24 шага до тебя

Звонок прозвенел пять минут назад, но коридоры старшей школы Мидтауна всё ещё были забиты учениками. Харли Кинер шел по центральному коридору, как король проходит через свою свиту. Люди расступались автоматически. Девушки стреляли глазами, парни кивали с уважением или завистью. Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь высокие окна, подсвечивали его золотистые волосы, создавая эффект греческого бога, сошедшего с пьедестала. — Харли! — Бекка, его девушка (или, скорее, девушка для статуса), подбежала и повисла на его руке. — Ты идешь на вечеринку к Томми в пятницу? Все будут. — Буду, — улыбнулся он той самой улыбкой, от которой таяли сердца. — Я где-то пропущу? Она засмеялась, как будто он сказал нечто гениальное. В этот момент прямо перед ним возникло препятствие. Буквально. Питер Паркер, споткнувшись о собственную ногу (или о рюкзак, который висел так низко, что цеплял пол), врезался плечом в Харли. Связка книг и тетрадей полетела на пол. — Ай, прости, я не... — Питер поднял голову и замер, поняв, в кого врезался. Харли смотрел на него сверху вниз. Вечно растрепанные каштановые волосы, дешевые джинсы, футболка с логотипом научной олимпиады и эти дурацкие большие очки, которые постоянно сползали с носа. — Смотреть надо, Паркер, — процедил Харли. Откуда он знал его фамилию? Трудно было не знать. Паркер был местной легендой в узких кругах ботанов: победитель всех возможных олимпиад, любимчик учителей, тот самый "странный парень", который носил с собой паяльник. — Я сказал, прости, — пробормотал Питер, быстро собирая тетради. Одна из них раскрылась, и Харли машинально взглянул на страницу. Там были какие-то сложные чертежи, формулы, наброски механизмов. — Ты еще и рисуешь? — усмехнулся Харли, пиная ногой закатившуюся ручку. — Прямо человек-оркестр. — Это не рисунки, это схемы, — буркнул Питер, поднимаясь. — И если бы ты не стоял как памятник самому себе, я бы тебя объехал. Тишина. Даже Бекка перестала дышать. Никто так не разговаривал с Харли Кинером. Никто. Харли моргнул, переваривая услышанное. А потом — улыбнулся. Но улыбка была недоброй. — Осторожнее, Паркер. В твоем возрасте опасно наживать врагов. — В моем возрасте? — фыркнул Питер, поправляя очки. — Мы с тобой ровесники. Просто я не трачу время на то, чтобы укладывать волосы по три часа. Он развернулся и ушел, даже не обернувшись. Бекка ахнула. — Ты это видел? Какой наглый! Харли смотрел вслед удаляющейся сутулой фигуре. Внутри боролись два чувства: желание стереть этого выскочку в порошок и... странное уважение. Впервые за долгое время кто-то посмотрел на него не как на идола, а как на равного. — Забавный, — пробормотал он себе под нос. — Посмотрим, как он запоет, когда я попрошу Харрисона снять его с олимпиады. — Ты сделаешь это? — Глаза Бекки загорелись. — Нет, — неожиданно для себя ответил Харли. — Пусть живет. Пока что. Но в этот день он впервые запомнил лицо Питера Паркера. И это лицо его почему-то преследовало.