ＰＥＮＩＣＩＬＬＩＮ

— Подойдёт на человека чуть выше меня? Сантиметров на пять? Примерно… — Юу помахал ладонью у себя над головой и задумался, правильно ли он определил рост. Девушка за прилавком одарила его с ног до головы подозрительным взглядом. Она взяла у него из рук хорошенький пакетик, на котором была нарисована чиби-лоли, и снова бросила взгляд на Юу. Тот отозвался ответным взглядом, вопросительно вскинув брови. Надо сказать, что высокий, длинноволосый парень, упакованный в браслеты, цепочки и пирсинг, с перекинутой через плечо кожаной курткой, гремящей замками, выглядел в отделе женского белья, как балерина среди уголовников. Мягко говоря — странно. И проходящие мимо девушки не обделяли его взглядами. Признаться, весьма разными, но чаще всего стеснительно-заинтересованными. В целом ничего такого, парень покупает девушке бельё, такое бывает. Но он, даже говоря негромко, всё равно привлекал внимание. Не мог не привлекать. Наверняка, даже если бы он забился в угол и спрятался от всего мира, кто-то, да обратил бы на него внимание. Такой вот он, Широяма Юу. Парень мечты. Хотя далеко не для всех. Его пристрастия нравились совсем не всем. И случалось, что идя на поводу обаятельной улыбки, томного, загадочного взгляда намалёванных глаз и стройной фигуры вкупе со сладкими речами, девушек и парней со временем в постели постигало невероятное разочарование, когда у Юу развязывался узел, который сдерживал его неуёмную фантазию. Некоторым нравилось, и тогда отношениях длились куда дольше одного пьяного перепихона, но в целом, Широ как-то не очень везло с пассиями. Хотя, правильнее будет сказать, что это им с ним не очень везло. Но это детали. В любом случае чаще всего либо от Юу со временем сбегали, бросая ему в лицо презрительный взгляд, либо сбегал он, понимая, что ему просто элементарно скучно. Работать над отношениями он не собирался и всегда думал, что если что-то случиться должно — оно случится, хочет того Широяма или нет. Широ верил в судьбу. — Ваша девушка выше вас? — Какая девушка? — Юу наклонил голову, сладко улыбаясь. Девчонка смутилась, он смотрел ласково и мягко, повёлся бы кто угодно, даже чёртова снежная королева. — Хотите я вам покажу, как правильно выбрать размер? — Хочу, — засмеялся Широ тихонько, стараясь не привлекать уже привлечённое внимание. Наверное, без человеческого внимания Широяма бы помер. Оно ему как воздух было необходимо. Хотя для молодого парня, уверенного в себе и обаятельного, это нормально, и даже хорошо. Юу был нормальным со странностями. А Койю — странный с нормальностями. Они друг другу не подходили совершенно, подходя при этом до безобразия. Такого, конечно быть не должно, но вот жизнь так иногда раскидывает своё безумное таро, что случается и такое. Флиртовать Юу нравилось, но с момента знакомства с Такашимой он это делал, не выпуская его образ из головы. «А как Койю ответил бы?», «А что Койю бы сделал?», «А каким бы был его взгляд?». Он ощущал себя одержимым, и ему эта одержимость дико нравилась. Хотелось окунаться в неё снова и снова, и тащить за собой Койю, заставляя его отдать себе всего себя. Сложность в том, что Юу ни черта о Койю не знал и считал его обычным парнем, каким Такашима не был. И тот в свою очередь изо всех сил сопротивлялся любым попыткам выведать о нём хоть какие-то подробности. Говорить о своей жизни Така никак не хотел, упираясь каждый раз изо всех сил. Никому не нравится демонстрировать свои уродства, а он считал себя именно таким. И обнажать душу боялся. Понять его не сложно, особенно когда открыться требует такой парень, как Юу. С задумчивой, загадочной улыбкой Широяма принял хорошенький пакетик из рук девушки. Та, сперва напряжённая присутствием такой эксцентричной личности в магазине нижнего белья, теперь бросала на него робкие взгляды, надеясь, что может быть… если он покупает подарок не девушке… то у него её нет вообще. Ну а кто бы не надеялся? Но Широ забрал пакет, одарил красотку ласковой улыбкой и счастливо напевая что-то себе под нос, направился на выход. Разочарованная девчонка опёрлась локтями на прилавок и подпёрла рукой голову, мечтательно вытянув губы. — Волшебный парень… повезло кому-то. В целом, наверное, она была права. «Вернусь через три дня. Не скучай, Така-чан. Если понравится подарок, пришли мне влажный поцелуй.» — быстро написал Юу, высматривая свой транспорт на автовокзале Сибуя. Он бы не хотел уезжать, но жизнь не всегда так проста, как кажется на первый взгляд. Он даже не виделся с Хикари, оставив все свои вещи у неё. Но о Хикари Юу не думал, как-то не хватило в его голове места для этой девушки. Хотя она для него находила место всегда, и в голове, и в сердце. Но не всё всегда вкладывается для всех справедливо. Справедливость вообще штука очень относительная. Так что… Любовь Хикари грозила страданиями только самой Хикари. Койю получил сообщение, когда спал. Оповещение разбудило его, и он вяло приоткрыл глаза. Опущенные жалюзи и шторы не пропускали дневной свет в комнату, только на самом верху через тонкую щёлочку пробивалась жидкая полоска, расползающаяся где-то под потолком. Тепло и тихо днём во всём доме, люди разбегались по работам, и Койю потянулся, доставая из-под подушки телефон. Сообщение заставило его смущённо улыбнуться. Хоть он и разумом сильно противился привязанностям, душа же отчаянно их желала, и внимание, нежно ласкающее замёрзшее сердце, приятно согревало изнутри, заставляя глуповато улыбаться каждый раз, когда в сознании всплывали воспоминания о ласковых прикосновениях и мягком голосе. И короткое сообщение сделало Койю счастливым. Лёжа в постели, он закурил, наблюдая, как дым густыми разводами поднимается к потолку. Прикрыв глаза, Койю невольно вспомнил, каким Юу был с ним накануне. Он не был груб, не был разочарован и не отнёсся к Такашиме, как к психу, когда того накрыла беспощадная волна паники, поднявшаяся из тёмных глубин сознания. Даже если он и был удивлён странноватым поведением партнёра, то его это на напугало и не оттолкнуло. И это сводило Койю с ума. Он не знал, что с этим делать и как реагировать. Однако это давало приятную надежду. Зажав губами сигарету, Такашима вытащил ногу из-под одеяла и вытянул её вверх, рассматривая колено и выступающие щиколотки. Ни разу Койю не задумывался, красивые ли у него ноги. Но теперь подумал, что, пожалуй, ничего. Немножко пошатнулась неуверенность в себе — может всё не так уж и плохо и в Такашиме есть и плюсы, которые тоже можно любить? Пусть это даже просто ноги. Его размышления о собственных ногах прервал стук в дверь. Койю подскочил, роняя пепел на кровать. Теперь каждое нежданное вторжение в его жизнь волновало его неопытное сердце сильнее обычного. Ведь это может быть Юу. Теперь Широяма Юу для Койю уже был не просто сексуальным незнакомцем, о котором можно помечтать, пока дрочишь в душе. Теперь это был реальный человек, которого Такашима может даже целовать. Парень в наряде курьерской службы нетерпеливо, поглядывая на часы, приплясывал у двери, и Такашима ему открыл, осматривая его с ног до головы. Тот сунул ему плотный пакет, буркнув себе под нос «Такашима-сан». Койю расписался за пакет, и курьер со скоростью света стартанул с места, оставив Такашиму-сан в лёгком замешательстве на пороге. Усевшись в комнате на пол, Койю открыл пакет, достал оттуда хорошенький пакетик с чиби-лоли, отчего охреневшее «ками-сама…» вырвалось само собой. Не сказать, что Такашима так уж был шокирован чёрными чулками с кожаными подвязками, но ему даже наедине с собой было очень неловко такое надевать. Хотя было жутко интересно, как это… В жизни подобного он не носил, и даже не думал об этом, и, если бы не Широ, то никогда бы и не подумал наряжаться в чулки и узкую юбку, обтягивающую бёдра, словно вторая кожа. Взгляд сам остановился на бархатной майке, что оставил Юу. Такашима стянул её с вешалки, помял пальцами мягкую ткань и вздохнул. Ему жутко нравился запах, и, когда Юу ушёл, он просто повалился в ту ночь на кровать и положил её себе на лицо, ругая себя, что отпустил его. В тот день впервые в своей жизни Такашима Койю сделал две вещи. Во-первых, долго рассматривал себя в зеркало, оценивая подарок почти незнакомого парня. И был, надо сказать, доволен увиденным. Наверное, судьба, в которую верил Юу, и впрямь для них двоих существовала, потому что наряжаться для развлечения чьих-то сексуальных пристрастий станет не каждая девушка, а о парнях вообще и говорить не стоит. Однако Койю понравилось, хоть он и сам этому был удивлён и смущён. А во-вторых… Такашима задумался о том, что, возможно, может быть, почему бы и не попробовать справиться со своими паническими опасениями, связанными с открытыми пространствами. Конечно же, ему не впервые приходила в голову такая мысль, но этот процесс не просто длителен, но и требует больших эмоциональных затрат и ошеломительной силы воли. А Койю в себе не чувствовал ни того ни другого, и просто устроился так, как есть, не ощущая никакого дискомфорта. Тем не менее теперь, когда в его жизни есть кто-то, кто волновал сердце, пусть и пока совсем невнятно, хотелось ощущать себя более… нормальным. Хикари вяло ковыряла пирожное вилочкой, проковыривая в середине дырку. «Вообще-то, я никогда ни с кем не сплю без презерватива, но с тобой бы хотел!» — так и звучало в голове голосом Широ. Это была правда, Хикари знала. Широяма ни раз делал ей больно, но в этот раз он перегнул. — Ну чего скисла? — парень напротив наклонился над столом, заглядывая ей в лицо. Хикари мрачно улыбнулась. — Не могу говорить об этом с Май. Она его не выносит, и каждый раз разговор сводится к тому, что она предлагает его побить палками и выпереть из дома ко всем чертям. — Вот как, — парень пожал плечами. — А чем плох этот вариант? — Асада-сан, — Хикари строго глянула на него, сдвинув брови. Она так всегда делала, вместо тысячи слов. И с Юу тоже срабатывало. — А что это за парень? — Да чёрт знает… — Хикари цокнула языком. Любое упоминание о Койю выводило её из равновесия. — Но Юу из-за него с ума сходит. — Так ничего нового же… — Асада Мао развёл руками. — Он такой всегда. И всегда ведь возвращается, нэ? — Угу, — Хикари мрачно покачала головой. Да, это правда, Юу всегда возвращался. Хикари всегда расценивала эти возвращения, как проявление чувств. Но теперь ей казалось, что Широ было просто так удобно. И в этот раз он может уже не вернуться. От этой мысли Хикари стало не по себе. Она слишком привыкла к этому парню. Привыкла слушать, как он тихо бормочет, когда у него не получается выдавить из себя партию, которую ему бы хотелось. Привыкла к его запаху и голосу. К его юбкам и майкам, так странно ему подходящим. И она не хотела его отдавать. — Мао-кун… — она некоторое время смотрела, как приятель упорно грызёт соломинку в коктейле. — Мм? — А ты бы переспал с Широ, предложи он тебе? Мао принялся ржать, вытирая рукавом лицо. Коктейль пошёл носом, и парень кашлял и морщился, пытаясь устранить повреждения. — Хикари-сан… да ты что? Он хорош, но это же Юу. У меня бы не встал… — признался Мао, улыбаясь. — Он кстати до сих пор такой… фетишист? — Он не фетишист, просто ему скучно, — снова вздохнула Хикари. — Я думаю… — она откинулась на спинку, кусая губы, и принялась барабанить пальцами по столу, — что он спит со мной по привычке. Он вообще со мной по привычке. И это больно… — Так нарядись для него, как он любит, — Мао сложил мокрые салфетки в блюдце. — Напомни ему о себе. Не будь рыбой мороженой. Хикари недовольно скривилась. Признавать правоту друга не хотелось. Но это могло сработать. И всё равно… для неё оставался Такашима Койю. В чулках или без них, она всё ещё та Хикари, которая очень надоела Юу, а этот мальчик по соседству захватывает всё внимание любвеобильного Юу. И эта заинтересованность на лице у него отображается, неоновой вывеской в темноте светится. Наряжайся хоть в суккуба, он будет думать лишь о том, что плотно засело в его голове и сердце. Тем более в сердце. — Когда он вернётся… что мне делать? — Хикари умоляюще взглянула на друга, ища поддержки. Но тот ответов больше для неё не приготовил. — Может и впрямь переехать? И забрать его с собой… — Хикари-сан… — Мао вздохнул, наклонился над столом и подпёр рукой голову, уставившись девушке в лицо. — Он ведь не мебель. Его нельзя поставить в угол, чтобы он там стоял. Для этого тебе стоит купить торшер. Идём… — он поднялся, разминая шею, — подброшу тебя до дома. Такашима аккуратно сложил вещи прямо на столе. Ему было интересно, как это, заняться сексом в таком наряде. Наверняка, очень волнующе. — Влажный поцелуй… — пробормотал он тихонько, вспоминая сообщение Юу. Собираясь что-нибудь ответить, ещё не решив, что именно, Койю вертел телефон в руках, когда, словно читая его мысли где-то далеко от маленькой квартиры на окраине, Широяма Юу прислал короткое: «Понравилось?». В душе Широ молился, чтобы тот сказал «да», ему бы этого хотелось. И тот сказал. Стеснительное «Спасибо, мне понравилось» заставило Юу блаженно закатить глаза, на минуту погружаясь в сексуальные фантазии. Он не давил на Койю, не требовал интимных фоток, не изводил расспросами. Юу искал партнёра, с которым можно было бы найти общие точки соприкосновения, не доставляя друг другу дискомфорта. И он не считал, что правильно что-то вымогать из возлюбленного — по его опыту давление никогда не приводило ни к чему хорошему. Но даже так, по стечению обстоятельств, ему так и не удалось встретить никого, с кем было бы хорошо даже без подтекста. Просто так. Хотя Юу был совсем молод, потому не парился вовсе по этому поводу, получая от жизни всё, что только мог. И теперь ему казалось, что он дождался желаемого. Сказать, что он ошибся, нельзя. Но и совершенной правдой это не было тоже. Койю хотел написать что-то ещё, но в дверь снова постучали. Хотелось проигнорировать, но теперь всё, что случалось в жизни парня, он воспринимал это на счёт Широямы Юу. Открыв дверь, он внимательно уставился на парня на пороге. Предусмотрительная цепочка на двери не позволяла осмотреть его полностью, но Койю и не собирался этого делать. В глаза он долго не смотрел, лишь бросил короткий взгляд, сосредоточившись на его руках. — Что? — тихо спросил Такашима. — Я Асада Мао, — он так смотрел на Койю, что тот дёрнулся. — А как твоё имя? Такашима, ничего не ответив, сразу резко захлопнул дверь. Он не понимал, что этому человеку нужно, не собирался заводить никаких новых знакомств и тем более вести бесед с незнакомцами. Объяснять что-то или выяснять он тоже намерен не был. И тем более этому человеку он ничего не был должен. А значит можно просто грубо отстраниться. И это, к слову, всегда работало. Не только с Мао. Тот в свою очередь так и остался стоять перед дверью, таращась круглыми глазами на глазок. Сказать, что он обалдел от такого гостеприимства, не сказать ничего. Зато ему совершенно точно стало понятно, чего такого в нём нашёл Широяма Юу, которому вечно было скучно. — Ну и парочка… На самом деле Мао ничего плохого не хотел, ему просто было любопытно, кто такой разрушает вроде бы устоявшиеся отношения его подруги. И предмет разрушений показался ему ну очень странным. Хотя… довольно хорошеньким. Мао ничего не говорил Хикари и пришёл к Койю по своей инициативе. А теперь ему захотелось вынудить этого парня на хотя бы незатейливый разговор. Уже не ради Хикари, а ради себя. Мао совсем не был похож на Юу, ни внешне, ни внутренне. Внешне он был довольно сдержанным парнем, а ментально… был более… собственническим. Но об этом, впрочем, мало, кто знал. Он ещё раз постучал. Негромко, чтобы не напугать случайно странного обитателя соседней с Хикари квартиры. — Что? — Койю начинал раздражаться. Он не просто не любил, когда его беспокоят, он этого опасался, ощущая, что кто-то пытается сломать его десятую стену, которой он себя отгородил. И которую, по какой-то невероятной случайности, удалось преодолеть Широяме Юу. Но Юу — не правило. Он исключение. — Я понимаю, что это странно, — Мао примирительно улыбался, — но я просто хотел с тобой познакомиться. Это ничего не значит. — Тогда пока, — Койю искренне не понимал, если ничего не значит, то какого чёрта этот парень тут торчит, словно прилип. Он уже хотел закрыть дверь, но Мао остановил его рукой. — Если я скажу правду, позволишь с тобой поговорить? — Правду? — Такашима с сомнением приподнял бровь. — О сотворении мира или типа того? Мао рассмеялся, но Койю оставался спокойным, и тот замолчал, ощущая, что сосед Хикари не шутит. — Я дружу с Хикари-сан, — начал неспешно Мао. Сперва внутри Койю вспыхнуло желание снова закрыть перед его носом дверь, но любопытство победило, и он провалился плечом к косяку, так и не сняв цепочку с двери, что немного смутило Мао. — Я хорошо знаком с Широямой Юу. И мне просто стало интересно, какой ты. Я считал, что ты чем-то похож на Хикари-сан, но вы совсем разные, то есть настолько, как… тёплое и зелёное. Ну… понимаешь, да? — И что? — перед ним Такашима не смущался, но всё равно избегал прямого зрительного контакта. Ему было неприятно, что кто-то лезет через глаза к нему в душу. — Как всё это касается меня? — Теперь мне ещё больше интересно, — Мао снова заулыбался, давая понять, что настроен положительно. — Не волнуйся, то, что Хикари-сан моя подруга… — Что вы хотите от меня, Асада-сан? — перебил его Койю. Тот немного растерялся, замявшись. Он и сам не очень понимал. Потому правду сказать не мог. — Если у Юу есть шанс, то может ли он быть у кого-то ещё? — Я не ищу связей. Сайонара, Асада-сан, — Койю больше слушать ничего не стал, закрыл дверь, но с мерзким, неприятным чувством, осевшим где-то в лёгких. Он вернулся в комнату и закурил, привалившись к стене и пытаясь сигаретным дымом вытравить из себя это неприятное чувство. Он решительно не понимал, что происходит, но чувствовал, что это не очень хорошо, что этот парень появился у него на пороге. И разговор ему не нравился, и вообще… Зажав зубами сигарету, он поднялся, вытащил из холодильника банку пива и уселся с ней на край окна, приоткрыв створку. Сердце противно ёкало, и, хоть ничего плохого не произошло, на душе было тревожно. Захотелось зарыться лицом в волосы Юу, вдохнуть их горьковатый запах, который, внезапно для самого Койю, мягко успокаивал его. Одиночество больше не приносило облегчения, и тем более — удовольствия. Это не нравилось Такашиме, но его успокаивал тот факт, что он знал, что ему нужно, чтобы избавиться от гнетущего чувства. — Интересно… если он уйдёт, смогу ли я вернуться к прежней жизни… — сам себя спросил Койю, открывая диалог с Широ. Этот вопрос его волновал. Но ещё его волновал запах ментоловых сигарет, чувственный рот и горячее тело. А ведь он даже ни разу не позволил ему полностью раздеться. Хотелось исправить этот промах прямо сейчас. «Я бы хотел сейчас тебя увидеть» — сообщение заставило сердце Юу глухо ухнуть в груди и замереть. Хотелось сорваться с места, бежать до тех пор, пока рядом не окажется автор этого сообщения, его глаза, стеснительно бегающие из стороны в сторону, руки, выдающие жадное желание с головой, губы, из которых вырывается нетерпеливое дыхание… Юу скучал. И ему до одурения было приятно, что это взаимно. «Хочешь вечером заняться сексом по телефону?». — Серьёзно?.. — вслух спросил Койю, полностью позабыв о недавнем неприятном госте. Широяма Юу приятно занимал его новую жизнь, полностью вытесняя собой всё остальное, даже находясь где-то далеко. Предложение возбуждало фантазию, но становилось жутко неловко, стоило только представить, как это будет — говорить всё, о чём втайне воображаешь. Хотя ведь уже не очень втайне. Значит… можно и попробовать?.. «Я никогда ничего такого не делал… но может быть, я попробую?». Широ рассмеялся такой милой реакции. Койю вообще казался ему невероятно милым, даже в те моменты, когда сквозь его непроницаемый пузырь, которым он себя окружил, пробивалась его настоящая натура — жадная до близости и даже довольно бесстыдная. Её то, эту натуру, Широяма Юу и хотел извлечь на свет белый, для себя любимого. Такашима сидел, свесив с окна ногу и болтая ей в воздухе, касаясь босыми пальцами пола. За окном бешено неслась весна, нагревая землю солнечными лучами. Тепло. Даже захламлённая бытовым барахлом улица казалась невероятно романтичной. Ничего подобного Койю не ощущал даже до смерти матери. Новое, волнующее чувство приятно ласкало менталку, заставляя Такашиму желать изменений. Закрыв глаза, он на минуточку вообразил, как было бы здорово пойти куда-нибудь вместе с Широ. Бросать на него недвусмысленные взгляды втайне от окружающих, прикасаться иногда, словно случайно, но очень интимно. Давая понять «я тебя хочу». Всё это было прекрасно, всё это сильно возбуждало и стимулировало фантазию. Но стоило Такишиме живо представить, как он стоит посреди улицы, а вокруг люди снуют туда-сюда, как дыхание перехватило. Улицы такие длинные, огромные, и они заполнены людьми. Все эти люди могут быть кем угодно, думать о чём угодно, и в любой момент они могут причинить вред. Снаружи очень страшно, и Койю спешно слез с окна, закрывая створку, пытаясь отгородить себя от этой опасности. Любовь хороша, но Такашима не мог заставить себя пожертвовать ради неё своей мнимой, выдуманной безопасностью. Сердце бешено зашлось в припадке от одного только представления. В отчаянии Койю побежал на кухню и, зажмурив глаза, сделал два здоровенных глотка из бутылки виски, которую купил на днях. Пока Койю пытался справиться с нахлынувшими тревогами, за стенкой Хикари размышляла над словами друга. Она собиралась на работу, согласившись подменить знакомую в ночную смену. Иногда Хикари соглашалась, когда та просила. Но ей не очень нравилось, потому что ночью в супермаркет неподалёку кого только не заносит. Выпроваживать подвыпивших извращенцев — самое безобидное, чем порой приходилось заниматься. Порой не обходилось без полиции. Но от денег отказываться — непозволительная роскошь, всё-таки Хикари не дочь местного мецената. Как и вся их компания, которая в деньгах нуждалась всегда, не умея их зарабатывать, зато с наслаждением тратили, как только получали возможность. Юу Хикари не ждала. Она, в отличии от Койю, знала о нём подробности, которые он обычно не распространял незнакомцам, а, как ни крути, они с Такашимой были едва знакомы. А вот Хикари знала, что накануне выходных он иногда уезжает, пропадая на несколько дней. И не ждала его, зная, что вскоре он появится. Хикари никогда не выпытывала у него подробностей, особенно после того, как однажды предприняв попытку получить от него личную информацию, он взорвался и наорал на неё так, как больше никогда не орал. Тогда она поняла, что лезть к нему под кожу не стоит, иначе он уйдёт навсегда, и довольствовалась тем, что уже знала. Что он позволил ей знать. Юу — бабочка, которую стоит держать очень осторожно. Слишком много свободы — и он упорхнёт далеко и навсегда, слишком сильно сжать — сломаешь крылья, а без них он погибнет. Уходя, Хикари бросила взгляд на соседнюю дверь, тихо пробормотав себе под нос «фрик», и быстро зашагала по коридору, погружённая в свои мысли. Уснув под музыку, Койю снилось, как он танцует на шесте, одетый в узкую юбку и высокие ботфорты на шпильке. И ему нравилось плавно двигаться, ощущая на себе взгляд откуда-то из темноты. Темнота была везде, в ней было тихо и уютно, и Койю во сне знал, что оттуда, из густой тьмы на него смотрят карие глаза Юу. Взгляд ласкал его тело, забираясь в самые укромные уголки и прикасаясь нежно и интимно. Койю нравилось это чувство близости, повисшее в атмосфере, наполнившее её почти осязаемо. И Такашима танцевал, для одного единственного человека, которому готов был открыть себя. Он закрыл глаза, обвивая руками шест, плавно наклоняясь назад, и внезапно яркая вспышка заставила его оцепенеть. Открыв глаза, Койю понял, что находится посреди площади, залитой солнечным светом, а вокруг — людской поток. Гудят машины, повсюду голоса. И они говорят, говорят, говорят… и все смотрят на него. В ужасе Такашима вскочил с кровати, сминая руками одеяло. Чувство, что на него все смотрят, не проходило. Дыхание сбивалось, застревало где-то в гортани, оттого горло противно хрипело, когда Койю пытался нормально вдохнуть. Он прижимал ладони к груди, стараясь остановить беснующееся сердце, но оно всё не унималось. — Тихо… тихонечко… — бормотал он сам себе, когда понял, что рядом разрывается телефон. — Да… — он ответил, даже не глянув, кто там. Ему было в тот момент всё равно, он ответил, потому что хотел услышать свой собственный голос, чтобы осознать реальность. Но голос хрипел и срывался. Стало душно, захотелось пить, и Такашима вскочил с футона. — Ты что, болеешь? «Н-да… именно болею…» — мрачно про себя подумал Койю, прижимая плечом телефон к уху и открывая крышечку с бутылки воды. — Нормально… — не очень внятно отозвался Койю. — Я в порядке. — Ммм… — помычал в телефон Юу. Он не поверил и этого не скрывал. Но больше вопросов не задавал по этому поводу, а Койю стало немного стыдно, потому что ему показалось, что он был груб. Он уселся у окна и закурил, привалившись плечом к стене. — Сегодня… — он хотел рассказать о странном парне, приходившем днём, но сразу передумал. — Как ты всё это купил? Юу в трубку засмеялся, и Койю слышал, как он тоже щёлкнул зажигалкой. — Очень милая девушка помогла мне выбрать. Надеюсь, мы угадали. — Угадали, — робко улыбнулся Койю. Они немного помолчали, но не неловко, как это бывает, когда не знаешь, что сказать. А просто, словно отдыхая после тяжёлого дня в чьих-то объятиях. — Мне хорошо с тобой, — нарушил тишину Широ. Такашима повалился на бок, затушив сигарету в пепельнице, которую недавно помыл. Ему стало легче. Голос на том конце звучал мягко и ненавязчиво, и Койю стало грустно. — Широ-чан, расскажи мне, как бы ты раздел меня, будь мы сейчас вместе, — он запрокинул голову, уставившись в потолок. Хотелось ото всего отвлечься. — Оя… — Юу улыбнулся, и это было слышно в его голосе. Удивительная способность улыбаться голосом. — А что нужно снять? Слегка поколебавшись, Койю принялся самозабвенно врать. — Ты не обидишься, что я надел твою майку? Мне она нравится. Мягкая. И… пахнет тобой, — Койю прикусил губу, вспоминая запах тёмных волос. — А потом та самая юбка, узкая. С подвязками под ней. — И? — И чулки. Знаешь… мне нравится. Широ знал, что он врёт. Не про то, что ему нравится, а про то, что все эти вещи на нём надеты. Он же не сидел весь день наряженный в купленные вещи, ожидая, когда Юу позвонит. Но это было не важно. Важно, что Койю подыгрывает, и это чертовски приятно. Приятно осознавать, что кто-то думает о том же, о чём и ты, и это заводит, будоражит фантазию и заставляет хотеть друг друга сильнее. — Так может… не нужно снимать, нэ? Давай оставим всё, как есть. Мне нравится, как ты выглядишь в чулках, — Юу закрыл глаза, глубоко вдыхая и благодаря вселенную, что он сейчас один. Потому что член жутко ныл от прилившей, казалось со всего тела, крови. Он погладил пальцами стояк, сразу отозвавшийся на прикосновения, слегка дрогнув. — Тогда что скажешь, если я немного тебя поцелую? Я бы хотел тебя поцеловать. Забраться к тебе на колени, прижаться всем телом. Я бы хотел твоего тепла… — и вот тут Такашима совсем не врал. — Скучаю по твоим прикосновениям. Если бы ты был рядом… сейчас… мог бы ты немного меня потрогать? — Койю тяжело выдохнул прямо в трубку, просовывая руку себе в трусы, где влажный, сочащийся член уже намочил эластичную ткань. Горячий и скользкий, он явно выражал желание своего хозяина, истекая ему в руку фантазиями. Ничего подобного Койю раньше не делал. Он вообще, с момента знакомства с Юу, много чего испытал впервые. Это немного пугало, но всё новое всегда воспринимается слегка настороженно. — Я хочу тебя потрогать, — Юу зажмурил глаза, сжимая в штанах горячий стояк. Жутко хотелось бросить телефон и бешено прижать к себе стройное тело, которое там в трубке так эротично дышит, заставляя сердце сходить с ума, а член твердеть от любого движения пальцев. — У тебя под юбкой так же горячо, как у меня в джинсах? — Очень горячо, — выдохнул в трубку Койю, размазывая вдоль ствола пениса скользкую жидкость, так нетерпеливо выделяющуюся, словно заставляя двигать рукой быстрее, надрачивая мокрый орган. — Можешь представить, как я прижимаюсь к тебе? Можешь представить, как сильно я хочу тебя чувствовать? Подрочи нам вместе, хочу тебя чувствовать, Така-чан… — Широ говорил, представляя, как нежные пальцы Койю прижимают свой член к его пенису и трут их друг о друга. Они этого ни разу не делали в реальности, но теперь Юу об этом мечтал, воображая, как Такашима, сидя на нём верхом, ласкает их обоих, и можно гладить его ноги, обтянутые мягким капроном, подчёркивающим идеальные линии бёдер и коленей. — О… я сделаю это для тебя. Что хочешь сделаю, Юу… Это простое, негромкое «Юу» едва ли не раскатом грома прокатилось по всему телу Широ, и он тоскливо застонал, сходя с ума от желания близости. Под синхронное «хочу тебя», сливающееся в сплошные, протяжные стоны, отзываясь друг другу в трубку несдержанными «нн-аахх», они оба закатывали глаза, приближая руками накатывающий оргазм, томным облаком собирающийся внизу живота. А всего-то хватило слушать голос друг друга. — Койю… хочешь со мной встречаться? Замерев с членом в руке, Такашима словил некультурный шок. То есть… это приятное предложение, но парень, который не может выйти дальше мусоропровода, априори не может с кем-то встречаться. Это невозможно, и ко всему прочему, он такого предложения не ожидал. Будь он нормальным, он бы запищал от счастья, потому что даже произнося у себя в голове имя «Юу», сердце сладко замирало. Влюблённость ошеломляла, поднимая до небес, но вот в такие моменты — моменты осознания невозможности — со всей своей дури шмякала о землю, больно прикладывая по башке сверху реальностью. — Не молчи, Койю… скажи хоть что-нибудь, — в этот раз Юу настаивал. Хотел понимать, что он взаимен. — Наверное, ты бы хотел обо мне знать некоторые вещи… — Койю запнулся, не зная, как правильно выразить то, что хотел сказать. — Я… можно мне тебя увидеть, когда ты вернёшься? — Только об этом и думаю, — Юу вздохнул, хотел сказать что-то ободряющее, скорее для себя, чем для Койю, но из коридора послышался шум. Он покусал губы. — Я приеду к тебе сразу, как только вернусь в Токио. Я позвоню, чтобы знать, что ты дома, ждёшь меня. Сайонара, Така-чан. — Сайонара… Юу… Такашима положил трубку, перевернулся на живот и уронил голову на пол, ударившись лбом. Тихонько заныл, понимая, что жутко, просто до охренения скучает. И очень… очень сильно хочет встречаться с парнем, по имени Широяма Юу. Вечер для Койю продолжался, как обычно. Он немного поработал, а потом смотрел аниме всю ночь, курил и пил пиво. Мечтая делать всё то же самое с отсылкой на реальную возможность целовать желанные губы. Глянув на ночь, опустившуюся на улицу за стеклянной дверью, Хикари перевела взгляд на единственного покупателя, бродившего по залу. Она уже некоторое время наблюдала за посетителем, хорошо понимая, для чего он явился. Спиздить что-нибудь, что можно незаметно вытащить. По ночам такие гости не редкость, и приходится пристально их пасти, чтобы не платить потом за них. Под внимательным взглядом тот ещё немного послонялся туда-сюда, а потом бросил на прилавок две жвачки. Хикари усмехнулась, протянула руку, но прикоснуться не успела. В этот раз она ошиблась, этот человек пришёл получить чуть больше, чем просто бутылка дорогого виски. Ухватив Хикари больно за запястье, он из-под куртки вытащил нож и помахал им перед её лицом, притягивая за руку к себе. — Вытаскивай всё, что есть.