нелегкая жизнь ёны

Ёна нашла Тео в глубине библиотеки — он сидел за массивным дубовым столом, окружённый стопкой книг по древней магии. Увидев её, он отложил перо и вопросительно приподнял бровь. — Ну? — коротко спросил он, заметив её взволнованный взгляд. Ёна опустилась на стул напротив, едва сдерживая дрожь в пальцах. — Я говорила с Люпином, — выпалила она. — Он знал Джеймса. И… он сказал, что я похожа на Лили. Тео медленно закрыл книгу, внимательно глядя на подругу. — На мать Гарри? — Да. — Ёна нервно теребила край мантии. — Он сказал, что в моих глазах есть что‑то от неё. И ещё… он обещал рассказать больше о Джеймсе. После занятий. В библиотеке повисла тишина, нарушаемая лишь шелестом страниц да отдалённым эхом шагов других учеников. — Это… важно для тебя, — наконец произнёс Тео, подбирая слова. — Очень. — Ёна опустила взгляд на свои ладони. — Всё, что у меня осталось от Джеймса — это имя и пара выцветших фотографий. Родители никогда не говорили о нём. А теперь… теперь есть кто‑то, кто может рассказать, каким он был. Тео откинулся на спинку стула, задумчиво постукивая пальцем по корешку книги. — Ты ведь понимаешь, что Люпин не единственный, кто его знал? Есть и другие — Сириус, например. Или даже Дамблдор. — Но Сириус в бегах, а к Дамблдору я не решусь подойти, — тихо ответила Ёна. — А Люпин… он кажется таким… тёплым. Как будто действительно хочет помочь. За окном медленно сгущались сумерки, отбрасывая длинные тени на старинный паркет. Тео помолчал, затем наклонился ближе. — Если решишь копать глубже — дай знать. Я помогу. Ёна улыбнулась — впервые за день по‑настоящему. — Спасибо, Тео. — Только не вздумай лезть в это в одиночку, — добавил он с напускной строгостью. — Помнишь, что случилось в прошлом году с тем артефактом? Она рассмеялась, и напряжение, сковывавшее её с утра, наконец отступило. — Обещаю. Никаких одиночных вылазок. Они ещё немного поговорили, обсуждая возможные вопросы для Люпина и перебирая старые семейные истории, которые Ёна помнила с детства. Когда часы пробили шесть, они собрали книги и направились к выходу. В коридоре их окликнул знакомый голос: — Ёна! — голос Дафны прозвучал чуть резче, чем обычно. Ёна обернулась. Дафна стояла в трёх шагах от них, скрестив руки на груди. Её лицо было непроницаемым, но в глазах читалось нечто, что Ёна не смогла сразу распознать — то ли раздражение, то ли беспокойство. — Дафна? — Ёна невольно шагнула назад, придвинувшись ближе к Тео. — Что‑то случилось? Дафна медленно приблизилась, бросив короткий взгляд на Тео, будто оценивая, стоит ли говорить при нём. — Мне нужно с тобой поговорить, — произнесла она, не сводя глаз с Ёны. — Наедине. Тео едва заметно напрягся, но промолчал, лишь чуть приподнял подбородок, словно давая понять: он никуда не уйдёт. Ёна поколебалась, но кивнула: — Хорошо. Тео, ты не против?.. Он медленно покачал головой: — Я буду неподалёку. Если что — зови. Когда он отошёл на достаточное расстояние, Дафна наконец заговорила, понизив голос: — Ты задаёшь слишком много вопросов о Поттере. Ёна замерла. — О каком Поттере? — О Джеймсе, конечно. — Дафна прищурилась. — Думаешь, никто не заметит, как ты крутишь хвостом вокруг Люпина? — Я не… — Не ври мне, — резко оборвала её Дафна. — Я видела, как ты с ним говорила. И слышала, о чём. Ёна сглотнула, пытаясь собраться с мыслями. — Это личное. — Личное? — Дафна усмехнулась, но в её улыбке не было ни капли веселья. — В Хогвартсе нет ничего личного, Ёна. Особенно когда речь идёт о Поттерах. — Что ты хочешь от меня? Дафна сделала шаг ближе, её голос стал тише, почти шёпотом: — Будь осторожна. Есть вещи, которые лучше не ворошить. — Ты угрожаешь мне? — Нет. — Дафна покачала головой. — Я предупреждаю. Некоторые тайны опасны не только для тех, кто их хранит, но и для тех, кто ищет. На мгновение Ёне показалось, что в глазах Дафны мелькнуло что‑то похожее на сочувствие. Но уже в следующий миг её лицо снова стало холодным и отстранённым. — Подумай об этом, — бросила она и, развернувшись, направилась прочь по коридору. Ёна стояла, чувствуя, как внутри разгорается смесь раздражения и тревоги. — Всё в порядке? — Тео подошёл бесшумно, внимательно глядя на неё. — Не знаю, — честно ответила Ёна. — Дафна… она явно что‑то знает. Или боится, что я найду то, чего не должна. Тео задумчиво потёр подбородок. — Может, она просто пытается тебя запугать? — Может. Но зачем? — Ёна обхватила себя руками, словно пытаясь согреться. — Почему её так волнует, что я спрашиваю о Джеймсе? Тео помолчал, затем тихо произнёс: — Потому что кто‑то очень хочет, чтобы эта история осталась в прошлом. А ты… ты её возвращаешь. В коридоре сгущались тени, и каждый шорох теперь казался Ёне подозрительным. Она взглянула на Тео, и в его глазах прочла то же самое понимание: они уже зашли слишком далеко, чтобы останавливаться. — Нам нужно узнать больше, — твёрдо сказала она. — И не только от Люпина. Тео кивнул. — Тогда начнём с того, что у нас есть. И будем осторожны. Ёна глубоко вздохнула, пытаясь унять дрожь в пальцах. — Ладно. Но если Дафна или кто‑то ещё решит встать у нас на пути… — Мы будем готовы, — закончил Тео. — Вместе. Ёна посмотрела на Тео, и в её взгляде читалась решимость. — Знаешь, — произнесла она негромко, — чем больше препятствий, тем яснее: я на правильном пути. Если Дафна так нервничает, значит, в моих вопросах есть что‑то, чего она боится. Тео кивнул, хотя в его глазах по‑прежнему таилась тревога. — Согласен. Но действовать надо осторожно. Давай составим план. Они отошли к окну, залитому последними лучами закатного солнца. Ёна достала из сумки блокнот и перо. — Во‑первых, — начала она, записывая, — завтра после уроков встреча с Люпином. Он обещал рассказать о Джеймсе. Нужно подготовить вопросы — такие, чтобы он не смог уйти от ответа. — Во‑вторых, — подхватил Тео, — проверим архивы библиотеки. Наверняка есть старые выпуски «Ежедневного пророка» или книги по истории магии, где упоминаются Поттеры. Может, найдём что‑то, о чём Люпин не знает. — Точно! — Ёна подчеркнула пункт в блокноте. — А ещё… может, поговорить с профессором МакГонагалл? Она ведь знала Джеймса и Лили. Если подойти к ней правильно, она не откажет в разговоре. — Рискнёшь спросить напрямую? — Тео приподнял бровь. — Попробую аккуратно. Она строгая, но справедливая. Если объяснить, зачем мне это нужно… За их спинами раздался лёгкий шорох. Оба резко обернулись — в коридоре было пусто. Только тени удлинились, словно подкрадываясь ближе. — Нам кажется, или за нами действительно следят? — тихо спросила Ёна. — Не кажется, — мрачно ответил Тео. — Но пока не поймём, кто и зачем, будем делать вид, что ничего не заметили. Ёна закрыла блокнот и спрятала его в сумку. — Тогда завтра с утра — в библиотеку. А после уроков — к Люпину. — Договорились. — Тео протянул ей руку, и она крепко её пожала. В этот момент из‑за поворота показалась профессор МакГонагалл. Её строгий взгляд скользнул по ученикам, но, заметив их собранные лица, она лишь кивнула: — Мисс Неттли, мистер Нотт. Надеюсь, вы не засидитесь допоздна. В Хогвартсе немало тёмных уголков, где не стоит оказываться после отбоя. — Конечно, профессор, — вежливо ответил Тео. — Мы уже собирались уходить. Когда она скрылась за поворотом, Ёна тихо произнесла: — Вот и повод поговорить с ней. — Только не сегодня, — предостерег Тео. — Слишком свежо после предупреждения Дафны. Давай сначала соберём факты, а потом уже будем задавать вопросы. Ёна кивнула. В её глазах горел решительный огонь — тот самый, что когда‑то, вероятно, был и у Джеймса Поттера. — Хорошо. Но завтра… — Завтра начнём, — закончил Тео. — И будь что будет. Они направились к выходу из замка, молча обмениваясь взглядами, полными невысказанных мыслей. Каждый шаг отдавался в тишине коридора, словно подчёркивая важность того, что они затеяли. Уже у самых дверей Тео остановился и тихо сказал: — Если что‑то пойдёт не так — сразу ко мне. Не геройствуй. Ёна улыбнулась — чуть нервно, но искренне. — Обещаю. Никаких одиночных вылазок. И они зашли в спальню. Где уже спали драко и пэнси. Каждый лёг на своё место и уснул. На утро Ёна вышла из спальни, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить Драко и Пэнси. В общей гостиной было тихо — большинство учеников ещё спали. Она бесшумно спустилась по лестнице и направилась в Большой зал на завтрак. По пути она прокрутила в голове вчерашний разговор с Тео. План выглядел чётким, но тревожные мысли не отпускали: *Что, если в архивах не окажется нужной информации? А если Люпин откажется отвечать на прямые вопросы? И кто же всё‑таки следит за ними?..* В Большом зале уже сидели несколько ранних пташек. Ёна выбрала место у окна, откуда хорошо просматривался вход. Она налила себе чаю и достала блокнот, чтобы ещё раз просмотреть список вопросов для Люпина. — Уже работаешь? — раздался рядом голос Тео. Он поставил поднос с тостами и фруктами напротив неё. — Выглядишь собранной. — Стараюсь, — улыбнулась Ёна, закрывая блокнот. — Но внутри всё равно… как перед экзаменом по зельеварению. Тео усмехнулся: — Это нормально. Главное — не терять голову. Я проверил расписание: после уроков у Люпина окно. Можем подойти сразу, пока он не ушёл. — Отлично, — кивнула Ёна. — А до этого — библиотека. Ты взял пропуск? — Конечно. Профессор Флитвик подписал ещё вчера. — Тео достал из кармана сложенный пергамент. — Так что с архивами проблем не будет. Они быстро позавтракали, обсуждая детали плана. Когда часы пробили девять, ученики потянулись в классы. Ёна и Тео обменялись короткими взглядами — пора было приступать. В библиотеке Тишина читального зала давила на уши. Ёна и Тео расположились в дальнем углу, окружённые стопками старых газет и потрёпанных книг. — Вот! — прошептал Тео, разворачивая пожелтевший выпуск «Ежедневного пророка» от 1981 года. — Смотри: «Трагедия Поттеров. Подробности». Ёна склонилась над статьёй. Глаза быстро скользили по строкам: «…Джеймс и Лили Поттер погибли в ночь на 31 октября, защищая своего сына Гарри. Тёмный Лорд, чьё имя до сих пор вызывает ужас, был повержен младенцем. Подробности инцидента остаются засекреченными…» — Ничего нового, — разочарованно выдохнула она. — Всё та же официальная версия. — Подожди, — Тео перевернул страницу. — Вот ещё: «Семья Поттеров: история и наследие». Здесь есть упоминание о дальних родственниках, о семейных поместьях… Ёна взяла перо и начала выписывать ключевые имена и даты. Вдруг её взгляд зацепился за строчку: «…двоюродный брат Джеймса, Альфред Поттер, скончался при загадочных обстоятельствах в 1978 году. Дело так и не было раскрыто». — Тео, смотри! — она ткнула пальцем в текст. — Альфред Поттер. Почему о нём никто не говорит? — Возможно, это неважно, — пожал плечами Тео. — Но записать стоит. Они продолжили рыться в архивах до самого обеда, собрав целую стопку заметок. Ёна чувствовала, как внутри разгорается азарт: каждая мелочь могла стать ключом. После уроков Люпин ждал их у кабинета защиты от тёмных искусств. Увидев Ёну и Тео, он слегка приподнял брови: — Не ожидал гостей. Чем могу помочь? — Профессор, мы хотели бы поговорить о Джеймсе Поттере, — прямо сказала Ёна. — Нам нужно понять… что на самом деле произошло в ту ночь. Люпин замер. Его взгляд стал настороженным, но не злым. — Это непростая тема, — медленно произнёс он. — И очень личная. — Мы знаем, — вмешался Тео. — Но нам важно услышать вашу версию. Официальных отчётов недостаточно. Люпин помолчал, потом кивнул: — Хорошо. Но не здесь. Давайте пройдём в мой кабинет. Он открыл дверь, приглашая их внутрь. Ёна сжала блокнот в руках. Наконец‑то. Когда они уселись за стол, Люпин вздохнул: — Джеймс был моим другом. И я до сих пор не могу смириться с его потерей. Но если вы хотите знать правду… — он посмотрел на них серьёзно, — то правда в том, что многое осталось загадкой даже для нас. Ёна затаила дыхание. — Расскажите всё, что помните, — попросила она тихо. — Даже мелочи. Люпин откинулся на спинку кресла, словно погружаясь в воспоминания: — Начнём с того, что Джеймс никогда не верил в случайности.