Воистину несчастный бедолага

На третий день, к бедному и наивному Шэнь Юаню заглянул Цю Ши, местный господин и по совместительству владелец его шкуры, оказался человеком-пазлом: добрый, злой, угрюмый, требовательный, и всё сразу. Мог наградить подзатыльником просто так, любил потыкать носом в его место в пищевой цепочке. - позже, присмотревшись к другим рабам и условиям их содержания, Шэнь Юань сделал неожиданный вывод: ему дико повезло. Во-первых, его не засунули в общий барак. Выделили отдельную пристройку при конюшне, тесную, вонючую, но свою. Во-вторых, в местной иерархии он значился как «мебель», вроде есть, вроде под ногами мешаешься, но в основном не замечают. Идеальное положение для того, кто хочет тихо просидеться в кустах и под шумок свалить при первой же возможности. В тот день Цю Ши подстерег его к роботе, грубо причитая на его бездельничество. Именно тогда, он впервые узнал о своём новом положении и новой работе.

***

Семь дней. Целых семь дней ада, прозрений и, разрази меня гром, лошадиного дерьма. Поначалу Шэнь Юань наивно полагал: ну лошади, ну конюшня. работа не бей лежачего. Помыл, покормил, подстилку сменил, красота. Реальность, как водится, пнула его под дых. Лошади в этом мире оказались не просто лошадьми. По канону мира заклинателей, где каждая тварь норовит тебя сожрать или проклясть, даже эти красивые морды на поверку вылезли теми ещё чудовищами. Каждая обладала скверным характером. У каждой, блин, индивидуальный. Шэнь Юань исправно намывал лошадей каждый божий день. Твари, однако, его трудового подвига не оценили. умудрялись за сутки не только перепачкаться с ног до головы, но и учинить в конюшне полный кавардак. В довершение всего они ежедневно сшибали его с ног и методично покрывали тело синяками, словно коллекционируя их. Душа требовала мщения, хотелось им подгадить по-крупному, но руки не поднимались - уж больно морды у них были симпатичные. И без того всё тело ломило от непосильной работы, так ещё и мышцы выли от каждого движения. Не прошло и недели, как Шэнь Юань уже искренне жалел прежнего владельца тела. Тот, похоже, отпахал здесь полжизни, и даже имени не заимел! Только и слышал: «эй, конюх!» или «мальчик из пристройки». Поразмыслив здраво, Шэнь Юань пришёл к выводу: если бы парень и вправду так страдал, сбежал бы к чёртовой матери. Жил он, между прочим, отдельно от всех, и стоило господину Цю уехать - хоть сейчас сматывай удочки. Может, у покойного была неизлечимая любовь к лошадям и патологическая тяга к стойлам? Ладно, теперь уже не важно.

***

Шэнь Юань пластом лежал на соломе и никак не мог отделаться от гнетущего чувства: он что-то упустил. Что-то важное. Проигнорировал, недоглядел, пропустил мимо ушей. Он приподнялся на локте и окинул взглядом своё временное убежище. Картина маслом: ни мебели, ни удобств, одна сплошная импровизация. Солома вместо кровати, солома вместо одеяла и просто солома, наваленная чёрт знает как. Много соломы. Очень много соломы. Шэнь Юань перерыл всё вверх дном в поисках хоть каких-то следов предыдущего владельца. Пусто. Абсолютный ноль. Либо у парня действительно ничего не было, либо он был мастером прятать улики. С тяжёлым, полным вселенской тоски вздохом, Шэнь Юань рухнул обратно на своё соломенное ложе. ему было скучно. До зубовного скрежета, до мурашек по коже. Однообразная рутина грозила свести его с ума. Надо бы чем-то заняться. Но мозг, как назло, отказывался генерировать идеи. Может,наведаться в поместье? Проникнуть на кухню, стащить чего-нибудь съестного, пока не скатился от голода. Если повезёт и его не поймают. Можно и библиотеку поискать. Вдруг найдётся