Пазл Бога

      Выйдя из бара почти сразу после получения заказа, Эппл Блум в кратчайшие сроки пополнила запасы и сняла себе ночлег в одном из постоялых дворов.       Поспав несколько часов, она выдвинулась с рассветом по указанному направлению. Благодаря годам упорных скитаний по пустыне и хорошей физической форме, преодоление пересечённой засушливой местности для неё стало обыденностью, она прекрасно ориентировалась на местности и знала, каких мест стоит избегать и опасаться, чтобы ненароком не наткнуться на дикое животное или рейдерский отряд.       Благодаря быстрому темпу и короткому сну ей удалось выйти на след каравана к полудню следующего дня. Следы подтверждали информацию ее нанимателя: пять пони и собака, лишь следы небольшой телеги для перевозки припасов и раскладного ночлега.       Следуя по пятам, она, как и предполагала, вышла на их лагерь, который они уже начали разворачивать, ибо солнце неизбежно склонялось к горизонту.        Местом для привала было выбрано плато из песчаника, окружённое редкими островками сухой травы. Лагерь представлял собой три палатки, окружавшие большое кострище. Местность вокруг была открытой и почти не засыпанной песком.       Эппл Блум улеглась на землю и накрылась светлой, в тон песка, тканью, достала бинокль и принялась изучать местность с небольшой возвышенности на расстоянии от лагеря.       Ее противниками были два единорога, столько же земнопони, пегас и собака без явной породы, судя по всему, страдавшая от накожной болезни или паразитов. Один из единорогов, худосочный, высокий, с жилистыми, как у оленя, ногами, с охровой шерстью и длинной серой гривой, прилизанной назад и прикрытой белой ковбойской шляпой, в белом жилете, подшитом чёрными нитями, и с роскошными усами «подковой», судя по всему, был их главным.       — Что думаешь, Луна?       — Открытая местность и численное превосходство. Как насчёт ночной диверсии?       — Неплохо, но нужен хороший отвлекающий манёвр, — ее глаза начали шерстить местность через бинокль, пока не остановились на идеально ровной песчаной местности в виде неглубокой воронки метрах в тридцати от лагеря. — Бинго!       — Что нашла?       — Воронку.       — Тактика устрашения?       — Она самая.       Определившись с тактикой и накидав в голове план действий, Блум дождалась наступления сумерек. Когда ночь опустилась на пустыню, скрыв ее присутствие, она, пользуясь ночным зрением Луны, установила два небольших дистанционных заряда: один на возвышенности, где она разведывала местность, и один на песчаной воронке.       Следом она притаилась в одном из травяных островков и, дождавшись, пока один из наёмников отошёл отлить, накинула на него лассо, оттянув в кусты и придушив до потери сознания. Рот пришлось заткнуть импровизированным кляпом, а ноги стреножить.       Заметив пропажу, в лагере поднялась суматоха, и пегас полетел осматривать округу в поисках своего товарища. Эппл Блум специально оставила того не до конца скрытым высокой травой, так чтобы приманить летуна.       Как только тот опустился достаточно низко, чтобы обнаружить, что земнопони не пьян, а связан, Эппл Блум попыталась поймать при помощи лассо и его, но тот увернулся и поднял тревогу. Но в этот же миг направленный электрический разряд подкосил его, и тот рухнул на землю.       Лагерь всполошился ещё сильнее, чем прежде, и гудел, как улей с шершнями. Спустили собаку, и та, взяв след, начала преследовать Блум, пока ей в нос не угодила импровизированная бомба из пустой яичной скорлупы, напичканная чёрным перцем и горчичным порошком.       Пёс передернул мордой, принялся скулить и чихать, прильнув мордой к земле и перебирая передними лапами по плешивой морде. Поняв, что с подобным он не в состоянии справиться самостоятельно, он с жалобным хныканьем вернулся к хозяйке, за что был отчитан и подпнут копытом под бок. Разочарованное животное сгорбилось и ретировалось подальше, выслушивая ругань в свой адрес и в адрес незамеченного пришельца.       Оставшаяся на улице пара наемников сплотились спина к спине и окрикнули своего лидера, но тому, судя по всему, было глубоко плевать на них, ибо он даже не показал носа из своей палатки.       Наблюдая со стороны и замечая всё больше паники среди своих оппонентов, Эппл Блум довольствовалась результатом, но тот факт, что их глава всё ещё не показывался, заставлял ее недоумевать, а за недоумением, как известно, следует неуверенность, а за ней паника.       Она решила обойти палатку, в которой засиделся единорог, со стороны и, подобрав скрытный, прилегающий к земле угол палатки, она проделала ножом аккуратную дырочку в плотной материи и заглянула вовнутрь.       Жеребец сидел на месте и как ни в чем не бывало сидел за столом, перебирая конверты; сомнительным было утверждение того, что он не мог слышать крики подчинённых, если только он не был глухим. Перед ним на небольшом коротконогом столике, помимо конвертов, стоял небольшой ларчик с латунной оправой и железным замком. "Должно быть, это моя цель", — подумала Блум, обращая взгляд на коробку. — "Но как мне до него добраться, он наотрез отказывается выходить?"       — Была не была, — шепнула она и раздавила кристалл-активатор. Послышался взрыв, и в стороне поднялся фонтан песка. Следом за взрывом раздался протяжный клацающий писк.       Из-под поверхности песка воронки выбралось исполинское членистоногое, по внешнему виду больше похожее на скорпиона с тремя хвостами. Оно имело вытянутое сегментированное тело, как у сколопендры, клыки-хилецеры, как у сальпуги, и пару придаточных клешней, в придачу к паре основных. Прозванное Insecto harenae mortis, или же в простонародье «песочный скромняга» или «засадник», он имел добрых четыре метра в высоту за счёт хвостов и все девять в длину.       Разбуженный и взбешённый, он пытался найти подслеповатыми глазами или услышать четким слухом того, кто его потревожил. Эппл Блум знала это, а потому, пока все были отвлечены, забросила в центральный костёр связку петард, которые через секунду начали греметь, разбрасывая желтые угли.       Засадник, услышав это, рванул к источнику шума, чем поднял ещё больше паники среди остатков наёмников. Наконец, не выдержав, один из них забежал в палатку и силой вытянул совершенно спокойного главаря наружу.       — Успех. — прошептала Эппл Блум, вновь возвращаясь к проделанному отверстию.       Расширив ножом прорезь достаточно, чтобы без проблем пролезть в неё целиком, Блум проползла под небольшим столиком и очутилась прямиком в палатке. Снаружи все ещё доносились звуки погромов и возни вперемешку со скрипучими воплями насекомого. "Они что, решили с ним драться, а не удирать?" — тревожная мысль пронеслась у неё в голове. Она прекрасно осознавала, что засадник — одна из самых непростых добыч и что охотятся на него лишь обученные эксперты, ибо панцирь его не пробивает даже хороший огнестрел; собственно, из-за этого на него и охотятся.        Эппл Блум не считала себя святой, она могла без труда вдарить любому, кто этого заслужил, но она никогда не считала, что имеет право забирать жизнь у разумного существа. У дикого и опасного зверя — да, но даже так она скорбела некоторое время по этому поводу, а тут целый пони. Если кто-то из них умрет, потому что она привела засадника в их лагерь, то это ляжет на ее душу тяжким бременем.       Она постаралась отстраниться от дурных мыслей, что мешали ее работе; сожалеть нужно после поступка, а не до него. Найдя взглядом коробочку, она поболтала ее в воздухе, послышался глухой стук перекатывающего предмета. Решено было тут же закинуть ее к себе в сумку.       — Эппл Блум, ты слышишь?       — Что?       — Ничего не слышно.       Всё вокруг действительно смолкло, и она не могла сказать, когда именно это произошло.       — Ты ведь в палатке, да? — послышался басистый голос снаружи. — Выходи, надо поговорить.       Решив игнорировать его слова, она тут же наклонилась к проделанному отверстию, но из него вовнутрь палатки уже начал проникать чёрный дым; становилось жарко.       — Они подожгли палатку снаружи. — озвучила ее мысли Луна.       — Тогда выход только один, — запричитала Блум, обращая взгляд на главный вход.       Рванув наружу, она тут же остановилась через пять шагов от входа, почти в десятке метров от неё лежал мёртвый засадник. Насекомое лишилось левой клешни, ее ровно отсекли у основания; его голова-грудь была прорезана вдоль на почти два метра. В воздухе стояла вонь палёного хитина, разрезы на засаднике были идеально прямыми, а хитин у краев этих разрезов вспенился полупрозрачными полыми волдырями и переменил цвет, с чёрного с зеленовато-металлическим отливом на красновато-рыжий, как у свежесваренного лобстера. Сверху на побеждённом звере, уперевшись о гребень, сидел главарь наёмников, поправляя усы и скручивая своё лассо магией.        — Ну и ну, только’сь посмотрите, какая милая дама решила к нам придти, — говорил главарь, по-странному выговаривая гласные, зачем-то их смягчая.       — Кажется, меня раскрыли, — делая смущённый вид, отвечала Блум.       — Что есть, то есть. Не соизволите объясниться, для чего вы здесь, юная леди? Не уж’т нагрянули за нашей посылкой?        — Вы крайне проницательны, мистер…       — Ох, где ж’ма мои манеры? Я Олдтайм Роуд, можно просто Олд Роуд. Значит’ся, вы решили посягнуть на наш заказ… Нехорошо.       — Что поделаешь, это и мой заказ тоже.       — Да, до вас ещё трое на нас напали. Глупый бедняга Рэйн не смог смириться, что заказ Маски передали нам, а не ему. Нанимая вас, он переходит дорогу не только нам, но и Великому Хану… Нехорошо.       — Великому Хану?       — Послушайте, юная леди, я очень не люблю убивать кобылок, это всяк’мо равно тому, чтобы топтать цветы. Верните коробочку, и мы разойдёмся по добру.       — Это вряд… — не успела она закончить фразу, как почувствовала, что вокруг ее шеи затягивается лассо Олд Роуда.       — Вы не понимаете, в какую игру ввязываетесь. Видите эти раны на звере? Стоит мне нажать кнопку на лассо, и магический контур, вшитый в его структуру, рассечет вашу шею с ещё большей легкостью, чем этот хитин, мне даже напрягаться не придётся. Разве оно того стоит из-за обыкновенной безделушки?       Эппл Блум поникла головой и задумалась.       — Пожалуй, что так… Слышала его, Луна? Когда-нибудь и ты поймёшь.       Услышав кодовые слова, Луна приготовилась к бою. Второй активационный кристалл, спрятанный в складках ткани под правым копытом Блум, начал хрустеть от усиленного нажима.       Прогремел второй заготовленный заряд, разнеся верхушку пригорка в пыль. Олд Роуд и его прихвостни на несколько секунд отвели своё внимание, не зная, чего ожидать. В это время Блум, встав на дыбы, расслабила узел и скинула петлю со своей шеи в последний момент, перед тем как контур, по велению вновь очухавшегося Роуда, загорелся белёсым светом.       — Плохое решение, — запричитал Роуд, подтягивая лассо и закручивая его в воздухе.       Стремительный размах веревкой по горизонтальной дуге. Эппл Блум откинулась на спину, позволяя веревке пролететь над собой, та без сопротивления разрезала две палки, на которых держался навес перед входом в полыхающую палатку. Перекатившись, Блум вновь встала на ноги.       Оба оставшихся прихвостня, один с ножом, другой с мачете, бросились на неё, Роуд вновь замахнулся, стоя на трупе засадника. Блум пробежала мимо земнопони, в наклоне увернувшись от взмаха мачете. Тут же ей пришлось подпрыгнуть и сгруппироваться, вытянувшись стрункой, чтобы проскользнуть в пылающее кольцо лассо.        С акробатической ловкостью у неё это получилось, в отличие от куска её плаща-накидки, её сумок и незадачливого земнопони, которого без сопротивления располовинило в районе груди, из перерезанных сердечных артерий фонтаном брызнула кровь.       — Какого хуя?! Ему плевать на своих? — закричала она, обернувшись проверить целостность вывалившихся вещей и натыкаясь на мерзкую картину.       — Эппл Блум, не отвлекайся! — слова Луны вновь подняли ее концентрацию, и она отклонилась от левитирующего ножа.       Рывок вперёд, удар с локтя в зубы, и нож выпадает из телекинеза последнего наёмника-единорога. Следом удар в грудь и выкрик Луны.       — Сзади!       Машинально пригнувшись, она тут же почувствовала, как ее шляпу и лицо заливает поток крови. Разогнувшись, ее начинает тошнить, вместо целого наёмника перед ней ещё несколько мгновений стоит труп без верхней части головы, разрез пришёлся аккурат по линии рта. Из гортани вырываются остатки воздуха, заставляя вытекающую кровь булькать миниатюрным гейзером; алая кровь из сонной артерии брызжет во все стороны, ещё полмгновения, растянутого в минуту, и тело падает на землю, подрагивая в остаточных конвульсиях. Блум почувствовала, как ее желудок готов вывернуться наружу, ей показалось, что глаза с отрубленной части головы смотрят прямо на неё.       — Ты что, больной? — не выдержав, выкрикнула она Роуду.       — Пирог не приготовишь, не разбив пары яиц, — отвечал он ей, готовясь к замаху.       Блум вновь пришлось уворачиваться. Оттолкнувшись от отрубленной клешни, она вскарабкалась на тело насекомого, очередной замах Роуда был прерван подсечкой, благодаря которой Блум закинула заднюю ногу наверх. Завязался ближний бой, в котором лассо было не так эффективно, удары сыпались с обеих сторон, зачастую проходя мимо.        В один момент Роуду удалось подловить переднее копыто Блум и заломить его назад, но та вырвалась, ударив затылком и сломав единорогу нос. Удар дезориентировал Роуда, и тот отхватил ещё парочку, упав на спину. Блум была готова нанести последний удар, что должен был вырубить ее оппонента, но вновь почувствовала, как лассо оборачивается вокруг ее шеи.       — Славный бой, леди, вы отлично деретесь для кобылки, — с досадой причитал он, отсмаркиваясь кровью и притягивая рукоять лассо поближе к себе телекинезом. — Но Маска бы не нанял меня, если бы я так просто мог проиграть простой авантюристке.       — Она не обычная авантюристка.       — Луна?       — Это’ж ткань разговаривает?!       — Я повторюсь. Она не обычная авантюристка, у неё есть мечта, к которой она стремится, благородная мечта, которую не погубит такой заурядный тип, как ты.       — Чево’сь?       — Твой магический контур неплох, но у него есть большой недостаток. Да? — по его глазам было видно, что он начинает нервничать. — Пока он активен, ты используешь телекинез только на рукояти, но никак не на всей веревке, хотя так было бы практичнее. Неужели боишься магического перенапряжения? — насмешливо-пытливо спросила Луна.       — И что с того? — взбешённо ответил Роуд, вероятно, оттого, что его секрет раскрыли. — Ты всего лишь кусок ткани!       — Ошибаешься.       Кнопка была нажата, и контур начал загораться, стремительно приближаясь к шее Блум, но на полпути его встретил электрический разряд, пошедший по нему прямиком из банданы на её шее.       Прогремел взрыв, обоих сбросило с трупа насекомого на землю. Эппл Блум приземлилась лицом в песок, прямо посреди своих вещей. Приподняв голову, она заметила ту самую коробочку, разрезанную напополам, внутри было пусто.       — Что? Нет, нет, нет! Где оно? — она начала судорожно перебирать песок под копытами, под одно из них попался белый кусочек ткани, но и в нем ничего не оказалось.       — Что ты наделала?! — возмущённо прозвучало за спиной Блум. — Дура!       — Что?       — Эппл Блум, твоё лицо!       Потянувшись копытом к лицу, она тут же нащупала что-то твёрдое у себя на щеке. Взглянув в отражение на своём ноже, она поняла, что это было что-то вроде старого зуба или, вернее, клыка чрезмерно большого размера. Он полз по ее коже, словно живое насекомое, медленно проникая под кожу и скрываясь.       — Чего?! — в испуганной истерике закричала она, осознавая ситуацию.       Она попыталась его вытянуть или подцепить ножом, но всё было бестолку, тот выскальзывал, пока не исчез полностью.       Она обратила напуганный взгляд на Роуда, его усы и брови были опалены и слегка дымились, а сам он смотрел на неё как открывашка на консервную банку.       — Что происходит? Как его вытащить?!       — Ты его поглотила, слилась с ним.       — Ничего я не глотала! Я не хотела, это вышло случайно.       — Теперь есть только один способ забрать его — вырезать из твоего трупа.       — Что, но… — в лицо Эппл Блум прилетела горсть песка, подкинутого магией.       Отплевываясь от него и пытаясь проморгаться, она услышала слова Луны: «Копыта вверх». Доведя выполнение подобных команд до автоматизма, она тут же подняла одно из них и почувствовала, как ее повалили на землю. Разлепив глаза, она увидела нож всего в сантиметре от своего лица, он прошёл по касательной, порезав ногу и замедлившись, но вовсе не остановившись. Роуд всем своим весом налегал на него, помогая себе магией.       Миллиметр за миллиметром нож продвигался всё ниже, а у Блум оставалось всё меньше сил на его удержание.       — Луна! — взмолилась она сквозь зубы, когда наконечник ножа начал упираться в них.       — Не могу, моя магия ещё не восстановилась. Умоляю тебя, держись!       Нож скользил по эмали, царапая ее, Блум почувствовала на зубах неприятное давление, в то время как мышцы начали обмякать окончательно.       Начал слышаться треск, Эппл Блум невольно помолилась, зажмурившись. Треск сменился звонким хрустом, и Эппл Блум в страхе широко раскрыла глаза, ее удивленный взгляд встретился с не менее удивленным взглядом Роуда, затем она скользнула глазами ниже, к ножу. Толстое лезвие переломилось, оставив на ручке лишь одну четвёртую от всей длины, остальная часть застряла в зубах Блум, сами зубы были абсолютно целы и не болели.       Что-то странное сподвигло ее на следующие действия: она толкнула языком лезвие, чтобы то приняло горизонтальное положение, а затем зажала его между челюстей, без особого нажима оно хрустнуло и раскололось, словно леденец. Роуд наблюдал за всем с неописуемым ужасом на лице, до тех пор пока осколки ножа не были с силой выплюнуты ему прямо в рожу.       Земнопони тут же скинула его с себя и встала на уставшие ноги. Последние силы были брошены в решающий удар, и, оторвав задние ноги от земли, она лягнула его в челюсть. Единорог отлетел на пару метров и остался лежать неподвижно; Эппл Блум одержала вверх.       — Что за хрень? — испуганно вопрошала она, поднося дрожащее копытце ко рту.       — Не знаю, но сейчас лучше связать его, — старалась мыслить рационально Луна.

***

      Очнулся Роуд уже на рассвете, рядом по-прежнему был труп засадника. Его самого и двух его оставшихся в живых подельников связали. Осмотревшись по сторонам, он тут же нашёл взглядом Блум, она водружала последний кусок песчаника на одну из двух импровизированных горок, своеобразных могил. Закончив, она сняла шляпу и простояла молча примерно минуту времени.       — Бежать некуда, — начал Роуд, любезно подождав ее. — Маска тебя найдёт и доберётся до тебя, а если не он, то другие охотники, и тогда тебе крышка.       — Что за хрень в меня залезла и как ее достать из меня?!       — Я озвучил тебе единственный известный мне способ.       Эппл Блум недовольно фыркнула.       — Что это такое?       — Кто’ж его знает, кто-то предпочитает называть их дарами, а кто-то проклятьем. Но мне нравится, как их называет Маска: частички Бога; куски его трупа; пазл, что губит всех, кто ввязывается в охоту за ним.       — Ты несёшь бред!       — Только это мне и остаётся нести, ведь никто на самом деле не знает, что это такое и почему оно появилось в нашем мире.       Блум с сомневающимся взглядом отшатнулась от надменно-злорадного лица Роуда. Затем, взяв новую седельную сумку, что она нашла в лагере, развернулась и побрела в сторону Доджа с мрачным лицом.       — Удачи, маленькая пони, она тебе понадобится, — кричал ей в дорогу наёмник. — Теперь ты сама стала своим заказом, и отделаться хотя бы от Рэйна у тебя уже так просто не выйдет. Силт-страйдер тебе в помощь! Иди, если должна, беги, если догоняют!

***

Команда: Эппл Блум Луна Получено: Странный зуб (поглощён) Способность — божественный укус