Таков мой путь!

      Ветер гулял по разрушенной Шиганшине, задевая обломки крыш. Иногда скрипели балки, где-то падали камни. Небо затягивали тучи, и в воздухе тянуло сыростью — будет дождь.       В эту ночь Ханджи сидела, склонившись над листом. Тесное помещение заливал свет единственной лампы, стоявшей посреди импровизированного стола — кажется, это был перевёрнутый комод. Чернила расползались по бумаге чуть сильнее обычного: руки дрожали. Перо громко царапало грубый клочок бумаги. Слова выходили сухими, официальными. Так и должно быть.       Стену Мария удалось отбить…       Колоссальный титан захвачен…       Носитель – Армин Арлерт…       Потери…       Она остановилась. Медленно вдохнула. Крепче сжала перо и продолжила писать.       Леви стоял у стены, прислонившись плечом. Не мешал. Просто наблюдал украдкой. Думал о произошедших событиях за последние сутки. О своём решении. Он знал наверняка — если бы можно было повернуть время назад, он всё равно сделал бы тот же выбор. Эрвин сам этого хотел. Он пошёл бы вперёд при любом раскладе. Это стало ясно ещё во время подготовки к экспедиции.       И всё же мысль о том, что его теперь нет, злила. На мир. На врагов. На самого Эрвина. Отныне им придётся принимать решения без него. Придётся самим задавать правильные вопросы — и самим же искать на них ответы.       Леви пальцами потёр глаза, стряхивая сонную пелену. Ещё не все дела были выполнены, чтобы позволить себе стоять и предаваться слабости. Завтра предстояло спуститься в подвал дома Гриши Йегера и подготовиться к отправке к стене Роза. Но где-то глубоко внутри сидело упрямое чувство: он не выполнил данное Эрвину обещание. И это раздражало сильнее всего.       Лампа тихо коптила.       Жёлтое пятно света дрожало на стене, на пальцах и лице Ханджи – и казалось, что оно вот-вот погаснет. Масла почти не осталось. Как и сил. Она отложила перо. Поставила печать. Сложила письмо пополам. К завтрашнему дню в гарнизоне уже будут знать: стена Мария отбита; колоссальный титан захвачен; тринадцатый главнокомандующий Разведкорпуса погиб.       Ханджи потёрла переносицу. Под бинтовой повязкой жгло левый глаз. Усталость навалилась на плечи тяжёлым, почти осязаемым грузом.       — Хватит сидеть и пялиться в одну точку. Надо отдохнуть.       Леви подошёл к их рюкзакам, достал два сложенных спальных мешка, развернул их и уложил у стены, оставив между ними расстояние.       — Решил заделаться моим надзирателем, Леви? — Ханджи прикрыла глаза и вымученно усмехнулась.       — Ага, — сухо отозвался он, — надзирателем, который не хочет, чтобы ты окончательно поехала крышей от усталости прямо на этом месте. Ложись уже, — взглядом кивнул в сторону, где лежали спальники.       Леви подошёл ближе и взглядом указал на письмо:       — Я пойду найду посыльного, — сказал, не отводя глаз.       Ханджи кивнула, откинулась на спинку стула и потянулась. Уголки губ приподнялись в улыбке:       — Ладно.       Леви молча кивнул, аккуратно взял письмо и вышел из комнаты. Ханджи осталась одна с тихим мерцанием лампы и ощущением, что уже никогда не будет, как прежде.       Она сняла с себя сапоги. Медленно потянула стержень ключа на лампе влево, пока свет окончательно не погас. Тьма окутала комнату. Спать и правда хотелось.

***

      Леви нашёл посыльного не сразу. Тишину среди развалин разбавлял скрип сломанных балок и ставней. Ветер свистел меж разрушенных зданий, лёгкими порывами затрагивал едва уцелевшие деревья и кусты. Казалось, вокруг нет ни души. Эрена и Армина отправили отдыхать ещё два часа назад. После тяжёлого боя, а затем использования отвердевания Эрен совсем выбился из сил. Как и Армин, которого буквально с того света вытащили и превратили в титана.       Арлерт…       Капитан, а вы слышали о море?       «Да чтоб вас!..»       Леви был на подходе к полуразрушенной башне, когда заметил приглушённый свет лампы. Прямо там, где они оставили четверых чудом уцелевших лошадей. Завтра придётся добираться к стене Роза пешем способом.       Саша сидела возле собранной из подручного хлама конструкции напоминающей загон и жевала что-то похожее на…       «Сухарь?!»       Да. Это был один из сухарей, которыми они решили накормить лошадей. Леви фыркнул.       «Нашли кому доверить!»       Увидев его, Саша тут же вскочила. Спрятала недоеденный кусок за спину и отдала честь:       — Капитан!       — Браус, — коротко кивнул он и протянул сложенный лист. — В Трост. Передашь командиру гарнизона лично. Не потеряй.       Изначально он собирался отправить кого-то из парней, но искать их сейчас было последним, чем хотелось заниматься. Усталость тяжело осела на веках. Хотелось хотя бы на пару часов закрыть глаза.       Саша выпрямилась, будто ей вручили государственную тайну.       — Есть! Не потеряю. Даже если титан проглотит — достану!       Леви смерил её взглядом.       — Надеюсь, до этого не дойдёт.       Она аккуратно спрятала письмо за пазуху, проверила один раз, потом второй.       — Передам.       Леви кивнул и уже развернулся уходить, но Саша его окликнула:       — Капитан… — она замялась. Размышляла пару секунд, стоит ли говорить. — Нужно бы воды лошадям на ночь.       Она махнула рукой в сторону загона.       — Я успела принести только одно ведро, но…       Он жестом руки остановил её. Ничего не ответил. Просто взял ведро, вылил воду в железную ржавую ванну, которая стояла внутри загона.       «Где они вообще её откопали? Не могли ёмкость почище?»       Саша стояла и наблюдала, не двигаясь.       — Ну чего стоишь?! Отправляйся!       Она встрепенулась. Вывела из загона лошадь и начала седлать. Леви взял второе ведро и пошёл дальше.       Колодец недалеко от места их временного лагеря чудом уцелел. Каменная кладка треснула, но столбы, к которым крепилась катушка с верёвкой, были на месте. Леви опустил ведро, слушая, как оно глухо бьётся о стенки. Потом — плеск. Бульк. Тишина.       Он уже вытягивал ведро, когда услышал шаги. Неровные. Шаркающие. И пыхтение.       — Да держи ты его нормально!       — Я держу! Он тяжёлый!       — Не такой уж он и тяжёлый, просто не заваливай его на меня! Подтяни выше!       — Не могу! Ногу сводит!       Леви обернулся.       Из-за обломков здания показались Жан и Конни. Они тащили кого-то под руки. Светловолосый мальчишка весь в пыли и ссадинах повис на их плечах тряпичной куклой.       Леви сразу отметил странную деталь: одежду. Ярко-оранжевая куртка. Штаны. На голове — косынка с железной пластиной.       «Это ещё что за?..»       Они продолжали идти и препираться друг с другом.       — Надо было по башке его чем-нибудь шарахнуть хорошенько. Очнулся бы и шёл сам! — Жан пыхтел. Стискивал зубы, делая очередной шаг. В бедре что-то щёлкало. С каждым шагом боль нарастала.       — Ага, и сдох бы сам, — хмыкнул Конни. — И вообще, у меня рука болит, но я же не ною!       — Это кто ноет?!       Конни заметил Леви первым и резко остановился, попытался выпрямиться.       — Капитан…       Жан проследил за его взглядом и тоже замер. Попытался принять более приличный вид, удерживая парня.       — Капитан! — уже громче.       Леви подошёл ближе. Молча осмотрел троицу. Секунда. Две.       — Объясняйте, — сказал он.       Жан выдохнул.       — Мы проверяли окрестности на чистых титанов. Нашли его у развалин церкви. Без формы и снаряжения. Вообще без ничего. Пытались привести в чувство — бесполезно.       Леви внимательно посмотрел на лицо чужака. Слишком спокойное. Мысль о ещё одном носителе титана закралась сама собой. Он вспомнил, как впервые увидел Эрена в камере. Тогда тоже было это чувство — что перед ним что-то непонятное.       «Если этот парень — титан, он рано или поздно это покажет. Если шпион — тоже. А если просто потерянный дурак, оказавшийся не в том месте… Что ж… тогда ему сильно не повезло».       — Нужно сообщить Ханджи.

***

      Ханджи уснула почти сразу, как только забралась в спальный мешок. Сознание потухло, как свеча.       Сначала ей снилось что-то бессвязное — обрывки голосов, ветер, хлопающие плащи. Лица мелькали и исчезали, не успевая обрести форму. Где-то звучал смех, потом — крик. Всё смешалось в мутный шум.       Где-то скрипнула дверь. Тихо, но в полной тишине тесного помещения звук прозвучал слишком резко. Следом — приглушённые голоса. Шорохи. Шаркающие шаги.       Сначала они вплелись в сон. Потом стали слишком реальными. Ханджи нахмурилась во сне и перевернулась на другой бок, пытаясь спрятаться глубже в остатках отдыха.       — …держи выше, ты ему руку сейчас оторвёшь.       — Я аккуратно! Ты толкаешься.       — Я не толкаюсь, я тащу!       Она резко открыла глаз. Несколько секунд ушло на то, чтобы понять, где находится. Каменная стена. Потолок. Прохладный воздух. Запах сырости.       Не сон.       — Я сказал: потише, — прозвучал знакомый тихий голос.       Леви.       Ханджи со стоном поднялась на локтях.       — Леви, — прохрипела она сонно. — Что бы ни случилось… разве это не может подождать до утра?..       Фраза оборвалась сама собой. Дверь распахнулась шире, и в проёме показались Жан и Конни, тяжело перешагнувшие порог. Между ними безвольно висел третий.       Ханджи моргнула. Ещё раз.       — У нас гость, — спокойно сказал Леви. — Вставай.       Жан осторожно перешагнул через порог, пыхтя.       — Простите, что разбудили, майор… но у нас тут… вот.       — Гость? — Ханджи окончательно села. Волосы растрепались, повязка съехала. Поправила. Нащупала сбоку очки и надела их. Сразу уставилась на бессознательного парня между ними. — Это кто?       — Вот и мы хотим знать, — буркнул Конни.       Жан сделал шаг вперёд и едва не уронил незнакомца.       — Он без сознания.       Леви прошёл следом и закрыл дверь.       — Положите его.       Они аккуратно опустили парня на пол. Тело обмякло. Голова чуть повернулась в сторону. Леви зажёг лампу. Свет упал на лицо незнакомца. Ханджи сразу встала и поддалась вперёд.       — Где вы его нашли?       — Во время патруля окрестностей, — ответил Жан. — При нём ничего не было.       Ханджи уже стояла на коленях рядом с незнакомцем. Осторожно отодвинула прядь волос с его лица. Осмотрела ссадины, одежду. Оранжевую.       «Кто вообще носит такое?!»       Сердце вдруг забилось быстрее.       Не страх.       Не тревога.       Азарт.       Тот самый — почти детский, который появлялся каждый раз, когда перед ней оказывалось что-то необъяснимое. Как когда-то с очередным девиантом. Или с Эреном Йегером.       Любопытно.       Леви наблюдал, скрестив руки.       — Скажи, что это не очередной носитель титана.       — Это было бы весьма интересно… — выдохнула она почти шёпотом.       Осмотр начался сразу. Её пальцы осторожно проверили пульс — есть. Она аккуратно помотала его головой из стороны в сторону. Проверила глаза. На лице были ссадины, пара синяков. Расстегнула куртку, подняла футболку. На его теле в районе грудной клетки и живота багровели гематомы. Руки также были не в лучшем состоянии: правая была вывернута в неестественном положении, кулаки сбиты. Грязь под ногтями.       — Похоже, он с кем-то дрался…       Жан и Конни переглянулись.       — Титан? — тихо спросил Конни.       — Может он и есть тот перевозчик? — предположил Жан.       — Нет, — Ханджи помотала головой. — Следов испарения нет. Укусов — тоже.       — Кто-то из гражданских?       — В таком тряпье? — Жан хмыкнул. — Сомневаюсь.       Ханджи склонилась ниже, прислушалась к дыханию.       — Дыхание ровное, — она задумчиво нахмурилась.       При таких травмах обычно поднимается жар. Сбивается дыхание. Учащается либо замедляется пульс. Но у мальчишки подобных признаков не наблюдалось.       — Есть значительные ранения, но… тело не подаёт признаков. И… — она помедлила. — Чувствуется выносливость. Словно организм игнорирует собственные травмы.       Леви прищурился.       — И что это значит?       — Я не знаю, — честно сказала Ханджи. — Он странный, но вряд ли является титаном. Только если в мире не существует титанов без способности к регенерации.       На последней фразе она задумчиво усмехнулась.       Повисла пауза. Ветер снаружи завыл сильнее. Где-то глухо стукнула балка.       Конни поёжился.       — Может, шпион?       — Очень подходящий костюмчик для шпионажа, — Жан фыркнул.       Ханджи вздохнула и потёрла переносицу.       — Что ж… время позднее. Жан, Конни, идите отдохните. Завтра после обеда будем выдвигаться. Мы с капитаном позаботимся о нашем новом друге.       Оба кивнули, переглянулись и покинули комнату.       Леви не сводил взгляда с лица незнакомца.       — Если он титан, который умеет притворяться лучше остальных, — сказал он спокойно, — нам лучше быть готовыми, когда он очнётся.       — Да, ты прав. Нужно связать его покрепче, чтобы он не мог ни на кого наброситься или ранить себя и превратиться в титана.       Ханджи сняла с парня куртку. Подошла к опрокинутому комоду. Сгребла в кучу блокноты, перья, чернила и перенесла на пол. Лампу поставила на подоконник. Подвинула комод к середине комнаты.       Леви внимательно наблюдал за её действиями.       — А ты вовремя затеяла перестановку, очкастая.       — Помоги мне. Положи мальчишку сюда, — рукой указала на поверхность комода. — Надо вправить ему плечевой сустав.       Леви недовольно цокнул, но спорить не стал.       Они подняли парня вдвоём. Тело было тёплым и тяжёлым, но не напряжённым — обмякшее. Леви уложил его на поверхность перевёрнутого комода, придерживая плечи.       Ханджи аккуратно нащупала повреждённую руку. Пальцы двигались осторожно, почти нежно, но взгляд оставался сосредоточенным.       — Держи его крепче!       Леви сжал незнакомца крепче.       — Делай быстрее.       Ханджи вдохнула.       Резкое движение.       Глухой щелчок.       Тело парня дёрнулось, но он не проснулся. Только тихий стон вырвался сквозь сжатые губы.       Они оба замерли.       Первой пришла в себя Ханджи, она медленно выдохнула.       — Теперь свяжем, — сказал Леви спокойно. Достал из походного рюкзака верёвку. Проверил её короткими рывками на прочность. Оглядел чужака внимательным взглядом.       Всё это было странно. Те, кто казались безобидным, не вызывали доверия. Слишком много раз такие оказывались опасными.