Дилеммы, котики и всякое

      Он вспомнил о своих дилеммах, только когда вернулся вечером домой.       – Милый, где ты так долго пропадал? – окликнул его голос мамы из кухни, когда он уже поднимался по лестнице на второй этаж.       – Я… – Майк запнулся. Он всё это время проторчал с Уиллом в кафе и даже не заметил, как на улице стемнело. – Гулял.       – Это хорошо, – Карен вышла в коридор, вытирая руки о фартук. – Голоден? Ты же не ужинал совсем.       – Не, я перекусил в «Ягуаре», – отмахнулся Майк, поднимаясь дальше по лестнице.       – Неужели ты ходил туда один?       – Эм, нет… – он остановился, поворачиваясь головой к матери, стоящей внизу лестницы. – Я был с Уиллом.       – Я очень рада, дорогой. Не зря мне сразу показалось, что он хороший мальчик, – Карен послала сыну ласковую улыбку, после чего развернулась и ушла обратно на кухню.       А Майк остался стоять на лестнице, вцепившись в перила за две ступеньки до второго этажа. Стоило ему только на мгновение расслабиться, забыть обо всем, что он думал по поводу общения с Уиллом, как мать любезно ему об этом напомнила. В словах Карен не было и капли злого умысла, но у Майка внутри от одного маленького предложения поднялся целый ураган противоречивых чувств. Он сердито зашагал в свою комнату, хлопая дверью. Его коробило от этого дурацкого выражения «хороший мальчик», адресованного в сторону Уилла. Он что, золотистый ретривер, который приносит хозяину палку и вылизывает лицо? И хотя от его солнечной улыбки иногда создавалось именно такое ощущение, Майк категорически не хотел его так называть. Каким бы замечательным не казался ему сын Джойс Байерс после почти целого дня, проведенного друг с другом, он не хотел обманываться, в его сознании всё сильнее укреплялось фундаментальное убеждение в том, что у Уилла есть секреты, и ему было жизненно важно их узнать, как минимум чтобы унять свое любопытство, а как максимум – чтобы развенчать образ «хорошего мальчика».       Но уже на следующее утро Майк снова переменился в своих вчерашних убеждениях. На волне злости из-за матери было просто решить, что Уилл серый кардинал, но, вспоминая, с каким искренним любопытством Байерс интересовался любимой настольной игрой Майка и обещал показать ему лучшие места в городе, сейчас он чувствовал легкий укол вины за то, что может так думать. Он чувствовал себя дезориентированным и не знал, как ему опять себя вести с Уиллом. Вчера они вскользь обмолвились о том, что им надо обязательно вместе зависнуть, но не обсудили, когда и где, и поэтому Майк мучился еще сильнее. Идти в лес сидеть под деревом было просто глупо, Байерс не идиот, чтобы поверить, что он просто так третий раз тусит в одном и том же месте. Почему-то ему было принципиально важно, чтобы Уилл не понял, что он хочет с ним встретиться.       Он долго торговался с собой, но в конце концов после обеда отправился на уже привычное место под деревом, всячески отгоняя от себя мысли о том, какой он жалкий.       Уилл себя не заставил долго ждать.       – Хей! Все-таки место вдохновляющее, да? – Он остановился в трех шагах от Майка, держа руки в джинсовой куртке, и ослепительно улыбался.       «Явно не место,» – подумал Майк, но вслух только брякнул:       – Нет, просто тут тише, чем в доме, где постоянно кто-то орет и топает.       – Значит, у тебя план писать тут весь день?       – Ну… Не знаю, – неуверенно протянул Майк. На самом деле план у него был один – ненавязчиво прицепиться к Уиллу, но так, чтобы никто не подумал, что это его план.       К его счастью, Уилл не пытался строить из себя непонятно кого.       – Я просто подумал… Мы могли бы сегодня зависнуть вместе, – осторожно предложил он, сразу же добавляя: – Если ты не против, конечно.       – Да! Да, конечно, я только за, – Майку казалось, что он согласился с убийственной скоростью и отчаянием в голосе, которое выдавало его всего с потрохами.       – Круто! – ему казалось, что Уилл произнес это с облегчением, как будто бы тоже волновался, что Майк не захочет с ним проводить время. Но Майк хотел, даже слишком.       – Круто, – он наконец позволил себе искреннюю улыбку, адресованную Уиллу. – Ну что, идем кормить котиков?       – Я знал, что тебе понравится их так называть, – улыбка Байерса стала победной.       – Неправда.       – Не обманывай себя, тебе это нравится.       – Еще чего!       

***

      В этот раз Майк расщедрился не только на идиотские шутки Уиллу под руку, но и на помощь, которая, по ощущениям, только мешала ему, но в итоге они все же умудрились справиться чуть быстрее. Когда в тележке оставался один небольшой кусок мяса, Уилл остановился перед последним вольером.       – Мне нужно покормить Спарка, ты можешь подождать тут.       – А почему мне нельзя с тобой?       – Не нельзя, просто… С ним нужно контактировать очень близко, я подумал, что тебе это не особо понравится.       – Почему?       – Ты же недолюбливаешь кошек, – Уилл внимательно смотрел на него, немного поджимая губы.       – Я недолюбливаю только злобную кошку своей тетушки! – возмутился Майк.       – Ладно, если хочешь, можешь пойти со мной, но, пожалуйста, будь с ним осторожен.       – Не бойся за меня, – отмахнулся Майк.       – Я больше боюсь за него, – тихо ответил Уилл, подхватывая кусок мяса и направляясь к вольеру, в котором никого не было.       – А где он?       – Вон там, в клетке. Он там часто лежит, почти не выходит.       Рядом со входом в клетку, встроенную по сути в камень, на который тигр мог забираться сверху и греться на солнце, Уилл остановился, вытащил из кармана прорезиненного фартука какие-то таблетки, открыл их и высыпал содержимое на кусок мяса, втирая его в мышечную ткань.       – Что это?       – Лекарства. По-другому он их не съест, – с каждой минутой голос Уилла становился всё тише, а взгляд – всё печальнее.       Тигр в клетке казался спокойным и довольным, но это только на первый взгляд. Если приглядеться, можно было увидеть всклоченную шерсть, поседевшую возле ушей и глаз, тяжело вздымающиеся бока и осунувшийся живот.       – Хей, дружище, – ласково залепетал Уилл, подходя ближе и опускаясь на колени рядом с клеткой. – Как ты тут?       Тигр в ответ слабо поднял голову и издал странный звук, похожий на фырчание.       – Я тоже рад тебя видеть, – голос Уилла как будто бы треснул. Он, совершенно ни о чем не заботясь, так, словно это обычное дело, запустил руку в клетку и потянулся к голове Спарка.       – Уилл! – зашипел Майк, дернувшись к парню, но тот лишь отмахнулся.       Майк, как завороженный, наблюдал, как Байерс осторожно поглаживает огромного зверя между ушек, однако осторожность была вызвана страхом не лишиться руки, а навредить тому, кого она ласкает. Несколько минут они сидели в тишине, нарушаемой тяжелым дыханием тигра. Потом Уилл медленно зашевелился и просунул Спарку кусок мяса. Тот не стал его даже нюхать.       – Ну же, приятель, давай, тебе нужно это съесть, иначе у тебя не будет сил, чтобы напугать Майка, – Уилл смеялся, но Майк отчетливо слышал в его надломленном голосе сдерживаемые слёзы.       Уговоры не помогали, поэтому Байерс достал из кармана фартука небольшой перочинный нож и стал потихоньку скармливать тигру еду маленькими кусочкам. Наконец, он стал есть, хоть и без особой охоты.       Майк не знал, сколько времени это длилось, но ощущалось оно как мучительная пытка. И нет, его не раздражало то, как Уилл возился с огромным хищником, его не бесил выделывающийся тигр, но что-то во всей этой ситуации было невыносимое. Наверное, ощущение неизбежного, нависшее над этой самой клеткой как дамоклов меч. От этого горестного чувства Майку очень хотелось сбежать, но он заставил себя стоять до последнего.       – Вот поэтому я и не хотел, чтобы ты сюда шел, – тихо сказал Уилл, когда они наконец вышли из вольера.       – Он… – Майк запнулся. Говорить было тяжело. – Ему не очень много осталось?       – Мы думали, что да, но потом твой отец решил, что мы еще поборемся за него. Пару дней назад приезжал ветеринар, сказал, что Спарк может прожить какое-то время, прописал лекарства. А он их есть отказывается, – Байерс отвернулся, стараясь незаметно вытереть нос тыльной стороной ладони.       – Ну, ты же всё-таки смог его этим накормить.       – Угу. Мама вчера пыталась, но не смогла. Это уже прогресс, – когда Уилл повернулся к нему, на его уже сухих щеках снова играла улыбка, хоть глаза и были всё еще красными. – Хорошо, что твоя семья решила выкупить зоопарк. Я боялся, что новый владелец сразу же усыпит его, но твой отец действительно любит животных и переживает за них.       Майк усмехнулся. Его отец даже за своих детей не переживал, откуда такое внимание к животным?       Уилл заметил его усмешку.       – Что?       – Ты как будто бы про чьего-то чужого отца говоришь.       – Ну, возможно, я заблуждаюсь. Всё же ты знаешь его 16 лет, а я всего неделю. Но у меня возникло стойкое ощущение, что твой отец не плохой человек. Да, он многого не знает, бывает очень неловким, но он правда старается.       Майк неопределенно пожал плечами. Он не хотел тут спорить, потому что чувствовал себя так, словно вообще не знает своего отца. А Уилл, этот абсолютно идеальный Уилл, который даже плачет как-то по-особенному правильно, рассказывает ему, что его отец – это хороший человек. Возможно, ему совсем не хотелось узнавать своего отца с положительной стороны, потому что тогда пришлось бы создавать для него боле человеческий портрет в своих глазах.       Они сдали инвентарь, отчитались о кормежке перед Джойс и побрели к выходу из зоопарка.       – Куда пойдем?       – Я думал показать тебе беседку в лесу неподалеку от того места, где ты обычно обитаешь, или, как вчера, можем посидеть в «Ягуаре», я приготовлю айриш крим и попытаюсь включить какую-нибудь приличную музыку, если Мюррей не заметит, – к счастью, Уилл уже не выглядел таким печальным. – Куда бы тебе хотелось?       – Хмм, – Майк сделал вид, что задумался. – Мне нравятся оба варианта, но беседка звучит интереснее.       Беседка оказалась именно такой, какой ее Майк и представлял – деревянная, восьмиугольная, с невысокими перилами и скрипучими ступеньками, под крышей широкий стол с двумя лавочками и потрескавшимся старым лаком.       – Ух-ты, – невольно вырвалось у Майка, когда поднял голову и увидел причудливый скандинавский узор на древесине под крышей.       – Ага, – довольно протянул Уилл, присаживаясь на краешек стола вместо лавочки и укладывая руки на груди. – Это Хоп делал.       – Который в зоопарке всё проектирует? – Майк смутно припоминал огромного бородатого строителя, вечно существующего неподалеку от Джойс.       – Да, он крутой.       – Верю.       Майк сел на лавочку, опустил локти на стол и уперся подбородком в сцепленные ладони, поглядывая на Уилла снизу-вверх.       – Тут должно быть удобнее писать.       – О, точно, – Майк вспомнил о своей тетрадке для записей, болтавшейся в его полупустом рюкзаке.       – Кстати, расскажешь, о том, что ты сейчас пишешь?       – Я пока что написал не так много, – он скромно отвел взгляд. – Но там рассказывается о компании из четырех друзей, которые играют в настольные игры, но потом один из них внезапно пропадает.       – Это детектив? – Уилл заинтересованно повернулся к нему всем корпусом, устраиваясь поудобнее на столе.       – Не совсем. Скорее, фентези.       – Друг пропадает магическим образом?       – Да, он попадает в параллельный мир, а все вокруг думают, что он умер.       – Но друзья всё-таки спасут его?       – А вот это ты узнаешь, когда я допишу, – лукаво подмигнул ему Майк.       – Хей! – Уилл забавно прищурился. – Тогда пиши скорее, мне очень интересно узнать концовку.       – Обещаю, ты прочитаешь это первым.       – Правда? – он восхищенно открыл рот. – Откуда такая честь?       – Просто больше это никому не интересно, – прыснул Майк. На самом деле, смехом он попытался скрыть свою досаду. Несмотря на то, что в прежней школе у него была компания друзей, в которой он чувствовал себя комфортно и на своем месте, он никогда особо не распространялся о том, что пытается писать, это казалось чем-то слишком личным. С Уиллом вырвалось как-то само, поэтому и молчать уже не было смысла.       – Когда ты станешь богатым и знаменитым писателем, они все пожалеют о том, что не интересовались раньше, – авторитетно заявил Байерс. – А я буду всё знать из самых первых рук.       – Брось, ты меня переоцениваешь, – он почувствовал, что лицо краснеет от смущения.       – Возможно, делаю немного поспешные выводы, для полной картины было бы неплохо что-то почитать. Но я готов дать тебе этот кредит доверия уже сейчас, – Уилл улыбался обезоруживающе, и Майк внезапно понял, что держать с ним зрительный контакт совсем не сложно и почти не неловко.       – Тогда тебе нужно показать мне свои рисунки.       – Обмен любезностями? По рукам, – парень протянул ему руку.       Майк не сразу сообразил, что ему нужно пожать протянутую ладонь, а Уилла это только позабавило.       – На самом деле ты уже видел кое-что из моих рисунков, – хитро усмехнулся Байерс, убирая руки в карманы джинсовки.       – Правда? Где?       – Все картины в «Ягуаре» рисовал я.       – Да ладно? – теперь была очередь Майка открывать рот от удивления.       – Честное слово. Ты можешь увидеть мою подпись в уголке, если приподнимешь раму.       Картины в кафе были обычной интерьерной живописью, какие-то пейзажи, несколько рисунков с животными. Но эти изображения резко перестают быть банальщиной, когда узнаешь, что это не печать на холсте или бумаге, а работы шестнацатилетнего подростка. Наверное, Майк бы понял, что это настоящие художественные работы, если бы пригляделся к ним, но он вчера был слишком занят тем, что не отводил взгляда от самого Уилла.       – Вау, – только и мог он ответить.       – Спасибо, – скромно потупил взгляд Уилл. – Там ничего особенного, на самом деле…       – Ты шутишь? У тебя же талант!       – Говоришь, как моя мама, – он закатил глаза.       – Потому что она права, – горячо уверил его Майк.       В общем образе Уилла в его голове добавилась еще одна деталь – звенящая скромность при наличии очевидных заслуг. Очередной пункт в копилку невыносимо-положительных качеств этого «хорошего мальчика». Что-то в его словах, скромных улыбках и неуверенно сжатых плечах говорило о том, что это – искренне, на напускное ради комплиментов.       – В любом случае, мне есть куда совершенствоваться, – не согласился всё-таки Байерс, на что Майку захотелось стукнуть его по плечу.       – Когда ты станешь богатым и знаменитым художником, они все пожалеют, что не украли твой портрет льва из «Ягуара» быстрее, чем это сделал я, – вернул Майк его шутку, на что Уилл заливисто рассмеялся.       – Тебе не нужно будет ничего красть, я и так что-нибудь подарю, если ты захочешь.       – Что ж, Уильям Байерс, тебя никто не тянул за язык, – Майк вытянул перед собой на столе ладони, сцепленные в замок, и лукаво прищурился.       – Но теперь тебе нужно прочитать что-нибудь мне, Майкл Уилер.       Торговался с собой Майк недолго. Да, написанные главы были очень сырыми, но показать что-то Уиллу сейчас было важно. Он ожидал, что Байерс будет слушать молча, а в конце даст какой-то комментарий, но Уилл в очередной раз его удивил. На протяжении всего чтения он мягко перебивал Майка и задавал ему совершенно разные вопросы по содержанию, персонажам и каким-то малозначительным деталям, на которые мог бы обратить внимание только человек, который действительно увлечён.       – Майк, ты не можешь завершить главу на самом интересном месте! – воскликнул Уилл, когда он закончил читать.       – В этом весь смысл, читатель должен оказаться в подвешенном состоянии хотя бы ненадолго, – возразил ему Майк.       – Это слишком жестоко!       – Ты еще не знаешь, какая там будет концовка, – гаденько улыбнулся он.       – Надеюсь, ты не заставишь меня плакать.       – Я очень постараюсь.       И Майк правда дал себе слово постараться.       

***

      В беседке они болтали пару часов, потом всё-таки пошли в кафе, чтобы выпить обещанный айрш крим и послушать шутки от Робин. Он снова не заметил, как быстро пролетело время с Уиллом, они нашли много точек соприкосновения, общие интересы и взгляды на мир. Майку не хотелось уходить домой, хотелось позвать Байерса с собой, чтобы часы напролет показывать ему свои комиксы и коллекцию пластинок, засесть вместе за приставку и проболтать всю ночь напролет, но в какой-то момент Уилл бросил взгляд на часы и ахнул.       – Черт! Я совсем потерялся, мне уже нужно бежать, – он засуетился, поднимаясь со своего места.       – Что-то случилось? – нахмурился Майк, тоже поднимаясь.       – Нет, всё хорошо, просто сегодня кое-кто приезжает, – Байерс нервно провел ладонью по волосам.       – Неужели Джон? – вклинилась Робин, забирающая кружки с соседнего стола.       – Ага, – Уилл и она обменялись счастливыми улыбками.       – А кто это? – Майк надеялся, что вопрос не прозвучал слишком недовольно. За два дня общения с Уиллом он впервые слышал это имя.       – Это его б… – начала Робин, но Байерс пихнул её локтем в бок, заставляя замолкнуть.       – Я вас завтра познакомлю, – быстро ответил Уилл, буквально светясь от счастья. – Уверен, вы подружитесь.       – Окей, – протянул Майк, ничего не понимая, но стараясь не подавать виду.       Домой он шел, сердито пиная ногами камешки, в комнату влетел со скоростью света, чтобы не наткнуться на расспросы мамы. Он всячески гнал от себя вопросы по поводу этого таинственного Джона, не позволял себе разгонять эту тему. Завтра Уилл их познакомит, нечего строить догадки раньше времени, верно? Но попытки рационализации ничем не помогли, поэтому во время ужина Майк был недовольным, новая глава рассказа писалась очень неохотно, а ночью он проворочался почти без сна, из-за чего на утро был невыспавшийся и крайне недовольный. К тому же, он не знал, куда ему сегодня идти, чтобы встретить Уилла. Вчера он настолько поспешно ретировался из Ягуара, что даже не успел об этом договориться. Немного прикинув, он решил, что всё-таки нужно идти в беседку, потому что она лучше походит для его главной цели – писательства, хотя, положа руку на сердце, ему стоило бы признаться в том, что это уже не главная цель его ежедневного лесного паломничества. Уже сидя в беседке, Майк постоянно ловил себя на том, что то и дело кидал взгляд на наручные часы – обычное время, когда Уилл кормил котиков, уже подходило, а его так и не было видно. Может быть, он пошел обычной тропинкой? Но тогда зачем он вчера показал это место? Майк нервно грыз карандаш, поглядывая на лес, надеясь увидеть среди деревьев знакомую взъерошенную макушку, но там не было никого, кроме легкого ветра. Он снова посмотрел на часы. В это время вчера они уже закончили с основной кормежкой и шли к Спарку. Уилл был слишком ответственным, чтобы опаздывать так сильно, тем более, когда дело касалось этого старого, больного тигра. Тут явно было что-то не так.       Майк нерешительно покусал щеку с внутренней стороны, но всё же поднялся с места, закидывая тетрадь в рюкзак, и поспешно зашагал в сторону зоопарка. Может, Уилл забыл о нем на радостях от приезда этого самого Джона? Мысли о нем снова закрутились в голове, разъедая и без того противное настроение. Кем он был для Байерса, что он так ждал его приезда? Братом, бестфрендом, бойфрендом? Вряд ли родным братом, он бы обязательно упомянул это в разговоре, да и Джойс тоже наверняка сказала бы, что у нее два сына, верно? Лучшим другом – тоже сомнительно, Уилл рассказывал что-то про своих школьных друзей, имя Джон в этом списке имен никогда не промелькало. А вот парнем… Об этом раскладе Майку хотелось думать меньше всего. Они с Уиллом еще ни разу не касались этой скользкой темы, и у Майка вообще не было ни одной причины думать, что Байерсу нравятся парни, кроме того, что он вчера всё же пробрался к аудиосистеме и поставил какой-то микс ретро-музыки, в которой были smalltown boy и rebel rebel. Интересный выбор, наталкивающий на определенные мысли, но явно не говорящий ни о чем напрямую, поэтому клеймить Уилла подобными подозрениями Майк не спешил.       У хозяйственных построек никого не было, поэтому он пошел напрямую к кошачьей части зоопарка. Он услышал какие-то странные отдаленные крики еще до того, как приблизился к вольеру Спарка, а подойдя ближе, обнаружил, что почти весь персонал находился тут. Эта небольшая толпа стояла возле сетчатого ограждения и о чем-то горячо переругивалась между собой. Майку хватило одного беглого взгляда, чтобы обнаружить Уилла, стоящего рядом с матерью с поникшими плечами, в то время как сама Джойс что-то возбужденно пыталась объяснить его отцу.       – Что происходит? – спросил он, останавливаясь рядом с ними, но на него не обратили никакого внимания.       – Тед, ты совсем меня не слышишь, это просто жестоко по отношению к нему! Посмотри на его лапы, он просто не может оттуда спуститься!       – Джойс, я все понимаю, но он ведь вчера съел лекарства, нам просто нужно постараться…       – Нет, нам не нужно стараться, нужно просто перестать мучить его! – Майк шокированно наблюдал, как женщина, почти в два раза меньше его отца, практически кричала на него, в то время как сам Тед Уилер испуганно вжимал голову в плечи, но все равно не соглашался.       – Хей, что тут происходит? – он подошел к Уиллу и осторожно тронул его за плечо, потому что, очевидно, в этом сумасшествии никто, кроме него, не даст ему никаких ответов.       Уилл от прикосновения вздрогнул и резко повернулся, обращая на него взгляд своих огромных грустных глаз.       – Майк? – Байерс удивленно моргнул. – Привет… Прости, что не встретил тебя на нашем обычном месте, просто у нас тут ЧП.       Он медленно повернулся обратно к вольеру и указал подбородком на Спарка, гордо лежащего на предназначенном для этого камне.       – А что не так? – не понял он, внимательно рассматривая тигра. Он не выглядел каким-то более больным или умирающим, вполне себе довольный зверь, который греется на солнце.       – Он залез туда утром и не может слезть, – Уилл нервно сжимал и разжимал кулаки, пытаясь успокоиться. – Мы пытались его оттуда выманить едой, но он никак не реагирует. Мама считает, что это конец, ему больше… – он осекся, отводя взгляд.       Он выглядел настолько уязвимо, что Майку захотелось его обнять или хотя бы ободряюще похлопать по плечу, но он не успел ничего предпринять, потому что незнакомый ему парень сделал это быстрее. Он мягко заглянул Уиллу в глаза и приобнял за плечи одной рукой, привлекая к себе ближе.       – Хей, все будет хорошо, – смог услышать Уилер его негромкую речь, обращенную только к Байерсу.       Майк замер. Это выглядело как что-то, за чем ему нельзя было подглядывать, слишком близко, слишком лично. Он смущенно сглотнул и отвернулся, переводя взгляд на тигра. Спарк выглядел умиротворенным, не обращал внимания на столпившуюся горстку людей у его вольера.       – А вы не пробовали шуметь? – озвучил он внезапно появившуюся в голове мысль.       – Что? – Уилл отстранился от парня и повернулся к нему.       – Шуметь. Ты же сам говорил, что кошки не любят громкий шум.       Байерс повернулся к Джойс, которая все еще спорила с отпирающимся Тедом.       – Мам, давайте попробуем создать шум, это может согнать Спарка оттуда.       Идею быстро подхватили, Мюррей притащил откуда-то металлическое ведро, по которому начал колотить большим гаечным ключом, остальные сотрудники просто вопили, свистели и подбадривали тигра. Сначала он не обращал на это внимание, потом двинул ухом в их сторону, затем недовольно дернулся длинный полосатый хвост и спустя несколько минут тигр всё-таки встал и очень нехотя спустился с камня на землю. В пылу криков Майк не заметил, как ладонь Уилла вцепилась в его предплечье, эмоционально сжимая его. Когда Спарк всё-таки слез и все собравшиеся победно заулюлюкали, Майк не успел обернуться, потому что Уилл буквально набросился на него с объятиями.       – Сработало, Майк! Ты такой молодец! – Байерс крепко сжал его плечи и тут же отстранился, смущаясь за свой порывистый жест. Это произошло настолько быстро, что Майк не успел даже отреагировать, только неловко кивнул.       Пока все вокруг радовались, а Джойс снова начала отчитывать его отца, отойдя с ним в сторону и заручившись поддержкой Хоппера, Уилл уже крепко обнимался с тем самым парнем, от чего Майк почувствовал себя снова третьим лишним.       Наверное, Байерс тоже это почувствовал, поэтому он быстро повернулся к Майку.       – Кстати, это Джонатан, – он представил наконец своего странного спутника. Майк так и понял, что это тот самый Джон, было бы даже странно, если бы это был не он.       Было видно, что Джонатан старше их обоих лет на пять, но при этом он был примерно одного роста с Уиллом, то есть ниже Майка, это он отметил не без легкого чувства злорадства. Внешне он немного напоминал Уилла – такие же каштановые волосы, рваная челка, мягкая линия челюсти, но прямой нос, форма подбородка и угрюмые глаза совсем не были похожи на двух Байерсов, которых он знал, поэтому сердце Уилера ухнуло куда-то вниз. Неужели и правда бойфренд..?       – Я так и понял, – брякнул Майк, надеясь, что это не звучит так враждебно, как является на самом деле.       – А ты Майк, верно? Уилл о тебе рассказывал, – Джонатан неловко протянул ему ладонь. Майк заметил, что сам Байерс от этих слов Джона возмущенно распахнул глаза и пихнул его локтем в бок. Он пожал протянутую ему ладонь, хотя этот жест никогда ему особо не нравился. Рукопожатие не было каким-то двусмысленным, как обычно бывает у парней – обычное приветственное рукопожатие, ничего не доказывающее и не заявляющее. Но Майк все равно чувствовал укол неприязни к этому парню.       – А вот мне Уилл про тебя ничего не говорил.       – Правда? – Джонатан повернулся к Уиллу, чье выражение лица Майку было сложно идентифицировать, оно было то ли возмущенное, то ли виноватое.       – Я просто не успел!       – Стоило только уехать из дома, как вы с мамой оба про меня забыли, да? – Джонатан рассмеялся, взъерошивая Уиллу волосы на макушке.       – Как будто бы ты в своем Нью-Йорке только и делаешь, что про нас треплешься, – скривился Уилл, выворачиваясь из захвата Джонатана, а Майк понял, что вообще ничего не понимает.       – А вы… – начал он, переводя взгляд с одного на другого.       – Раз уж ты не потрудился обо мне рассказать своему новому другу, придется делать это самому, – Джонатан еще раз взъерошил волосы Уилла и повернулся к Майку со смешливой улыбкой. – Уилл мой младший брат, раньше я вместо него занимался котиками, пока не уехал учиться в Нью-Йорк.       – На режиссера, кстати, – вклинился Уилл, пихая брата плечом. – А еще он раньше занимался корреспонденцией зоопарка, сам сделал сайт, где рассказывал про наших животных и публиковал их фотографии.       – Только это не помогло, и его закрыли в позапрошлом году, – грустно вздохнул Джон.       Майк несколько раз озадаченно моргнул. Значит, они всё-таки братья, а он изначально воспринимал всё неправильно…       – Так зоопарк закрыт?       – Да, а ты думал, что он просто настолько непопулярен? – хихикнул Уилл.       – Ну, не то, что бы я сильно о нем думал, – буркнул Майк себе под нос. Ему не совсем было наплевать на зоопарк, просто из чистого упрямства он старался по максимуму отгородиться от всего, что с этим связано. И где он сейчас? Стоит возле вольера старого тигра и даже немного беспокоится о том, что с ним будет дальше. Магическое влияние Уилла Байерса на организм человека, не иначе.       – Тогда ты скорее всего не знаешь, что в июле планируется открытие, – хмыкнул Уилл.       – Если только Бреннер позволит, – поджал губы Джонатан.       – Кто это?       – Инспектор, который должен выдать лицензию на открытие. В прошлый раз из-за него тут все и закрыли, он наш зоопарк ненавидит.       – А мама и Хоп ненавидят его, – поддакнул Уилл.       – Но в этот раз у руля твои родители, поэтому есть все шансы, что мы не потерпим поражение, – улыбнулся Джон Майку.       И вот опять, про его родителей говорят хорошее, а Майку хочется скривиться. Его мама, конечно, сильная женщина, но отец, его мягкотелый, пассивный отец? Очень жаль было расстраивать братьев Байерс, но он сильно сомневался, что из этого что-то выйдет. Видимо, мысли были написаны у него прямо на лице, поэтому Уилл запротестовал еще до того, как он открыл рот.       – Они правда стараются, причем оба! Ты бы видел, как вчера твоя мама кормила дикобразов!       – Надеюсь, и не увижу, – закатил глаза Майк. Смягчаться в отношении родителей он не планировал ни при каком раскладе.       – Ладно, ребята, я пойду кормить котиков, – Джон хлопнул Уилла по плечу и кивнул Майку.       – Эй, ты только приехал, а уже сразу за дела берешься? – возмутился Байерс-младший. – Отдохни хоть немного, я сам справлюсь.       – Я по ним соскучился, – отмахнулся Джонатан. – Тем более, я думаю, ты найдешь, чем заняться.       Пока они провожали взглядами старшего из братьев Байерс, Майк краем уха слышал, что Джойс и Хоп говорят его отцу. Ему хотелось спросить у Уилла, насколько со Спарком всё плохо, но, вспоминая, какие вчера у того были грустные глаза, он отмел эту идею.       – Хей, у тебя есть какие-то планы на день?       – Как видишь, уже никаких, – хмыкнул Уилл.       – Тогда, может быть, ты бы хотел потусить у меня, – промямлил Майк, непонятно чего стесняясь. – Можем поиграть во что-нибудь на приставке или…       Уилл с забавной улыбкой наблюдал за его странной попыткой сказать что-то вразумительное, а потом спокойно положил руку ему на плечо и мягко перебил.       – Конечно, Майк, с удовольствием!       Майку казалось, что он ведет себя как полный идиот, но Уилла это почему-то не смущало, видимо, он всё-таки и правда блаженный. По дороге до дома Уилеров Байерс с увлечением рассказывал про своего талантливого и доброго старшего брата, а Майк не мог выкинуть из головы ту чушь, которую он сам себе напридумывал по поводу таинственного Джона.       – Знаешь, я вообще не мог представить, что Джонатан твой брат.       – Правда? Почему? – когда Уилл искренне удивлялся, его брови трогательно изламывались в форме домика, и Майку это казалось в какой-то степени очаровательным.       – Вы с ним очень разные, – пожал плечами он, а потом, не подумав, добавил: – К тому же, ты так поспешно перебил Робин, когда она хотела рассказать о нем, что я не мог понять, что она имела ввиду, когда сказала, что он твой Б. Типа, это мог быть брат, бестфренд или…       – Или? – теперь Уилл не улыбался, а непонимающе хмурился.       – Эээ… – замялся он, жалея, что вообще начал говорить о своих идиотских размышлениях. – Бойфренд, может быть…       Он понимал, что такое предположение может обидеть, поэтому сейчас ему хотелось провалиться под землю. Зачем он вообще завел об этом разговор?       Вместо того, чтобы оскорбиться или замолчать, Уилл остановился и громко рассмеялся. Майк тоже остановился и непонимающе уставился на него.       – Извини, знаю, это тупо, и возможно… – начал он оправдываться.       – Почему ты вообще решил, что у меня может быть бойфренд? – не переставая смеяться, спросил Байерс, выделяя интонацией последнее слово.       – Не знаю, просто… – говорить о своих дурацких предположениях из-за двух песен с определенной репутацией со вчерашнего вечера было бы равносильно тому, чтобы закопать себя в землю, поэтому Майк решил наконец захлопнуть рот. – Пытался подобрать какие-то слова на букву «Б».       Уилл сделал такое лицо, по которому было понятно, что он ни капли не верит, но всё же медленно кивнул.       – Оке-е-ей.       – Надеюсь, тебя это не обидело?       – А должно было? – он скептично приподнял брови.       – Нет, просто ты так рассмеялся…       – Просто удивлен, что у кого-то может возникнуть мысль, что у меня в принципе есть отношения, – Байерс пихнул носком кроссовка камешек на дороге, неловко пихая руки в карманы своей худи.       – Вполне разумное предположение, почему нет?       – Просто ты не местный, поэтому не знаешь, как тут ко мне относятся в основном, – пожал плечами Уилл.       – А как к тебе относятся? – Майк искренне не понимал, как к такому образцовому Уиллу можно относиться, кроме как с уважением. Ну, разве что еще завидовать можно, потому что он определенно пользуется популярностью среди девчонок. Но ведь Уилл явно намекает на противоположное положение вещей.       – Нас с Джонатаном всегда недолюбливали, считали, что мы странные. Может быть, это из-за того, что наша семья тесно связана с зоопарком, не знаю. У меня долго не было друзей, пока в четвертом классе в Хоукинс не переехал Дастин и почему-то захотел дружить со мной. Потом к нам подтянулись Лукас, Макс, Джейн… Но нас всех считают фриками и аутсайерами, так что это не особо считается, – было видно, что ему неприятна эта тема, но он всё равно делился этим с Майком.       – Ну и придурки.       – Согласен. Джонатан еще в детстве научил меня тому, что быть фриком круто. Фредди Меркьюри был фриком, Боуи всё еще фрик, так что…       – Тебе повезло, Джонатан крутой, – удивительно, но после того, как Майк узнал, что он брат Уилла, Джон перестал казаться ему каким-то неприятным. – Вот моя старшая сестра в школьные годы была выскочкой и постоянно меня поучала.       – У тебя есть старшая сестра? – удивился Байерс.       – Ага, она в прошлом году поступила в NYU на журналистику и теперь радует нас своим присутствием пару раз в год.       – Джон ведь тоже там учится! Забавно, если они там познакомились, – усмехнулся Уилл.       – Нет, гораздо забавнее было бы, если бы они познакомились именно тут, не представляя, что учатся в одном университете.       – Звучит как сюжет глупого ромкома, – прыснул Байерс.       – Давай подобьем Джонатана такое снять!       – Он ни за что не согласится. К сожалению, у него есть вкус, поэтому он снимает какие-то концептуальные короткометражки про капитализм и общество потребления. Когда я это смотрю, мне кажется, что я сошел с ума.       – Черт, Ненси обожает такое дерьмо! – воскликнул Майк.       – Только не говори мне, что она скоро приедет на летние каникулы.       – Не скажу, но ты сам это увидишь через неделю.       – О боже, тогда у Джонатана нет никаких шансов.       – Почему?       – Если это твоя старшая сестра, она обязана быть красивой, а еще она занудная любительница авторского кино, всё это вместе – предел мечтаний начинающего режиссера-романтика, понимаешь?       – Ты считаешь меня красивым? – Майк обратил внимание только на первую часть того, что сказал Уилл, потому что после этого он уже ничего и не слышал.       Уилл посмотрел на него как загнанный кролик, мгновенно заливаясь краской. Кажется, он сам не сразу понял, что сказал.       – Эм, ну… Да… С объективной точки зрения и с позиции художника… – теперь мямлил он, и Майк в глубине души ликовал, что заставил его смутиться. Не одному же ему чувствовать себя идиотом. – К тому же, у тебя красивая мама…       – Заглядываешься на мою матушку, Байерс? – Майк уже откровенно издевался над ним. – Ты учти, ей, вообще-то, уже 47, хоть она и выглядит хорошо.       – Боже, ты такой придурок, – страдальчески простонал Уилл, пихая его плечом.       – Тебе это нравится, – парировал он, пихая друга в ответ.       Поразительно, как легко они нашли общий язык, и возможно, Майка бы даже напугало то, как быстро он стал считать его своим другом, но сейчас ему было слишком хорошо, чтобы задумываться об этом.