Олимпийское соперничество

— Доброе утро, Петенька. — Доброе, мам. — Как спалось? — Хорошо. — У меня для тебя новость. Петя вошёл на кухню, где уже за небольшим столиком сидела мама, держа в руках телефон и сразу же поворачивая его в сторону Пети. «Пётр Гуменник допущен до отборочного цикла на Олимпиаду 2026, который пройдёт в сентябре в Пекине.» Удивлению не было предела. Петя глазам своим поверить не мог, и сразу же метнулся за своим телефоном. Пока он спал, Вероника Анатольевна несколько раз звонила ему и писала. Но беззвучный режим не пропустил всех этих звонков. В лёгкой панике Петя сразу, прям сразу перезвонил тренеру, и понимал, что сейчас ему выскажут за то, что тот не отвечал. — Здравствуйт… — Петя! Ты моя умничка! Тебя допустили до отбора, как нейтрального атлета! Не могла раньше до тебя дозвониться! Бестолочь! Мы так долго ждали. А когда ответ наконец пришёл, ты не отвечал. — Извините. Я на автомате отключил телефон. — Ладно. Это не так важно! В скором времени мы начнём готовиться к Олимпийским играм! Представь только: к олимпийским играм! — Пока что в это сложно поверить… — Понимаю. Дальше будет только сложнее. — Даже представить себе не могу. — Но ничего. Мы с тобой справимся. Тренировку тогда переносим на послезавтра. Нужно раньше начинать, чтобы понимать, что нам делать и предстоит исправить. — Я надеюсь, что программы те же останутся? — Петя поправил спутанные волосы, выдавая нервозность. — Да, «Парфюмер» и «Евгений Онегин». Мы просто немного их изменим, сделаем немного сложнее технически, чтобы пройти на отборе и занять высокие места на самой Олимпиаде. Я ещё изучу, что катают другие ребята, которые уже отобрались на игры, чтобы понимать их уровень. — Хорошо. Тогда до встречи. — Я так рада за тебя! — Я тоже. И… Спасибо Вам за это. Без Вас ничего бы этого не было. — Пожалуйста. Ну ладно, давай, надо начинать готовиться. Петя отложил телефон и посмотрел на маму, которая искренне и молча ждала, пока Петя первый что-нибудь скажет. В голове на мешались все мысли сразу, которые спросонья не могли разобраться по полочкам. — Это… удивительно. — Ты слишком спокоен, с учётом того, что только что узнал. — Да, но я не знаю, пока что, что именно испытывать. — До тебя видимо ещё не полностью пришло осознание. Потом накроет полностью. Сейчас, просто порадуйся за то, что сможешь выступить на международном турнире. — Да, ты права. — Я тебя поздравляю, — сказала мама и крепко обняла сына. — Спасибо. — Представь как все будут тебя сейчас поздравлять. — Но я ещё ничего не сделал. — Зато потом сделаешь всё. Когда папа вернулся с работы, то не мог не радоваться за сына, и благодарить Господа Бога, за то, что послал ему такое счастье. Петя всё ещё до конца не понимал, что ему чувствовать, видимо осознание придёт к нему чуть позже. Тренировки стали только сложнее. Что ожидаемо. Потому что олимпийский цикл начался для него сейчас, и ему было необходимо за год пройти отбор и, возможно, поехать на Олимпиаду, если удачно пройдёт отбор. Вероника Анатольевна просила Петю накатывать сложные прыжки, чтобы спокойно сделать их в программе, без заминок. Что в первое время было сложно делать Пете. Некоторые четверные прыжки давались ему сложно, но есть ещё время их натренировать. — Вероника Анатольевна. А есть уже те, кто точно отобрался на Олимпиаду? — Петя подъехал к бортику, за которым стоял тренер, и отдышавшись, ждал ответ. — Да, но точно я не помню. Вроде бы, уже отобрались США, где выступает Илья Малинин. Он недавно первый приземлил четверной аксель. — Наслышан о нём. — Ты разве не пересекался с ним? — Да. На юниорском чемпионате мира. В голове Пети пронеслись те моменты, которые напоминали ему о Малинине, когда они только познакомились. Этот небольшой паренёк с тёмно-русыми волосами, что только недавно начинал покорять международный лёд. А недавно он первый прыгнул четверной аксель. Петя понимал, что ему предстоит невероятная борьба с ним, а возможно и с более сильными соперниками. После тренировки, как только Гуменник дорвался до телефона, то сразу же принялся искать видео последних выступлений Ильи Малинина. Чемпионат мира, где не участвовали русские. С грустью вздохнув, Петя включил короткую программу. Спустя две с половиной минуты Гуменник понял, что на Олимпийских играх ему придётся не просто. Даже если Илья изменит программу с той, что сейчас была на чемпионате мира, то вряд ли с технической стороны она будет легче. Петя сидел и чувствовал, что его немного накрывает волна волнения, которая только усиливалась, как бы он не старался отдышаться и выровнять дыхание. Его посетило миллион мыслей, которые путались между собой, проносились четверные прыжки Ильи в каскаде с тройными, вспоминал свои не всегда уверенные сложные элементы. Всё это только усугубляло состояние Пети, когда он просто начинал чувствовать сильное сердцебиение, головокружение и помутнение, словно упадёт сейчас в обморок. Он не понимал, что с ним творится, и решил резко встать, от чего только сильнее почувствовалось, как собственная голова была не на месте. Петя переобул коньки и отправился в зал, где обычно разминался и стояло несколько тренажёров. Он взял коврик, расстелил его на полу, и начал растягиваться. Ему показалось, что нужно улучшать свою растяжку и сильнее развивать собственную выносливость. Боль только помогала отвлекаться от напрягающих и волнующих мыслей. Напряжение начало отступать, и Петруччо понял, что находиться в такой позе, которая когда-то казалась ему невозможной. Паника отпустила его.