А я под столом

Нежность и ласка царствуют вместе, Волосы спутались, пальцы сплелись, Как много любви в маленьком жесте— Прожить вдвоем навсегда поклялись Чу Ваньнин завершил семинар, отпустил студентов и остался, чтобы добавить еще слайдов в презентацию. Во время пары ему пришло несколько идей, поэтому он сел их записывать в свой ежедневник и параллельно вносил изменения в ноутбуке. В это же время он замечает, как его студент подходит к столу, чтобы задать вопрос. Чу Ваньнин поднимает голову, и его красивый профиль освещается лучами закатного солнца, что делают мужчину невероятно притягательным. Глаза встречаются, хочется улыбнуться, но пока из аудитории не вышли все студенты, Чу Ваньнин опасается это делать. -Профессор Чу Ваньнин… Профессор даже не слушает вопрос, ощущая, как его студент спрашивает полнейшую ерунду, лишь бы потянуть время.Чу Ваньнин видит, как последний студент выходит из лекционной, что не укрывается и от Мо Жаня. Чу Ваньнин открывает рот, чтобы сказать: -И что же тебе непонятно на самом дел? Однако за его спину уже зашли, склонившись над ухом, прошептали: -Не понимаю, почему вы так мало смотрите на меня? А ваше внимание то и норовят захватить. Чу Ваньнин поворачивает голову назад, но его перекручивают в кресле на колесиках, прижимают к спинке и жадно целуют. Двадцатилетний юноша уже пылал и сгорал от нетерпения, его широкие плечи полностью закрыли солнце, отчего обстановка стала волнительней. Чу Ваньнин покрывается мурашками, ощущает, как нежно чужие пальцы зарываются в его волосы. Сам он невольно тянет Мо Жаня за галстук, чтобы тот больше прижался к нему. Студент покрывает все лицо мужчины поцелуями, ненадолго оторвавшись от своего долгожданного лакомства, расплывается в улыбке. Юноша слегка трется носом об изящный носик своего преподавателя, а затем снова целует, пока у обоих не начинает кружится голова от недостатка кислорода. -Дверь открыта, кто-нибудь может зайти, - улыбаясь от переизбытка чувств говорит мужчина. Он и сам очень соскучился, учитывая, что на этой неделе они оба были слишком заняты даже для полноценной переписки. Однако расслабиться в такой обстановке он явно не мог, поэтому хотел, чтобы они поскорее поехали в его квартиру. -Кто сюда зайдет в пятницу после последней пары? Разве что ботан какой-то. Мо Жань опускается на колени, прижимается к животу мужчины лицом, и желание вспыхивает с новой силой. Мо Жань с удовольствием представил, как снимет всю одежду с мужчины, покроет поцелуями мышцы живота, спустится вниз и обхватит желанную плоть губами. Юноша поднимает лицо: хитрые огоньки мелькают во взгляде, и он тянет руки к ремню. -Мо Вейюй! Но тот совсем не слушает предупреждение, тем более что мужчина не особо сопротивляется. Расстегивает ремень с молнией. В этот момент раздается стук в аудиторию, Мо Жань не придумывает ничего лучше, как спрятаться под стол, а Чу Ваньнин подъезжает на колесиках вплотную к столу, чтобы скрыть их преступление. -Профессор, можно войти? Голос только задал вопрос, но его обладатель уже вошел в кабинет, не дождавшись ответа. По инновациям Мо Жань мрачно догадывается, что это его сосед Сюэ Мэн, которые вместе с ним и Ши Мэем делили комнату в общежитии. Правда, Сюэ Мэн по выходным уезжал к родителям, что были также дядей и тетей Мо Жаня, а сам Мо Жань часто бывал, где угодно, но не в комнате. Так что Ши Мэй зачастую бывал один. Пусть в подростковом возрасте они часто не ладили, сейчас Сюэ Мэн и Мо Жань были примерными братьями, чьими отношениями можно похвастаться и поставить в пример. Однако теперь Сюэ Мэн появился весьма не вовремя. -Не могли бы вы посмотреть мою научную работу? -Отправь мне на почту. Я посмотрю ее за выходные. -Я принес на флэшке, - и юноша, глядя на Чу Ваньнин с щенячьим обожанием, протянул маленькую флэшку. Мужчина тихо вздыхает, берет ее из рук студента и открывает файл на ноутбуке. -Сохраню себе и обязательно посмотрю, затем напишу, что стоит исправить. Однако под наполненным надеждами взглядом, Чу Ваньнин сдает позиции, сохраняет файл и начинает читать. Под столом Мо Жань хочет высказать все свое недовольство двоюродному брату, однако терпит ради репутации любимого. Еще пару месяцев потерпеть, он закончит этот университет, и они наконец-то смогут не прятаться. Чу Ваньнин, с облегчением видит только 10 страниц в левом нижнем углу— студент только начал. Прошлую работу Сюэ Мэн притащил в распечатанном виде в размере 100 страниц — это было введение. Чу Ваньнин слишком волнуется о том, что под столом у Мо Жаня затекут конечности от неудобного позы. Поэтому он старается побыстрее все прочитать и объяснить студенту, что тому требуется писать дальше и что необходимо исправить. Во время чтение он ощущает, как чья-то непослушная рука заползает в штаны, открывает, точно долгожданный подарок, чужую плоть, чтобы обхватить губами. -Профессор, вам плохо? Вы немного покраснели. -Просто жарко, открой, пожалуйста, окно, - он говорит очень тихо, чтобы не выдать свой трепет сердца. Сюэ Мэн послушно все выполняет, пока его эталон образования, профессор Чу Ваньнин, еще больше погружается в пучины удовольствия. Читать становится все труднее, а 10 страница становится спасением. -Большое спасибо. В понедельник к вам зайду. Чу Ваньнин кивает, и оба прощаются. Мужчина покрылся уже весь мурашками, когда дверь наконец-то закрылась. -Мо Жань, ты… Он не договаривает, потому что заканчивает, тяжело выдохнув и еле сдержав стон. Когда юноша выбирается из-под стола, Чу Ваньнин совсем не может сдержаться и отворачивается от смущения. У него даже нет сил ругать непослушного студента, тем более что тот так красиво и нежно улыбается. -Поехали домой? -Так сразу? Давай я чуть попозже приеду. -Ты чем-то занят? -Нет, но я бы не хотел, чтобы кто-то нас увидел и потом говорил о тебе гадости. -Ну и кто же в пятницу вечером будет бродяжничать возле университета? Разве что ботаник какой-то. Мо Жань краснеет, но кивает. Он помогает собраться разомлевшему возлюбленному. И вместе они выходят из университета, садятся в машину Чу Ваньнина, причем ключи профессор преспокойно отдает своему любимому студенту. Мо Жань аккуратно водит машину, учитывая с кем он едет. До университета юноша был весьма взбалмошным, однако познакомившись с этим небожителем, вся его прыть испарилась без следа. Он повзрослел и стал серьезнее, появилось желание учиться и чего-то добиться в жизни. Теперь он даже зарабатывал написанием рефератов, курсовых и тому подобным, о чем Чу Ваньнин знал, но молчал. Периодически профессор читал некоторые работы, подписанные одним именем, однако в них чувствовалось другое.. такое родное имя. -Мо Жань? -Что, золотце? – он замечает, как его профессор заливается краской, - Давай зайдем в магазин, и я приготовлю что-нибудь на ужин. Мо Жань прекрасно знает, что Чу Ваньнин не будет нормально питаться, даже если ему давать еду с собой. А холодильник там явно не представляет ничего хорошего. Да и убрать квартиру… хотя Чу Ваньнин наверняка пытался навести порядок к его приходу, однако вряд ли преуспел. Для себя самого Чу Ваньнин бы никогда не старался навести хоть какое-то подобие уюта. Мо Жань помогает снять пальто возлюбленному, целует в макушку и опускается вниз, чтобы даже помочь снять обувь. Но Чу Ваньнин отходит, смущенный подобной заботой, так что Мо Жань успевает лишь обхватить чужие колени, прижаться к любимому телу. -Я так скучал, так желал этого момента. -Я тоже скучал, А-Жань, но не стоит проявлять излишнюю заботу, я не ребенок, - он опускается на корточки, чтобы сравнять взгляды. Чу Ваньнин чмокает юношу в нос, покрываясь румянцем. Теперь уже он распутывает шарф Мо Жаня, расстегивает пуговицы пальто. Теплые улыбки появляются на лицах, пальцы сплетаются, и они вместе поднимаются. Запах нежности наполняет одинокую квартиру, рука об руку тянется нечто большее, что заставляет сердце желать жить дальше. Мо Жань переодевается в свою одежду, которая постепенно начала переезжать из общежития сюда. Чу Ваньнин замирает, любуясь тем, как красиво перекатываются мышцы спины, которую он видел со свое ракурса. Пшеничная кожа манила ее расцеловать, мужчина с трудом отворачивается, однако все еще продолжает думать о том, кто теперь хозяйничает на его кухне. Мужчина неспешно переодевается, зная, что может позволить себе ничего не делать и расслабиться. -Тебе нужна помощь? – говорит мужчина, зайдя на кухню. Мо Жань наслаждается видом домашнего возлюбленного, который может лицезреть лишь он, отчего сердце наполняется спокойствием. Осталось потерпеть несколько месяцев, и тогда они смогут жить вместе, не боясь слухов или клеветы. Мо Вейюй слишком боялся за репутацию Чу Ваньнина: связь профессора со с студентам не будет поощряться обществом. А Чу Ваньнин в свою очередь беспокоился, что Мо Жаня могут обвинить в нечестной сдачи экзаменов. Чу Ваньнин идет в душ, а когда он распаренный и горячий от воды, которая температурой почти с кипяток, выходит из ванной комнаты, ужин уже готов. Они включают какую-то передачу, которую не могут досмотреть, потому что начинают болтать о том, как прошла их неделя. Оба так счастливы, что не могут поверить в реальность происходящего. Еще совсем недавно Мо Жань был лишь талантливым и многообещающим студентом, что любил задавать слишком много вопросов, а затем дискутировать, получив ответ. Чу Ваньнина восхищала подобная прямота со стороны юноши, а последний нашел в нем собственный свет. Мужчина казался холодным, но в то же время всегда помогал отстаивающим студентам, давал советы с научными работами или просто был готов поддержать интерес у тех, кто его проявлял. Мо Жань подкладывает рыбу в тарелку любимого, тот недовольно прищурился, однако же съел. -Я помою посуду. -Но я бы предпочел, чтобы твои руки небожителя никогда не прикасались к подобным низменным делам. -Это всего лишь бытовые вещи. Не говори ерунды и иди в душ. -А потом… Он не договорил, поскольку в него уже полетело полотенце для посуды. Так что юноша ретируется в душ, отмечая, как быстро у него появился второй набор щеток, станков, а Чу Ваньнин подготавливает полотенце. Аромат другого человека все еще держится в воздухе, пропитывает кожу, обволакивает душу. Теплая вода стекает по крепкому телу, чистые волосы опускаются вниз под тяжестью воды, Мо Жань выходит из душа, обмотавшись лишь внизу полотенцем. В этот момент Чу Ваньнин вытирает чистые тарелки, когда его прижимают к столешнице, а горячее дыхание обжигает ухо. -Брось эти тарелки. Я так хочу тебя. -Мо Вэйюй! Он опускает тарелку на столешницу вместе с полотенцем, когда его поднимают на руки и несут в спальню. Полотенце слетает вниз, обнажая крепкие бедра, которые пока Чу Ваньнину не видны. Его мир переворачивается, а губы сминаются под жарким напором. Руки залазят под майку, Чу Ваньнин прикрывает глаза, на ощупь вырисовывает узоры по крепкой спине. Пальцы скользят по линии позвоночника, на плечи, зарываются в волосы. Мо Жань переходит на шею, прикусывает нежную кожу, облизывает укус. Руки стягивают майку, губы начинают ласкать грудь, прикусывают соски, пальцы сжимают талию. Ваньнин ощущает, как горячая плоть впивается в ногу, а чужое дыхание останавливается внизу живота, руки стягивают штаны вместе с бельем. Губы оставляют дорожку на возбужденном члене, затем обхватывают головку, поглаживая и играя языком, Мо Жань опускает голову. Однако не доводит дело до конца, отпускает свою жертву, чтобы взять лубрикант. Мужчина под ним невольно вздыхает с негодованием и желанием продолжать. Мо Жань быстро возвращается, снова ласкает поцелуями лицо возлюбленного, затем покрывает чистые после душа пальцы лубрикантом, погружает внутрь сразу один палец, растягивает теплые стенки, что сжимаются вокруг него. Он добирается до уязвимой точки, отчего мужчина под ним слегка вздрагивает, а когда добавляется второй палец, мужчина неосознанно выгибается и приподнимает таз. Когда три пальца входят внутрь, Мо Жань достает пальцы, наносит дополнительную смазку на член и тогда входит внутрь. Погружаясь, он ощущает, как дрожат нежные стеночки, как напрягается, а затем расслабляется тело возлюбленного. Он склоняется, целует веки, что покрылись слезинками, щеки, что раскраснелись. Ласкает шею, и только тогда начинает медленно двигаться. Постепенно Чу Ваньнин расслабляется, обхватывает шею Мо Жаня, отдаваясь подступающему удовольствию. Прикусывает чужое ушко, когда становится слишком приятно, в это же мгновение чужие руки подхватывают его, поднимают и проникновение становится совсем уж глубоким. Сладкий стон срывается с губ, дрожь пронизывает тело. Расслабленное тело укладывают на стол, не переставая ласкать. Мо Жань прикусывает белоснежную шею, движения становятся тверже и быстрее. Чу Ваньнин дрожит, слезы от нестерпимого удовольствия катятся по лицу. Горячая жидкость заполняет нутро, но член не надолго становится мягче, продолжая свой напор. Наслаждение слишком сильное, Чу Ваньнин лежит на столе, прикусывает губу, но его зацеловывают, ловят стоны, не давая себя кусать. Пальцы сплетаются почти до боли, а сердца бьются слишком быстро, готовые вырваться из груди. Мо Жань поднимает на руки засыпающего мужчину, несет в ванную, помогает помыться, удалить жидкости. Вытирает на сухо, укладывает в кровать, накрыв одеялом. Затем он сам быстро моется, возвращается к любимому. Когда Мо Жань залазит в постель и обнимает любимого, тот недолго просыпается, но быстро проваливается в сон. Очередная пубертатная работа от меня (ахах, а мне исполнилось недавно 21))