Механическая птица

      В воздухе пахнет кровью и ещё чем-то что отвратительно напоминает сырость и гниение. Делайла, верная старушка Делайла, заглохла в самый не подходящий момент, прямо посреди их бегства от разъярённой стаи этих уродцев. Двое как могли, отбивались от этих мерзких тварей с бивнями и тремя парами конечностей. Кинув какие-то ругательства Рокот засовывает пушку у которой кончились патроны себе за пояс и ловко выхватив какую-то арматуру из машины, служившую чем-то вроде подпирающей балки для навесной крыши, суёт её в канистру с топливом, а затем поджигает. Ореол пламени заставляет этих тварей недовольно качать башками и ещё громче тявкать. Они взяли дагаров полукругом и этот полукруг то теснился, то расступался от взмахов горящей палкой       — Этих беру на себя, чини! — выкрикивает ребёнок красной долины Лиходею пока сам делает очередной выпад распугивая мутантов. Когда кто-то из тварюг в очередной раз грозно тявкает облизывая несуразно точащие крыли Рокот рычит на него в ответ и метит горящей арматурой прямо в его тупую башку.       — Закройте уши, ложитесь! — выкрик раздаётся кажется из ниоткуда, а за ним следует неприятный низкий звук ни то свист, ни, то писк. Роток не успевает разглядеть что происходит в последний раз взмахнув своим импровизированным оружием он невольно падает на землю, роняя палку и зажимая уши, что есть силы. В следующий раз когда он поднимает взгляд то, видит перед собой тонкую двухколесную машину и женскую фигуру гордо стоящую одной ногой на ней. А мутанты скуля и тряся башками разбегаются в стороны.       — Ну и не повезло же вам, — сняв шлем напоминающий птичью голову девушка с облегчением втягивает воздух и треплет свои рыжие как пламя затухающей арматуры волосы. Она наклоняется и протягивает руку ему, предлагая помощь подняться, — Кристин, но можно просто Соловей, вы теперь мои должники Девушка одаряет дагара обворожительной улыбкой, а он понимает, что влюбился похоже с первого взгляда.       Беззлобный смех Кларка кажется перебивает историю ребёнка из Красной долины, хотя он вовсе не хотел задеть, просто не удержался. Зато хотя бы он не стал упоминать о том, что у собеседника нет ни единого шанса на отношения с его сестрой, раз буквально все мужчины не в её вкусе. Было в его истории и что-то по-детски наивное и что-то абсурдно романтичное, так что не хотелось это ломать.       — Что серьёзно? Прям так с первого взгляда? — Монтейн искренне пытается успокоиться стирая с глаз невидимые слёзы. Они так и сидели на крыше той самой Делайлы, которая всё ещё была на ходу и в полной боеготовности, так сказать.       — Именно так и зачем я всё это тебе рассказываю? — хоть тон дагара и звучит расстроенно, а он к тому же недовольно сводит брови и отворачивается, в действительности он не слишком обижен. Так или иначе он понимал, что наверно в этой истории его влюблённость правда звучит несколько смешно, а видеть как Кларк не безразличен и реагирует хоть как-то позитивно было приятно.       — Прости, прости я честно не хотел тебя задеть. Ну ты же и сам понимаешь как вся эта любовь с первого взгляда звучит...ммм, — парень делает паузу пытаясь подобрать менее обидные слова, — забавно что ли?       — Я люблю её уже как несколько лет. Хоть это и «забавно», я искренен в этом, — Рокот пожелает плечами, спокойно глядя на их маленький временный лагерь. Большинство уже разошлось спать, а он сам заявил желание встать в дозор первым раз уж они с Кларком в первые нормально разговорились, хоть это и значило слушать его заумные рассказы о вопросах и вечных поисках       — Вообще, это устройство       — Какое устройство? — ребёнок Красной долины не понимает такую резкую смену темы       — Ну, излучатель звука-свиста то, что все называют песней соловья то, что использует Крис и против людей и против мутантов. Его создал для неё я, — весталец хмыкает ни то с гордостью, ни то с трепетом говоря о своём творении, — Так что технически можешь и в меня влюбиться с первого взгляда, это ведь именно песнь соловья вас спасла       Монтейн говорит это в шутку, но замечая, что его не поняли по выражению лица собеседника, тут же смущается и чуть отодвигается в сторону       — Шучу, я не серьёзно. Но если тебе интересно Крис говорила о тебе       — О и что же? — видимо упоминание Кристин заставляет Рокота тут же забыть о неловко абсурдной ситуации.       — Она говорила, что встретила вожака дагаров. Вообще она не очень лестно отзывалась, на её вкус ты был слишком навязчив пытаясь переманить её, — Монтейн и над этим слегка хихикает, но не позволяет себе особо смеяться       — Проявил приличия предлагая присоединиться, — почувствовав обвинения в свой адрес, мужчина невольно начинает с оправданий       — Она хочет свободы, — парень только пожимает плечами и чуть погодя тише добавляет, — Как и я       В этот момент младший наследник трона стального города кажется по-странному печальным, но спокойным. А Рокот тут же чувствует укол совести за то, что фактически это он, препятствие на пути к его свободе. Повисает некоторое молчание во время которого весталец мечтательно разглядывает небо, а ребёнок Красной долины пытается разобраться в том, почему его беспокоит чужое нахождение в «не свободе». Может дело в том, что пусть они и не близки, но Кларк не был для него пустым местом. Может дело в том, что он представляет на его месте Кристин и ему тягостно от мысли, что он хотел лишить её свободы надеясь на свадьбу с ней       — Ты мог сбежать, — тишину решается нарушить Рокот.       — Мог.       — Но ты всё ещё тут.       — Говоря о свободе я имею в виду нечто иного толка. Взгляни на небо. Видишь все эти звёзды, — хоть звёзд там как раз и было мало, но весталец ловко указывает пальцем на скопление парочки, — Это созвездие, во времена до времён у них были имена, вообще имена были и у звёзд, но все эти названия не дошли до нас. Где-то там за небом среди звёзд лежат другие миры, совсем как наш, но иные, с другим небом и другими звёздами. А мы заперты тут. И я не буду свободен покуда мы ограничены лишь нашими пустошами, лишь нашим небом.       Ребёнок Красной долины слушает его довольно внимательно, чувствовалось что Монтейн говорил с тоской и в то же время он говорил о том, к чему лежит его сердце. От чего-то это было до боли печально. Он мог лишь смотреть то на звёзды, представляя все те иные миры, то на вестальца, представляя их двоих в этих иных мирах.       — Все названия были когда-то придуманы кем-то, — Рокот лишь пожимает плечами, говоря об этом с такой простотой, — Можно дать новые названия звёздам, вот эти я назову созвездием Кларка.       — Это ещё почему? — Монтейн ни то смущается, ни, то вселится, это было довольно неожиданно для него так, что он впервые смотрит прямо в глаза дагару. Как-то раньше ему удавалось избегать прямого зрительного контакта в их будничных беседах       — Почему, потому что ты их показал. Теперь это созвездие Кларка и я уверен где-то в этом созвездии точно отыщется отличный мир, когда ты однажды придумаешь способ добраться до него       Толи Рокот говорил так проникновенно толи весталец был польщён, но он не мог возразить ни единому его слову, мог только чувствовать себя поражённо от того, что от его слов просто не отмахнулись. Монтейн смолкает, глядя вовсе не на свои обожаемые звезды, а на крышу Делайны и на то, как они близко сидят.       — Хорошо, — было видно, что ему даётся не легко это сказать, — Если ты так говоришь, я обязательно это сделаю

***

      В тот день отец так и не вернулся в их маленькое убежище, как и на следующий день, как и через день. Прошло дня три прежде чем их скудные запасы еды и воды на столько истощились, что у них не оставалось выбора или продолжать ждать и умирать от истощения или отправиться самим искать еду, отправиться на верную смерть. Его старшая сестра, Даяда, раньше хвасталась тем, что отец брал её на охоту, но сейчас, собираясь в одиночку выбраться в Красную долину им обоим было не до шуток. Они поплотнее обматываются во всевозможные тряпицы, оставляя лишь щели для глаз. Отец ушёл с один из двух гарпунов, так что теперь у них был один на двоих. Покидая их ветхое жилище, ни то вырытое, ни, то выдолбленное в земле и частично в камне, Рейн опасливо оглядывается назад, от чего-то ему казалось будто они больше не вернутся. Но он ничего не говорит сестре. В последний день даже во время соборов они в целом оба были неразговорчивы. Слова казались излишними, да и что им говорить или подобно мутантам бросаться жрать друг друга или отчаянно пытаться найти что-то на охоте. Красная долина всегда была суровым местом. Здесь выжженные пустоши переходили из обыденных серопесчаных в кроваво алые. Здесь песок был более жёстким, местность лишена особо груд камней и барханов, от чего гуляли страшные ветра. Это было пристанище не людей, но мутантов, о их здесь было полно. По рассказам отца в большей части пустоши они встречаются, но значительно реже и меньшими группами. В то время как тут нельзя было спокойно сунуть нос наружу, нельзя было играть у дома, да и вообще если не освещать постоянно территорию рядом, эти твари бы точно забрались прямо к ним в хижину. Когда они доходят до последнего факела на крови моро Рене чувствует, что дороги назад уже нет и или они вернутся живыми или они погибнут пытаясь.

***

      Даяны не стало. Его храбрая и иногда раздражающая сестра оставила его, спасая их от клыков сарги. Хоть Рене и вернулся в их скромное укрытие, вернее сказать теперь это только его укрытие, но очевидно он протянет ещё пару дней, а может и того меньше. От бессилия и отчаянья парнишка забивается куда-то в дальний угол, обхватывая голову руками, перепачканными в крови сарги, его собственной крови и наверно крови Даяны. Это стоило того? Они успели найти воду и даже убили мелкого мутанта, но на обратном пути попали в западню. Рене вернулся только с водой, но стоило это стольких мучений, что одна мысль о воде отзывалась тошнотой.       Вот так и он помрёт, один оставленный всеми, дитя Красной долины.

***

      Одной только красной долине известно сколько времени прошло, когда дверь его ветхого убежища вновь открылась. Двое прошли внутрь, на вид не похожи на опалённых, но так сразу и не скажешь. Рене слышал их шаги и знал, что кем бы они ни были у него будет больше шансов, если он затаится и выскочит нападая из-за спины. Прошло прилично времени с момента как он в последний раз видел других людей. Даяда умерла, а он остался один и жил подобно дикому сарги. Выбирался на охоту когда светло и искал в основном или воду или останки мутантов. Заметал свои следы, вымазывал себя кровью сарги, в общем делал всё, чтобы эти уродливые твари не смогли его достать.       — Кажется и тут заброшено, — один из вошедших придирчиво осмотрел убранство хижины и видимо выискивал что-нибудь мало-мальски ценное что прихватить с собой раз обитатели этого места вероятно погибли       — Это как посмотреть, глянь-ка, — другой, судя по голосу был старше присаживается на колени, чтобы рассмотреть ещё свежую лужу крови сарги       — Ну и что у тебя там? Кровища? Да её везде достаточно, — молодой парень фыркает и прибирает к рукам несколько более менее приличного вида тряпиц. На что второй только цокает языком       — Следов сарги нет, а кровь есть и свежая Понимая что тянуть дальше нельзя иначе такими темпами его найдут Рене выскакивает из своего укрытия под кроватью держа в руках последний гарпун что у него остался. Парнишка шипел и скалился совсем как те мутанты, с рядом с которыми он жил последнее время. Двое тут же отпрянули, один схватился за пушку, но наставлять её не спешил, другой в примирительном жесте вытянул руки       — Спокойнее, малец, ты тут один? — тот что вытянул руки, попытался сделать шаг навстречу, но Рене тут же вновь зашипел делая короткий выпад вперёд и взмах своим оружием. Второй за спиной первого успел вскинуть оружие направляя его пряма на мальчишку.       — Это всего лишь ребёнок убери, ты его пугаешь, — старший толкает другого плечом и он нехотя, но слушается. Рене же не считал что, его пугают и что, он «лишь ребёнок, он считал что это он тут должен всех пугать.       — Где твои родители? — подойти к нему больше не пытались, но мужчина медленно опустился на одно колено перед ним и снова протянул руки, — Ты остался совсем один? У нас есть еда и вода и другие дети с которыми можно будет играть. Как долго ты один в красной долине?       — С того момента как Даяна... — Рене несколько тушуется тупя взгляд в пол, но снова преисполняться решимости крепче хватая гарпун и шипит сдерживая подкатывающие рыдания — С того момента как Даяна умерла       — Мне очень жаль, — Кажется мужчина говорит искренне или Рене просто хочется верить в то, что эти слова искренне, — Но тут уже ничего не сделаешь. Но мы можем помочь тебе если ты пойдёшь с нами. Тебе больше не придётся жить в страхе и быть одному       С мгновение парнишка колеблется, но после гарпун с металлическим стуком подаётся и он пытается собрать все свои силы чтобы не распылаться. Его забирают двое дагаров, что решили обшарить Красные пустоши, а нашли там далеко не оружие или ресурсы, а оставленного всеми ребёнка

***

      — За нами хвост, подавай знак! — Рокот высовывается из основной кабины Делайлы в кабину водителя, ему приходится кричать так, как на такой скорости и за рёвом песка им на встречу Лиходей мог его просто не услышать. Боевой товарищ только кивает ему и ловко сигналит что-то используя крохотное зеркальце на панели машины, чтобы отразить несколько лучей.       Они замыкали строй их так называемой стаи дагаров. Само добытое недавно топливо перевозилось в центре стоя, а они шли в самом хвосте как рана случай таких непредвиденных обстоятельств, как стая саргов, учуявших запах топлива.       — Что происходит? — Кларк замечает что, что-то не так только когда они резко сворачивают и его тряхнуло в бок. Похоже весталец и правда имел поразительную способность спать в любом транспорте на ходу. Так как ему ничего не объясняют он следуя примеру ребёнка Красной долины тоже высовывает голову наружу, прикрывая лицо от песка. За ними гналась целая стая из шести или восьми уродливых мутантов размерами чуть уступая самой Делайле. Три пары конечностей, безобразные морды с бивнями и хаотично торчащими клыками. Они выли и тявкали ни то рыча ни, то скуля. Монтейн не успевает снова задать глупый вопрос, как его затыкает звук выстрелов, Рокот начал палить по преследователям.       — Что на ваш стальной город никогда не нападали сарги? — со смешком спрашивает дагар перезаряжая свою пушку       — Нет вообще, — договорить Кларк не успевает, так как его перебивают выстрелы, — Вообще Веста на столько хорошо защищена внешне, что мы не замечаем мутантов снаружи.       — Ну теперь ты не на весте, не хочешь влюбиться с первого взгляда в того, кто спасёт тебя от этих выродков, — Когда дагар в следующий раз начинает палить похоже он попадает куда надо и один из несущихся за ними уродцев падает прямо на всей скорости, а другие, не особо умные твари, не додумываются оббежать его и спотыкаются неуклюже падая так же и прочерчивая песок мощными бивнями, — Порядок можем возвращаться к нашим!       — А я так не думаю, глянь! — Лиходей кивает куда-то в другую сторону и Рокот недовольно цокает, начиная шариться по всему пространству кабы в поисках ещё патронов. Там по другую сторону был ещё один сарг, видимо отбился от группы, а значит и не запнулся об одного упавшего. Но что хуже, он похоже нагонял их, — Чего расселся тоже ищи патроны.       Кларк вздрагивает от такого приказного тона, но тоже замечает несущегося за ними мутанта и благоразумно решает, что найти патроны будет задачей поважнее его слегка задетых чувств. Они оба безуспешно шарят по кабине Делайлы, ну почти безуспешно, Монтейн зато находит довольно много достаточно привлекательного хлама из которого можно было бы собрать что-нибудь интересное только вряд ли их это спасёт сейчас       — У тебя что-нибудь есть?       — Только это, — и весталец продолжая шарить под сиденьем кивает на сваленную кучу хлама       — Я просил тебя не разобрать мою машину, а найти патроны       — Я это и делают       Они бы сейчас так и начали ругаться, но Делайлы сна тряхнуло и Кларк кинулся, чтобы придержать весь так называемый драгоценный хлам. Тварюга догоняла их с каждым новым взмахом всех шести лап и издав неприятный рёв похоже начала бодаться с машиной. Видя это рокот хватает один из гарпунов и когда тварь собирается в очередной раз боднуть Делайлу ударяет им прямо в её уродливую морду:       — Патроны, живо!       — Подожди сейчас будет что-то получше, — стоя на коленях перед сиденьем весталец начинает активно ковыряться в свеженайденых жестянках и пружинках используя свою запудренную отвёртку. Такой ответ категорически не устраивал Рокота, потому что паршивец совсем не искал патроны. Не имея возможности дать ему оплеуху он не сильно пинает Монтейна и повторяет своё «патроны живо»       — Ты не помогаешь, — Кларк только шикает, так как из-за этого одна запчасть чуть не укатилась, но он вовремя поймал её рукой.       — Это я не помогаю? — Дагар был готов забить на Сангу и вернуться в кабину искать патроны сам, но мутант собирается снова боднуть машину и он снова ударяет по нему гарпуном       — Есть! — Кларк вскакивает и чуть теряет равновесие в тот же момент, потому что мутант всё же боднул машину. Он бы рисковал так и выпасть из делайлы, если бы не врезался спиной в Рокота стоящего на проходе, а тот благо удержал их обоих. Вися на половину в машине на половину нет вестальцу открылся несомый приятный вид на то, какая тварюга за ними гонится. Неосознанно он издаёт что-то похожее на «писк от ужаса», но случая лучше не представилось бы и он вытягивает руку в сторону с той штукой которую только что собрал. Еле заметно слышится ни то свист воздуха ни, то чей-то писал, но мутант тут же сворачивает в сторону скуля и прижимая голову к земле       — Какого хера это было? — Ребёнок красной долины силой заталкивает вестальца обратно и чуть ли не рывком кидает его на сиденье, где недавно он что-то ковырял из хлама.       — Всё ещё не хочешь влюбиться в первого встречного, что спас тебя от этих тварей, — от прилива адреналина Кларку хочется рисковать получить в нос говоря нечто подобное, но благо он додумывается протянуть ту самую штуку которую сделал, — Песнь соловья, только маленькая версия. Издаёт тот же звук когда в неё задувает ветер поэтому нам в машине не было плох, но этой твари как её сарги было отвратно       — Мы возвращаемся? — вопрос лиходея вовремя прикрывает их перепалку ведь такими иначе Рокот был зол, что его не слушали       — Возвращаемся       И когда машина снова делает резкий поворот, а Монтейн не додумывается держаться ребёнку красной долины не остаётся ничего кроме как снова затащить его обратно, — Будем считать квиты

***

      — А ведь ты можешь набить татуировку теперь, — как ни странно по прошествию ещё часа езды, уже в ульи, Рокот как-то больше не держал злости на Кларка, даже скорее был рад, что взял собой ручного вестальца, может лиходей был в чём-то прав. Он посмотрел на опасный настоящий мир, а ещё не оказался там совсем бесполезным.       — А может вместо татуировки мне дадут отдельную комнату, — парень выпрыгивает из машины, игнорируя протянутую руку помощи и неуклюже приземляется переступая с ноги на ноги видимо всё же стоило принять предложение и не рисковать спрыгивать самому       — Не, это ещё нужно заслужить, — Рокот недовольно фыркает и жестом даёт отмашку Лиходею чтобы тот отогнал Делайлу на стоянку к остальным. На самом деле спасти их от сарги пускай с помощью «песни соловья» но всё равно тянуло на то, что ему вполне можно было дать свою комнату, но толи ребёнок Красной долины хотел проучить Монтейна толи не хотел признаваться себе, но ему иррационально хотелось продолжать видеть забавного вестальца рядом, — А сможешь ещё такие же сделать       — В плане, — Кларк удивлённо приподнимает брови параллельно отряхивая себя от песочной пыли       — Такие же песни соловья, мы бы вешали их на замыкающие машины и никакие сарги не страшны больше, — Дагар задумчиво чешет подбородок, идея на самом деле звучала довольно заманчиво и удобно, но к его удивлению Монтейн не спешил соглашаться мастерить       — Вообще могу, но вот какое дело, во-первых, для песни соловья нужны материалы, а во-вторых я бы хотел некоторые материалы и просто так, для себя       — Это ещё зачем? — Рокот упирает руки в бока       — Как зачем, — весталец загадочно улыбается, — Я же сказал, что однажды доберусь до звезд, вообще-то прямо пообещал тебе. Так что разумно просить некоторые материалы взамен

***

      Довольно быстро, но Кларк снарядил часть машин маленькими версиями песни соловья. Не будет приуменьшением сказать, что это оказалось достаточно весомым вкладом в общую жизнь улья. Возвращаясь с охоты некоторые дагары делились историями о том, как свист этих устройств отпугивал сарги уменьшая риски и расход боезапасов. Некоторые даже пытались уличить момент, чтобы похвалить самого вестальца, хоть он и днями сидел в их комнате иногда выбираться поесть со всеми ему приходилось и тогда, как правило, всегда находился кто-то желающий с благодарностью похлопать его по плечу. Не сказать, что это не нравилось Рокоту, как оказалось его ручной весталец полезен, да и к тому же братья охотники не считали, что он женился на неспособном мальце. Одни плюсы, но иногда подобное внимание раздражало. Время шло и вскоре всё это поутихло. Хоть Кларк до сих пор занимался песнями соловья, в основном ремонтируя те что есть если они ломались, но в новых необходимости не было. И тут снова поднялся вопрос того, что Монтейн хотел бы себе некоторые материалы.       В целом на тот момент Рокот был готов в благодарность ему пойти искать любые редкости и это было бы вполне приемлемой ценой, но оказалось, что вестальцу как раз и нужны самые редкие редкости, ради которых придётся плясать со смертью на короткой руке. Благо со смертью Рокот был знаком уже давно и ребёнок красной долины всю жизнь ловко ускользал от её цепких рук. Но и Кларк воспринимал добытое для него как должное, что несколько раздражало и отбивало желание хоть он и зарёкся, мол, достанет всё что нужно.       Ему возможно и пришлось бы поступить не по совести, но вернувшись однажды с очередной трудно доступной вещицей, он обнаружил «супруга» за его так называемым делом. Рокот честно в начале не понял что происходит. Зайдя в собственную комнату он будто увидел её впервые. Сидя на кровати, скрестив ноги по-турецки весталец держал в руках нечто весьма увесистое, размером с башку сарги. Это нечто светись приятным золотисто янтарным светом озаряя всё пространство комнаты. Свечение собранной Кларком вещи переливалось, будто живое и судя по всему источало тепло потому, что когда дагар подошёл чуть ближе его ощутимо обдало им.       — Правда красиво? — Монтейн улыбался, как ребёнок, как человек что только что увидел чудо       — Да, — и Рокот не мог сказать ничего больше, заворожённый тем что он видел. Кларк явно больше прежнего радуется получая такую реакцию. Его тонкие пальцы ловко пробегаются по составным сегментам светящегося нечто, что-то подкручивая, что-то придавливая, ставя на место. Вскоре свечение становится более однородным, а сам вещь более собранной воедино       — Давай. Ты принёс? — Парень протягивает руку обижая получить последний недостающий пазл. Рокот немного медлит, но в итоге вздыхает и отвечает       — Нет, не принёс. Наша попытка подобраться к опалённым провалилась так что я с пустыми руками       Кларк заметно мрачнеет, но не кажется особо обиженным, он то не знает что дагар подумывал, «а может и вовсе перестать стараться ради этого неблагодарного затворника». Да и вообще лезть к опалённым, значит лезть в Красную долину.       — Смотри, — весталец жестом показывает ребёнку из красной долины наклониться ближе и он садится на кровать придвигаясь к парню и тоже склоняется над предметом в его руках. Монтейн вытаскивает из кармана свои очки с оранжевыми линзами и вставляет их внутрь так, чтобы лучи отражались от стёклышек очков. Некоторое время ничего не происходит на потом объект начинает пульсировать, довольно ритмично то расширяясь, то сужаясь. Резные шестерёнки внутри крутятся с амплитудой, но не сходят с резьбы. Вместе с этим и свечение кажется оживает начиная плясать разнообразными Светами света. Всё это чудо длится не долго и вскоре Кларк вынужден вытащить очки, он шипит от боли и тут же облизывает пальцы, похоже успевает обжечь их об внутренности своего творения       — Что это? — Рокот осмеливается и сам дотронуться до всё ещё тёплого объекта и обнаруживает что оно должно быть к тому же прилично весит о весьма приятно ложится в руку       — Сердце, — весталец трясёт рукой и дует на пальцы, но ему похоже приятен чужой интерес к его работе, — Не человеческое разумеется, но это сердце машины, что сможет летать. Обычная стекляшка не выдержит тепла внутри поэтому мне и нужен осколок солнца чтобы оно заработало. Хочешь подержать?       Получая утвердительный кивок Кларк бережно передает «сердце» в руки Рокота. Хоть оно больше и не билось, но продолжало прекрасно светиться и быть достаточно тёплым. Дагар аккуратно оглаживает слегка шершавый корпус беря на руки словно ребёнка. Как он и полагал оно было тяжёлым, но не тяжеленным, но таки, что вес его было приятно держать. От чего-то в душе поселилось чувство, что у него в руках нечто настоящее, живое, значимое. Большинство творений Кларка казались ему безделушками, жужжащими штуковинами, что иногда летали по их комнате, но это, это было совершенно иное. Сам весталец тянется ближе к нему следом за своим творением толи боится за сердце толи не может наглядеться. Когда их взгляды пересекаются он улыбается шире прежнего.       — Значит чтобы оно ожило нужен осколок солнца? Я его достану