Теряя себя

      Линч, вжимая голову в плечи, медленными шагами шёл вперёд. Где-то позади плёлся Джон, иногда позволявший себе проныть очередное «нам долго ещё?»       Здесь слишком холодно, чтобы быть в порядке. Здесь слишком холодно, чтобы Линч мог хоть что-то почувствовать. Солнце не сможет согреть, слишком слабое.       Линч тоже слаб.       Он едва переставлял ноги, уже потеряв смысл этого пути. «На машине было бы быстрее.» Да вот только она тоже не выдержала этих сугробов, поэтому судьба решила её отнять.       Джон ныл вслух. Линч ныл своему «я».       Кому из них хуже?       «Мне, конечно.»       Линч мотнул головой, стряхнув немного снега с шапки. Снежинки шли вместе с ними, правда, намного быстрее и на пару с ветром. Лучший дуэт, что аж зубы сводит.       Показались верхушки деревянных домиков. Линч, завидев их, вымученно улыбнулся. Ещё совсем немного, и они окажутся в тепле. Возможно, им даже нальют горячий чай. Возможно, даже позволят вздремнуть.       Вот только силы, жаль, от этого не прибавилось. Даже мысль об уюте не мотивировала ноги на быстрый шаг. В этом снегу не пробьёшься. Казалось, даже если зайти в дом, даже если высушить одежду, даже если забраться под тёплое одеяло — снег всё равно останется с тобой.       Самый первый домик и оказался их спасением. Парень, с которым они договорились о работе — Рома, — радушно встретил их, позволив и выпить чаю, и хорошо поесть, и сколько хочется поспать.       Линч пообещал себе, что обязательно отыщит и искоренит источник проблемы, из-за которой они сюда приехали.       …Его сжимало, что-то сдавливало. Он пытался защититься, остановить этот кошмар, однако всем давным давно плевать на эти жалкие попытки побега.       Линч трясущимися руками пытался себя закрыть, чувствуя, как обжигающие слёзы скатывались по щекам. Пытался прикрыться тем, что под руку попадёт, вот только это не работало.       Кто-то тянулся к нему своими грязными лапами, пытался схватить. Линч изо всех сил старался отбиться. Старался не позволить. Старался хоть где-то сохранить превосходство. Старался хоть где-то сохранить контроль.       Лапа смогла ухватиться за его ногу. Тошнота подступила к горлу. Слишком мерзко, хочется блевать. Проще отрубить себе эту ногу, чем чувствовать столь противные прикосновения. Проще, наверное, даже сдохнуть.       Когти пронзили кожу. Линч вскрикнул. Вторая лапа ухватилась за вторую ногу и тоже впилась когтями. Он сжал зубы, прекращая попытки освободиться. Уже плевать, что будет.       Лапа пробиралась выше и выше, к животу, к груди, к шее. Сжала её одной, затем второй, желая задушить. Линч не сопротивлялся позволяя себя убить.       Он прохрипел что-то, попытался вглядеться в мрак и увидеть хозяина этих лап. Блеснули лишь слишком белые зубы, прежде чем Линч закрыл глаза.       Он резко вскочил с кровати.       «Что за чёрт…»       Это просто кошмар. Очередной кошмар.       Нормальные сны давно его покинули. Теперь ему снилось всё что угодно, но только не что-то хотя бы немного спокойное. Линч уже привык и никогда на лучшее не рассчитывал.       Поспать дальше не удастся.       Сонливость как рукой сняло. Что ж, предстоит немного пободрствовать. Поискать какую-нибудь информацию о твари — Рома любезно рассказал обо всём за чаем — на просторах интернета.       Вряд ли, конечно, удастся найти что-то новое, но хотя бы получится отвлечься и время скоротать.       Хотя, как отвлечься… Линч скорее отвлекался от своего ноутбука, каждый раз отводя взгляд, разглядывая деревяшки вокруг, маленькие щели между ними. И огромный ковёр во всю стену, прямиком из СССР.       Линч мотнул головой, стараясь переключить внимание на ноутбук.       Люди в этой деревушке, казалось, тускнеют. Сначала не похожи на себя, будто их место кто-то занял, говорят какой-то бред. А затем и вовсе исчезают. Интересные действия у твари. А тварь ли это?       Поиск по этим симптомам ничего дельного не выдал. Ожидаемо, в целом. Линч вздохнул, понимая, что придётся выяснять самостоятельно. Изучать этих «заразившихся» и как-то наобум искать решение.       «Главное — не стать одним из них.»       Линч всё ещё втыкал в ноутбук, когда Джон проснулся. Тот, сев, поднял глаза на него, хмыкнул:       — Нашёл что-то?       — Пишут только про депрессию и прочие диагнозы, — качнул Линч головой. — Сомневаюсь, что тут поголовно все страдают именно этим. Да и депрессия разная бывает, — «Психиатр говорил, что я иду на поправку.»       — Ой, эта ваша депрессия, тю, хрень, — «Ты тоже ею страдаешь, да, Джон?» — Не, тут дело твари! — он ухмыльнулся.       — Да, согласен. — «Со вторым или с первым?» — Надо заглянуть к пострадавшему. Сейчас или…       — Или! Я не поел, Линч!       Линч тяжело вздохнул, кивнул. Сам он голода не чувствовал. Уже давно, к слову. Ел, скорее, из привычки, чем из желания. И в этот раз он есть не будет.       Возможно, когда-нибудь он решит эту проблему. Когда-нибудь обязательно обратится к специалисту и примет всевозможные меры. Когда-нибудь. Сейчас на это попросту не было сил.       Плевать на эти базовые потребности, плевать на свою физическую оболочку, да и на душевную составляющую, впрочем, тоже. У него есть дела и поважнее. Например, эта деревня.       Джон освободился быстро, поэтому им уже предстояло навестить заразившегося.       Рома любезно проводил их до нужного дома. Беднягой оказался его владелец — мужчина, лет сорока на вид. Выглядел тот хмуро, бледно и, откровенно, паршиво.       — Здравствуйте, я Егор Линч, журналист, — представился Линч, выдавив улыбку. — А это…       — Проходите быстрее, — без настроения буркнул мужчина, махнув рукой.       Линч и Джон переглянулись, молча последовали за ним. Он отвёл их в гостиную, присел в кресло, кивнул на диван рядом. Стоило плюхнуться в него, мужчина вновь подал голос:       — Я Григорий, и со мной всё в порядке, — он кашлянул. — Я знаю, от кого вы пришли, зря послушали этого мальца.       — Хорошо-о-о, — протянул Линч. — Но можете всё-таки рассказать о своём состоянии? Как себя чувствуете в последнее время?       — Нормально я себя чувствую, — фыркнул Григорий, потянувшись к пледу на подлокотнике, укутался весь. Только сейчас Линч заметил, как у него дрожит голос.       — Вам холодно?       — Зима же, — Григорий закатил глаза, чуть ли не натягивая плед на нос.       — Так в доме тепло! — подал голос Джон. — Даже париловка какая-то, Вы чё?       Наверное, это один из симптомов заражения — чувствительность к холоду. Линч мысленно сделал себе пометку.       — Вам, может, и париловка, а мне холодно, — буркнул Григорий в ответ. — Пледа не хватает, температура всё снижается.       — Но ведь, наоборот, теплеет, — возразил Линч, вспоминая слова Ромы. Это «да пока что тепло, вы на прошлой неделе бы лапти склеили.»       — А вам-то откуда знать, а?       — Ладно, хорошо, — выдохнул Линч, понимая, что лучше не спорить. — Может, что-то ещё?       Григорий не ответил. Сомкнул глаза, натягивая плед на нос. Плечи подрагивали, зубы стучали. Холод, как ему казалось, раздевал кожу прямо до костей.       Линч перевёл взгляд на Джона. Тот откровенно пялился, будто стараясь выловить ещё каких-то деталей. Стало ли понятней после этого диалога? Скорее, да, однако явных признаков получить вряд ли удастся.       Вернулись назад, можно сказать, ни с чем. Рома спрашивал, насколько всё плохо, а те отмахивались, говоря, что обязательно всё исправят.       Исправят, как же.       …Линч впервые ощущал такой бешеный голод.       Он не хотел тратить время на пищу, хотел заняться чем-то более важным, однако мысли то и дело возвращались к одному и тому же. Игнорировать с каждой секундной было всё сложнее и сложнее.       Линч решился поесть. Голод не уходил, продолжая терзать сознание. Казалось, он лишь нарастал. У Линча пропало желание насытиться. Если ему суждено сдохнуть от этого, что ж, придётся.       Он обнимал себя руками, вжимал голову в плечи. Залез на кровать с ногами, поджимая к себе. Нужно просто игнорировать, это ведь обязательно пройдёт. «Или ты растерзаешь самого себя.»       — Линч? — послышался голос Джона, зашедшего в комнату. «Где он пропадал?» — С тобой всё нормально?       — Да-а, забей, — отмахнулся Линч, не желая признавать своё паршивое состояние. Даже самому себе его не признает, что уж говорить о Джоне.       — Тебе холодно, что ли? А чё ты окно-то не закрыл? — хмыкнул Джон, подходя к настежь открытому окну, закрыл.       — Забыл, наверное, — буркнул Линч.       Джон смерил его пристальным взглядом. Тот закутался в одеяло, плечи подрагивали, зубы стучали. Холод, как ему казалось, раздевал кожу прямо до костей.       Линч тоже попал в список заразившегося? Он тоже исчезнет? А, может, это всё-таки совпадение? Может, это простуда, ангина какая-то? Тот мужик ведь тоже мог ею болеть.       — Линч, — серьёзным тоном произнёс Джон. — Что с тобой? — уже мягче.       — Нормально всё, я же сказал, — Линч фыркнул. Делиться подробностями, по сей видимости, он не будет. Джон вздохнул, но оставил попытки что-либо выяснить       …Линч на себя не походил. Джон терзал себя мыслями, что эта хрень всё-таки добралась до них; и что скоро их двоих будет ждать конец.       Он ненавидел себя за эти мысли.       Он ненавидел себя за то, что не мог помочь своему другу — любая попытка либо игнорировалась, либо посылалась на три буквы. Он ненавидел себя за что, что вообще предложил это дело. Он ненавидел себя.       Линч тускнел, а у Джона тускнели глаза при виде этого.       Дерьмовое состояние Линча распространялось на всех. Даже обычно улыбчивый Рома перестал лишний раз что-либо говорить. По сей видимости, тоже прекрасно всё понимал.       Последние крупицы сознания Линча позволяли ему лишь грубо фыркать на любое внимание в свою сторону.       Джон шарахался как ошпаренный, когда Линч в очередной раз поднимал на него пустой взгляд, который пустым-то не казался. Любым — осуждающим, ненавидящим, тоскливым, — но не пустым. Слишком много в нём для этого было.       И, честно сказать, такая компания Джона напрягала, однако вопреки всему упрямо держался. Он пытался найти способ это излечить, пытался придумывать различные варианты сам. К чему это привело? А, собственно, ни к чему.       Спать Джон пытался. Пытался игнорировать странное шуршание, пытался не открывать глаза, лишний раз не смотреть, чтобы не сделать ещё хуже. Он действительно пытался, однако каждый раз срывался.       Джон проснулся где-то посреди ночи от странного бормотания.       — Линч? Линч, это ты? — он повернулся в сторону его кровати. Тот сидел, как обычно, в одеяле, вжимаясь в угол.       — Да-а-а… Джон, ты знал, что смерть красива? — протянул Линч. В голосе слышалась улыбка.       — Ты чего? — Джон напрягся. Сон как рукой сняло.       — Да-а-а… Знаешь, всегда о ней мечтал. А сейчас… А сейчас она говорит. Со мной говорит.       — Блять, Линч! — Джон сорвался с места, кинулся к Линчу, что пялился в стену. Повернул голову, однако тот всё равно смотрел сквозь Джона.       — Да-а-а… Она говорит, что скоро мы будем вместе. Я.. я думаю, что с ней мне понравится.       — Линч, на меня смотри!       — Я смотрю на неё. Она тёмная такая, поломанная, — Линч улыбался так довольно, будто действительно видел что-то хорошее.       — Очнись, чтоб тебя!       …Он не мог пошевелиться.       Вокруг тьма, впереди человекоподобный силуэт. Не разглядеть, что именно это такое. Не понять, сон это или реальность. Слишком похоже на жизнь. Слишком сознательно.       Какая-то чёрная лапа потянулась к нему. Линч хотел бы отшатнуться, однако он был прикован. Будто что-то не позволяло ему сдвинуться с места, резко дёрнуться.       — Открой же душу мне свою, — эхом раздался неизвестный голос. — Я открою тебе путь истинный.       — Я… — голос дрогнул. Линч сделал вдох. — Кто ты?       — Я — Смерть. А ты? Кто ты?       — Разве ты не знаешь? — ответил он вопросом на вопрос.       Лапа отпрянула, этого не ожидая. Линч сжал челюсти. Его пробирало непонятное чувство, которое хотелось вырвать с корнем. Жаль, что оно слишком сильно въелось.       — Нет, не знаю.       — Нет, знаешь. Ты заразила меня. Ты забрала у меня контроль. Ты владела моим телом. Ты всё знаешь.       Повисло молчание. Секунда, две, десять. А затем резкий рывок — и существо показало себя. Всё чёрное, выделялись лишь белые-белые зубы. Конечности были сильно длинными, местами поломанными.       — Я знаю, что мне нужно. Почему ты не откроешь мне душу? Этого не знаю. Дай мне доступ, покажи себя!       Линч смог сдвинуться с места. Он быстро сделал несколько шагов назад. Как открыть доступ — не понимал, но при этом не хотел это делать. Нельзя этого позволить.       — Уйди! — крикнул он.       — Линч… Милый Линч, ходишь кругами и боишься встать на верный путь. Позволь мне помочь, откройся!       Линч помотал головой. Никакой помощи. Точно не от этой твари. Это из-за неё люди исчезают? Потому что ведутся на её помощь? Он не поведётся.       — Оставь меня, — процедил Линч сквозь зубы.       — Ты не понимаешь, от чего отказываешься. Линч, ты больше не один. Я хочу тебе помочь.       — Я не хочу, уйди.       Линч сжал ладони в кулаки. Он хотел наконец получить назад своё тело, хотел вернуть себе контроль. И для этого нужно пойти против твари. Она слишком плотно засела внутри и уходить не намеревалась.       Откройся, откройся, откройся, откройся откройся откройся откройся откройся откройся откройся откройся откройся откройся откройся откройся откройся откройся откройся откройся откройся откройся откройся откройся откройся…       Линч зажал уши. Она ведь не отстанет, пока не получит своё, да? Она не отстанет, пока не сделает то, что она хочет?       А что, если…       — Ладно! — крикнул Линч, отнимая руки от ушей. Гул прекратился, тварь замерла. — Как… Как мне открыться?       Тварь протянула к нему свою когтистую лапу.       — Разреши… — выдохнула и резко вцепилась когтями в тело Линча, повалило на «пол».       Линч сжал зубы, стараясь вытерпеть едкую боль. Открыться — получить удар когтей, что ли? Очень специфичное дело.       — Да, вот так…       Из Линча, по ощущениям, вытягивалась жизнь. Он запрокинул голову назад, едва сдерживая крик. Вот же… И через это проходили все жертвы? Открывались через боль, чтобы потом сгинуть?       Нет, Линч не из таких…       Он резко схватился за лапу, дёрнул тварь на себя. Та, такой выходки не ожидав, повалилась на него. Когти отпустили, и Линч смог выползти быстрее, чем его прижали чёрной тушой.       Он, кашляя, поднялся. Тварь лежала пару секунд, затем слишком резко встала. Она кинулась на Линча, тот в последний момент успел увернуться, правда, вновь грохнувшись.       — Уйди! Сгинь, чтоб тебя! — прокричал он, пятясь назад.       — Откройся…       Тварь продолжала шептать свою надоедливую мантру, тем самым давя без прикосновений.       А где-то сбоку блеснуло острие меча.       … — Линч, пожалуйста!       Джон тряс обмякшее тело Линча. Тот едва дышал, словно находился на волоске от смерти. Впрочем, так и было. Он убегал от неё, буквально.       — Линч, блять, ты меня слышишь? Приятель, посмотри на меня, пожалуйста!       Линч медленно раскрыл глаза, поднял их на Джона. Взгляд не мог нормально сфокусироваться, всё казалось слишком размытым.       — Джон? — прохрипел он, а затем резко зашёлся в кашле.       — Блять, как ты меня напугал, — выдохнул Джон, отпуская Линча. — Ты как? И что за хрень ты нёс вообще?       Это его Линч. Джон точно знал это. Родной, давно выученный наизусть, Линч, с которым они побывали в самой заднице, да и не раз. Линч, полный бешеных тараканов в своей головушке.       — К-какую хрень? — тихо спросил Линч, совсем ничего не понимая. Он не помнил, что с ним происходило во время заражения. Не помнил, как вёл себя, что говорил и о чём думал. — Это… не я, наверное.       Джон потупил взгляд.       — А поподробнее?       — Это тварь. Она всё-таки есть, и я её, кажется, убил.       Повисло молчание.       Тварь действительно побеждена? Она больше не сможет никому навредить, и люди могу спокойно жить?       — Линч, ну ты! — Джон притянул Линча к себе, обнимая. Тот ойкнул, почувствовав боль от крепкой хватки, но отстраняться не стал. Плевать.       Но в деревне стоит ещё на какое-то время задержаться, дабы убедиться, что подобного больше не будет. Рома, скорее всего, не будет против, это ведь часть их работы — довести дело до конца.       Потом они рванут домой с мыслью, что и в этот раз они смогли кому-то помочь. Потом они смогут наконец-то отдохнуть от вечного напряжения, вернуться к привычному комфорту.       «А Линчу, пожалуй, стоит сходить к специалисту. Да и Джону, впрочем, тоже бы не помешало.»