Пэйринг и персонажи
Описание
Как странно, правда? Человек, которого ты любишь больше всего на свете, может быть тем, кто разрушает тебя. Я всегда думала, что любовь — это свет. Но сейчас я в полной темноте. Как я могу всё ещё любить тебя, зная, что ты причинил мне такую боль? Каждый раз, когда я закрываю глаза, я вижу нас — тех, кем мы были. Ты держал меня за руку, смеялся, обещал, что я — твой мир. А теперь? Теперь ты превратил мой мир в руины.
Часть 10
11 января 2025, 12:18
Прошлое.
На улице завывал ветер, и снег ложился на город пушистым ковром. Фонари разбрасывали мягкий свет, а каждая снежинка, падая на землю, казалась звездой, выскользнувшей с ночного неба. В доме было уютно, тепло, но шум, доносящийся из кухни, никак не вписывался в эту идиллию.
Мен Ги стоял у плиты, напряжённо глядя на бурлящую кастрюлю. Он перелистывал страницы кулинарного сайта, словно искал там ответы на самые важные вопросы жизни. В его голове звучала только одна мысль: Я смогу. Ради неё — смогу.
Он никогда не был мастером на кухне. На самом деле, последнее, что он готовил, — это рамён. Но сегодня был особенный день. Это была годовщина их отношений, и он хотел удивить Юн А чем-то особенным.
— Так, что у нас тут… сахар… соль… — он пробежался взглядом по рецепту, но тут же нахмурился. — Господи, кто вообще пишет такие сложные инструкции?
Юн А медленно вышла из комнаты, потягивая в руках края тёплого шерстяного пледа, который всё ещё уютно обвивал её плечи. Её босые ноги мягко ступали по прохладному полу, но в доме всё казалось ей особенно по тёплому. Легкий свет фонарей пробивался сквозь окна, а в доме стояла тихая, успокаивающая атмосфера, как будто время остановилось.
Её длинные волосы были слегка взъерошены после дневного сна, но она не торопилась их поправить, оставляя себе это простое право на утреннюю небрежность. На лице играла лёгкая, ещё сонная улыбка — та самая, которая бывает у людей, довольных началом нового дня.
Юн А вдохнула, ожидая привычного аромата свежезаваренного кофе или тёплых тостов. Но вместо этого её нос уловил что-то… странное. Смесь обожжённого сахара и подгорелого теста.
Она слегка нахмурилась, остановившись на секунду. Что это? Её мысли путались между волнением и тревогой. Её утреннее спокойствие медленно уступало место любопытству.
«Неужели Мен Ги опять экспериментирует?» — подумала она, вспомнив его привычку пытаться готовить что-то «уникальное», но каждый раз это превращалось в мини-катастрофу.
Юн А шагнула в сторону кухни и замерла. Всё, что она видела, было похоже на сцену из фильма-катастрофы. На столе стояли открытые банки с мукой, посыпанные хаотичными хлопьями теста. Рядом лежала гора посуды, из которой торчали ложки, вилки и что-то, что выглядело как деревянная лопатка, но теперь наполовину обгоревшая.
В центре этого хаоса стоял Мен Ги, с серьёзным выражением лица. Его волосы торчали во все стороны, на щеке была полоска муки, а руки до локтей в тесте.
Юн А прижала руку ко рту, чтобы сдержать смех, но в её глазах уже начали блестеть слёзы от смеха, который рвался наружу.
— Мен Ги? — позвала она, заглядывая в комнату.
Он вздрогнул, повернулся и замер на месте, как провинившийся ребёнок.
— Ты не должна была видеть это! — воскликнул он, стараясь прикрыть руками гору муки, разлитое молоко и миски с чем-то неопознанным.
— Что ты делаешь? — она рассмеялась, подойдя ближе.
— Готовлю сюрприз. Вернее, пытался готовить, — признался он, опустив голову.
Её смех был таким заразительным, что он не смог удержаться и тоже улыбнулся.
— Давай я помогу?
— Нет-нет, — он замахал руками, словно пытаясь остановить её. — Это сюрприз!
— Тогда это самый шумный сюрприз в мире, — Юн А обвела взглядом кухню, где был полный разгром.
— Согласен, — вздохнул он. — Ладно, ты победила. Можешь помочь, но не смей смеяться.
Она кивнула сдержанно, но её глаза светились весельем.
Они начали работать вместе. Мен Ги с усилием месил тесто, а Юн А, стоя рядом, аккуратно вытирала муку с его лица.
— Ты слишком напряжён, — сказала она, когда он в который раз старался идеально раскатать тесто, но всё выходило слишком толстым.
— Я просто хочу, чтобы всё было идеально.
Она остановила его, взяв за руки.
— Знаешь, что делает любую еду идеальной?
Он нахмурился, ожидая серьёзного совета.
— Любовь, — мягко сказала она.
— Правда? — он недоверчиво поднял бровь.
— Абсолютно. Вот смотри. — Она взяла кусок теста, раскатала его быстро и ловко, а затем сделала смешную рожицу на его поверхности.
— Это не серьёзно, — пробормотал он, но уголки его губ всё равно приподнялись.
— Вот видишь, теперь ты улыбаешься. А значит, это уже работает.
Час спустя кухня выглядела ещё хуже, но они были счастливы. На плите кипела карамель, в духовке пеклись яблоки, а на столе стояли маленькие миски с тестом, которое они решили сделать порционным.
— Я не могу поверить, что мы всё это сделали, — сказала Юн А, садясь на табурет.
— А я не могу поверить, что это всё ещё не сгорело, — подхватил он, бросив взгляд на таймер духовки.
Они сидели, облокотившись друг на друга, слушая, как тихо тикают часы и трещат дрова в камине.
— Почему ты решился приготовить пирог? — вдруг спросила она, посмотрев на него с интересом.
Он молча опустил глаза, пытаясь подобрать слова.
— Просто хотел сделать что-то особенное для тебя.
Она замерла на мгновение, а затем мягко улыбнулась.
— Ты уже делаешь каждый мой день особенным, — тихо сказала она.
Мен Ги хотел ответить, но тут таймер на духовке громко прозвенел, разрушая момент.
— О, нет! — он вскочил, открывая дверцу духовки.
Пироги выглядели… странно. Они были чуть подгоревшими, кривыми, но пахли сладко и приятно.
— Ну что ж, — сказала Юн А, поднимаясь с места, — давай пробовать.
Она отрезала маленький кусочек, попробовала и сделала самое серьёзное лицо в мире.
— Ну как? — с замиранием спросил он.
— Это… ужасно, — наконец рассмеялась она.
Её смех был заразительным. Он попробовал сам и не смог сдержать смех.
— По крайней мере, мы постарались, — сказал он.
— А по-моему, это идеальный вечер, — ответила она, протянув ему вилку.
Они ели свой «шедевр», сидя на полу, укрытые одним пледом. За окном продолжал идти снег, и казалось, что весь мир остался где-то там, за пределами этого уютного уголка.
Юн А сидела, облокотившись на ладони. Её длинные рукава свитера едва не касались края чашки. В воздухе витал запах цитрусов и только что заваренного чая. Она лениво крутила в руках мандарин, не торопясь его очищать.
Мен Ги сидел рядом, молча наблюдая за ней. Её простые движения завораживали. Он давно привык к тому, как тепло ей удаётся заполнить любое пространство, но этот вечер был особенным.
— О чём ты задумался? — вдруг спросила она, подняв на него глаза.
Мен Ги слегка вздрогнул, словно его поймали за чем-то запретным.
— Просто смотрю, как ты возишься с мандарином, — попытался отшутиться он, но в голосе звучала искренность.
— Это было не очень убедительно, — усмехнулась она. — Ты странный сегодня.
Она улыбнулась, но в её взгляде скользнула лёгкая тревога.
Он на мгновение отвёл глаза, потом сделал глубокий вдох и выдох.
— Юн А, — наконец сказал он, наклонившись чуть ближе.
— Что? — Её голос был мягким, но в нём читалось удивление.
Мен Ги замолчал, пытаясь подобрать правильные слова. Ему всегда было проще действовать, чем говорить, но сейчас это казалось важным.
— Я хочу, чтобы ты знала, насколько ты важна для меня, — начал он, и его голос был низким, немного хриплым.
Юн А застыла, её пальцы замерли на кожуре мандарина.
— Ты меня пугаешь, — тихо произнесла она, пытаясь скрыть смущённую улыбку.
— Нет, я серьёзно, — сказал он, встретив её взгляд. — Я знаю, что редко говорю такие вещи. Наверное, я просто не умею выражать чувства, как другие.
Она смотрела на него, ничего не говоря, будто боялась прервать этот момент.
— Но ты для меня больше, чем я могу объяснить, — продолжил он, его голос стал чуть мягче. — Я не знаю, что бы я делал без тебя. Ты как… как свет, который всегда рядом, даже когда вокруг темно.
Она прижала руку к губам, чтобы скрыть улыбку, но её глаза выдали всё.
— Мен Ги, почему ты говоришь это сейчас? — прошептала она.
— Потому что я часто думаю об этом, но никогда не говорю, — он чуть пожал плечами, будто извиняясь. — Ты делаешь мою жизнь лучше. Просто своим присутствием.
Юн А сидела неподвижно, её сердце билось чуть быстрее. Она опустила взгляд, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями.
— Иногда мне кажется, что я ничего такого не делаю, — наконец призналась она.
Мен Ги покачал головой и протянул руку, осторожно касаясь её ладони.
— Ты делаешь всё, — сказал он тихо. — Ты улыбаешься, и день становится легче. Ты смеёшься, и всё вокруг кажется ярче. Даже когда ты просто сидишь здесь, со своим мандарином, — он улыбнулся, — я чувствую, что я дома.
Её глаза заблестели, но она быстро моргнула, чтобы не дать слезам скатиться.
— Ты так редко говоришь такие вещи, — тихо сказала она, её голос был чуть дрожащим.
— Знаю, — он усмехнулся. — Но я думаю об этом каждый день.
Несколько секунд они сидели молча. Только звук дождя за окном заполнял пространство.
— Спасибо, — наконец произнесла она, сжимая его руку чуть крепче. — Ты даже не представляешь, как мне это важно.
— А ты не представляешь, как важна ты, — ответил он с лёгкой улыбкой.
Юн А снова улыбнулась, её лицо было таким светлым и тёплым, что он понял: это был лучший момент для откровения.
— А теперь давай чистить мандарины. Ты так долго копалась с одним, что я уже готов сам всё сделать, — добавил он, разряжая атмосферу.
Она рассмеялась, отбросив его руку, и начала чистить фрукт.
— Знаешь, — сказала она, не поднимая глаз, — либо мы поженимся, либо это будет самое тяжелое расставание для меня.
Мен Ги улыбнулся, но ничего не ответил. В глубине души он понял, что это был один из тех редких вечеров, которые останутся в их памяти навсегда.
Что еще можно почитать
Пока нет отзывов.