Двойные отчёты

Три месяца до встречи. Драко проснулся оттого, что кто-то дышал ему в лицо. Он открыл глаза и увидел над собой улыбающуюся Беллатрису. Её лицо было так близко, что он различал каждую морщинку вокруг глаз, каждую родинку на щеке. — Доброе утро, племянничек, — пропела она. — Выспался? Он отодвинулся, насколько позволяла кровать. — Что тебе нужно? — Мне? Ничего. — Она выпрямилась и отошла к окну. — А вот Тёмному Лорду нужно. Он ждёт тебя к завтраку. — К завтраку? — Драко сел, растирая лицо. — С каких пор он завтракает? — С тех пор, как ему захотелось с тобой поговорить. — Беллатриса отдёрнула штору, впуская в комнату серый утренний свет. — Вставай, вставай. Приведи себя в порядок. Ты выглядишь как смерть. Драко посмотрел на свои руки. Они дрожали. Он не помнил, когда это началось — может, месяц назад, может, два. Просто однажды утром проснулся и понял, что пальцы трясутся. — Это пройдёт, — сказала Беллатриса, перехватив его взгляд. — Просто ты мало ешь. И мало спишь. И слишком много думаешь. — О чём мне думать? — А вот это я и хотела бы знать. — Она подошла ближе. — О чём ты думаешь по ночам, Драко? Когда лежишь здесь и смотришь в потолок? — Ни о чём. — Врёшь. — Она провела пальцем по его щеке, и он вздрогнул от этого прикосновения — холодного, липкого, как прикосновение змеи. — Ты думаешь о том, что могло бы быть. О том, как сложилась бы жизнь, если бы твой отец не был таким идиотом. — Не смей говорить об отце. — Ой, какие мы нежные. — Беллатриса расхохоталась. — Твой отец был слабаком. Он проиграл, потому что думал только о себе. А ты… ты можешь стать сильнее. Если перестанешь думать. — Легко сказать. — Легко сделать. — Она наклонилась к его уху. — Знаешь, что помогает от мыслей? Дело. Когда ты занят делом, некогда думать. А у тебя сегодня будет много дел. Она вышла, оставив после себя запах духов — тяжёлый, приторный, от которого у Драко всегда начинала болеть голова. Он посидел ещё несколько минут, глядя в стену. Потом встал, умылся ледяной водой (горячую он не включал специально — холод помогал чувствовать, что он ещё жив), оделся и спустился вниз. Тёмный Лорд сидел во главе длинного стола в малой столовой. Перед ним стояла чашка с чем-то, похожим на чай, но Драко знал, что Волдеморт не пьёт чай. Наверное, какое-нибудь зелье. — Садись, Драко, — сказал он, не поднимая глаз. — Завтракай. Драко сел. Перед ним тоже стояла тарелка — яичница, бекон, тосты. Обычная еда. Слишком обычная для этого места. — Ешь, — приказал Волдеморт. Он взял вилку и начал есть. Еда была безвкусной — или он просто перестал чувствовать вкус. Жевал, глотал, снова жевал. Механически. — Ты знаешь, почему я тебя позвал? — спросил Волдеморт, когда тарелка опустела наполовину. — Нет, мой Лорд. — Потому что мне нужен кто-то, кому я могу доверять. — Красные глаза наконец поднялись на него. — Кто-то, кто не будет лезть вперёд, не будет строить интриг, не будет пытаться урвать кусок пожирнее. — Я не знаю, достоин ли я такого доверия. — Я знаю. — Волдеморт откинулся на спинку стула. — Ты не достоин. Пока. Но ты можешь стать достойным. Драко молчал. — Вчера ты видел, что происходит с теми, кто предаёт. — Волдеморт говорил спокойно, будто обсуждал погоду. — Та девушка... Лилия, кажется. Она могла бы жить, если бы была умнее. Но она выбрала смерть. — Она не выбирала. Её убили. — Она выбрала, когда решила бежать. Когда решила, что знает лучше. — Волдеморт наклонился вперёд. — Запомни, Драко: выбора нет. Есть только служение. Или смерть. — Я понял. — Ты ничего не понял. — Волдеморт усмехнулся. — Но поймёшь. Со временем. А теперь иди. Беллатриса скажет, что делать. Драко встал, поклонился и вышел. В коридоре его ждала Беллатриса. — Ну как, накормили? — спросила она весело. — Да. — Отлично. Тогда пошли работать. Она повела его через весь Мэнор, вниз по лестницам, в подвал. Драко знал эту дорогу наизусть — каждый поворот, каждую ступеньку, каждую дверь. — Сегодня у нас пополнение, — сказала Беллатриса, останавливаясь у одной из камер. — Привезли ночью. Трое. Двое мужчин, одна женщина. Все из Ордена. Она открыла дверь. В камере на соломе сидели трое. Мужчина лет сорока с разбитым лицом, мужчина помоложе, который сжимал руку женщины, и сама женщина — худая, бледная, с огромными испуганными глазами. — Знакомься, — сказала Беллатриса. — Это твои новые подопечные. Будешь их допрашивать. — Я? — Ты. — Она протянула ему палочку — не его, какую-то другую, старую и потрёпанную. — Держи. И не вздумай жалеть. Драко взял палочку. Она была тёплой, будто только что из чьих-то рук. — С чего начать? — спросил он. — С самого слабого. — Беллатриса указала на женщину. — Она сломается быстрее. Она вышла, закрыв дверь. Драко остался один с тремя пленниками. Они смотрели на него с ненавистью и страхом. — Как тебя зовут? — спросил он женщину. Она молчала. — Я спросил, как тебя зовут. — Пошёл ты, — ответила она тихо, но отчётливо. Драко вздохнул. — Послушайте, — сказал он, обращаясь ко всем троим. — Я не хочу вас пытать. Но если вы не будете говорить, мне придётся. И поверьте, то, что сделаю я, — это цветочки по сравнению с тем, что сделает моя тётя. — Ты такой же, как они, — сказал старший мужчина. — Предатель крови. — Возможно. — Драко подошёл ближе. — Но я хотя бы даю вам выбор. Говорите — и я постараюсь сделать так, чтобы вас просто отправили в Азкабан. Молчите — и завтра вы будете молить о смерти. Женщина сплюнула в его сторону. — Ничего ты от нас не получишь. Драко смотрел на неё. Она была похожа на его мать — те же светлые волосы, тот же упрямый подбородок. Наверное, хорошая женщина. Наверное, просто хотела жить. — Жаль, — сказал он и поднял палочку.

⤛ ⤜ ✽ ⤛ ⤜

Он не помнил, сколько это продолжалось. Час? Два? Три? Она кричала. Сначала громко, потом тише, потом просто хрипела. Мужчины рвались к нему, но он удерживал их простым заклинанием — не давал подойти. — Где Орден? — спрашивал он снова и снова. — Где ваша база? Она молчала. Когда он вышел из камеры, руки у него дрожали так сильно, что он выронил палочку. — Неплохо для первого раза, — сказала Беллатриса, появляясь из тени. — Но слишком мягко. Надо жёстче. — Она не сказала ничего. — И не скажет. — Беллатриса пожала плечами. — Эта порода не ломается. Но ты хотя бы попытался. Она подняла палочку и направилась к камере. — Что ты делаешь? — Учу тебя. Смотри. Она вошла. Дверь закрылась. Драко остался в коридоре. Крики возобновились — но теперь они были другими. Страшнее. Такими, от которых хотелось заткнуть уши и бежать. Он не побежал. Стоял и слушал. Потому что если он не будет слушать, если он не будет видеть, если он не будет помнить — зачем тогда всё это?

⤛ ⤜ ✽ ⤛ ⤜

Две недели спустя. Он научился не думать. Это было не сложно, если повторять себе каждое утро: «Я не человек. Я оружие. У инструментов нет чувств». Беллатриса хвалила его. Говорила, что он быстро учится. Тёмный Лорд тоже был доволен — Драко исправно писал отчёты, исправно выполнял приказы, не задавал вопросов. Но по ночам ему снились сны. Сны были всегда одни и те же: он стоял в Большом зале Хогвартса, а вокруг него лежали мёртвые люди. Дамблдор. Снейп. Грейнджер. Поттер. Уизли. Все, кого он знал, все, кого ненавидел, все, кого... любил? Любил ли он кого-нибудь когда-нибудь? Мать. Он любил мать. Она была в Азкабане, и он ничего не мог сделать. Отца он не любил. Отца он боялся. А больше никого. Иногда во сне появлялась Грейнджер. Живая. Она подходила к нему, смотрела в глаза и говорила: «Ты мог бы быть другим». А потом исчезала. — Я не могу, — шептал он в ответ. — Уже не могу. Но она не слышала.

⤛ ⤜ ✽ ⤛ ⤜

Месяц спустя. — Сегодня будет казнь, — сказала Беллатриса за завтраком. — Тёмный Лорд хочет, чтобы ты присутствовал. — Зачем? — Затем, что это тоже обучение. — Она откусила кусок тоста. — Ты должен видеть, что происходит с теми, кто против нас. Казнь была во дворе. Солнце светило ярко — издевательски ярко для такого дня. На коленях стояли четверо — те самые, из подвала. Женщина, которая молчала, и трое других, которых привезли позже. — Ты будешь палачом, — сказала Беллатриса. Драко замер. — Я? — Ты. — Она протянула ему меч. Не магический, обычный — длинный, острый, с тёмной рукоятью. — Рубить головы. Как в старые времена. — Почему не заклинанием? — Потому что заклинание — это быстро. А меч — это долго. Это чувствуется. Драко взял меч. Руки не дрожали. Интересно, когда они перестали дрожать? Первый — мужчина, старший. Он смотрел на Драко с ненавистью и презрением. — Предатель, — прошептал он, когда Драко подошёл. — Грязный предатель. Драко поднял меч. И опустил. Брызнула кровь. Тёплая, липкая. Она попала ему на лицо, на руки, на мантию. — Молодец, — сказала Беллатриса. — Следующий. Второй был молодым. Он плакал. Просил пощады. Драко не слушал. Третий был женщина. Та самая, похожая на мать. Она смотрела на него и молчала. — Прости, — сказал Драко. Она не ответила. Меч опустился. Четвёртый... Он уже не помнил, кто был четвёртым. Вечером он долго отмывался. Вода была ледяной, но кровь не смывалась. Она въелась в кожу, в поры, в душу. — Ты молодец, — сказала Беллатриса, заглянув к нему. — Тёмный Лорд доволен. — Уходи. — Что? — Уходи, — повторил он. — Пожалуйста. Она усмехнулась и ушла. Драко стоял под ледяной водой и смотрел, как она утекает в сток. Красная, мутная. Интересно, сколько ещё нужно убить, чтобы внутри стало совсем пусто?

⤛ ⤜ ✽ ⤛ ⤜

Два месяца спустя. Он перестал считать дни. Каждое утро было похоже на предыдущее: подъём, завтрак (или не завтрак — иногда он забывал есть), встречи с Беллатрисой, допросы, казни, отчёты. Иногда Тёмный Лорд вызывал его к себе — говорить о политике, о стратегии, о будущем. — Ты нравишься мне, Драко, — сказал он однажды. — Ты не лезешь вперёд, не строишь планов, не пытаешься обмануть. Ты просто делаешь. — Я стараюсь. — Стараться не надо. Надо делать. — Волдеморт помолчал. — У меня есть для тебя задание. — Слушаю. — В лесах скрывается Орден. Мы знаем примерно где, но не знаем точно. Нужен кто-то, кто проникнет внутрь и выяснит. — Вы хотите, чтобы я… — Нет. Ты слишком заметен. — Волдеморт покачал головой. — Но у тебя есть пленные. Кто-то из них может стать полезным. Обработай их. Найди слабого. Заставь говорить. — Я понял. — И ещё. — Волдеморт наклонился вперёд. — Та девчонка, Грейнджер. Она где-то там. Я хочу её. Живой. — Почему? — Потому что она умна. Потому что она сильна. Потому что если она перейдёт на нашу сторону, это будет удар по Ордену. — Красные глаза сверкнули. — И потому что её смерть будет слишком лёгкой. Я хочу, чтобы она страдала. Драко кивнул. — Я найду её. — Найди. И приведи. Живой. — Да, мой Лорд. Он вышел и долго стоял в коридоре, глядя в стену. Грейнджер. Гермиона Грейнджер. Он помнил её. Помнил, как она смотрела на него в Мэноре два года назад — с ужасом, но без ненависти. Помнил, как она молчала под пытками Беллатрисы. Помнил, как она спасла его, когда не выдала. Если бы не она, он был бы мёртв. Теперь он должен найти её и привести на смерть. Интересно, это называется судьба или просто издевательство?

⤛ ⤜ ✽ ⤛ ⤜

Две недели до встречи. Он допрашивал Майкла Корнера уже третий день. Корнер был крепким орешком. Молодой, упрямый, с каким-то странным спокойствием в глазах. Он не боялся. Совсем. — Ты знаешь, что я с тобой сделаю? — спросил Драко. — Знаю. — Корнер улыбнулся разбитыми губами. — Но это ничего не изменит. — Почему ты так уверен? — Потому что я уже мёртв. — Корнер смотрел на него спокойно. — Ты можешь убить меня сегодня, завтра, через неделю. Какая разница? Драко молчал. — А вот ты, — продолжил Корнер. — Ты ещё жив? Или уже тоже мёртв? — Заткнись. — Я просто спросил. — Корнер откинулся на солому. — Знаешь, что мне сказали перед тем, как меня взяли? Сказали, что ты изменился. Что ты стал другим. А ты такой же, как был. Только хуже. — Я не такой. — Какой же? Драко не ответил. Вышел из камеры и хлопнул дверью. В коридоре его трясло. Не от холода — от злости. От бессилия. От правды, которую он не хотел слышать. Он вернулся в свою комнату и долго сидел у окна, глядя на мёртвый сад. Корнер был прав. Он мёртв. Уже давно. И вдруг — впервые за много месяцев — ему захотелось, чтобы это изменилось.

⤛ ⤜ ✽ ⤛ ⤜

Ночь перед встречей. Ему не спалось. Он лежал на кровати, глядя в потолок, и думал о Корнере. О его словах. О том, что он сказал про Грейнджер. — Она придёт, — прошептал Корнер перед тем, как потерять сознание. — Ты даже не знаешь, кто. Она придёт. Грейнджер. Зачем? Может, затем, что он ждал. Всю жизнь. Сам не зная. За окном шумел ветер. Где-то в лесу выли волки. А он лежал и думал о том, что завтра, может быть, всё изменится. Или не изменится. Как обычно.

⤛ ⤜ ✽ ⤛ ⤜

Утро встречи. — Драко! Голос Беллатрисы ворвался в сон, разрывая его на куски. Он открыл глаза — она стояла в дверях, разъярённая, с палочкой в руке. — Вставай! Немедленно! — Что случилось? — Тот пленный, Корнер… он сбежал! Драко сел. Сердце забилось быстрее. — Как? — Не знаю! — Беллатриса металась по комнате. — У него был ключ! Кто-то дал ему ключ! — Я не давал. — Значит, кто-то другой. — Она остановилась и посмотрела на него. — Ты знаешь, что это значит? — Что? — Что у нас есть предатель. Внутри. Кто-то из своих. Драко молчал. — Ты пойдёшь со мной. — Беллатриса схватила его за руку. — Мы прочешем лес. Найдём его. И того, кто помог. Он позволил утащить себя. Весь день они прочёсывали лес. Нашли следы — свежие, вели на восток. Потом потеряли. Потом нашли снова. Корнер петлял, заметал следы, но шёл медленно — раненый, обессиленный. — Он далеко не уйдёт, — сказала Беллатриса. — Разделимся. Драко кивнул и пошёл в свою сторону. Он шёл по лесу и думал о Корнере. О том, что тот сказал. О том, что Грейнджер придёт. И вдруг понял: она уже здесь. Неизвестно откуда, но он знал. Чувствовал. Она где-то рядом. Он шёл медленнее, вглядываясь в кусты, в деревья, в тени. Искал не Корнера — искал её. Но не нашёл. Вернулся в Мэнор затемно. — Ушёл, — зло бросила Беллатриса. — Ушёл, гад. Но ничего. Далеко не убежит. Разыщем. Драко кивнул. Он знал, что она права. Корнер далеко не уйдёт. Но он успеет. Успеет встретить ту, кто придёт. А она придёт. Обязательно. Он почему-то был в этом уверен.

⤛ ⤜ ✽ ⤛ ⤜

Вечер встречи. Он стоял у окна в своей комнате и смотрел на закат. Солнце садилось за лес, окрашивая небо в багровые тона. Красиво. Страшно красиво. Где-то там, в этом лесу, прятался Корнер. И где-то там была она. Грейнджер. — Драко. Он обернулся. В дверях стояла Беллатриса. — Тёмный Лорд вызывает. Срочно. — Иду. Он спустился в малый зал. Волдеморт сидел у камина, и лицо у него было... задумчивое. Это пугало больше, чем гнев. — Драко, — сказал он. — У меня для тебя новость. — Слушаю, мой Лорд. — Корнер мёртв. Его нашли у восточной опушки. Мёртвым. Драко молчал. — Но перед смертью он успел кое-что сказать. — Волдеморт посмотрел на него. — Он сказал, что здесь, в лесу, есть кто-то ещё. Кто-то, кто придёт в Мэнор. — Кто? — Не знаю. Но мы будем ждать. — Волдеморт улыбнулся. — И когда она придёт, мы встретим. Драко кивнул и вышел. В коридоре его догнала Беллатриса. — Ты знаешь, кто это? — Нет. — Врёшь. — Она схватила его за плечо. — Я вижу по глазам. Ты знаешь. — Я ничего не знаю. Она смотрела на него долго. Потом отпустила. — Ладно. Но если ты что-то скрываешь... ты знаешь, что будет. Она ушла. А Драко остался стоять в коридоре, глядя на темнеющее небо за окном. Она придёт. Сегодня. Завтра. Через неделю. И когда она придёт... что он сделает? Он не знал. Но почему-то ему казалось, что это будет самый важный выбор в его жизни.