24 шага до тебя

Месяц спустя Харли понял, что карма существует. — Это какая-то шутка? — Харли стоял перед мистером Харрисоном, забыв надеть свою обычную маску обаяния. — Вы хотите сказать, что я должен работать с НИМ? Мистер Харрисон, грузный мужчина с вечно уставшим лицом, даже не поднял глаз от бумаг. — Мистер Кинер, ваш прошлогодний проект по солнечным батареям был... как бы помягче... поверхностным. Вы красиво оформили стенд, но жюри из университета ищет глубины. Мистер Паркер, напротив, гений, но его проекты выглядят так, будто их собирали в подвале бомбоубежища. Вы дополните друг друга. — Мы друг друга прикончим, — огрызнулся Харли. — Это тоже вариант, — пожал плечами Харрисон. — Но приз — поездка в Европу с посещением пяти технических университетов. Ваши родители, мистер Кинер, уже подтвердили, что это отличный шанс для вашего резюме. Так что выбор у вас небольшой. Харли сжал челюсти. Конечно, родители подтвердили. Они всегда подтверждали всё, что добавляло строчку в его резюме, даже не спрашивая его мнения. — Где он? — В лаборатории 304. Ждет вас. Лаборатория 304 пахла озоном и старыми книгами. Питер сидел за столом, полностью погруженный в свои записи, и даже не поднял головы, когда Харли вошёл. — Привет, напарник, — сказал Харли с сарказмом, кидая рюкзак на соседний стул. Питер дернулся, поднял голову, и его лицо исказилось в гримасе ужаса. — Ты? Нет. НЕТ. Харрисон не мог... — Мог, — Харли плюхнулся на стул, закидывая ноги на стол. — Так что, видимо, мы теперь команда. Мечта идиота. — Убери ноги со стола, — автоматически сказал Питер. — О, прости, мамочка. Питер закатил глаза так выразительно, что Харли едва сдержал смех. — Слушай, — Питер снял очки и потер переносицу. Харли впервые заметил, какие у него глаза без очков — большие, карие, с длинными ресницами. — Давай сразу договоримся. Я делаю всю техническую часть. Ты делаешь презентацию и оформление. Мы не пересекаемся. Идет? — А что, боишься, что я заражу тебя своей крутостью? — усмехнулся Харли. — Боюсь, что ты сломаешь мои приборы своей... харизмой, — парировал Питер, надевая очки обратно. Между ними проскочила искра. Не романтическая — враждебная. — Значит, так, — Харли резко встал, нависая над Питером. Он был выше, и привык использовать это как преимущество. — Ты можешь сколько угодно строить из себя обиженного гения. Но этот проект нужен мне. И если ты его провалишь своим высокомерием, я... — Что? — Питер тоже встал, и, хотя был ниже, взгляда не отвел. — Закатишь истерику папочке? Попросишь своих дружков подкараулить меня за углом? Ты даже не представляешь, с кем связался, Кинер! Харли моргнул. В голосе Питера была такая уверенность, что на мгновение ему стало не по себе. — И с кем же я связался? Питер шагнул ближе. Слишком близко для комфорта. — С тем, кому плевать на твою популярность. С тем, кого нельзя купить улыбкой. Я здесь, чтобы учиться и пробиваться самому. Без папиных денег и маминых связей. Так что, если хочешь воевать — вперед. Но я бы предложил просто сделать работу и разбежаться. Он развернулся и вернулся к своим записям, как будто ничего не произошло. Харли стоял, чувствуя себя странно. Его только что поставили на место. И, что самое удивительное, ему это... понравилось? — Ладно, — неожиданно для себя сказал он. — Мир. До конца проекта. Питер поднял голову, явно удивленный капитуляцией. — Серьезно? — Ага. — Харли протянул руку. — Перемирие. Питер посмотрел на его руку, потом на лицо. Помедлил, но пожал. Рукопожатие вышло крепким. И слишком долгим.