Протокол «Архитектор»: Техническое обслуживание Небесного Демона

Сон Бей Фэн был похож на погружение в густую, теплую смолу. Впервые с момента перерождения в этом безумном мире её тело не пыталось выжить. Оно просто существовало. Тысяча стальных пружин, изолированных плотным войлоком и накрытых туго натянутой парусиной, работали как единый, безупречный механизм. Матрас не проваливался, как гамак, и не давил на ребра, как доски. Он принимал каждый изгиб её позвоночника, обеспечивая жесткую, но анатомически идеальную поддержку. Стены каменной пристройки, лишенные окон, отсекали свет. Звукоизоляция работала на пределе возможностей: ни пение птиц, ни шелест бамбука, ни тем более удары утреннего гонга не могли пробиться сквозь эту толщу. Печь-кан отдавала мягкое тепло, превращая пространство под шелковым балдахином в идеальный климатический кокон. Для человека, чья сенсорная гиперчувствительность была выкручена на максимум, этот уровень депривации стал кнопкой принудительного отключения. Мозг Бей Фэн, измученный постоянным расчетом рисков, просто ушел в глубокий, беспробудный оффлайн. Она пропустила час Тигра. Она пропустила час Кролика. Наступил час Дракона, когда весь Пик Цинцзин уже выстроился на тренировочной площадке для утренней практики. А Бей Фэн спала, пуская легкие слюни в шелковую подушку.

На тренировочной площадке Мин Фань мерил шагами пространство перед рядами младших адептов. Его взгляд, обычно цепкий и надменный, сегодня был дерганым. Он то и дело косился в сторону западного архива. — Выпрямить спины! Дыхание от живота! — рявкнул он на какого-то послушника, но мысли его были заняты другим. Бей Фэн не было. Её не было на перекличке. Её не было на утреннем чае. Мин Фань чувствовал, как внутри него закипает сложный коктейль из мстительного торжества и суеверного ужаса. После того инцидента в тупике, когда эта малолетняя ведьма посмотрела на него глазами Шизюня и назвала «животным», он обходил её за тридцать шагов. Она пугала его до дрожи в коленях. Но бюрократия Пика была его единственным оружием. Правила едины для всех. Даже для тех, кто конструирует водопроводы. «Она нарушила дисциплину. Она проигнорировала приказ Шизюня о спортивной ходьбе. Если я не доложу — Шизюнь накажет меня за укрывательство. Если доложу... Шизюнь накажет её!» Эта мысль придала Мин Фаню смелости. Он передал командование одному из старших адептов и поспешным шагом направился к бамбуковой хижине. Шэнь Цинцю пребывал в благостном расположении духа. Утренний чай, заваренный в новой «Чаше Двойного Дна», обжигал язык идеальной температурой. В личной купальне его ждал горячий душ. Жизнь, казалось, начала обретать те черты аристократического гедонизма, которых он так долго был лишен из-за бытовой отсталости этого мира. — Шизюнь! — голос Мин Фаня, преисполненный праведного негодования, разрушил утреннюю идиллию. Шэнь Цинцю поморщился. — Входи. И ради твоего же блага, Мин Фань, надеюсь, у тебя есть веская причина портить мне чайную церемонию. Старший ученик опустился на одно колено у порога. — Этот никчемный ученик просит прощения за вторжение! Но я обязан доложить о нарушении устава. Личная ученица Бей Фэн... не явилась на утреннюю практику. Её нет уже два стражи. Пальцы Шэнь Цинцю, державшие фарфоровую пиалу, замерли. — Не явилась? — Так точно, Шизюнь! — Мин Фань воодушевился, почувствовав изменение атмосферы. — Она игнорирует ваши приказы. Послушники говорят, что она заперлась в своей пристройке со вчерашнего вечера и не выходит. Вероятно, она... спит! В то время как весь Пик постигает Дао! Глаза Горного Лорда опасно сузились. Благостное настроение испарилось, уступив место холодной, колючей ярости. Он дал этой девчонке беспрецедентные привилегии. Он позволил ей заменить бег на ходьбу. Он выделил ей серебро и личную комнату. А она решила, что теперь может плевать на его приказы? «Она тестирует мои границы. Решила, что раз она полезна, то стала незаменимой? Глупая, заносчивая дрянь. Пора напомнить ей, кто здесь Лорд, а кто — инструмент». Шэнь Цинцю резко поднялся. Пиала со стуком опустилась на стол. — Иди за мной. Он стремительно вышел из хижины, его зеленые одежды хлестали по воздуху, как знамена перед боем. Мин Фань семенил следом, с трудом скрывая злорадную улыбку. По пути к западному архиву они пересеклись с Ло Бинхэ. Юноша нес небольшой поднос с глубокой миской — завтрак для Бей Фэн, который он приготовил по её личным «мягким» спецификациям. Увидев лицо Шизюня, Бинхэ мгновенно понял: надвигается буря. Он молча пристроился позади, стараясь слиться с фоном, но его сердце тревожно сжалось. Процессия подошла к глухой дубовой двери. На пороге лежал знаменитый коврик. «УХОДИТЕ». Шэнь Цинцю брезгливо наступил прямо на надпись своим белоснежным сапогом. Он не стал стучать. Это было ниже его достоинства. Лорд Пика вскинул руку, формируя сгусток духовной энергии, и ударил им в засов. БАХ! Толстая дубовая дверь распахнулась настежь, ударившись о каменную стену с грохотом, подобным пушечному выстрелу. Свет утреннего солнца ворвался в темную, прохладную комнату, разрезая её пополам. Ло Бинхэ, стоявший за спиной Учителя, заглянул внутрь и замер. Комната выглядела совершенно иначе, чем пару дней назад. Это была не келья аскета. Это было логово. Встроенный шкаф скрывал все вещи. Идеальный порядок. И в углу, на постаменте печи, возвышалась ОНА. Кровать. Она была огромной. Накрытая шелковым балдахином, из-под которого виднелись края плотного серого холста и белоснежные простыни. Грохот двери заставил Бей Фэн подскочить. Её организм, вырванный из глубочайшей фазы сна, отреагировал выбросом адреналина, но мозг еще не успел загрузить «операционную систему». БФ резко села на кровати. Её волосы, обычно затянутые в тугую косу, растрепались и торчали в разные стороны. Глаза были полуоткрыты, на щеке отпечатался след от складок наволочки. Она выглядела как встревоженный, заспанный барсук, которого вытащили из норы в середине зимы. — Что за... — прохрипела она, жмурясь от бьющего в лицо солнца. Шэнь Цинцю переступил порог. Аура подавления, исходящая от него, была такой плотной, что Мин Фань остался стоять на улице, не смея зайти внутрь. — Бей Фэн, — голос Лорда Пика был тихим, но от него вибрировала посуда на столе-книжке. — Ты забыла, на каком Пике находишься? Солнце взошло два стражи назад. Мои адепты уже закончили первый круг медитации. А ты... валяешься здесь, как свинья в луже? Ты решила, что твои жалкие трубы дают тебе право плевать на мой устав? Бей Фэн моргнула. Раз. Другой. Её сознание медленно прояснялось. Она увидела перед собой разъяренного Шэнь Цинцю. Увидела Мин Фаня, выглядывающего из-за его плеча с мстительной улыбкой. Увидела Ло Бинхэ с подносом. Но она не чувствовала страха. Потому что под ней был Матрас. Она сидела на нем, и он идеально поддерживал её спину. Ничего не болело. Тело было наполнено энергией, расслаблено и согрето. Впервые за свою короткую новую жизнь она чувствовала себя физически превосходно. И этот контраст между её абсолютным физическим комфортом и истеричным пафосом Шэнь Цинцю сыграл с ней злую шутку. Она забыла надеть маску. Репетитор из 2024 года, которого разбудили в выходной день звонком от неадекватных родителей, просто посмотрел на начальника. Бей Фэн слегка ссутулилась, подтянула шелковое одеяло до подбородка, уютно кутаясь в него, и её серо-зеленые глаза смерили Шэнь Цинцю долгим, абсолютно спокойным взглядом. — Учитель... — её голос был хриплым ото сна, тягучим и лишенным малейших признаков почтительности. — Завидовать... нехорошо. Тишина, рухнувшая на комнату, была оглушительной. Мин Фань на улице подавился воздухом и начал беззвучно хватать ртом воздух, как выброшенная на берег рыба. Ло Бинхэ застыл, боясь даже дыхнуть. «Она сказала это. Она сказала это вслух Горному Лорду. Шизюнь убьет её. Прямо сейчас. Распылит на атомы». Шэнь Цинцю окаменел. Его рука, сжимавшая веер, дернулась. В первый момент он не поверил своим ушам. Завидовать? Ему, Лорду Пика Сюя, завидовать этой сопливой девчонке? Это была дерзость, за которую в Цанцюн вырывали языки. Он сделал резкий шаг вперед, готовый обрушить на неё всю тяжесть своей Ци. — Что ты смеешь нести, паршивая... Но его взгляд упал на неё. На то, как она сидит. Она не проваливалась в перины. Она сидела ровно, но при этом ткань вокруг неё обволакивала её тело. Шэнь Цзю, с его обостренной сенсорикой, моментально считал геометрию её позы. Отсутствие мышечного напряжения. Идеальная линия позвоночника. Тепло, исходящее от камня снизу. Его взгляд скользнул по самому матрасу. Туго натянутая парусина. Ровные края. Отсутствие скрипа, когда она пошевелилась. Он подошел вплотную к кровати. БФ даже не дернулась, лишь лениво приподняла бровь, наблюдая за ним. Шэнь Цинцю протянул изящную, бледную руку и положил её на край матраса, рядом с её коленом. Он надавил. Матрас сопротивлялся. Это было не мягкое проваливание в пух, которое он ненавидел, и не жесткость дерева, от которой у него по утрам ныла шея. Это была упругая, рассчитанная сила. Стальные пружины, скрытые под слоями войлока, мягко приняли вес его руки, а когда он убрал давление — мгновенно и бесшумно вернули форму. Шэнь Цинцю замер. Его рука всё еще лежала на матрасе. В его голове, где до этого бушевал ураган гнева, наступила кристальная ясность. «Она права», — ударила его беспощадная мысль. — «Она чертовски права. Я завидую. Я сплю на жестком нефрите, убеждая себя, что это Дао, а эта мелкая дрянь изобрела ложе богов и дрыхнет на нем, пока я мучаюсь бессонницей. И она, глядя мне в глаза, прочитала это. Мою тайную, низменную жажду комфорта». Он не мог её ударить. Ударить её сейчас значило бы признать, что её слова задели его. Признать свою слабость. Но и спустить это с рук он не мог. Он — Лорд. Мин Фань стоит за дверью и всё слышит. Шэнь Цинцю медленно убрал руку с кровати. Он выпрямился, стряхивая с лица любые эмоции. Его голос зазвучал так холодно, что вода в кувшине на столе должна была покрыться льдом. — Завидовать ленивой свинье, которая не может поднять свое тело ради самосовершенствования? Твое самомнение переходит все границы, Бей Фэн. Твои «технологии» сделали тебя слабой. Бей Фэн зевнула, прикрыв рот ладонью. — Мои технологии... сделали меня эффективной, Учитель. Я сегодня... готова переписать два трактата вместо одного. Мой мозг отдохнул. — Твой мозг будет работать, — отрезал Шэнь Цинцю. — Но раз ты так ценишь отдых... ты лишаешься утренней ходьбы. Мин Фань на улице радостно осклабился. «Вот оно! Наказание!» — Отныне, — Шэнь Цинцю сузил глаза, глядя на её уютный кокон, — ты будешь ходить быстрым шагом два часа. На закате. Когда все будут ужинать, ты будешь наматывать круги по Пику. Бей Фэн слегка поморщилась, но промолчала. Два часа вечером — это паршиво, но лучше, чем вставать в пять утра. — И главное твое наказание, — Шэнь Цинцю раскрыл веер, обмахиваясь им с подчеркнутой небрежностью. Он смотрел прямо на матрас. — Раз ты считаешь, что этот... прямоугольный ящик с пружинами имеет какую-то ценность, ты докажешь это. До конца месяца ты подготовишь для моей хижины проект "Идеального покоя". Он сделал шаг к выходу, но обернулся через плечо. — Рассчитаешь звукоизоляцию для моих стен. И... спроектируешь точно такое же ложе. Только из лучшего железа и императорского шелка. И если моя спина после сна на нем заболит хотя бы раз... я выкину твой матрас в Бесконечную Бездну, а тебя заставлю спать на битом стекле. Ты меня поняла? В глазах Бей Фэн мелькнула искорка удовлетворения. «Схавал. Он абсолютно, тотально купился на ортопедию. Заказ на элитную мебель получен. Наказание — это просто способ сохранить лицо перед Мин Фанем». Она откинула одеяло и села прямо, склонив голову. — Я поняла вас, Учитель. Проект "Абсолютный Покой" будет готов в срок. Разрешите... приступить к гигиеническим процедурам? — У тебя пять минут, чтобы убрать свою физиономию с этого матраса и явиться в класс, — бросил Шэнь Цинцю. Он вышел за дверь, едва не сбив Мин Фаня. — А ты чего стоишь, раскрыв рот?! — рявкнул он на старшего ученика. — Марш на тренировку! Увижу, что ты халтуришь — закопаю в той же яме! Мин Фань, ничего не понимающий, но до смерти напуганный, умчался со скоростью света. Шэнь Цинцю последовал за ним, стараясь не думать о том, как сильно ему хочется прямо сейчас лечь и вытянуться на этих странных пружинах. Ло Бинхэ остался стоять у порога. Он осторожно вошел внутрь и поставил поднос с едой на стол-книжку. Бей Фэн потягивалась на кровати, разминая затекшие от долгого сна мышцы. Она выглядела не как человек, которого только что чуть не убил Горный Лорд, а как кот, поймавший жирную мышь. — Шимей... — голос Ло Бинхэ дрожал. Он смотрел на неё с благоговейным ужасом. — Ты... ты сказала Шизюню, что он завидует. И он... он не ударил тебя. Он заказал себе кровать. Бей Фэн посмотрела на него. В её глазах уже не было сонливости. — Бинхэ-шисюн. Запомни одно простое правило, — она слезла с кровати, нащупывая ногами свои соломенные тапочки. — Сильные мира сего могут простить тебе дерзость, глупость и даже предательство. Но они никогда не простят тебе покушение на их власть. Она подошла к столу и взяла миску с кашей. — Я не покушалась на его власть. Я ударила по его физиологии. Я показала ему то, чего у него нет, но что он отчаянно хочет. Я дала ему возможность забрать это себе под видом "наказания". Он сохранил лицо перед стаей, а я... — она хлопнула ладонью по матрасу, — я сохранила свою кровать и легализовала свой комфорт. Это называется дипломатия. Ло Бинхэ молчал. Его ум, острый и израненный, впитывал эти слова как губка. «Ударить по физиологии. Показать то, чего отчаянно хотят. Сохранить им лицо». Это были страшные уроки. Уроки, которые не преподавали в светлых залах Цанцюн. Это были уроки выживания из какого-то другого, безжалостного мира. — Еда стынет, шимей, — только и сказал он, отступая к двери. — Спасибо за доставку, — кивнула БФ, принимаясь за еду. Когда за ним закрылась дверь, перед глазами Бей Фэн мигнул зеленый текст. Лог Системы: [Скрытое событие завершено: "Яд зависти".] [Вы открыли скрытую черту Шэнь Цинцю: "Хронический недосып и потребность в безопасности".] [Награда: Контракт на обустройство покоев Лорда Пика.] [Предупреждение: Ло Бинхэ активно конспектирует ваши методы манипуляции. Риск создания Темного Владыки с дипломом MBA: 99%.] Бей Фэн прожевала кусок мяса и философски пожала плечами. «Ну и пусть конспектирует. Если Темный Владыка будет уметь вести переговоры вместо того, чтобы сразу рубить руки-ноги, этот мир станет намного спокойнее. А пока... надо нарисовать ШЦЦ такой матрас, чтобы он с него вообще не вставал».