадх. — Мы скорбим вместе с тобой и хотим помочь тебе. А то ты сейчас потоп устроишь. Пока вы прощались у целителя, нас тоже нехило дождичком помыло. — Я сейчас плохо себя контролирую, — хрипло сказал Меллан. — Где у вас кладбище? Его надо сжечь как можно скорее. — Пойдемте, я покажу, — ответил Дин и, переглянувшись с супругами, пошел в сторону нужного лесочка. Остальные потянулись вслед, решив, что это правильно, только рюкзаки скинули тут же на портальной площадке, точно зная, что воров тут нет и имущество найдется там же, где и было оставлено даже если пролежит там год. Они почти дошли до места, когда им на дороге попались два гнома — Асдойн и один из бригадиров строителей. Они о чем-то азартно спорили и явно были уже вполне готовы вцепиться друг другу в бороды, но тут увидели Дина и чуть ли не бегом бросились к нему. — Лорд Двейн! — воскликнул бригадир строителя. — Уймите этого сумасшедшего! Он хочет… — и тут он осознал, что люди тут не просто так идут, а кто-то, похоже, умер. Этот кто-то не был ему знаком, впрочем, как и парень, который нес тело, но неуместность вываливания на хозяина города проблем сейчас была очевидна. — Туземцы? — настораживаясь, спросил Асдойн, кивнув на ношу Меллана. — Нет, — покачал головой Сэм. — Тут совсем другое, — он поглядел на Дина. — Идите, я разберусь, что тут к чему и о чем спор. Дин кивнул супругу и остальным, и продолжил путь к леску. Единственное, о чем он жалел, что они не взяли пару тройку топоров для рубки дров и расчистки местности. Но и так можно было справиться. Все-таки, здесь три дракона, ну ладно, два, Меллан, вряд ли сможет помогать. Они быстро наломают нужное количество деревьев и соорудят погребальный костер. Свои мысли он направил по связи Руадху. Тот, получив указания, кивнул, соглашаясь. Наконец, они вышли на нужную полянку и Дин вместе с Руадхом стали расчищать место для кострища и ломать сучья на дрова. Фабиан присоединился к этому процессу, только на сучья размениваться не стал: ледяной плетью он свалил пару сухих деревьев и ею же разделывал их на более-менее ровные куски, рассчитывая, что уж перетаскать это все как-нибудь они смогут. Меллан опустил свою ношу на землю и молча принялся помогать Фабиану, оттаскивая куски дерева и сооружая из них основу костра. Дин и Руадх присоединились ко всем, выкладывая сучья в нужном порядке. Работали они все быстро и споро. И вскоре погребальный костер был готов. Меллан сходил за телом всадника и устроил его наверху. — Спасибо, — сказал дракон остальным. — За все и за то, что не бросили его и меня. А ему спасибо за хорошее отношение и мою относительно благополучную жизнь, — он посмотрел на Руадха. — Если бы он был таким же, как твой, я бы давно уже бросился под заклятье. Я понимаю, что это не погребальная речь и никто, кроме меня, его не знал. Но мои слова хоть что-то объясняют. Переродись с миром. Дин поджег костер и смолистые сучья быстро запылали. Жара было предостаточно, даже несмотря на легкий дождик, начавшийся через десять минут. Все молча стояли и думали о своем. Дин вспоминал свои такие же костры, уносившие от него близких и любимых людей. И понимал, что если его супруги уйдут, он спалит все вокруг, не жалея никого и ничего. Сэм же, разобравшись со спором гномов, решил, что неплохо подготовить комнату для нового обитателя дома, чем он и занялся, и к тому моменту, как костер прогорел, разыскал все, что было необходимо: кровать, пару кресел, стол, комод для вещей, постельное белье, полотенца и все прочее. Одежду можно будет сшить и позже, но место, где спать и где побыть наедине с собой он Меллану обеспечил, после чего занялся собиранием на стол какой-нибудь еды, Дин с Руадхом хоть и перекусили, но вряд ли отказались бы от обеда, да и Меллана нужно было покормить. Наконец, костер догорел, прах и зола остыли, и вся процессия пошла обратно к дому. Там Дин прошел сразу в кухню, даже не дожидаясь, пока подтянутся остальные. Найдя в помещении хлопочущего младшего, он резко подошел к тому, обнял и притиснул как можно ближе. — Пообещай мне, — прошептал Дин. — Пообещай, что не умрешь, иначе… — Ты чего? — мягко спросил Сэм, заглядывая супругу в глаза. — Вообще-то, я не собираюсь умирать в ближайшие лет триста, а то и дольше. Да и редко я уходил раньше тебя, так что… — Вот и хорошо, — Дин закрыл глаза и втянул родной запах. — Я знаю, что если что-то случится, то уничтожу всех. Просто сейчас я это еще раз понял и стало так страшно и тоскливо, когда представил мир без тебя… — Выдыхай, — улыбнулся Сэм. — Никто не собирается умирать. Не сейчас уж точно. Я тебе еще надоесть сто раз успею. — Ты мне не надоедаешь, — улыбнулся в ответ старший. — Вот бесишь часто — это да. А так… Что у нас есть пожрать? Я голоден, как сто волков или обычный дракон. Сэм отлепился от супруга и, приоткрыв крышку кастрюли, которая стояла на плите, потыкал ножом картофелину. — Будет пюре, погреем мясо, порежем овощей, в общем, потерпи еще минут десять, ладно? — попросил он. — Меллан, тут у нас кухня. Она же столовая, она же место, где вечно что-нибудь происходит, — сказал Фабиан дракону, проведя его в помещение о котором шла речь. — О! — увидав синего, воскликнул Сэм. — Я подготовил для тебя комнату. — Спасибо, — Меллан принюхался. — Тут вкусно пахнет. Вы собираетесь обедать? — Ты тоже собираешься это делать, — сообщил ему Сэм и, сняв кастрюлю с огня, слил воду, после чего принялся толочь картошку. — Или есть какие-то возражения? Руадх, погрей мясо, Фаб, ты нарежь овощей, а ты Дин, накрой на стол. — Странная у вас семейка, — заметил Меллан, усаживаясь за стол. — Если бы я не знал, что Дин старший, подумал бы, что это ты, — он показал на Сэма. — И чтобы старший супруг что-то делал такое… — Кстати, об этом, — сказал Дин, накрывая на стол. — У тебя не будет таких роскошных условий, которые мы предоставили Руадху. У тебя есть три варианта отплатить за свою жизнь и лечение. Первый, самый очевидный — раб. Второй — Руадх, возьмешь его младшим супругом? И третий приемным сыном. — Ни в коем случае! — возмутился Руадх. — Я же его прибью. И спать с ним точно не буду. — Ага, второй вариант отпадает, — хитро прищурившись, сказал Дин. — Тогда первый или третий. Времени подумать у тебя... — он замолчал, — до конца обеда. Решай. Меллан аж задохнулся от возмущения. Он-то думал, что с ним буду возиться, и он сам сможет выбрать, с кем ему быть и в каком статусе. А тут! Он надулся и отвернулся, глядя в стену. Пока шел разговор, Сэм успел сделать пюре, Фаб нарезать овощи, а Руадх погреть мясо, и младший, разложив еду по тарелкам, уселся на свое место. — Дин, а где ты артефакт этот хочешь смонтировать, — спросил он, приступая к трапезе. — У нас была парочка свободных комнат, — ответил Дин. — Хотя, лучше бы это в больнице сделать. — Ну, где скажешь, там и установлю, — пожал плечами младший. — Эльфов еще можно обучить с этой штукой работать. Их главу семьи я бы вообще на пару недель к деду отправил, так сказать, для повышения квалификации. — Вот и я о том же думал, — ответил Дин. — Не я же один здесь целитель. Надо будет с Риххом поговорить о курсах повышения квалификации. И с Лтигайлом о том, кого он туда хочет отправить, включая себя. Руадх, — переключился он на драконыша, все еще пыхтящего от возмутительного предложения. — Ты готов к празднику? Присмотрел кого-нибудь себе? — Нет, — Руадх выпустил пар из ноздрей. — Никого не присмотрел, некогда было, знаешь ли. И там так много красавиц, что глаза разбегаются. Меллан, услышав разговор, повернулся и заинтересованно уставился на Руадха, не забывая при этом опустошать свою тарелку. — О! Кстати, Сэмми, зелья пить не пора? Я как услышал про красавиц, сразу вспомнил об одной, — Дин кокетливо взмахнул ресницами. — Скоро тебе уже? — Я пил утром, — улыбнулся Сэм. — А скоро ли… — он прислушался к себе, потом посчитал дни, которые прошли, — Еще четыре дня, включая этот, и я залягу в спячку. А как проснусь… Ну, вот тогда-то Руадх, думаю, и присмотрит себе красавицу, ну, или красавца… Тут как посмотреть. — Ты же знаешь, Сэм, — Руадх засмущался и уткнулся взглядом в тарелку. — Пока только красавицы. И потом, ты говорил, что у тебя есть несколько на примете. Покажешь? Когда на праздник пойдем? — А что за праздник? — спросил Меллан. — Мне интересно, что за праздники, на которых красавцев раздают, — он стрельнул глазами в сторону Фабиана. Синий дракон решил, что выбрать себе покровителя, независимо от решения, никак не помешает. Старший супруг однозначно никого, кроме своего младшего не видит, а тут… Такое сокровище пропадает. Одиноко ему, наверное. Меллан был не против скрасить одиночество второго супруга, тем более он ему понравился. — Раздают? — переспросил Сэм. — Это же не конфеты, а разумные существа, наделенные собственной волей и свободные. Праздник середины лета у моих родичей, на который Руадх имеет персональное приглашение от главы рода. И, сын, я уверен, что дед отдаст распоряжения так, чтобы к тебе подошли все девушки, которых он считает совместимыми с тобой, а там… Хоть гаремом обзаводись, если сумеешь ублажить всех, учитывая, что это си-ин. Фабиан поймал взгляд Меллана, но проигнорировал его. Да, парень был симпатичный и, если бы не наличие супругов, он бы, пожалуй, повелся на его призыв, а так… — Нет, — рассмеялся Руадх. — Я не Дин, гарем не потяну. Тем более, из си-ин. Ладно, кто хочет чаю? — Я, — Дин поднял руку, доедая пюре. — И сладкого найди чего-нибудь, пожалуйста, — он обернулся к Меллану. — Обед почти закончен, что ты решил? — А я хочу кофе, — попросил Сэм. — Запусти машину, будь добр. Руадх поднялся и запустил кофе-машину, а потом заварил чай для себя и Дина. — Фаб, Меллан, а вы что будете? — Молоко, — ответил дорниец. — Там ведь осталось еще? — А я буду тоже чай, — ответил Меллан. — И если можно, с молоком. Руадх залез в холодильник, достал оттуда молоко и поставил на стол вместе со стаканом и еще одной чашкой чая. Он уселся на свое место и, наплюхав себе в чашку меду, отпил. — Ой, сейчас, сладкое, — драконыш полез по шкафчикам и вытащил плошку с разными печеньем. — Держи, Дин. Дин поблагодарил Руадха и уставился на Меллана, попивая свой чай. Он так и не услышал ответа на свой вопрос и теперь ждал, выгнув бровь. — Я… Э-э-э-э… — Меллан заметил выражение лица Дина и сделал вид, что растерялся. — Ну уж точно не рабом! — Есть еще один вариант, — подал голос Сэм. — В общем-то, мы можем и отпустить Меллана. Фаб немного поработает с его памятью и… — он поглядел на Дина, передавая ему мысль: — Пусть у него будет типа выбор. Расскажи ему о перспективах свободной жизни. О последствиях долга за спасение. — Нет, нет, нет, нет! — Меллан испуганно уставился на Сэма. — Вы собираетесь стереть мне память? Нет уж! Я таких видел в школе и потом. После работы черных людей. Это же овощи. И какая тут будет свободная жизнь? Нет. У меня остается только один вариант — приемный сын. И, насколько я понимаю, что если я не соглашусь, а вы меня отпустите, то ждет меня очень веселая жизнь… — Ну да, — согласился Дин, пожав плечами. — Если ты будешь свободным, то можешь идти, куда хочешь. Но мы предварительно поставим тебе печать должника. И тут, сам понимаешь. Если ты попадешь обратно в орден или к черным людям, то с тобой не будут церемониться. В память залезут так уж точно. Им нужны сведения о нас. А ты из-за печати не сможешь ничего открыть. И умрешь, как только они к тебе полезут. Медленно и мучительно, чтобы остальным неповадно было. Я знаю, как это сделать. — Кроме того, если ты попросишь принять тебя в род, тут существуют определенные правила, — произнес Сэм. — Руадх, я думаю, у тебя должно получиться их неплохо изложить. Ты их осознал и исчислил все, несмотря на то, что их особо не озвучивали. Вот и поделись опытом. — В семье все относятся друг к другу с уважением, и не только друг к другу, но и к работе, которую выполняют все члены семьи. Нет грязной или не твоей работы, как ты сегодня мог подумать. Дин — старший и это не оспаривается. Как бы он не поступал, чтобы не говорил — он главный. Второй — Фабиан. Это наша голова, — Руадх улыбнулся. — И потом Сэм и я. Только тут нет такой показной иерархии, как везде. И еще, здесь никто никого не стесняется и не боится. Мне было не по себе сначала, но потом я привык. Следующее, существуют помещения, в которые тебе ход без приглашения запрещен. Вот вообще. Я их покажу и все расскажу. — Мы тут дома, — глядя на Меллана, сказал Сэм. — Ведем себя так, как считаем нужным. Выглядит это иногда, возможно, и странно, но… Но можно задавать вопросы. Любые и по любому поводу. Если на них в принципе можно ответить — ответ будет дан. В доме можно пользоваться всем, что в нем есть, за исключением тех самых комнат, о которых уже сказал Руадх. Это моя мастерская и лаборатория Фабиана. В обоих помещениях может быть просто опасно для жизни и здоровья. Что еще? — он задумался. — Дин глава семьи и лорд этого города. Он тут, считай, вместо бога. Его решения не оспариваются и пожаловаться на него некому. Тут в городе живут разумные — вассалы рода. Эльфийская семья и гномы. Важно помнить, что вассал и раб — разные вещи. Но тут, думаю, если ты попридержишь свой характер, проблем не будет, все-таки ты будешь сыном лорда и отношение к тебе изначально будет уважительным, главное его не утратить по собственной глупости. — Я не могу обещать на все сто процентов, что попридержу, но попробую, — ослепительно улыбнулся Меллан. — Я услышал правила, все понял… — Физические наказания тут, если что, тоже практикуются, — заметил Сэм. Ослепительность улыбки его ничуть не обманула. — О, да! — потер задницу Руадх. — Я понял, — градус сияния был немного приглушен и Меллан оглядел всех. — И когда состоится церемония усыновления? — Да сейчас, — сказал Дин и поднялся, собирая посуду и загружая ее в посудомойку. — Все допьют чай, кофе и что там еще и пойдем. Все, наконец, закончили обедать и встали из-за стола. Дин направился в кристальную комнату, по дороге захватив накопитель из своего рюкзака, брошенного в коридоре. Накопитель был с печатью рода, но оно и к лучшему. Кристалл все-таки тоже родовой камень и сейчас они будут принимать очередного члена семьи. Старший вошел в помещение и приказал камню принять свою обычную форму, но не есть при этом подушки и одеяла. Пока каменюка сворачивалась из норки в каплю, успели подтянуться остальные. Меллан вертел головой во все стороны, осматривая помещение. — Ух ты! — выдал он, обращаясь к Руадху. — Здесь везде так круто сделано? — Везде, — ответил драконыш. — И тебе лучше не отвлекаться. Дин, пока ждал всех, успел снять с пояса один из кинжалов и теперь, держа оружие, стоял неподалеку от камня. — Меллан, подойди ко мне и встань на колени. Синий дракон приблизился к старшему и изящно опустился на пол. При этом он опять умудрился стрельнуть глазами в сторону Фабиана, проверяя, смотрит ли тот на него, заметил ли. Дорниец наблюдал за происходящим с интересом энтомолога, который, впрочем, можно было интерпретировать, как угодно. Он видел, что дракончик пытается заигрывать и отметил про себя, что об этом стоит поговорить с Дином. — Не отвлекайся, помни о том, что я тебе сказал еще на планете, — Дин заметил взгляды, но решил пока просто понаблюдать. Наказать он всегда успеет. Старший полоснул себя по ладони и поднес ее ко рту Меллана. — Я, Дин Лазаир Двейн, напоив своей кровью, принимаю тебя, Меллан, в свой род. Я — глава и твой приемный отец. Принимая мою кровь, ты принимаешь и свои обязательства, как моего сына. Сэм подошел и встал рядом с Дином, зная, что следующим в этом действии будет он. Дин взял свой кинжал и сделал надрез на ладони Сэма, капнув несколько капель сэмовой крови следом за своей. — Сэм, мой младший супруг, он будет тебе приемной матерью. Фабиан, мой второй супруг, будет тебе вторым отцом, — старший также сделал надрез на ладони дорнийца и капнул пару капель в рот Меллана. — Руадх является нашим приемным сыном и будет тебе братом, — Дин порезал ладонь Руадха и Меллана и соединил их руки. — Ваш возраст не будет влиять на положение в семье. Вы оба мои сыновья. Теперь, Меллан, встань и продолжим. Синий дракон встал и напоил родовой камень своей кровью, скормил ему накопитель и поделился своей силой, чтобы тот знал его. Наконец, ритуал был закончен и все семейство вышло из помещения, отправляясь по своим делам. Руадх повел Меллана на экскурсию по дому, предварительно выспросив у Сэма, где находится комната синего. Она оказалась соседней с его собственной комнатой. — Вот и появился претендент на ту самую часть сокровищ, что мы давеча подняли со дна моря, — заметил Сэм, когда оба приемыша удалились. — Дин, ты видел, как он строит мне глазки? — спросил Фабиан, они дошли до их спальни и дорниец завалился на постель. — Думаю, это хороший повод очень четко показать, кто в доме хозяин. У меня есть мысль… — Видел, — ответил Дин. — Я сказал ему, что нос сломаю, если он будет лезть к моим супругам. Судя по всему, он решил, что я просто так. И какой у тебя есть план? — Пусть осмотрится, чуть попривыкнет, то, что он не поверил в твою угрозу — очевидно и логично, — улыбнулся Фабиан. — А план… Я отвечу на его заигрывания, — увидев нахмуренное лицо старшего, он махнул рукой. — Не ревнуй. Это ж театр. — Я и тебе нос сломаю, если это все зайдет далеко, — Дин перевернулся, накрывая Фабиана собой и принимаясь его кусать. — И не залечу, будешь ходить, как боксер, со свернутым. — Погоди, Дин, — попросил Сэм. — Дай договорить-то. Фаб умный, а я, кажется, понял его идею. — Зайдет все… Хм… Ну посмотрим, чего он на самом деле хочет и насколько он нахален, — подставляя шею под укусы, мурлыкнул Фабиан. — Так вот, в какой-то момент оно все-таки куда-то зайдет, а ты, как бы случайно обнаружишь это. Ну, дальше — сцена ревности, все дела, тут важно не переиграть, с одной стороны, а с другой — четко дать понять мальчику, что что-то пошло не так. Слова тут всякие не помогут, а я постараюсь спровоцировать его, чтобы он зажал меня где-нибудь в углу. Понимаешь идею? — спросил он, поглаживая Дина по пояснице. — Понимаю, — Дин от укусов перешел к поцелуям, но все равно они очень напоминали укусы. Впрочем, обоим это очень нравилось, и они продолжали. — И я тут вступаю очень грозный и распихиваю вас по клеткам, предварительно выдрав. Так? Ты хочешь оказаться в клетке? — Я хочу дать тебе возможность обломать Меллана так, чтобы это было с пользой, — ответил Фабиан. — Он должен увидеть не только, что ты ревнуешь, но и что справедлив. Вспыльчив, но способен думать. Лидера. Я знаю такой тип людей, они будут проверять мир на прочность, искать границы допустимого, до тех пор, пока с не столкнутся с ними явным образом. Потом они признают правила и включают голову, прежде, чем еще раз попробовать отколоть что-то такое. Это заодно может нас избавить и от проблем с вассалами. Он слова-то услышал, но воспитание… Видел же, как он смотрел, как ты на стол накрываешь? Этих тараканов изводить и изводить. — Да уж, — Дин оторвался от Фабиана и задумался. — Знаешь, кого он мне напоминает? Сэма, когда ему было три-четыре года. Вот это было тоже самое. Он проверял на прочность всех. Потом, правда, понял, что некоторые вещи бесполезны… А тараканы, что ж. Будем изводить. Вон, у Руадха получилось. И тут тоже получится. — Руадх совсем другой, — подал голос Сэм. Он валялся рядом и с удовольствием наблюдал за целующейся парочкой. — Он мягче. И тактичнее, кстати. А тут… Думаю, нарываться на неприятности он будет регулярно. Руадху же хватило одного раза, чтобы начать думать. — Значит, будет бит каждый раз, как будет нарываться, — ответил Дин. — И я не только про физические наказания говорю. Способов воздействия много, — он вернулся к более увлекательному занятию — ласка супруга. — Не находишь, что на нас чересчур много одежды? — спросил Фаб, потираясь своей эрекцией об эрекцию Дина. — Или в этом-то вся и фишка? — Нахожу, — ответил Дин, принимаясь стаскивать с Фабиана рубаху, а затем штаны. — Фишка точно была не в этом, любимый. Фабиан, в свою очередь, раздевал старшего супруга, а Сэм разделся сам. Ему хотелось понаблюдать за партнерами, но делать это, имея возможность присоединиться в любую секунду, было приятнее, с одной стороны, а с другой, он прекрасно знал, что и до него в итоге доберутся. Дорниец же тем временем, стянув с Дина последний элемент одежды, уложил его на себя, обняв ногами и руками. Старший вошел в него, и он выгнулся ему навстречу, подстраивая свой ритм движений под его и наслаждаясь каждым из них. — Ты сегодня так податлив, Фаб, — Дин двигался неспешно, нежно целуя супруга, краем глаза следя за младшим. Вот оно! Вот откуда это желание, чтобы смотрели. Ведь, когда он также бывает с Сэмом, ему чертовски нравится, что Фабиан смотрит. Это заводит, а еще, заставляет сдерживать себя и растягивать удовольствие. — Тащишься от того, что Сэм на нас смотрит? — улыбнулся дорниец, видя, что часть внимания супруга принадлежит не ему. — Разреши ему поласкать себя. Я знаю, это не по правилам, но когда он раскрывает себя для тебя — тебе нравится. Сэм, услышав это чуть раздвинул ноги и повел бедрами, не отрывая взгляда от любовников. В принципе, ему и так было неплохо, но просто зрелище — это одно, а зрелище плюс ощущения — совсем другое. — Поласкай себя, Сэмми, — приказал Дин. — Раскрой себя для нас, — он продолжал двигаться в Фабиане, все также неспешно и наблюдая за тем, что делает Сэм. Старшего коротило. Он чувствовал свои движения, свое удовольствие от них, тесноту и жар дорнийца, его удовольствие от диновых ласк, желание Сэма, наслаждение от того, что он сейчас будет принадлежать супругам. Это было много, даже запредельно иногда, но так правильно. В какой-то момент, осознав, что ему слишком мало внимания, Фабиан чуть прикусил плечо Дина, чтобы обратить его на себя. — Сейчас ты любишь меня, — напомнил он, — Сэм никуда не денется, но не утекай весь в него, пожалуйста, — не то, чтобы ему было обидно или он ревновал, но он хотел сейчас получить не только крепкий член партнера в себе, но и его тепло и ласку, и отдать то же самое в ответ. — Я не утекаю, любимый, просто я сейчас чувствую за всех троих и меня кроет, — Дин целовал и ласкал супруга, уже не отвлекаясь на младшего, но постоянно ощущая его и видя вторым зрением. Возбуждение нарастало, и старший стал двигаться резче и быстрее, чувствуя, что и Фабиан уже близок к разрядке. Он гладил, пощипывал и кусал дорнийца везде, где только мог достать, и тот отвечал ему этим же с неменьшей страстью, Сэм же в это время засунул в себя собственную руку практически целиком и, трахая себя в том же ритме, что двигался Дин, получал массу ощущений, которые были достаточно яркими, чтобы прийти к финалу вместе с партнерами. Оргазм вышел очень ярким и бурным. Дина еще долго протряхивало мелкими судорогами удовольствия. Он откатился с Фабиана, побоявшись раздавить того своей тушей, несмотря на то, что дорниец за этот год тоже окреп на работах. Завалившись на спину между супругами, старший тяжело дышал и часто облизывал пересохшие губы. — Я вас обожаю, просто очень сильно, — ему было тяжело говорить, но слова сами лились. Это была такая же потребность, как дышать. Рассказать своим любимым, как он к ним относится. — Я тебя тоже, — простонал Сэм. Он кончил вместе с этими двумя, но продолжал себя ласкать, хотя сейчас делал это медленно. Фабиан, наблюдавший за ним, жестом велел перелечь, так, чтобы его можно было обнять сзади. Младший не вдавался в идею, просто поднялся, перелез через Дина и устроился так, как хотел Фабиан, и тот, обняв его со спины, мурлыкнул: — Продолжай. Так же медленно, но я хочу, чтобы ты завел себя настолько, что умолял бы о разрядке, — сказал он. — Именно завел, а не кончил сам себя лаская. Понял? — Да-а-а, — отозвался младший и, протянув руку, вновь погрузил в себя пальцы. Фабиан некоторое время лежал, обнимая его, играя с кольцами пирсинга и целуя плечи и загривок, а потом добавил свои пальцы к сэмовым, отчего тот захныкал, явно желая получить большее. Он попытался дернуться навстречу, но дорниец придержал его, а потом чуть придушил свободной рукой, давая понять, чтобы лежал смирно. Дин повернул голову и теперь наблюдал за тем, что делают его супруги. Зрелище было настолько возбуждающим, что он почувствовал, как снова крепнет. Он протянул руку и принялся поглаживать себя, второй рукой слегка трогая и лаская Сэма. Поскуливания младшего еще больше добавляли возбуждения и Дин повернулся лицом к супругам, лаская себя. — Я хочу вместе с тобой, — сказал он Фабиану и, приподняв ногу младшего, проник пальцами в отверстие. Сэм лишь застонал в ответ: дорниец придерживал его достаточно жестко, чтобы понимать — сейчас двигаться нельзя. Ощущения были очень странными: он вполне мог регулировать их количество и остроту, так как имел для этого возможность, но это, с одной стороны, заводило еще больше, с другой придавало происходящему совсем иную окраску, а то, что этот контроль иллюзорен, давала понять рука Фабиана на горле, которая жестко, но аккуратно придушивала каждый раз, как только младший пытался двинуться. — Еще, пожалуйста! — проскулил Сэм, сам уже плохо представляя, чего просит: чтобы его трахнули, или чтобы отпустили, или чтобы наоборот держали так и дальше. Дин, услышав просьбу супруга, добавил еще пальцы и стал двигать ими жестче и ритмичнее. Ему было немного неудобно, но второй рукой он обхватил орган Сэма и плотно зажал в кулак, фактически не двигая рукой, только сжимая. Сам он был уже на грани и вполне мог кончить и так, лаская супруга и наблюдая за ним и вторым партнером. — Давай, Сэм, — выдохнул Фабиан и это послужило для младшего последней каплей. Он, зажатый между двух супругов, вскрикнул и кончил одновременно и задницей и изливаясь в руку Дину, а заодно и делясь с обоими партнерами своей силой, которой от подобных упражнений образовалось столько, что казалось она разорвет его. Дин громко застонал, принимая силу Сэма и его удовольствие и сам излился, даже не прикасаясь к себе. Второй оргазм был сильнее первого и его трясло значительно дольше. Так же, как и звезд перед глазами он увидел миллиарды. Он загнанно дышал, будто пробежал марафон с полным вооружением. Наконец, старший вытащил пальцы из тела младшего и ослабил хватку на его члене. — Это было очешуенно! — вот все, что он сейчас мог сказать. Фабиан тепло рассмеялся и освободил Сэма, впрочем, не спеша опустить его и продолжая прижиматься сам и прижимать его к Дину. Тот лишь кивнул в ответ на слова старшего, сам не очень-то будучи в состоянии связно излагать свои мысли. — Кажется, я залягу в спячку раньше, — произнес он через некоторое время. — Я чувствую, что трансформация уже почти запустилась. Даже артефакт смонтировать не успею. — Что, уже? — удивился Фабиан. — Да, — кивнул Сэм. — Есть еще буквально часов пять, может шесть. Нужно еще выпить комплекс зелий. Я сам удивлен, если честно. — Может, наши прыжки туда-сюда, эмоции и чувства подстегнули? Или такой бешеный секс? — спросил Дин. — Хотя, все равно, что это было. Принести зелья и потом в твою комнату отнести? Тебя? — Еще есть время, Дин, — улыбнулся младший и, потянувшись, поцеловал его. — Да и нужно в душ сходить бы… А еще вынуть лишнее колечко, для которого нет свободного места на теле Ссол. Мы же еще один прокол сделали с тех пор. А вот что подстегнуло — не знаю, но думаю, что просто это давно пора было сделать, вот организм и стремится наверстать упущенное. — Хорошо, — Дин потянулся и вынул то самое, лишнее колечко, отложив его в шкатулку на тумбе рядом с кроватью. — Пошли тогда все вместе в ванну, понежимся. А то я что-то чувствую себя закаменевшим. В ванной плюхались долго и с удовольствием, проторчав там чуть ли не два часа, но наконец Сэм вылез и принялся вытираться. — Есть хочу, — сказал он. — И зелья нужно выпить. И детей проконтролировать, как они там без нас? Вдруг уже полгорода в разрухе, а мы и не в курсе? — Я так не думаю, — сказал Дин, вытираясь. — Если бы они что натворили, то кто-нибудь тут уже ползал и искал бы нас. Чтобы нажаловаться. Или, что скорее всего, Асдойн их посадил бы под замок и разбираться бы не стал, кто чей сын. Мне кажется, Руадх может Меллана сдержать. Он тоже изменился: посмелел, стал более уверенным в себе и своих силах. Так что… — Может быть это и так, — не стал спорить Сэм. — Но есть такая штука, как привычка. Они же не дружили никогда, скорее наоборот, так что… А Меллан, как мне кажется, сейчас изо всех сил начнет самоутверждаться на новом месте, искать в нем нишу для себя. Ты уж, будь добр, займи его чем-нибудь полезным, чтобы дурь в голову не лезла, ладно? — Займу, на стройке всегда люди нужны. Заодно посмотрит, те ли правила мы ему рассказали, — Дин вытерся и принялся натягивать штаны. — Вот сразу видно, что ты скоро трансформируешься. Ты как заботливая мамашка… — Ну, извини, — пожал плечами Сэм. — Тут уж ничего не поделаешь. Я могу это контролировать, но это тяжело, да и особого смысла не вижу. — Мне нравится, сучка, — улыбнулся Дин, припомнив старое прозвище. — Я просто дразню.