Багряный закат

*** Сережа смотрел на то, как Дима с Егором болтают и смеются. Он раздраженно вздохнул, отводя взгляд и пытаясь сосредоточиться на литературе. Так... «в газете появляется сообщение о том, что Желтков покончил с собой. Вечером Вере приходит его последнее письмо, в котором он вновь признается в своих чувствах, желает княгине счастья и...» Сзади слышится хихиканье. Матвиенко хмурится. Вот же этот Дима предатель! Сережа же сказал, что Егор этот - полный придурок! Так почему Позов сейчас сидит и хихикает с этим придурком? Еще и сказал, что это Сережа не такой. Почему сразу Сережа?! Дима просто ничего не знает. Булаткин этот очень странный и мутный. Вроде такой веселый, улыбается постоянно, но... всегда есть одно "но"! Крид этот (или как там он себя называет?) хочет общаться и дружить с Сережей. Матвиенко всегда его посылал и говорил, чтобы тот не ходил за ним. Но он не слушает! Постоянно по пятам ходит. Сережа такое облегчение получил, когда Егор полтора недели в школу не ходил. А тут опять явился! Ну ладно, вроде надо радоваться, что Булаткин теперь с Димой. Но все равно бесит, что Позов общается с тем, кого Сережа терпеть не может. Стоит вопрос "какое тебе дело?"... А вот такое! Дима, вообще-то, должен защищать Сережу, а не общаться с теми, кто постоянно пристают к тому. Ладно, плевать. Пусть Позов общается, с кем хочет. Но все равно бесит!       После школы за Сережей заехал Тимур Кириакович. И прежде чем зайти в машину, Матвиенко увидел Диму, который стоял возле школы с Арсением Поповым. Сережа дождался, когда Дима посмотрит в его сторону и, когда это случилось, показал ему средний палец. По-детски, но ему все равно. Этот парень слишком бесит! Но это того стоит, потому что от выражения лица этого очкарика Сережа аж прыснул от смеха. Он с улыбкой сел в машину и Тимур, что-то спрашивая, поехал. Но Сережа не слушал: в его голове все еще были удивленные, полны возмущения, злости и недоумения, глаза Димы. — Почему вы улыбаетесь? Такой довольный. — спросил Тимур, сам улыбаясь. А Сережа наконец услышал его голос. — Просто хорошее настроение, Тимур Кириакович. — Матвиенко добавил с легким недовольством: — И я просил вас разговаривать со мной на "ты"! Я же не старый. — Я разговариваю с вами на "вы" из уважения к Борису Анатольевичу и вам самим. От упоминания отца сердце Сережи сжалось. Все еще больно. — Ох... прошу прощения. — Тимур заметил боль в глазах Сережи и виновато отвел взгляд. — Мне лучше помолчать... Сереже хотелось сказать, что все нормально, что это просто он воспринимает все слишком близко к сердцу. Но почему-то ничего не сказал. Промолчал. Всю оставшуюся дорогу оба молчали. Сережа думал об отце, матери и Диме (он все еще думал о последнем взгляде Позова, отчего настроение немного поднималось). Тимур думал о чем-то своем. А может, он вообще ни о чем не думал, а просто вел машину. *** — Кстати, Тимур Кириакович, а почему вы не отвечали на звонки? — Сережа зашел в дом, разуваясь, и только вспомнил о случившемся. — Мы с Димой звонили вам часа два назад, а вы не ответили. — Я был занят. А что случилось? — нахмурился Тимур, проходя в дом. — Мы с Димой вышли... — Сережа замолчал. Ну нет, нельзя говорить, что они прогуляли. Попадет то только Диме, а Сережа не такой козел. Надо что-то придумать. — Мы... мы на перемене решили подышать свежим воздухом, Диме мутно стало. Вышли из школы во двор, а там недалеко два мужика стояли... Какие-то странные. Они оглядывались, о чем то шептались, стояли там довольно долго. Я не уверен, что это они за мной пришли, но мы решили позвонить вам. Не успел Тимур ничего ответить, как к Сереже подбежала мать. Она обеспокоенно начала оглядывать сына, щупать везде, где только можно, чтобы проверить наличие ран или чего-то подобного. — Сережа! Сереж... Милый, ты в порядке? Они ничего тебе не сделали? Боже мой! — Мам... мам, успокойся! — Сережа взял руки матери в свои и сжал их. — Ты же видишь, я в порядке! Все хорошо. — Господи... о Господи, Сережа... — Валентина обняла сына, чуть ли не плача. — Мам, ну ты чего? Не плачь... Сережа обнял мать в ответ. Было неприятно видеть ее в слезах. Ну почему его мама такая эмоциональная? Она переживает с причиной и без. — Валентина Ивановна... — вмешался Тимур. Он хмурясь, положил руку на плечо женщины. Та подняла свои мокрые от слез глаза. — Все в порядке. Вы же знаете, я не позволю, чтобы с Сергеем что-то случилось. И мой сын тоже не позволит! — А если бы что-то случилось? Если бы эти мужчины увидели бы мальчиков? Чтобы тогда было? — Валентина всхлипнула и вытерла слезы с щек платочком, который достала из кармана. — Ничего бы не случилось. Ну что вы переживаете? Все хорошо. — Почему ты не ответил на их звонок, Тимур? Почему? — спросила Валентина, а Сереже захотелось уйти: он знал, что сейчас его мать будет очень злится. А Валентина Матвиенко в ярости - довольно страшно. — Я был занят, Валентина Ивановна... Очень занят. А телефон лежал в машине, поэтому я... — Это просто оправдание! Вы что, не понимаете, что могло случиться что-то плохое?! И, между прочим, в опасности был не только мой сын, но и ваш! Почему вы в последнее время такие невнимательные? Дальше Сережа не стал слушать. Он просто повернулся и ушел в свою комнату. Все изменилось после смерти отца. Мама, Сережа, дом, люди в этом доме... даже Тимур Кириакович изменился.