Метка на двоих

Дорога на Чикаго казалась бесконечной лентой серого асфальта. В салоне Импалы пахло старой кожей, оружейным маслом и холодным кофе. Дин вцепился в руль так сильно, что костяшки пальцев побелели. Его левое предплечье под тугим слоем бинта и плотной фланелью рубашки пекло уже третий час. Это не была боль от раны. Это был Резонанс. Сэм сидел слишком близко. В замкнутом пространстве машины его присутствие ощущалось как статическое электричество перед грозой. Дин чувствовал через метку странный коктейль эмоций брата: тревогу, горечь и какое-то странное, лихорадочное предвкушение. — Дин, ты дышишь так, будто марафон пробежал, — негромко сказал Сэм, не отрываясь от ноутбука. — Просто душно, Сэмми. Кондиционер в этой детке стареет вместе со мной, — огрызнулся Дин, приоткрывая окно. Холодный ночной воздух ударил в лицо, но не принес облегчения. Жар шел изнутри. Сэм медленно повернул голову. Его взгляд скользнул по плечу Дина, задержавшись на левом рукаве, который тот нервно подергивал вниз каждые пять минут. Сэм знал, что там скрывается. Он помнил тот вечер в дешевом мотеле год назад, когда Дин, думая, что брат спит, менял повязку. Сэм тогда замер, приоткрыв один глаз, и увидел… Крыло. Обпаленное крыло и охотничий нож. Тогда мир Сэма раскололся. Он понял, почему его собственная кожа в шестнадцать лет расцвела точно таким же рисунком. Он понял, почему отец так яростно твердил про «дефектных». — В клубе «Red Velvet» сегодня тематическая ночь, — голос Сэма звучал ровно, почти буднично, но Дин почувствовал через метку, как у брата внутри всё сжалось. — Вампир, на которого мы охотимся, выбирает парней определенного типажа. Ты подходишь идеально, Дин. Но тебе придется… соответствовать. — Что значит «соответствовать»? — Дин бросил на него быстрый взгляд. — Я надену чистую футболку, Сэмми. Этого достаточно для любого кровососа. — Нет, не достаточно, — Сэм закрыл ноутбук и подался вперед, вторгаясь в личное пространство Дина. — Ты должен выглядеть как тот, кто ищет приключений. Расстегнутая рубашка, взгляд «плохого парня»… Тебе нужно соблазнить его, Дин. Сделать так, чтобы он захотел увести тебя в темный угол. Дин почувствовал, как по позвоночнику пробежал холод. Метка на руке обожгла кожу, реагируя на внезапную вспышку ревности, которую Сэм пытался скрыть за профессиональным тоном. — Соблазнить мужика? — Дин хрипло рассмеялся, пытаясь сбросить напряжение. — Да я в этом деле мастер, Сэмми. Главное, чтобы ты вовремя успел с мачете, пока он не перешел к десерту. — Я буду рядом, — Сэм произнес это слишком серьезно. — Я всегда рядом, ты же знаешь. Он коснулся плеча Дина, якобы поправляя воротник его куртки. Всего на секунду. Но этого хватило. В месте касания словно прошел электрический разряд. Метки обоих синхронно пульсировали под одеждой, выбивая ритм, который невозможно было заглушить музыкой из магнитолы. Дин резко дернул плечом, сбрасывая руку брата. — Хватит нежностей, Сэмми. Мы на работе. Сэм откинулся на сиденье, глядя в окно на проносящиеся мимо огни пригорода Чикаго. Его левая рука, спрятанная в кармане худи, судорожно сжалась в кулак, впиваясь ногтями в то самое место на предплечье, где под тканью жгло клеймо, идентичное тому, что носил Дин. «Ты даже не представляешь, насколько мы на работе, Дин», — подумал Сэм, чувствуя, как резонанс между ними становится почти осязаемым, густым и греховным. Чикаго встретил их неоновым светом и запахом дождя. Возле входа в «Red Velvet» стояла очередь из парней в коже, шелке и прозрачных майках. Дин припарковал Импалу в двух кварталах отсюда. Он достал из багажника сумку и посмотрел на Сэма. — Ну что, принцесса, иди переодевайся в свои шпионские шмотки. А я пойду делать то, что у Винчестеров получается лучше всего. — Врать? — тихо спросил Сэм. Дин замер, глядя брату в глаза. В этот момент ему показалось, что Сэм видит его насквозь — не только его ложь про «натурала», но и ту самую чернильную метку под бинтами. — Выживать, Сэм. Мы лучше всего умеем выживать. Дин развернулся и пошел в сторону неоновых огней, даже не подозревая, что через час в этом клубе его «выживание» будет зависеть от того, сможет ли он скрыть свою реакцию на прикосновения чужого мужчины… и на пристальный, обжигающий взгляд брата из темноты зала.