Нефритовая игла

      Незнакомкой оказалась Богиня Очага Фулай. Мягким жестом она пригласила Бай Сюаньцзи следовать за ней. Они переместились в беседку, в самом сердце сада. Аромат цветов был пьянящим. Фулай подала чай, наливая Сюаньцзи чашку первой. Движения ее плавные и грациозные.       — Ваш дворец… и сад… они прекрасны, — пролепетала она, стараясь скрыть свое смущение.       — Я рада, что Вам нравится, Ваше Высочество, — в ее нежно взгляде промелькнули искорки.       — Здесь так… тихо. Где же Младшие Божества? Небесные Чиновники?        — По стечению обстоятельств, Младшие Божества просто не появлялись здесь за все время. А смертных на должность Небесных Чиновников я не призывала.       Бай Сюаньцзи задумчиво нахмурилась. Это было странно. Обычно, если у Старших Божеств нет ограничений, они предпочитают окружить себя как можно большим количеством помощников, чтобы по возможности разделить обязанности.       — Что привело сюда Младшую Богиню Войны?       — О… Я просто потерялась. Случайно свернула не туда.       — Перепрыгнув через высокую стену? — уголок ее губ изогнулся, ее слова звучали насмешливо, но без злобы.       Сюаньцзи почувствовала, как краска снова заливает ее лицо.        — Я… я прошу прощения, — пробормотала она, отпивая немного чая.       Горячая жидкость обожгла ей горло, но не смогла заглушить волнение. Она снова начала сжимать между пальцев спрятанные в рукаве каштаны.       — Все хорошо. Нет причин для волнения, Ваше Высочество.       — Откуда Вы знаете обо мне?— Дворец Вэньтянь объявил о Вашем возвращении.       — О…       За праздным разговором они перешли к обсуждению архитектуры Дворца, затем затронули последние новости Небесной Столицы. Так Бай Сюаньцзи узнала о том, что все Небожители соберутся на предстоящем празднике Цинмин. Она воодушевилась. Если не удастся в ближайшее время принести всем извинения, то это можно будет сделать за один раз на празднике.       — Буду рада видеть Вас там. Вы ведь придете в этот раз?       — Д-да, конечно! Благодарю Вас за приглашение, — Бай Сюаньцзи всегда умела держаться на людях, но сейчас ее сердце билось быстрее, и ладони вспотели.       — Ваше Высочество?       —Да?       — Вы о чем-то переживаете? Могу ли я Вам помочь? Бай Сюаньцзи вздохнула. Она не знала, как сказать, что главная причина ее нестабильного состояния сидит перед ней, ослепляя соей красотой и величием. Желая увести тему, принцесса вспомнила, что Цзань Ванхэ ушел на длительную миссию, и неизвестно, когда вернется. Без его сопровождения она не сможет покинуть Небесную Столицу.       Собравшись с духом, Бай Сюаньцзи решилась обратиться именно к ней:       — Госпожа Фулай, я… я хотела бы попросить вас об одолжении. Через несколько дней состоятся похороны Старейшины Инь Шуйе в деревне, в которой я прожила довольно продолжительное время. Я хочу быть там, но не могу покинуть Небесную Столицу одна и без дозволения Небесного Императора. Не могли бы вы… сопроводить меня?       — Бай Сюаньцзи затаила дыхание, ожидая ответа.       — Конечно, Ваше Высочество.       — Правда? Благодарю, госпожа Фулай, — напряжение покинуло ее тело, и ее лицо радостно засияло.       — Старейшина Инь Шуйе была кем-то важным для Вас?       — Да… Очень важный человек в моей жизни. На самом деле Старейшина Инь Шуйе — это я.       Одна из бровей Фулай удивлено поднялась, она оглядела собеседницу сверху вниз и усмехнулась. Богиня Очага не была слишком эмоциональна, держала ровно спину и была живым воплощением искусства, потому подобная насмешка больно ударила по Бай Сюаньцзи. Разве было что-то достойное в том, чтобы притворяться немощной старухой почти четыре сотни лет?       — О, вот как? Значит, мы идем на Ваши похороны?       — Все верно.       — А Вы весьма занятная личность, принцесса.       — Благодарю, госпожа Фулай.       Похороны назначили на середину марта, когда в храмовом дворе расцвела старая магнолия. На её темных узловатых ветвях еще не было ни одного листка, лишь сотни тяжелых белых бутонов, похожих на фарфоровые чаши. Когда процессия двинулась в путь, поднялся северный ветер, и вместе с белым бумажным пеплом на гроб падали мясистые лепестки, такие же холодные, как щеки покойной Старейшины. Бай Сюаньцзи, чей взгляд был прикован к земле, стояла на вершине холма, невидимая для суетных смертных. Рядом с ней стояла Фулай. Ее присутствие излучало уют и спокойствие.       Внизу, средь деревьев, раскинулась деревня, окутанная траурным покрывалом. Жители, облаченные в белые одежды, скорбно склоняли головы. В центре процессии, на деревянных носилках, покоилось тело Старейшины. Местные жители даже постарались украсить их красивой резьбой, что не могло не тронуть сердце Бай Сюаньцзи. Лицо Старейшины, обрамленное седыми прядями волос, казалось умиротворенным, словно она уснула вечным сном. Вокруг носилок шли сыновья и дочери, внуки и правнуки, их лица тронуты глубоким горем.       Бай Сюаньцзи наблюдала за всем этим с печалью. Так внезапно вернувшись в Небесную Столицу, она не могла просто бросить своих людей. Ей пришлось создать клона и инсценировать свою смерть в бою с демоном. Сотни лет назад, сбежав от прошлого, она решила прожить простую, земную жизнь. Бай Сюаньцзи выбрала деревню, где время текло медленно, а люди жили в гармонии с природой. Она пришла туда молодой странствующей заклинательницей, обучилась местным обычаям, делилась с местными своими знаниями в медицине и травничестве. Много лет спустя, она стала Старейшиной Инь Шуйе, мудрой и доброй женщиной, которая заботилась о своих односельчанах, помогала им в трудные времена и учила их мудрости жизни. С годами Бай Сюаньцзи постепенно меняла свой облик, добавляя прядь за прядью больше седых волос, растягивала и иссушала кожу, исчерчивала лицо все большим количеством морщин, все до тех пор, пока она не превратилась в старушку. Теперь она наблюдает со стороны, как ее прошлое погребают в землю.       Бай Сюаньцзи чувствовала странную смесь грусти и облегчения.       — Никогда бы не подумала, что буду присутствовать на собственных похоронах.       — Похоже, будущее неведомо даже Небожителям, — тихо ответила Фулай.       Бай Сюаньцзи кивнула, ее глаза наполнились слезами.       — Я была здесь Старейшиной Инь Шуйе несколько сотен лет. Я видела, как рождаются и умирают поколения. Я любила этих людей, как своих детей. И теперь мое сердце полно грусти. Но я больше не могу быть с ними. Мое время здесь закончилось. Я должна вернуться к своим обязанностям в Небесной Столице.       — Вы отдали им частичку своей души, и эта частичка останется с ними навсегда, как семя, посаженное в плодородную почву. Вы научили их мудрости, дали им любовь, были их опорой. Это не исчезнет из их сердец. Старейшина Инь Шуйе ушла, но Ваше Высочество, Вы все еще здесь. Это и есть истинный круговорот жизни, даже для тех, кто живет вечно.       — Спасибо, что пришли сюда вместе со мной, — холодная слеза скатилась по ее щеке, ее губы тронула мягкая улыбка.       Когда скорбные песни стихли, жители деревни начали расходиться. Они уносили с собой не только горечь утраты, но и тепло воспоминаний о мудрой Старейшине. Бай Сюаньцзи почувствовала, как невидимые нити, связывающие ее с землей, ослабевают. Она взглянула на Богиню Очага. Их глаза встретились. Принцесса поспешно отвернулась и сделала несколько шагов в сторону. Бай Сюаньцзи спрятала руки в рукавах, замешкавшись.       — В нашу первую встречу и сегодня Вы, Ваше Высочество, постоянно что-то держите в руках или прячете в рукавах. Утешите ли Вы мое любопытство? — Фулай не сдвинулась с места, сохраняя дистанцию, но она все так же тепло улыбалась принцессе.       — Ох, Вы заметили? — девушка неловко достала из рукава пару каштанов, — Это каштаны. Самые обыкновенные. Когда я начинаю нервничать, то беру их в руки. По какой-то причине они меня успокаивают, поэтому всегда ношу с собой. Если Вы хотите, я могу поделиться.       — Благодарю.       Фулай взяла один каштан из ее рук. Бай Сюаньцзи сразу почувствовала, как на ее щеках распустились стыдливые алые бутоны. Как, должно быть, она глупо сейчас выглядит! Расплакаться, а потом нести подобные глупости перед Старшим Божеством! Бесстыдство!       Испугавшись своего позора, девушка внезапно взмыла ввысь как минимум на десять чжанов и замерла в воздухе. За пределами Небесной Столицы над ней не было никаких ограничений, и ее духовные силы полностью восстанавливались. Она опустила веки и сложила руки вместе, образуя между ладоней сферу из чистой духовной энергии. От ее тела начало исходить нежно-зеленое свечение, затем сфера вылетела из ее рук и замерла над деревушкой. Взорвавшись, она образовала огромный защитный купол, ставший через мгновение полностью прозрачным.       Закончив, Бай Сюаньцзи открыла глаза и, сделав два коротких вдоха и один длинный выдох, опустилась обратно на землю.       — Барьерная техника? Потрясающе! Вы не перестаете меня удивлять, принцесса.       — Благодарю. Теперь, если кто-то решит напасть на эту деревню, то я узнаю об этом. Полагаю, настало время возвращаться?       Фулай согласно кивнула.       Небожительницы, не оставляя следов, растворились в воздухе, оставив лесную деревушку наедине с тишиной.